Случайность?

Вечер пятницы. Самое время отдохнуть и подготовиться к наступающим выходным. Каждую пятницу, если конечно есть время, группа собирается в гостиной перед телевизором, набирают попкорна (только из-за Сынмина, так как он жить без него не может) и включают любой фильм, который они все вместе выбирают. Их общежитие довольно уютное –гостиная совместима с кухней, четыре комнаты, два туалета. Все сидят на полу за круглым столом перед телевизором, а сзади есть диван, который, скорее всего, понадобится им этим вечером – кто-то точно уснет на нем, хоть он и одноместный. – Да блять, Чанбин! Мы не будем опять смотреть твоего тупого человека паука! – возмущённо и громко говорит Хенджин, вырывая пульт из чужие рук. – Да почему? Никто не против же, – Со поворачивается на остальных, а те отвечают грозным взглядом, – ладно! –закатывает глаза и, наконец-то, отпускает пульт. Хенджин заулыбался. Все предлагали свои варианты, но один все-таки выбрали, они смотрели «черный телефон» – страшный, но интересный фильм. Вообще, они не пьют по таким вечерам, но иногда можно. Чан принёс бутылку соджу и все дружно выпили за отличный отдых. Потом вторую. Третью. Дальше уже не понятно, сколько еще. Ладно трое стариков ещё держались, но остальные уже и не помнят, какой день и зачем они вообще собрались. – Чан, мне кажется, уже хватит, – говорит Чанбин, смотря на младших, которые уже валяются на полу с чего-то громко смеясь. – Тоже так думаю, – кивает тот и хлопает в ладоши, призывая этим остальных – ребятки, я считаю, что пора спать. Вот, берите пример с Минни, – он показывает на спящего Сынмина, который тихонько сопит на диване, обнимая подушку. *** Сынмин просыпается, резко открывая глаза. Сейчас вроде уже утро – солнечные лучи видны через шторы. Ким совсем не понимает ничего, только то, что его мучает жажда. Он хочет встать, но осознает, что не может этого сделать. Поворачивая голову, он видит перед собой лицо Хенджина. Он осматривается: подушка, которую он обнимал, валяется на полу, ноги друг друга переплетены, верхние четыре пуговицы пижамной рубашки расстегнуты, а под ней, на груди, лежит чужая рука. Младший резко поднимается, из-за чего Хван падает прям на пол и сразу же стонет от боли. – Боже, Сынминни, – он потирает лоб рукой, всё ещё не открывая глаза. Не понятно из-за чего болит голова, из-за прекрасного вечера, или, из-за того, что пару секунд назад он полетел с дивана на пол. Сынмин садится, ставя ноги на пол. Голова кружится, но он встаёт и направляется к раковине, наливая себе стакан. Он уже и забыл про Хвана, который до сих пор лежит на полу и ноет от боли. – Сынминни, – старший садится на пол, смотря на друга, – мне тоже, пожалуйста, – Ким сразу понимает и, выпив свой стакан воды, сразу наливает новую порцию и идёт к Хвану. – Держи, – протягивает стакан, садясь на пол и облакачиваясь на диван. Старший быстро выпивает и ставит стакан на пол, – спасибо, – он смотрит на младшего, а тот сидит с закрытыми глазами, пижама всё ещё расстегнута, открывая вид на красивые ключицы и розовый сосок. Он даже и не помнит, как так вышло. Он вообще ничего не помнит. Вроде фильм, вроде пили, а дальше, как в тумане. Хван застыл, смотря на это, как ещё слюнки не потекли. Он сам не понимает, почему это происходит. В голове до сих пор туман, но он чувствует как алкоголь всё ещё обжигает его внутри. Лучи яркого солнца направлены прям на Сынмина, и, он выглядит, очаровательно. Пижама в разы больше него самого, а кожа светлая, как сахарная пудра. – О-о-о, доброе утро. Проснулись уже, – в комнату заходит Чан, от чего двое сразу поворачиваются на него и, вроде, полностью просыпаются, – Минни, тебе жарко что-ли? – на лице парня появляется улыбка. Сынмин вдруг осознает и охает, – уже нет, – он застегивает пуговицы, смотря на Хенджина, который глупо улыбается ему. Он так и не понял, что было. Со временем все ребята просыпаются, все завтракают, о чем-то разговаривают. – Кстати, я случайно заснул на кровати Хенджин-хена, извини, – говорит Феликс, обращаясь к Хвану, – ты здесь спал? – спрашивает он указывая на диван, – здесь же, вроде, Сынмин спал, – делает глоток чая. – Ну да, – говорит Джин, смотря в свой телефон. Все застыли, а Хенджин с Сынмином совсем не обращали на это внимание. И что? Поспали вместе на диване, на котором даже одному человеку не удобно, ничего такого. Все продолжили молчаливо попивать свои напитки. Сынмин, на самом деле, после этого момента, стал избегать Хенджина. Все эти переглядки между ними напрягают его. Для него это было очень стыдно? У них с Хенджином были только дружеские отношения и ничего такого никогда не было. Но не всегда ему удавалось избегать старшего, так как они были соседями по комнате. Хван сразу понял, что его избегают, но для него этот случай ничего не значил. Ну, по пьяне не смог доползти до своей кровати, лег рядом с Сынмином, что тут такого? Да, скорее всего, он сам расстегнул рубашку, но он не помнит, может это и не он был. Но он понял, что для Кима это было серьезно. Хван и сам пытался не попадаться младшему глаза, чтобы не смущать его, он уверен, что, рано или поздно, это точно пройдет, они же живут вместе. *** – Сынминни, – уже поздняя ночь, но Хенджин не может заснуть уже долго. – Мм, – сосед лишь мычит в стену. Странно, что он тоже не спит. – Я не могу больше так. – О чём ты? – также в стену, он прекрасно понимает о чём он. – Ты уже давно избегаешь меня, я больше не могу так, – в ответ Хван слышит лишь тишину, – Сынминни, – он поворачивается в сторону младшего и смотрит ему в спину, между их кроватями стоит тумба. – Мм, – снова. Он не хочет это вспоминать, но не может забыть. – Давай уже забудем это, – совсем темно, но лунный свет слегка освещает их комнату. Сынмин поворачивается в его сторону. – Я пытался все эти недели, – он открывает глаза и смотрит на лицо Хвана. – Я понимаю, прости, – они так искренне смотрят друг на друга. – Не извиняйся, я же избегал тебя. И вообще, прости, что скинул тебя с дивана, – они оба начинают смеяться. – Сладких снов, Минни. – И тебе, Хён, – они смотрят на друг друга и одновременно закрывают глаза, проваливаясь в сон. *** Снова пятница, все прекрасно знают, что это значит. Но в этот раз, они решили не собираться на просмотр фильма. Бан Чан сказал, чтобы все отдыхали у себя в комнатах и занимались, чем хотят. Скорее всего, это потому, что было уже поздно для просмотра длинного фильма. Сынмин всё равно не может устоять и берет пачку попкорна. Сидит себе на кровати, в ушах наушники, на коленях телефон, а по всему общежитию запах соленого, хрустящего попкорна. Через наушники ничего не слышно, но он увидел стоящего перед ним Хенджина. Ким не обращает внимания на него, продолжая наслаждаться моментом жизни. – Ну же, Сынминни, – Хван вырывает наушники из ушей и толкает младшего в ногу, – уже поздно, ты мешаешь, а я хочу спать, – садится рядом и берет попкорн у друга. – Чем я тебе мешаю, ложись и спи, – он выключает телефон, смотрит на Хвана, убирая подальше от него лакомство. – Ты не против, чтобы я свет выключил? – Не против. Хенджин медлить не стал, встал и пошел к выключателю, а затем направился к кровати и лег к стенке, укрываясь одеялом. Со временем он засыпает, видит уже сон, но ещё не спит – слышит звуки через сон. – Хён, – Хван вздрагивает, резко открывает глаза и смотрит на Сынмина, который стоит около его кровати, – извини, но можно я сегодня с тобой посплю. – Боже мой, Ким Сынмин, ты одурел, – старший часто дышит и смотрит сквозь темноту на лицо друга. В ответ он слышит тишину. Свет уличных фонарей падает на лицо Кима и Хенджин видит, как по щекам катятся слезы. Хван не хочет знать, что случилось, сразу же поднимает одеяло, приглашая на теплое место. Ким ложится на спину, а сосед укрывает его. Они оба смотрят в потолок, а всхлипы всё не заканчиваются. Сынмин начинает дрожать и ещё больше плакать. – Сейчас вся подушка будет мокрая, – Хван поворачивает голову к мокрому лицу и улыбается. Младший продолжает плакать, закрывая лицо руками, – успокойся, – он так сладко это говорит. Убирает чужие руки с лица и вытирает мокрые дорожки, – тише, посмотри на меня, – старший берет в руки лицо и смотрит в глаза напротив, – ты такой миленький, когда плачешь, – улыбается, – но без слез ты ещё милее. Они долго смотрят друг на друга. Сынмин смотрит на такую искреннюю улыбку, не может тоже не улыбнуться. – Хенджин, – он тепло обнимает его и вдыхает запах чистых волос, – прости, – он уже совсем не плачет, он даже смеётся. – Всё хорошо, – они отстраняются и снова ложатся. Хенджин лежит лицом к чужой спине, обнимая того за талию. Старшему так нравится эта теплота и сладость – «что-то своё». Сынмин чувствует теплое дыхание в шею от чего полностью расслабляется. Хван придвигается ближе, опуская руку ниже, к паху. У Мина по коже мурашки, что не ускользает от внимания Хенджина. Младший чувствует, как жар подступает к щекам и мурашками проходится по шее. Рваный вдох вырывается, когда он чувствует, как чужие руки спускаются ещё ниже. Сынмин ложится на спину, поворачивая голову. – Почему ты такой красивый? – говорит старший и льнет к губам, не задумываясь. Целует мягко, а тот отвечает. Чужая рука уже под пижамными штанами и Мин чувствует, как низ живота начинает тянуть. Хенджин нежно гладит твердеющий член через ткань трусов, а тот стонет, позволяя впустить язык. Младший сгибает ноги в коленях, поддаваясь бедрами вперед. Хван целует мокро и жадно, его рука проникает под трусы, касаясь горячей головки. Ким протяжно стонет в поцелуй и обнимает того за шею, чтобы быть ближе и заглушить звуки, всё же, они живут не одни. Старший водит рукой по чужому члену, исследуя рот языком. – Хён... – он отстраняется, часто дыша. Хенджин останавливаться и между ними нависает тишина. – Прости, что-то не так? – Хван растерянно смотрит. Ким отрицательно качает головой и снова целует. – Мне кажется, я кончу от одной твоей руки, – он закатывает глаза и льнет ближе к телу, пропуская колено между ног парня, от чего тот сладко дышит в поцелуй. Хенджина накрывает с головы до кончиков пальцев. Он никогда не был на столько возбуждён. Он совсем не думал, что Сынмин такой, когда возбуждён. Он хочет, чтобы это продолжалось и повторялось снова и снова. Он играется с головкой члена, размазывая природную смазку, от чего Ким выгибается в спине и опрокидывает голову назад, жмурясь и закрывая рот рукой. Ему так прекрасно. Его тело всё вибрирует, колени дрожат, а между ног так чудесно. А Хван готов кончить только от одного такого вида, он быстро водит по возбуждению вверх-вниз. Весь мир плывет, в мыслях только одно имя. До этого Ким и не мог представить, что такое может случиться. Каждая секунда проходит всё быстрее и быстрее. Мин сжимает пальцы на ногах, он уже и забыл, из-за чего плакал, из-за чего он пришел в чужую кровать, но он рад. Он избегал его, и, после этого, возможно тоже будет. Касания стали такими горячими, языки сплетаются, а тело не контролируется. На самом деле, глубоко внутри себя, младший хотел этого, но не задумывался глубоко. Они друзья, коллеги по работе, а если фанаты узнают? Но ему всё равно, уже всё равно – Сейчас... – стонет младший. Он не успевает договорить и изливается в чужую руку, пачкая своё белье. Всё тело дрожит, перед глазами млечный путь. Хван достает руку и облизывает, а после целует парня, передавая его вкус. Ким стонет в поцелуй, посылая вибрацию по чужому телу. Мин трётся коленом об чужое возбуждения, а затем опускает руку, сжимая головку и проводя рукой по всей длине, он мычит в поцелуй, удивляясь размеру, а тот усмехается. Хван отстраняется и проводит по нижней губе среднем пальцем, а Мин раскрывает губы, пропуская палец внутрь. Член дёргается от такого вида младшего, слюна уже стекает по подбородку и капает на подушку. Ким смыкает губы и начинает посасывать палец, надрачивая в чужих штанах. Вскоре старший кончает, закрывая глаза и пачкая руку и свои же штаны. Оба часто дышат, Мин достает руку из штанов и также облизывает её. – А как же твое горло, – Хван убирает палец. Он знает, что этот парень очень следит за состоянием своего голоса и сам не хочет, чтобы его что-то тревожило. – Всё нормально, – облизав руку он ещё раз целует парня, – это снова сон? – он отстраняется и смотрит в глаза на против. – Тебе такое снилось? – Хенджин смеётся, поглаживая того по волосам. Даже сквозь темноту он видит, как младший краснеет. Они ещё долго целуются. Хван не думал, что Сынмин хочет того же, что и он. Ему совсем не важно, из-за чего парень плакал, ведь сейчас ему хорошо и он так прекрасно улыбается. Они не представляют и не хотят представлять, что будет дальше. Они знают друг друга очень хорошо, знают, что поймут друг друга в любой момент, знают, что нравятся друг другу. Проснувшись, младший ощущает пустоту, он в кровате один. Он вспоминает, что было этой ночью с улыбкой. Ему точно стоит сходить в душ. Он с улыбкой идёт на кухню, где все уже сидят и завтракают. – А где Хенджин-хён? – он спрашивает у всех, а те в ответ ничего. Вряд-ли кто-то из них знает, что было этой ночью. – Меня кто-то звал? – голос позади него. Ким поворачивается и видит перед собой улыбающегося Хвана. Он только вышел из душа. Его волосы ещё влажные. Хенджин подходит ближе, сразу обнимая того за талию и притягивая к себе. Кто-то за спиной давится чаем. Ким заливается краской, когда старший нежно целует его в губы.