Вот и встретились два одиночества

"Вот как... Ему, понимаете ли, неприятно познакомиться... " - гордость доктора Чона Чонгука была задета. Он обиделся. И не как маленький мальчик, прошу заметить, а как вполне состоявшийся в жизни взрослый идиот. Барышни, записывайте: лучший способ заинтересовать красивого молодого врача - это нагрубить ему так изысканно, чтобы он не знал, как ответить. Такого в книжках по этикету и обольщению не пишут, и тем не менее, способ, как показывает практика, действенный. Мистер Ким, впрочем, не ставил перед собой цель привлечь внимание Чонгука, он вообще предполагал, что они видятся в первый и последний раз. Для него доктор был лишь случайным свидетелем его прозябания там, куда его засунул обожаемый брат. Просто Тэхён, будучи неспособным сдержать своё раздражение, сорвался на первом, кто попался под руку. Чонгук очень разозлился, однако сдержанность, а также воспитание возобладали над вспыльчивостью. Как известно, все, кто так или иначе хотят связать свою будущую профессию с биологией или натуралистикой начинают свою карьеру с препарирования лягушек. Честно говоря, Чонгук не питал особой любви к этому упражнению, однако все же признавал, что оно полезно и даже во многом интересно. Ты смотришь на несчастное земноводное, распятое на дощечке, учишься понимать, как именно устроены органы у других существ. Сначала тебе кажется, что всё это совершенно бесполезное занятие, ведь люди, которых ты будешь лечить, на лягушек совершенно не похожи, однако в скором времени начинаешь понимать, что люди- те же лягушки: вот тебе и сердце, вот тебе и мозг, и желудок - всё на месте. Вот взять хотя бы Ким Тэхёна - он идеальная лягушка, такой же скользкий и противный. Хотя, хорошенько поразмыслив, Чонгук решил, что не стоит оскорблять лягушек сравнениями с Ким Тэхёном, они хотя бы мило квакают и прыгают, а мистер Ким, если и разевает рот, то лишь для того, чтобы сказать очередную гадость. За ту неделю, что господин доктор успел провести в бесценном обществе сего джентльмена, он познал всё грани еле сдерживаемого бешенства. Тот словно бы испытывал терпенье добропорядочного, вежливого и отстранённого доктора на прочность. Часто в слезливых дамских романах влюблённые мужчины, встречая на своём жизненном пути ту самую, единственную и неповторимую леди, покорившую их сердце, говорят ей: "Я никогда не встречал таких, как вы" - смотря при этом на предмет своей пылкой привязанности взглядом мотылька, летящего к огню. Эта фраза овеяна для всех неизъяснимым флером романтики и почти в любом случае является комплиментом высшего сорта. Однако для Чонгука... Что ж, будем честны, он и правда прежде не встречал ни одного человека, хоть сколько-нибудь походящего на Кима Тэхёна. Он действительно никогда не видел столь заносчивого, едкого и неприятного человека. Ни у кого доселе не получалось его настолько разозлить, никто до этого момента не мог заставить его замереть одним лишь взглядом, никто не докучал ему своим обществом сильнее, ни у кого до Тэхёна не выходило так ясно разглядеть его натуру и так безжалостно, из раза в раз, выставлять напоказ все его недостатки и... никто не вызывал в бедном Чонгуке чувств ярче и сильнее. Хоть чувства эти и были дурного характера. Словом, он и правда не встречал таких как Тэхён. Таких мерзавцев. *** Но вернёмся к памятному балу, что запомнился присутвовавшим на нём не только гостеприимством хозяев и круговертью вальсов и кадрилей, но и презабавнейшим происшествием, которое, светское общество, не жалея своих голосовых связок, впоследствии из раза в раз обсуждало в каждой надушенной гостиной, хоть сколько-нибудь претендующей на утончённость вкуса её владельцев. Лакеи, прислуживающие в эти моменты лордам и леди, всегда слушают и наматывают на ус каждую пикантную сплетню, донесшуюся до их внимательных ушей. Разумеется, и эта история не стала исключением. А что знают лакеи, то знает и вся людская, что знает вся людская, то знают и кабаки с борделями, что знают кабаки с борделями, то знает весь Лондон и все его окрестности. Таким образом, благодаря небольшой драме, разыгравшейся на приёме у небезызвестного Кима Намджуна, Чонгук и Тэхён стали звёздами недели. История, рассказанная десять раз подряд, с каждым пересказом всё больше приукрашивается и обрастает невероятными подробностями, которых и не предполагалось в первоначальном варианте. Так, спустя три дня после приёма, некая Маргарет, камеристка некоей леди Армстронг, шепнула на ушко некоей Бетти, кухарке некоего мистера Брауна, что на балу в резиденции лорда Кима Намджуна, двое каких-то нетрезвых джентльмена, полностью мокрые, подрались прямо посреди бальной залы, опрокинули чашу с пуншем, запачкав платья и фраки нескольким гостям, а затем, осквернив сим недостойным поведением стены дома Кимов, устроили дуэль на праздничном столе. Правдой из этого было только то, что Чонгук и Тэхён действительно были мокрые, и действительно устроили дуэль. Но обо всём по порядку. ***