По лезвию ножа

      Лазурные волны с шумом накатывали на щедро нагретый солнцем песок. Солёные брызги веером разлетались во все стороны, а высоко в небе парили чайки, выделяясь на фоне безоблачной синевы. Лёгкий ветерок тихо шуршал широкими листьями пальм.       На маленьком острове Тайлань посреди Мартарского моря практически не бывает ни людей, ни инорасников. Он не пользуется популярностью у отдыхающих, а всё потому, что это закрытый архипелаг частных резиденций для самых богатых и влиятельных лиц континента. Любое несанкционированное приближение к его берегам пресекает автоматическая система обороны, а нарушителей ждёт суд за вторжение в частную собственность. По-большей части он пустует, а владельцы построенных вдоль берега вилл посещают его только в сезонное время.       В прохладной тени пальмы, спасаясь от палящего солнца, пристроилась Вероника. Привычная чёрная форма «Охотников» сменилась лёгким летним платьем мятного цвета. Ведьма курила, слушая шум волн. За несколько дней, проведённых на острове, её кожа покрылась красивым загаром.       На фоне тропического леса выделялась одинокая вилла с большими панорамными окнами — её новое пристанище. Построенная из тёмного дерева, она напоминала колониальный особняк прошлого века. Такая же отчуждённая и холодная внутри, как её хозяин.       Почти сразу после победы над Фениром и гницхатаарами Рамзирэль, не спрашивая её мнения, забрал ведьму и поселил здесь. Как выяснилось позже, он выполнял волю Габриэля. Тот вынужденно спасал её от гнева Гарза, не желая, чтобы Вероника и дальше оставалась в рядах «Охотников» после раскрытого предательства.       Все попытки самостоятельно выбраться с острова или открыть портал разбивались вдребезги. Её похититель позаботился, чтобы новая обитательница Тайлани не имела возможности сбежать. А потому ведьма смирилась и давно оставила бесполезные попытки. Спорить с ангелом Смерти — равносильно тому, что биться лбом о мраморную плиту. С другой же стороны, в этом есть свои плюсы.       Вероника не сомневалась: подобного предательства волк ей никогда не простит. Для её же безопасности лучше было оставаться здесь, в уединении. Для «Чёрной звезды» она отныне числится пропавшей без вести. Только самые близкие друзья знают правду. С ними и с мамой Вероника тайно продолжает поддерживать связь, а Гарз, хоть и не поднимает шум, наверняка не оставляет попыток её найти.       Рамзес порой навещает её, снабжая всем необходимым, хоть и делает это без особой охоты. Для него она была докучливой помехой, а забота о ней казалась унижением его гордости.       А Габриэль... Он просто исчез у неё на глазах, не оставив даже тени. Вот уже неделю от него не было никакой весточки. Вероника часами смотрела в небо, в надежде увидеть крылатый силуэт, но видела лишь холодную пустоту. Надежда таяла с каждым днём, уступая место горькому осознанию: ангел снова оставил её одну, хотя обещал быть рядом.       Мимо ведьмы на всех парах пронёсся Азеллус, распугав прибрежных крабов громким лаем. Следом за ним, не отставая, бежала Альхена. Вероника выдохнула клуб дыма и медленно обернулась. В паре метров от неё стоял Рамзирэль. Вместо привычного чёрного балахона на нём были тёмно-синяя рубашка и бежевые шорты. Видимо, ангел Смерти в кои-то веки решил сменить мрачный образ на что-то более летнее.       — Мечтаешь схлопотать солнечный удар? — лениво протянул Рамзес, останавливаясь рядом и окидывая её насмешливым взглядом.       — А ты, я смотрю, уже присматриваешь место на кладбище подешевле? — парировала девушка и хитро сощурилась.       — О, так мы говорим о твоей скорой кончине? Я-то думал, это просто прогноз погоды. Какая радость...       — Не дождёшься, бледнолицый. Только после тебя, — Вероника демонстративно показала ему язык. Ангел Смерти в ответ возвёл глаза к небу с видом мученика, которому достался самый невыносимый клиент во Вселенной.       — А если серьёзно… Есть новости? — в её глазах загорелся робкий огонёк надежды.       Рамзирэль только сокрушëнно покачал головой, прислонившись спиной к стволу пальмы. Как бы он не пытался хоть что-то узнать о судьбе Габриэля — небо отвечало беспросветным игнором. Ангел бесследно исчез, а Рамзес был совершенно бессилен что-либо изменить. Впервые за долгое время его охватил липкий страх за лучшего друга. Это мерзкое чувство оставляло на языке едкую горечь, отзываясь беспросветной пустотой внутри.       Вероника со вздохом выбросила окурок. Похоже, и этот день не принесёт никаких вестей. Ни хороших. Ни плохих. Она поднялась, решив прогуляться вдоль побережья. Ангел Смерти молча остался на месте, не став донимать её расспросами.       Шагая босиком по горячему песку, ведьма то и дело заправляла за ухо непослушную прядь. Рядом, разделяя её тоску, трусила Альхена. В отличие от хозяина, Страж испытывала к ней явную симпатию и тонко чувствовала все эмоции своей спутницы.       Вдруг собака сорвалась с места и с громким радостными лаем бросилась вперёд. Подняв голову, Вероника замерла, забыв как дышать. В паре метров от неё стоял Габриэль, у ног которого крутилась Альхена. Он был одет в роскошный белоснежный костюм расшитый золотыми нитями и украшенный узорчатой россыпью драгоценных камней. Копна рыжих волос сверкала в лучах солнца подобно языкам пламени, над головой мерцал серебристый нимб, а его крылья снова стали здоровыми. Все ожоги затянулись. На месте голой кожи выросли новые перья — густые, здоровые, переливающиеся глубоким перламутровым блеском, словно сотканные из утренней росы и света.       — Привет, Вероника, — на его лице заиграла робкая, неуверенная улыбка, словно Гейб сам не верил в происходящее.       Вероника замерла на мгновение. Мир вокруг — шум прибоя, крики чаек, солёный ветер — вдруг перестал существовать. Она сделала к нему осторожный шаг. Затем ещё один, будто опасаясь, что ангел в любой момент исчезнет, как хрупкий мираж. Но Габриэль, развеивая все её сомнения одним резким движением, подскочил к ней и сжал в крепких, почти болезненных объятиях.       Но радость встречи тут же сменилась яростью. Девушка резко вырвалась из его рук и принялась колотить мужчину кулаками в грудь.       — Какого чёрта, Птенчик?! — её возмущённый крик эхом разнёсся по пустынному побережью. — Сначала ты исчезаешь хрен знает куда на целую вечность, потом твой красноглазый дружок меня похищает и тащит в своё логово, а теперь ты вдруг соизволил явиться? Как ни в чём не бывало?       Девушка смотрела на него снизу вверх. В её глазах бушевала целая буря: обида за пережитый страх смешивалась с тихой, почти незаметной радостью от того, что он снова здесь.       Рамзес стоял в стороне, не вмешиваясь в их перепалку. Он лишь наблюдал, с трудом сдерживая рвущийся наружу смех. Что-что, а характер у ведьмы с огоньком.       — Прости, Вероника, меня забрали на Небеса. Архангелы наконец узнали правду о Фенире, а с меня сняли все обвинения… — начал было оправдываться ангел, но тут же осëкся. В одно мгновение ведьма снова оказалась рядом, обхватила его лицо руками и впилась в губы страстным поцелуем, вкладывая в него все эмоции: злость, обиду, негодование и радость долгожданного воссоединения. Растерявшись лишь на секунду, Габриэль ответил на поцелуй и крепко прижал девушку к себе, вдыхая родной запах.       О, как же долго он ждал этого момента! Дела на Небесах заняли больше времени, чем Гейб ожидал: Совет Архангелов, Суд на котором Фенира повторно лишили крыльев и приговорили на вечное заточение в изоляторе особо строгого режима и встреча со старыми друзьями, которых Габриэль не видел слишком долго.       Но теперь вся эта небесная суета осталась позади. Единственное, чего по-настоящему жаждал ангел-хранитель — это оказаться на Земле рядом с Вероникой. И сейчас, встретив её снова, он с искренней радостью осознал, что Рамзирэль сдержал слово: девушка наконец-то в безопасности.       — Пернатый, если ты ещё хоть раз посмеешь кинуть меня — я лично тебя убью! Ты понял?!       — Клянусь, больше никогда, — тихо, но уверенно произнёс он, притягивая её к себе ближе. — Теперь мне нет смысла скрываться — меня восстановили на Небесах и я больше не падший.       — Зато я похоронила свою репутацию «Охотницы». А, впрочем, нам с тобой не привыкать ходить по лезвию ножа, не так ли? — игриво прикусив его за нижнюю губу, Вероника одарила мужчину хитрой улыбкой. В янтарных глазах, как лучики по воде, плясали искры озорства.       Без лишних слов Габриэль подался вперёд. Его пальцы зарылись в её волосы на затылке, притягивая ближе. Их долгожданный поцелуй заглушил все звуки мира, кроме бьющихся в унисон сердец и вечного спора солёных брызг с прибрежными скалами.