И вся игра твоя — дешёвая.

***

Елизавета подняла взгляд на толпу подростков, нависающих над ней. Очевидно, это конец. Грустный и не справедливый, но какой есть. —..ебаная потаскуха! — Раздаётся чей-то голос. После по рёбрам приходится несколько ударов сапогами. Больно. И до дрожи мерзко от них. — Сколько в час берёшь, а? — Какой-то нахал смеётся, а остальные подхватывают. Отвратительно. С чего они вообще взяли, что Лиза – девушка лёгкого поведения? Она ведь никогда не вела себя вульгарно, да и из толпы не выделялась. Обычная серая мышка, которая хорошо учится и ведёт себя подобающим образом. – Мать твоя - шлюха, и ты такая же. — Ещё один еблан высказал своё мнение. Теперь всё понятно. Вспомнили о её происхождении. Андрющенко любила всю свою семейку (или то, что от неё осталось), несмотря на то, что неоднократно та портила ей жизнь. Например, сейчас. Ну почему же нельзя было просто родиться в хорошей обеспеченной семье и жить как все? Но в этом и заключалась проблема — "как все" никогда не получалось. Будто эта брюнетка — неопознанный объект, свалившийся с Марса, а, может, Венеры. Кто-то нанёс удар прямо по носу. Спустя мгновение показалась алая кровь. Стало действительно страшно. Обидчиков это не остановило, вакханалия продолжилась. Девушку продолжили избивать до тех пор, пока она не потеряла сознание. Видимо, это действительно конец. Так она и умрёт — лёжа на снегу, никому не нужная. Только страшно, что ничего после себя Лиза не оставила. Возможно, учителя будут пару месяцев помнить, потому что училась прилежнее всех в классе. Но это всё. Даже мать не факт, что вспомнит, потому что остатки мозгов пропила.

***

Яркий свет режет глаза. Дама невольно морщится. Приятное тепло обжигает кожу. Очень неплохо, если учесть, что полчаса назад её нашли в полуживом состоянии. — О, ты уже очнулась.. — Блондинка прикладывает руку ко лбу, проверяя температуру. Странная. Не сразу удалось опознать кто это. Девушка из параллельного класса. Ветренная, гиперактивная, местная активистка. Немного подбешивает. Но лично дамы никогда не общались. Лиза усаживается поудобнее. Это даётся с великим трудом — всё тело, покрытое гематомами и синяками, истошно болит. — Аэ..— брюнетка попыталась вспомнить имя спасительницы. — Мишель.. Спасибо тебе. Гаджиева подняла удивлённый взгляд. — За что? — Ну.. ты не оставила меня умирать на холоде.. — Андрющенко положила голову на диван. — А, за это.. Да брось, всё в порядке ведь. Главное, что сейчас с тобой всё хорошо.. Ты как вообще там оказалась? — Я просто домой шла со школы, а на меня опять толпой набросились. — послышался усталый вздох. Как же она устала от этого. — Так это не первый раз? За что они так с тобой? — Девушка была действительно удивлена. — Из-за семьи и внешнего вида. Это ведь "не по понятиям." — Ну и бред.. Им доебаться не до чего? — Видимо.. — лицо Елизаветы не выражало эмоций. Внутри тоже абсолютная пустота. Хочется просто исчезнуть. Исчезнуть, чтобы не видеть этого мерзкого общества, не принимающего её. Чтобы больше не нести эту ношу на себе. Мишель умения сочувствовать не занимать. Она медленно подошла к брюнетке и обняла. Аккуратно, так, чтобы не сделать больно. По голове погладила и пообещала, что хорошо всё будет. Приятно, хоть Лиза и знает, что не будет. Приятно, что наконец человеческие прикосновения не наносят увечий. Она уже отвыкла от такого.

***

Девять утра. Вторник. Андрющенко не любит вторники. И вообще будни не любит. Только выходные нравятся, потому что из дома выходить не нужно. Но учёба не является пыткой для девушки. Наоборот, это единственный способ доказать, что та чего-нибудь да стоит. Плюсом обеспечивает неплохое будущее и достойный университет. Через полгода выпускные экзамены. Лиза метит на золотую медаль и хочет всё на сто баллов сдать. И делает для этого немало — постоянно сидит за учебниками. А в перерывах читает книги библиотечные. Чаще всего романы. В жизни такой любви не существует. Наверное. Она не видела. Видела только ненависть и лицемерие. Возможно,просто ей не повезло. Возможно, все в мире — конченые идиоты, не способные ценить друг друга. Размышления прерывает звонок с урока. Наконец то. —.. Все свободны, а Елизавету и Кристину я попрошу задержаться здесь. — Учительница по-доброму улыбнулась. А у Лизы по спине не холодок, а сорокоградусный мороз. С чего это вдруг их вместе задерживать? Захарову девушка до смерти боялась. И на то причины были. — Лиз, до ЕГЭ полгода. Не буду говорить сотни речей. Мне нужно, чтобы ты подготовила Кристину хотя бы на тройку. Сможешь? — Молодая девушка взглянула на брюнетку с надеждой. А сама Захарова лишь руки на груди скрестила. Думает, мол, не нужны ей репетиторы. Сама как-нибудь сдаст. Хоть и понимает, что ничего подобного. — Я постараюсь.. — Спасибо тебе огромное, красный аттестат тебе обеспечен! — Женщина подмигнула и убежала по своим делам, скача от радости. А Андрющенко взглянула на одноклассницу, понимая, что нелегко придётся.