Дампир: зов крови

Мне было тепло и мягко, но только первые секунды после пробуждения. Но стоило шевельнуться, как сразу волны боли разошлись от плеча по всему телу. Блин, придется наведаться сегодня в аптеку и стащить обезболку, ведь в бесплатной больнице таких вещей не дают просто так. Как же я устала от такой жизни, может, действительно сделала неправильный выбор, возможно, торговать телом куда более выгодно. И вообще, что за бредни мне приснились и почему так болит всё тело. Не дай бог два придурка из ларца, Бен и Кен, подсыпали мне дури в чай. Кастрирую обоих. — Привет, а ты молодец, девчонка.       Я резко дернулась в сторону голоса, что был мне незнаком. В дверном проеме (если это был он) стоял человек и, кажется, это был мужчина. — Ты кто такой? — буркнула я, притягивая к себе одеяло, которое, кстати, не видела, как и всю обстановку комнаты. — Как твоё плечо? Может, хочешь обезболивающее? О, да. Это было бы неплохо. — Нет, обойдусь. Ты новенький? И что тебе пообещали эти придурки? Я-то знала, что у этих придурков нет ничего. Так что, что бы не обещали, это все пустое сотрясение воздуха. — Новенький? Нет, это скорее ты новичок. Что ты помнишь из вчерашней ночи? — уточнил парень, осматривая тощую девчонку, что пыталась храбриться, но то, как она в защитном жесте закрывается одеялом, говорит ему, что она напугана на самом деле. Нет, он не похож на бездомного, да и староват для контингента «Ежевичного домика». — Что тебе надо от меня? — Ничего, просто хочу узнать, как тебя зовут, — отозвался парень. — На хрена тебе моё имя? Меня все больше напрягает этот мужик, может, хочет втравить меня во что-то незаконное? Ахах, да, конечно, ты прямо чиста как первый снег и не торгуешь наркотой. — А что, это такой большой секрет? — вопросом на вопрос продолжает он, — Кроме того, могу же я узнать такую малость от той, что лежит в моей постели. — В смысле в твоей постели? Я как ошпаренная вскакиваю на ноги, но запутываюсь в одеяле и кулем лечу на пол. Со стороны двери слышу гортанный, немного хриплый смех и во мне закипает злость, он смеется надо мной. Ненавижу, когда кто-то смеется надо мной, хотя знаю сама, что не обладаю изяществом в движениях. — Как ты вообще умудрилась победить низшего, я не понимаю. Я мало слушаю, о чём он говорит. Пытаюсь выпутаться из пут одеяла и встать, чтобы пнуть его. Но все же одно слово цепляет мой слух. — Кого-кого? — Упыря, — повторяет парень, переставая смеяться. Но продолжая смотреть на мои неуклюжие действия. — Ты что, под наркотой, что ли, какие упыри? Пойди лови свои странные глюки в другом месте. Наконец-то выпутавшись из одеяла, встаю на ноги, на мне из одежды только длинная футболка. — Где мои вещи? И кто меня раздел? — Твои вещи бросил в стиралку, они были в грязи и крови, раздел тоже я, чтобы не испачкала всю постель. Мои руки сами собой потянулись к низу футболки, стараясь опустить её ниже и прикрыть голые ноги. Еще никто в жизни не видел меня голой, в душе сражались смущение и злость. — Да успокойся ты, думаешь я в своей жизни не видел тощих голых девчонок? — усмехнулся парень, видя, как щеки девушки пошли красными пятнами от его слов. Очередной смех над её смущением стал последней каплей. Вновь пришло то вибрирующее чувство. Темнота комнаты расступилась, и я смогла рассмотреть лицо парня, насмехающегося надо мной. Четко очерченные черты лица, стального цвета глаза и родинка над верхней губой. Не думая больше ни секунды, бросилась с кулаками на него, но тут же вновь оказалась на полу, а его рука держала меня за горло. — А прыть-то у тебя все-таки есть, надо же. Вновь этот усмехающийся голос. Мне кажется, что сейчас он станет душить меня, определенно видя какие-то вещи под химией. Но внезапно его рука убирается и даже протягивается ко мне, предлагая помощь в принятие вертикального положения. — Да кто ты такой и какого нафиг хрена тебе нужно от меня? — не выдерживаю я и отталкиваю помощь, кое-как поднимаюсь сама. — Я — Крис Ван Хельсинг и ты у меня дома, — наконец-то со всей серьезностью заявил парень. С минуты тупо смотрю на него, но потом меня накрывает приступом смеха. — Если ты хотел быть похожим на Хью Джекмона, то говорю сразу: совсем не похож, даже отдаленно. Но, вероятно, ты обкуренный фанат, так что не стану тебя разубеждать, — сквозь смех говорю я. — И почему все сразу вспоминают именно его, а? Я, конечно, понимаю, ты еще слишком маленькая, чтобы знать и другие более выдающиеся фильмы про Ван Хельсингов, — Крис закатывает глаза. — Я не маленькая, а почти совершенно летняя— отзываюсь я, хоть по факту вру, мне лишь не давно исполнилось 18. — Ах, извините, девушка без имени и почти совершеннолетняя. Наверное, это все от того, что ты слишком тощая. Если бы не длинные волосы, принял бы тебя за парня. — Да пошел ты, придурок обдолбанный. Ни он первый говорил мне, что я тощая и страшная и совсем не похожа на девушку. Придурки Бен и Кен всегда говорят, что я правильно выбрала наркоту. Потому, что им все равно у кого покупать очередную дозу, а вот ни один мужик на меня не позариться. Но я никогда не показывала им как сильно меня это задевало. Не то, чтобы очень хотела внимания с их стороны в этом ключе, просто другие парни действительно мало обращали на меня внимания. — Есть хочешь или сначала обезболивающее? Голос парня вывел меня из задумчивости, но я не поняла вопроса. — А, что? — Ты всегда так внимательна к собеседникам? — Ну, ты и сам прекрасно общаешься сам с собой. — Очень остроумно, Джейн, — фыркнул Крис. — Одень штаны и пошли дам тебе обезболивающее, так как знаю — укус чертовски болит. — Я не… Но договорить не успела, так как он уже скрылся за дверью. Осмотревшись, увидела спортивные штаны на стуле и быстро натянула их, мне не привыкать носить вещи с чужого плеча.