Моей тесть— мой любовник

      Утро началось хорошо, в обед вроде ничего не произошло, а вот к вечеру появились новости.       — Молодожёны, давайте шашлыков поедим? У меня курица есть.       — Отличная идея, я помогу.       — А мне что делать?       — Посиди, отдохни, — сказал мне Питер. Губами он добавил: — Перед следующей ночкой.       Вот как ему объяснить, что я хочу быть сверху? Уже бесит.

***

      — Мясо есть? — спрашивал начальник Питер, а я послушно отвечал.       — Есть.       — Уголь есть?       — Присутствует.       — Мангал есть?       — Стоит.       — Кирпичи есть?       — Имеются.       — Шампуры?       — Твою мать, забыл. Нана!       — Да, дорогой? — Девушка стояла на кухне с открытым окном.       — Принеси шампуры, пожалуйста. Они в комнате отца.       — Сейчас! — Нана побежала по лестнице наверх.       — Питер, ты же вчера там всё убрал?       — Ну, почти.       — Что значит «почти»?       — Я протирал и убирал вещи.       — А куда ты дел презерватив?       Тут вернулась Нана с шампурами в одной руке и с чем-то маленьким в другой.       — Дорогой, что это значит?       — Что?       Нана кинула ему под ноги использованную защиту, а «папа» добавил:       — А вот и презерватив.       — Что всё это значит?!       — Прости, дорогая, но свадьбу придётся отменить.       — Ага. И кто эта шмара?       — Ай-яй-яй, дочка, так обзывать родного отца, — сказал Питер и с улыбкой на лице ударил меня по заду.       — Папа… Ты гей? Вейн! Так это всё…       — Прости, дорогая. Это правда. Мы с твоим папой любим друг друга, — сказал я, потирая бедро и зло смотря на Питера.       Нана развязала фартук, кинула перед собой и потопала в дом. Почему-то мне было весело, и я сказал папе, погрозив пальцем:       — Как не стыдно, Питер? Перед самой свадьбой влюблять в себя муженька? Плохой мальчик.       — Если я плохой, просто влюбив тебя в себя, то каким буду, если трахну? — Он подошёл ближе и положил руки мне на талию.       — И опять ты сверху?       — Именно, Веночек мой.