Выиграй меня.

      Сону знает, что его парень — полная противоположность ему, но его семья постоянно утверждает, что Сонхун — лучший вариант для вечно одинокого сына.       Престижная работа в «Berkshire Hathaway», королевская красота, правильные манеры — и это все впитал в себя Пак Сонхун. На самом ли деле он такой святоша?       Очевидно, что нет.       Сейчас за игральным столом тихо. Очень тихо. Слышны лишь всхлипывания Сону, который отчаянно пытается скрыть их, прижав ко рту ладони. На него в буквальном смысле хочет играть Сонхун. Как думает блондин: «Любящий парень, хоть и со своими тараканами в голове». Правда всегда противней на вкус.       Рики смотрит на Пака с особой неприязнью, будто хочет прожечь огромную дыру в его голове, чтобы тот больше не смел думать о чем-то подобном.        — Вали отсюда, Сонхун, — почти цитирует слова хозяина заведения Джей — тот самый парень с американским акцентом.       Сону решает уйти первым. Его ноги беспрерывно дрожат, когда он поворачивается к выходу, чтобы покинуть здание. Слезы все так же текут из карих глаз, обжигая мягкую кожу горячим ручьем боли. Перед глазами все расплывчато, а жмуриться не хотелось из-за дискомфорта. Блондин садится на первый попавшийся стул, закрывая лицо руками. Внутри все крошится. Последние ноты любви, что оставались в сердце Сону, обрываются, но появляются новые с ненавистью к Сонхуну. Именно это ощущает Ким. Осознание того, чего ему стоили эти отношения приходит постепенно: увольнение с любимой работы, переезд в другую страну, долгое изучение чужого языка и одиночество. Теперь Сону одинок. Здесь, в Вегасе, у него нет никого, кроме Сонхуна, но теперь и его потерял.       Всхлипы становятся все громче, и хочется завыть из-за такого мерзкого отношения к себе. Он всегда был благосклонен к Паку, никогда не говорил слово поперек, любил и обожал всем сердцем. Что заставило Сонхуна так относится к Сону? Может быть он для него — временная игрушка? Этот вариант нельзя исключать.       Парень сидит подавленный, вытирая ладонями остатки мокроты со своих щек. Спина ноет от неправильной и непривычной осанки, а шея затекает из-за несменяемого положения. Двигаться все еще не хочется, но желание уйти с этого места побыстрее — сильней. Опираясь на маленький столик рядом, Сону поднимается на ватных ногах, еле как передвигая ими. Выходя из здания, парень решает вызвать себе такси, так как сознание подсказывает, что дойти до дома сам он вряд ли сможет. Пошарив у себя в карманах, понимает, что так и не взял телефон, оставив его дома. Тихо выругавшись, разворачивается, заходя обратно в здание под вопросительный взгляд администратора на ресепшене. В голове единственный человек, который мог помочь, поэтому именно к нему он упорно продолжает идти, иногда спотыкаясь о собственные ноги.       — Чонвон, — дрожащим голосом зовет корейца Сону, обращая на себя внимание. — Мне правда неловко такое просить, но. — запинается, набирая побольше воздуха в легкие, как делал это между поцелуями с Паком. — Но не мог бы ты заказать мне такси? Ким зажмуривается, думая, что Чонвон ему явно откажет, вдобавок пошлет куда подальше. Но он говорит нечто иное:       — На какой адрес? — интересуется красноволосый, вытирая руки об полотенце и высовывая из брюк свой телефон. Сону завис, явно не ожидая такого исхода, но быстро приходит в себя, диктуя адрес.       — Спасибо тебе большое, — блондин коротко клонится, смотря на младшего заплаканными глазами. — Я все верну, скажи номер карты, — он опять лезет в карман, дабы записать в заметки чужой номер, но обрывает себя на половине действия. — Ой, напиши на листочке — мой телефон дома. Чонвон понимающе кивает, но так ничего и не делает.       — Сону-хен, ты ничего мне не должен, — слабо улыбается, замечая подавленность блондина. — У тебя что-то случилось, да?       Сону кивает, комкая пальцами скользкую ткань одежды.       — Я. Мы с моим парнем расстались, — еле как глотает вставший ком в горле, продолжая: — он поставил на меня в игре в покер.       Слезы так и норовят политься вновь, но Ким держится, не показывая всю свою слабую сторону перед младшим. Второй лишь опускает голову, потирая переносицу двумя пальцами.       — Что сделал Рики-сан? — наконец спрашивает Ян, с волнением в глазах смотря на Сону. — Надеюсь, он послал его?       Блондин тушуется о воспоминание о Нишимуре, но все же кивает, чуть ли не съедая собственную нижнюю губу от волнения.       — Пойдем. Я тебя провожу, — опять-таки переводит тему, дабы лишний раз не напоминать Сону о произошедшем.       Они выходят на улицу, освещенную различными вывесками разных круглосуточных магазинов, и стоят, вдыхая воздух с нотками яблочного кальяна из соседнего бара. Машина приезжает быстро, останавливаясь возле двух парней.       — Я поеду с тобой, — даже не спрашивает, а утверждает Чонвон, открывая дверь в салон старшему.       — Знаешь, это вовсе не обязательно. Я в полном порядке, правда, — пытается выдавить из себя улыбку Сону, но получается так себе.       — Тебя бы никогда не взяли на театральный, — смеется Вон, залезая в машину вслед за Сону.       Сону не сразу замечает то, что они едут совершенно не по маршруту к его дому. Голова на рефлексе начинает осматриваться, поворачиваясь в разные стороны, а сердце, кажется, бьётся быстрее. «Может не стоило ему доверять?» — думает Ким, боковым зрением смотря на красноволосого парня, которого и вовсе ничего не смущает.       — Чонвон, а куда мы…       — Я думаю, в твоем доме тебе пока появляться не нужно, — отрезает Ян, перебивая старшего.       Сону замолкает. Он чувствует себя маленьким ребенком, за которого решают, что ему надеть, как учиться и с кем дружить.       — Почему ты так думаешь? Что может случиться? — не останавливается Ким, продолжая, как ему кажется, раздражать красноволосого своим любопытством. Однако Чонвон выглядит невозмутимым и до безумного спокойным.       — Сонхуну явно не понравилось, что ты нарушил его планы своими слезами. Да и Рики не захотел играть, улавливаешь суть? — младший, наконец, поворачивается лицом к блондину, смотря точно в глаза.       Ким сразу задается вопросом о том, откуда Чонвон знает имя его «парня», но быстро отбрасывает от себя ненужные сейчас мысли.       — Он ненормальный, Сону. Поверь, я знаю его не один день, — Ян снова отворачивается, считая вид ночного города гораздо интереснее, чем не понимающее лицо старшего.       Сону не унимается:       — А куда мы едем, если не ко мне? — Чонвон тихо выдыхает, через плечо бросая:       — Ко мне.