m.

      Было жарко. Шэнь Юань был готов поклясться, что его кожа горит, что кости – плавятся. Невыносимо. Унизительно. Страшно. Демоническая кровь бурлила в теле, выжигала изнутри, подобно лаве, заставляя переставлять ноги, делать очередной шаг вперёд, быть послушным и не убегать. Хотелось кричать. – А-Юань такой красивый...– Ло Бинхэ улыбается, проводя ладонью вдоль лопаток, почти невесомо, нежно, но Шэнь Юань помнит, как эта самая рука сжимала его горло в парке, как эта самая рука держала крепко, без шанса вырваться, пока Бинхэ поил его своей кровью, ласково приговаривая: "Тише-тише, всё хорошо, этот Достопочтенный не причинит тебе зла." – а после жадно целовал до опухших губ и дрожи в ногах. Так неправильно. Так сладко. – Прекраснейший из всех Фениксов, – облизывается хищно. – и он только мой... Этот Бинхэ так счастлив...       Взгляд рубиновых глаз затуманен. Шэнь Юань видит в них одержимость, похоть и благоговение, словно Бинхэ держит за руку любимейшее божество, а не беспомощного человека, не желающего здесь находиться. Это пугает, заставляет чувствовать себя загнанным в угол кроликом – страшно... Как же страшно! Как он вообще оказался в такой ситуации? Почему главный герой самой тупой гаремной истории пришёл за ним в другой мир? Почему так одержим им? Как такое вообще возможно!? Это сон? Глупый сон! Такой же глупый, как и сама новелла! Глупый! Глупый! Глупый! Глу-..!       Красная вуаль, закрывающая лицо, исчезает, жемчуг, нанизанный на её кисти, очерчивает в воздухе дугу – Бинхэ смотрит на Юаня сверху вниз с нескрываемым обожанием, так, будто видит в том единственный смысл жизни. Лицо напротив завораживает демонической красотой, такое невероятное, идеальное, слишком прекрасное, чтобы принадлежать кому-то реально существующему. Шэнь Юань старается дышать. Он хочет домой, но теперь его домом станет Дворец Императора трёх миров. Он выходит замуж за чёртового героя новеллы, и это звучит настолько же абсурдно, насколько... только может звучать.       Тело не слушается, ноги подгибаются сами собой. Он падает на колени.       Первый поклон небу и земле.       Шэнь Юань поджимает губы. Чёрт, да будь проклят этот главный герой! Какого ему вообще понадобился этот щуплый смертный из другого мира!? Неужели многотысячного цветника недостаточно!? Неужели в этом мире не хватает красивых мужчин!? Почему он? Ну почему?..       Второй поклон родителям и предкам.       Бинхэ кланяется алтарю напротив; Шэнь Юань, подчинённый проклятой кровью, делает то же самое, мысленно взывая к своим предкам, чтобы те его спасли. Он вспоминает свою семью, оставленную по ту сторону, вспоминает суетливую матушку, вечно занятого отца, старших братьев, и едва ли сдерживает слёзы от несправедливости происходящего.       Третий поклон гостям.        Люди и демоны сидят вперемешку. Все одеты роскошно, под стать масштабу церемонии – зал пестрит шелками, златом и драгоценностями, демоническими рогами и крыльями, человеческими лицами и восторженными взглядами. Среди всей этой толпы Шэнь Юань успевает заметить Ша Хуалин, Лю Минъянь и Нин Инъин, сидящих в первом ряду. Они выглядят так, словно пережили нечто воистину ужасное, но Юань не уверен, что желает знать, что с ними случилось и почему других жён на церемонии не видать.       Четвёртый поклон друг другу.       Бинхэ ловит его взгляд, смотрит жадно, до дрожи во всём теле. Он встаёт на ноги и помогает подняться Юаню, как бы невзначай проводя пальцами чуть ниже поясницы. В его руках оказываются две чаши с вином, и одну он протягивает столь желанному юноше напротив. Чуть подрагивающими руками Шэнь Юань принимает чашу; терпкое вино горчит на языке, вот он – вкус истинного отчаяния.        – Этот Бинхэ клянётся любить и защищать своего супруга, быть всегда добрым и ласковым к нему, защищать и баловать, – слуги уносят пустые бокалы. – и никогда не отпускать, да будут падшие Небеса тому свидетелями! Пусть отныне мы всегда будем едины и в горе, и в радости, и даже время и смерть не будут властны над этим союзом!       Перед глазами всё плывёт, не то от страха, не то от вина, выпитого залпом, но Шэнь Юань всё равно замечает красную ленту, которой их с Ло Бинхэ руки связывают аккуратным узлом. Чёрт возьми, он теперь действительно замужем за этим демоном, и даже против сказать ничего не может, чтобы... Чтобы что? Он в грёбанном мире постканоничного "Пути", окружённый демонами и всесильными людьми, без грамма магии, особых умений или хотя бы какого-никакого оружия. Да скажи он сейчас хоть что-то, разве это что-нибудь изменит? Он беспомощен, он просто... – Да начнётся же торжество!

***

      Конечно, банкет был исключительно для гостей. Шэнь Юань догадывался, что главный герой не будет ждать завершения пиршества, чтобы полакомиться основным блюдом, но как же хотелось верить, что неизбежное случится хотя бы на час-второй позже... Нет, ждать поблажек было глупо. Не тогда, когда дело касалось Ло Бин-гэ.       Он подхватил его на руки сразу после окончания церемонии и унёс на глазах у всех, не дожидаясь даже поздравлений от самых приближённых. По коридорам шёл спешно, подгоняемый нескрытым желанием. Шагая уверенно, практически паря над землёй. Юань старался не думать о том, что ждёт его дальше, но паника накрывала сознание высокими волнами вместе с осознанием, вынуждая сжиматься в чужих руках лишь сильнее. – Моему А-Юаню не стоит бояться, – прошептал Бинхэ над самым ухом, оставляя поцелуй на виске. – Этот муж будет нежен...       Но Юань всё равно боялся. Боялся так сильно, как ещё никогда. Он даже не заметил, когда его усадили на красные шелка, и только тогда понял, что всё это время Бинхэ мог перенести их в покои с помощью Синьмо. Но почему-то не стал.       Корона Феникса упала на пол вместе с золотыми украшениями. Бинхэ не хотел спешить, наслаждаясь каждым моментом: вот он медленно высвобождает руки Юаня из драгоценных браслетов, целуя пальцы, костяшки, запястье; вот – медленно приспускает с плеч церемониальные верхние одежды, оглаживая шею, проводя холодными пальцами вдоль ключиц... Юань смотрел на это завороженно, точно околдованный, пока тело прошибала мелкая дрожь. В его голове было пусто, а в ушах звенело – происходящее казалось дурным сном. А потом Ло Бинхэ больно укусил его за плечо, и Шэнь Юань словно очнулся, тут же выставляя руки вперёд: – Хватит... Хватит! – Ло Бинхэ поднял на него вдумчивый взгляд из-под полуопущенных ресниц и лениво склонил голову набок. – Перестань сейчас же! – А-Юань волнуется? – А-Юань против насилия! – на выдохе крикнул он, стараясь унять дрожь в голосе. – Думаешь, тебе можно что угодно!? Какого чёрта ты вообще творишь!       Ло Бинхэ на это ничего не ответил, лишь молча потянулся за очередным поцелуем, и тогда Шэнь Юань не выдержал – ударил наотмашь по лицу, с запозданием осознавая, что наделал. В ушах стоял отчётливый звук хлопка, а ладонь пульсировала болью. Он задержал дыхание, замер, со страхом наблюдая, как демон касается пальцами рассечённой губы и снисходительно улыбается: – Смело, но глупо, – протянул он приторно, и Шэнь Юань ощутил, как холодок пробегает по спине от излишней сладости в голосе. – мой А-Юань такой красивый, когда злится, и всё же ему стоит быть аккуратнее, я не хочу, чтобы он поранился...       Когда дрожащая ладонь оказалась в широкой мозолистой, Шэнь Юань боязливо зажмурился. Он думал, что вот-вот услышит звук ломающихся костей или и вовсе лишится конечности, но Бинхэ лишь ласково огладил её пальцами, словно желая унять чужую боль. Дешёвая уловка. Будто в теле этого смертного нет демонической крови, чтобы в одно мгновение исцелить или заставить боль исчезнуть. А затем покрасневшей кожи коснулся язык, и Шэнь Юань понял, к чему всё это было, позорно при этом вскрикнув и округлив глаза. Ло Бинхэ не выглядел злым – скорее, более возбуждённым, а уже в следующий миг с перепуганного человека буквально сорвали оставшиеся одежды, оставив лишь штаны да нефритовую заколку в волосах. Предстать почти полностью обнажённым перед другим мужчиной не было страшно, но не тогда, когда мужчина буквально пожирает тебя взглядом. Руки потянулись к груди в иррациональном желании прикрыться, но Ло Бинхэ не позволил – накрыл их своей широкой ладонью и завёл над головой. И смотрел-смотрел-смотрел... Улыбка демона была красивой, соблазнительной и невероятно довольной, Шэнь Юань видел в ней свою погибель, в очередной раз не понимая, почему это должен быть он? Почему именно он, а не кто-нибудь другой, сейчас лежит под Повелителем трёх миров; почему его руки скованы цепкой хваткой, а не чьи-либо другие; почему к его телу сейчас прикован затуманенный взгляд рубиновых глаз, который скользит по тонкой шее, уже предвкушая, как она будет выглядеть на следующее утро: вся в отметинах и засосах, покрытая его, Ло Бинхэ, метками, – опускается ниже, чуть мутнеет при виде точёных плеч (о-о-о, в них будет очень приятно вгрызаться зубами); ниже – к бледной груди с затвердевшими от холода сосками; ниже – к чуть впалому животу; ниже... Шэнь Юань вздрогнул, сводя ноги в коленях, забывая, что до сих пор в штанах (а надолго ли?), чем вызвал снисходительный смешок: – Мой муж такой застенчивый, – провёл свободной рукой по бедру, опаляя жаром даже сквозь ткань. – Но ему нет нужды так стесняться, его тело прекрасно... – Отпусти меня сейчас же!       Он метался из стороны в сторону, изворачивался змеёй, лишь бы отодвинуться подальше, не дать приблизиться к себе на лишний цунь. Быть изнасилованным главным героем чёртового гаремника казалось худшим способом лишиться девственности. Хуже становилось и от того, что лицо напротив настолько пугало своей красотой, что Шэнь Юань в какой-то момент поймал себя на мысли, что в принципе почти и не против происходящего, и тут же ужаснулся. Насилие было насилием, насколько бы красивым ни был насильник или убийца, и даже несколько лестное чувство от столь пристального внимания кого-то, вроде Бинхэ, к его скромной персоне, не умаляло серьёзность ситуации. Но что бы ни думал о происходящем Шэнь Юань, голова Ло Бинхэ была забита совершенно иными мыслями, точнее – желаниями.       Мягкие губы манили. Ло Бинхэ накрыл их своими и сразу углубил поцелуй, с восторгом подмечая, как тело напротив реагирует на близость. Грудная клетка вздымалась рвано, под стать сбившемуся дыханию, в расширенных зрачках застыл стыд вперемешку с непониманием. Ох, как же его возлюбленный был прекрасен! Они целовались долго, влажно. Ло Бинхэ до одури нравилось, насколько податлив этот рот, позволяющий языку делать всё, что захочется, подчинять и вести, учить этому великолепному искусству страсти... Прекращать совершенно не хотелось, но на поцелуи у них было ещё всё время трёх миров, и с этими мыслями Ло Бинхэ отстранился, кусая нижнюю губу напоследок. Слишком хорошо, слишком сладко. Лицо Шэнь Юаня, такое бледное пару минут назад, пылало смущением и жаром, маской на него ложились стыд и сбивающее смертного с толку желание, чуть проступившее сквозь ткань красных штанов. Подмечать такие перемены было невероятно приятно, особенно от осознания, что поцелуи – лишь малое начало предстоящей ночи. Воображение уже рисовало красочные картины прикрытых в блаженстве первого оргазма глаз, влажных губ, поджатых в попытке сдержать стоны... Бинхэ не терпелось увидеть это воочию.       Когда руки Шэнь Юаня освободились, он снова вытянул их вперёд, подрагивающими пальцами цепляясь за ткань надетого на Императора платья. Он хотел отстраниться, спрятаться от накрывающей тело слабости, когда вдруг осознал, что расползающийся по телу жар скорее искусственный, вызванный чем-то инородным, чем его собственный. – Мерзавец...– прошептал он и едва успел подавить постыдный стон, когда демоническая кровь уже более явно проявила себя. – У А-Юаня довольно занятное лицо, когда он злится... Кажется, ему хорошо. Этот Бинхэ счастлив...       Шэнь Юань ещё на трёхсотых главах уяснил, что кровяные паразиты беспощадны. Если ты враг Ло Бинхэ, ты умрёшь самой мучительной смертью; если его возлюбленная – умрёшь в блаженстве и вознесёшься на Небеса. Шэнь Юань не хотел ни умирать, ни возноситься, но фантомные касания рук по всему телу не оставляли выбора, вынуждая прогибаться в спине и тихо поскуливать. Это было слишком странно: чувствовать, как бёдра оглаживают, и при этом не видеть, кто это делает; осязать кожей ласку, но понимать, что к твоему телу даже не прикасаются. Обилие чувств – о, Небожители, их было так много, что Шэнь Юань даже не успевал понимать, где его сейчас ласкают! – сбивало с толку и насылало стыд. Дрожь от страха сменилась дрожью предвкушения, и это казалось настолько позорным, что хотелось разрыдаться прямо на месте.       Когда кровь опалила жаром соски, Шэнь Юаня подбросило на кровати. Он бы никогда не подумал, что может быть настолько чувствительным в таком месте, и явно не желал узнавать об этом в подобной ситуации. Ещё меньше хотелось, чтобы об этом знал Бинхэ. Но теперь он знал. Они оба знали. Когда они встретились взглядом, Шэнь Юань замер, разглядывая отражение в чужой радужке. Изумруд его глаз тонул в рубиновой бездне – это напоминало бамбуковую рощу, охваченную пламенем. Шэнь Юань был готов поклясться, что сгорает сам.       Груди коснулись холодные пальцы, чуть оглаживая кожу вокруг розоватых ореолов. Этот контраст между жаром и холодом буквально сводил с ума. – Этому Бинхэ доставляет удовольствие вид его мужа, – губы коснулись шеи. – но его печалит, что тот всё ещё сдерживает свой голос...       И в следующий миг эти самые губы, растянутые в улыбке, припали к нежной горошине, пока вторую несколько грубо зажали меж пальцев. Влажный язык прошёлся по вершине, очерчивая её контур во рту, зубы чуть прикусили набухший сосок, не больно, но достаточно, чтобы Шэнь Юань вскрикнул, упёршись руками в кучерявую голову. – П-прекрати! Хватит! Не н-надо!       Собственный голос пугал. Слегка хриплый, нерешительный, должно быть, под стать жалкому виду самого Юаня, но демоническая кровь усиливала все чувства, а язык, терзающий чувствительное место, не останавливался, и это было настолько хорошо, что становилось плохо. Тело прошибало точно электрическими разрядами, оседающими дрожью в ногах и очередными жалостливыми всхлипами. – А-Юань такой милый, – Ло Бинхэ отстранился, продолжая массировать другой сосок подушечкой большого пальца; кровяные паразиты вызывали чувство лёгкого покалывания, а бережные прикосновения казались настоящей пыткой. Член Шэнь Юаня дёрнулся. – ему не стоит стесняться своих желаний, этот муж с радостью подарит ему куда больше приятных ощущений.       Он нежно поцеловал покрасневшую кожу, ещё раз лизнул и тут же подул на неё, блестящую от влаги, чуть оттягивая вторую бусину и вжимая ноготь указательного пальца прямо в сердцевину. Это было уже слишком... Это было уже слишком для Шэнь Юаня! Откинув голову на подушки, он вцепился в волосы Ло Бинхэ, отчаянно мыча что-то сквозь сомкнутые губы, и излился прямо в штаны, крупно подрагивая всем телом. Все мысли исчезли, уступая место приятной пустоте. Хотелось остаться в ней навечно, забыться, чтобы больше ни о чём не думать, но блаженство оргазма постепенно отступало, и на замену ей приходило осознание. Чёрт возьми, он только что кончил от стимуляции сосков... Чёрт возьми, он... Он только что... Чёрт возьми! – Боюсь, моему мужу ещё рано расслабляться, как бы сильно ему того ни хотелось.       Обольстительно улыбаясь, Ло Бинхэ огладил кожу на груди, вырисовывая пальцами неясные линии, ласково провёл подушечками по выпирающим рёбрам и опустил руки на плоский живот. Шэнь Юань почувствовал себя оленёнком, угодившим в лапы к тигру, когда демон, нависающий над ним, потянулся к завязкам на штанах, медленно стягивая перепачканную ткань вниз – последний элемент одежды, создававший мнимую иллюзию защищённости, мелькнул перед глазами и исчез за пределами широкой кровати. Юань остался совершенно нагим. Ло Бинхэ облизнулся. Томно разглядывая раскрасневшееся лицо человека, он опустил ладонь на плоть, покрытую семенем, и слегка сжал, прощупывая венки. Сегодня Бинхэ планировал выжать всё до последней капли из этого милого члена. – Мой муж такой маленький и аккуратный, – задумчиво произнёс он, проводя рукой вверх-вниз. – даже в таком деликатном месте. – З-замолчи! – дёрнулся тот и был сразу же прижат обратно к подушкам демонической кровью. – Моему А-Юаню не стоит переживать, его муж находит подобное очаровательным, – улыбнулся. – А-Юань прекрасен во всех местах.       Он водил рукой неспешно, с интересом наблюдая, как член в ладони снова набухает от неторопливых ласк. Надавил большим пальцем на уретру, размазывая по коже проступившую каплю предэякулята. Розоватая головка блестела от белесой жидкости и выглядела чертовски аппетитно, а тяжёлое дыхание Шэнь Юаня подначивало попробовать кое-что, что наверняка ещё больше смутило бы этого чудесного человека. Губы Ло Бинхэ лениво мазнули по чужим, оставили поцелуй на подбородке, проложили аккуратную дорожку от шеи к груди, иногда чуть прикусывая кожу и оставляя засосы, ненадолго задержались у солнечного сплетения – Ло Бинхэ хотел увидеть, поймёт ли его супруг, что тот задумал – оставили влажный след немного ниже пупка и замерли рядом с пахом. Шэнь Юань смотрел затравленно, загнанно, качая головой из стороны в сторону: – Не надо...– прошептал он, сводя ноги в коленях; Ло Бинхэ положил свободную руку ему на бедро, надавливая несильно, но всё же вынуждая раскрыться: – Надеюсь, А-Юань простит этого мужа за неопытность, – горячее дыхание опалило возбуждённую плоть. – ему ещё не приходилось доставлять удовольствие мужчинам.       Пальцы сдавили член у основания; лицо демона было настолько близко к самому сокровенному, что Шэнь Юань сперва подавился возмущением, а затем – воздухом: двойное "чёрт возьми", ему собирался отсосать главный герой "ПГБД"!       Ещё в далёкие школьные времена бывший друг Юаня рассказал ему, как заставил свою девушку сделать ему минет, и этому мудиле, судя по всему, чертовски понравилось. Он говорил, как вынуждал заглатывать её глубже, как она задыхалась в процессе, а ему было только в кайф. Сразу после этого друг и стал бывшим, а Шэнь Юань решил, что ни за что не заставит свою пару идти на подобное унижение. Но вот он здесь, с членом в глотке у Ло Бинхэ, который совершенно не чувствует себя униженным, и с осознанием, что минет может быть не только средством подчинить того, кто его делает, но и того, кому.       Сдерживать стоны больше не удавалось. Язык Бинхэ, такой тёплый и приятный, сводил с ума своими умелыми ласками, и Шэнь Юань откровенно не понимал, как можно вытворять подобное, не имея при этом никакого опыта. Он чувствовал себя шариком кошачьей мяты, оказавшимся в лапах наглого кота, с той небольшой оговоркой, что у шарика всегда была возможность закатиться куда-нибудь под кровать и спрятаться. У Шэнь Юаня же такой возможности не было, и всё, что ему оставалось – со стыдом принимать то, что готов дать ему этот беспощадный демон. А Ло Бинхэ действительно был беспощадным, он чувствовал, когда Шэнь Юань подходил к грани, и когда все ощущения становились наиболее яркими, снижал напор, намеренно проводя языком по коже как можно невесомее. Нежные поцелуи чередовались с глубокими толчками в рот, кровь снова пришла в движение, циркулируя по телу и разгоняя по нему жар и желание – Шэнь Юань медленно сходил с ума, плавясь от избытка чувств и удовольствия. – Я больше... Ах! Я больше не... М-м-м!..       Если, когда он излился первый раз, чувствовал лишь стыд и пребывал в полной прострации, то сейчас буквально не находил себе места, мечась из стороны в сторону, подобно одержимому. Ему хотелось кончить. Ему действительно хотелось кончить и забыться. Но этот Бинхэ, да что б его, намеренно оттягивал момент, желая насладиться беспомощностью – как он там его называл? – своего "милого А-Юаня". Как бесчеловечно! – Мой муж хочет о чём-то попросить? – невинно поинтересовался тот, беря член за щёку; сочащаяся головка прошлась по влажной стенке, и Шэнь Юаня в очередной раз подкинуло на кровати. – Этот Бинхэ готов выполнить любую его просьбу. – Я хочу... Ха-а-а-а-а!...– язык незатейливо лизнул уздечку, вырывая из глотки Шэнь Юаня ещё один протяжный стон. – Хочу... Ам-м-м-м!.. – когда Ло Бинхэ шумно вдохнул и выдохнул ртом, холодный воздух прошёлся по влажной коже. – Я...– губы снова сомкнулись на члене, заглатывая не слишком глубоко, но достаточно, чтобы Шэнь Юань сжал голову Бинхэ своими бёдрами сильнее.       Боги, это просто невыносимо!       "Ло-мать-твою-Бинхэ! Мой член тебе не леденец!" – Этот муж не понимает, чего от него хочет его милый А-Юань, не может ли он сказать чётче? – Я... – Муж, – перебил демон, выпуская член изо рта. – Этот муж... – Да? – Этот муж хочет... хочет...– о, Небеса, как же унизительно... Нет, он не будет этого говорить!       Ло Бинхэ смотрел ласково, с такой любовью, с какой и подобает смотреть мужу на жену. Но Шэнь Юань, чёрт возьми, не был женщиной! Он не был похож ни на пышногрудую сестричку, ни на прекрасный белый лотос, ни на соблазнительную демоницу – ни-на-ко-го! Он был просто Шэнь Юанем, парнем с плохим зрением (окей, спасибо демонической крови хоть за что-то хорошее, но теперь его глаза видели просто великолепно), затворническим образом жизни и всеми шансами закончить универ с отличием. Он никак не мог понять, почему главного героя так переклинило на нём? Всё, что он делал всю свою жизнь – просто существовал! Так что же такого должно было произойти, чтобы всё обернулось подобным образом? Это неправильно! Так не должно быть! – Этот Бинхэ всё ещё ждёт ответа своего мужа, – его рука прошлась по члену вверх-вниз. – супруги должны быть честны друг с другом, и всегда говорить о своих желаниях открыто...       Шэнь Юань всхлипнул. Кровь, затихшая некоторое время назад, снова пришла в движение, хлынув бурным потоком вниз по телу. Часть паразитов сосредоточилась у основания плоти, сжав её плотным кольцом, пока вторая... Боги, что это?.. –... иначе это может привести к некоторым недоразумениям...       Шэнь Юань бы точно почувствовал, если бы в его задницу что-то протолкнули, но ведь она явно была нетронута! Так откуда взялось это чувство стороннего вмешательства!? Бинхэ, что ты за человек такой!?       Демоническая кровь действовала аккуратно, деликатными толчками расширяя стенки кишечника, пока руки Ло Бинхэ продолжали движение по члену. Хождения по грани больше не было – теперь Шэнь Юаня буквально толкали к ней, зная, что он никак не сможет упасть. Тело прошибала крупная дрожь, а когда головки коснулся горячий язык, он вцепился пальцами в шелковые простыни, судорожно глотая ртом воздух. Чёрт... Это действительно невыносимо... Это действительно...       Ло Бинхэ больше не сдерживался. Помогая себе рукой, он тщательно вылизывал покрасневшую головку, то проезжаясь ей по нёбу, то просто лаская языком. Плоть во рту дрожала, готовая вот-вот излиться, и Ло Бинхэ трепетал вместе с ней, заглатывая поглубже. Нежно перекатывая в пальцах мошонку, он пустил по горлу вибрацию, упиваясь жалостливыми стонами Юаня. Если это не услада для глаз и ушей, то что? – Хва-хва... т-тит... Я боль...ше... Я б-бо... Ах! Не м-могу...– по его щекам текли слёзы; увидев их, Ло Бинхэ с пошлым звуком выпустил член изо рта и приблизился к лицу Шэнь Юаня, любяще сцеловывая солёные дорожки. – Моему мужу надо лишь попросить, и этот Бинхэ сразу же исполнит его просьбу, – прошептал он, одной рукой продолжая вести по влажной плоти, а второй растирая нетронутый вход. – Я... я... не хочу...– прохныкал Юань, глядя в пустоту помутившемся взглядом. – Это уни-унизительно! – В желаниях А-Юаня нет ничего унизительного, – оставил лёгкий поцелуй на губах, прикусил мочку уха. – он всегда должен говорить своему Бинхэ, чего хочет, иначе как его муж об этом узнает? – Н-н-нет! – Ло Бинхэ рассмеялся: – А-Юань такой упрямый, неужели он надеется на милость этого Господина?       Неожиданно руки, ласкающие тело, исчезли. Ло Бинхэ отстранился и скрылся с поля зрения, оставляя Шэнь Юаня одного. Без настойчивых ласк всё стало терпимее, но изнуряющее чувство жжения в паху так и не исчезло, вынуждая свернуться калачиком на простынях и тихо скулить. Да что б этого демона! Он же просто монстр! Как его жёны вообще живыми ходили после всех этих игрищ? Разве можно так над людьми издеваться!?       Когда кровать прогнулась под чьим-то весом, Шэнь Юань устало повернул голову в сторону, пытаясь рассмотреть что-то сквозь пелену слёз. В руках у Ло Бинхэ был непонятный флакон небольшого размера, он упал рядом с ногами Шэнь Юаня, а Бинхэ снова навис сверху, накрывая стройные бёдра ладонями и раздвигая. Пальцы огладили нежный бутон и потянулись к бутыльку; пробка вышла из него с выразительным "чпоньк", и приятный цветочный запах наполнил комнату. – А-Юань всё ещё не готов попросить своего мужа? – спросил Ло Бинхэ, наливая себе в ладонь душистое масло; Шэнь Юань отвернулся. – Тогда этот Бинхэ будет нежен...       Он притянул Юаня к себе, вынуждая прогнуться в пояснице, и обхватил рукой вдоль живота, жадно рассматривая нетронутую хризантему. Сегодня ночью этот нежный цветок будет опорочен им, очень нежно и неторопливо. А-Юаню не должно быть больно, Ло Бинхэ не хотел, чтобы первый раз возлюбленного омрачился неприятными чувствами, а потому лил масло, не жалея, ласково растирая ладонью по коже. Скользкие пальцы надавили на вход – Шэнь Юань поморщился. Его тело всё ещё жаждало разрядки, но желание понемногу отступало, перекрытое лёгким дискомфортом, когда в него вторглись. Палец вошёл легко, двигаясь плавно, неспешно. Ло Бинхэ должен был сделать всё правильно, подготовить как следует. Он старался не замечать, как собственное возбуждение проступает сквозь ткань свободных штанов, думая лишь об упрямом человеке, сжимающем губы плотной линией.       Когда к первому пальцу добавился второй, Шэнь Юань вздрогнул. Ему всё ещё не было больно, – демоническая кровь и обилие смазки делали своё дело просто превосходно, – но чувство наполненности пугало и вынуждало хмурить брови. А затем пальцы согнулись и надавили на какую-то точку внутри, и его член снова дёрнулся. Ло Бинхэ улыбнулся, влюблённо рассматривая сверху лицо мужа, и вновь надавил туда же, срывая с опухших от поцелуев губ приглушённый стон. Его свободная рука легла на член, начиная движение, пока пальцы продолжали растягивать изнутри, оглаживая и надавливая. Отступившее желание накрывало с новой силой, и когда вместо двух пальцев их стало три, Шэнь Юань даже не заметил, судорожно изворачиваясь под Бинхэ змеёй. Ему было жарко. Ему было очень жарко! Удовольствие опьяняло и плавило тело. Ло Бинхэ не останавливался. В этот раз он подвёл Шэнь Юаня к грани куда легче и быстрее, с хитрым блеском наблюдая за метаниями смертного на шелках. Его нежный муж... Ох, как же явно он желал броситься в эту бездну с разбегу, но... Кровь всё так же окольцовывала член, не давая кончить. Какая жалость. – Этот Бинхэ думает, что А-Юаню есть что сказать, – выпустил он его из рук, укладывая на кровать; смотреть на то, как пальцы входят в это возбуждённое тело, было приятно, но будет куда приятнее, когда Юань кончит ему на лицо или в рот. – Хва-хватит...– проблеял тот, закрывая глаза. – О чём говорит мой любимый муж? Этот Бинхэ не понимает.       "Главный герой, ты грёбанный извращенец! Не притворяйся, что не понимаешь!" – хотел закричать Шэнь Юань, но вместо этого с придыханием продолжил: – Переста... Прекрати... э-это... – Мой муж хочет, чтобы я остановился? – Д-да!.. – Боюсь, это невозможно, – Шэнь Юань услышал в бархатистом голосе насмешку. – А-Юаню стоит попросить о кое-чём другом.       Чёрт, неужели ему действительно придётся сказать это? Неужели в конечном итоге главный герой победит даже здесь? Несправедливо! Но ещё более несправедливым казалось, если его измученный член, прошедший сквозь все эти пытки, так и не получит заслуженной разрядки. Да такими темпами его просто разорвёт! – Я... я... хочу кончить... – наконец, произнёс он, и если бы уже не был красным везде, где только можно, наверняка покраснел бы со стыда до самых ушей. – Ещё...– прошептал Бинхэ; Шэнь Юань распахнул глаза, неверяще глядя на наглого демона: – Что? – тихо спросил он, надеясь, что ему показалось; Ло Бинхэ улыбнулся шире. – Попроси этого мужа ещё.       Его ладонь настойчивее сжала плоть, а пальцы внутри в очередной раз согнулись, надавливая ровно туда, куда надо. Шэнь Юань, ещё мгновение назад желавший возмутиться, подавился воздухом, осознавая, что сделает, как от него хотят. А иначе точно сойдёт с ума. – Я хочу кончить... – Попроси ещё. – Этот муж хочет кончить! – Ещё. – Бинхэ, пожалуйста!.. Ах! – Ещё... – Прошу тебя! Ха-а!.. Муж!       Бинхэ довольно оскалился, устраиваясь поудобнее между ног, и, не теряя времени, сразу заглотил целиком, отзывая демоническую кровь. Хватило двух толчков в глотку, чтобы Шэнь Юань протяжно застонал, судорожно хватая руками простыни, и, наконец, излился, крупно подрагивая всем телом и тяжело дыша. Этот оргазм ни во что не шёл с предыдущим – он был сильнее, ярче и никак не хотел отступать, накрывая удовольствием ещё какое-то время. Не хотелось думать о том, чего он стоил, и Шэнь Юань не думал, устало прикрывая глаза и смиренно ожидая следующих действий. Это был не конец. Это явно был не конец. И подтверждением тому стал четвёртый палец, без проблем вошедший вместе с предыдущими. – А-Юань молодец, – погладил его по вспотевшим волосам Ло Бинхэ. На краю его губ всё ещё была сперма, и он слизал её, словно кот сметану. – Этот Бинхэ гордится своим мужем.       Шэнь Юань посмотрел на него чуть отстранённо, едва способный совладать с собственным дыханием. Тело и разум жаждали покоя после агрессивной встряски, пока сам Юань находился на грани между сном и реальностью. Он действительно устал. Бинхэ успел вытрахать из него всю жизненную силу, не используя при этом столь нахваленный в "ПГБД" "небесный столп", и это ужасало. Когда пальцы вышли из его тела с приглушенным "чвоньк", Шэнь Юань зажмурился, готовясь к худшему.       Если он выживет после сегодняшнего, его наверняка уже ничто не убьёт. – Не бойся, – словно ощутив его страх, произнёс Бинхэ, ласково оглаживая разгорячённую щёку. – Твой муж ни за что не причинит тебе боли.       Он говорил тихо, медленно, словно утешая юное дитя, с такой нежностью, что в эти слова действительно хотелось верить. Истощённый разум заглушил очередное напоминание о том, как Шэнь Юань попал сюда: в этот мир, на это ложе – и просто принял сказанное за данность. Он нерешительно кивнул. Бинхэ аккуратно поцеловал его в лоб, оставил поцелуй на щеке, клюнул в нос и накрыл чужие губы, уже привычно переплетая языки. А затем неожиданно отстранился, высвобождая свои волосы из короны. – Мой А-Юань уже давно предстал предо мной в столь откровенном виде, – потянулся он к завязкам на одежде. – наверняка ему обидно, что этот муж до сих пор одет.       Мантия дракона соскользнула с широких плеч и упала с кровати. Ло Бинхэ раздевал себя быстро, но не слишком, давая возможность рассмотреть как следует, насладиться этим шоу. Это тело действительно было красивым, в меру накаченным, но без перебора, подтянутым и здоровым; светлая кожа без единого шрама напоминала отлитый лунным светом мрамор. Шэнь Юань скользнул взглядом по мощной груди (сглотнул), по сильным рукам (неудивительно, что против них он ничего не смог сделать в том грёбанном парке), спустился к кубикам пресса (один, два, шесть, восемь...) и замер, уставившись на то, что находилось между ног... Нет... Нет-нет-нет! Эта махина в него не влезет! Чёрт возьми, он только увидел её, но уже мог сказать наверняка – это невозможно! Просто невозможно! Секундное восхищение (чисто эстетического плана) сменилось ужасом и осознанием. Если эта хрень войдёт в его тело – он труп. И никакая демоническая кровь тут не поможет! – Неужели размеры этого Господина столь впечатляющие? – хохотнул Бинхэ, нависая сверху; в его глазах плескалось озорство. Это раздражало. – Твоей колонной можно проткнуть небеса, твой человеческий муж умрёт прежде, чем ты войдёшь в него полностью.       Пожалуй, это была самая длинная фраза, которую произнёс Шэнь Юань за всё время пребывания в демоническом мире, но... Блять! Этот засранец действительно смеётся над ним? Из-за того, что он здраво оценивает возможности своего тела? Серьёзно? Нет, Шэнь Юань мог со многим смириться, – всё же его адаптивные навыки всегда были на высоте, – но умирать, закосплеив чёртов шашлык, отказывался наотрез!       "Герой, я не одна из твоих сестричек, которые способны принять подобное – я человек из реального мира, где биологию никто не отменял!"       Найдя в себе силы, он приподнялся в локтях, пытаясь отползти подальше, когда длинные пальцы окольцевали его лодыжку. Вяло дрыгнув ею в жалкой попытке вырваться, Шэнь Юань судорожно вздохнул. Он напоминал себе тряпичную куклу с ватой вместо мышц – с этой же мыслью он упал обратно на простыни. Было бы неплохо, окажись под рукой что-нибудь тяжёлое, он бы хоть огрел Бинхэ напоследок и пал с чувством, что сделал всё, что было в его силах. А так получалось, он сдавался без боя. Это удручало.       Мазнув взглядом по лицу напротив, Шэнь Юань снова посмотрел на оружие массового поражения, болтающееся между накаченных ног, и мысленно попрощался с жизнью. Этот член не зря носил звание "небесного столпа": со вздувшимися венками и в полной боевой готовности, Шэнь Юань был уверен, в обхвате он вряд ли бы уместился в этой человеческой ладони, а его длина поражала и ужасала... В голове возник вопрос, а не страдал ли автор новеллы определённого рода комплексами? – Этот Бинхэ будет аккуратен в наш первый раз, А-Юаню не о чем тревожиться, – рука на лодыжке потянула на себя и разжалась, опустившись на бедро; ноги оказались раздвинуты, а Бинхэ снова навис сверху.       Когда растянутого пальцами входа коснулась твёрдая плоть, Шэнь Юань поджал губы, уже представляя, насколько больно ему будет. Было стыдно от того, что он столь легко позволил Бинхэ делать с ним всё это. Было страшно от осознания, что ждало ещё впереди. В глазах опять защипало.       Демоническое лицо приблизилось, чужое дыхание опалило губы. Бинхэ хорошо целовался, и даже Юань не мог этого не признать, неосознанно поддаваясь вперёд и скрещивая руки за бледной шеей. Он был уверен, что вот-вот закричит от боли, но когда почувствовал, как в него медленно входят, лишь промычал что-то сквозь поцелуй и сильнее зажмурился. Крупная головка растягивала кожу вокруг члена, проталкиваясь не спеша, практически без препятствий, скользкая от масла; кровяные паразиты продолжали пульсировать внутри, облегчая движение.       Боли не было. Когда Бинхэ вошёл на одну треть, он прервал поцелуй и огладил лицо Юаня, любуясь: – А-Юань ещё научится принимать своего мужа, – прошептал он, проводя рукой по вспотевшей груди. – Он будет наслаждаться этим и ждать следующего раза, – пальцы чуть надавили на сосок, растирая. – и Бинхэ никогда не станет ему в этом отказывать. – Я... в этом сомневаюсь...– хрипло ответил Юань, пытаясь расслабиться; чувство наполненности сбивало с толку и пугало, но что пугало ещё больше – насколько легко его тело принимало чужое вторжение. – Мой муж сомневается в себе или в своём Бинхэ?       Юань не ответил. Между ног всё пульсировало и тянуло, внутренности распирало. Вспоминались те самые главы с "па-па-па", когда Бинхэ брал новых жён жадно и несдержанно, иногда забывая о тщательной подготовке. Сейчас же всё было иначе: очень медленно и аккуратно. Бинхэ не спешил, давая возможность привыкнуть к новым ощущениям, нежно отвлекал поцелуями и продолжал ласкать демонической кровью.       Спустя несколько минут член, который, как казалось Шэнь Юаню, ни за что не войдёт в него, вошёл целиком, заполняя собой полностью. Это ощущалось слишком странно... – Тело моего мужа такое жадное, – счастливо улыбнулся Бинхэ, рассматривая место, где их тела становились едины. – Оно так сильно... сжимает меня...       Его рука опустилась на подрагивающий член, размазывая естественную смазку по коже, и потёрла чувствительную головку. Эти прикосновения казались огнём, и Шэнь Юань надеялся, что не сгорит к утру дотла. Когда Бинхэ осторожно поддался бёдрами вперёд, делая первый толчок, он вздрогнул под ним, впиваясь пальцами в горячие плечи. Слишком... неожиданно... Слишком... Просто "слишком", ладно? За первым толчком последовал второй, такой же осторожный, а за ним и третий.       Бинхэ двигался неспешно, постепенно набирая темп, обнимая, целуя, кусая. Кровяные паразиты щекотали изнутри, усиливая все чувства, заставляя плавиться, сходить с ума. Руки скользили по телу, губы целовали кожу, зубы оставляли на ней свои следы. Шэнь Юань не знал, куда себя прятать от всего этого, с досадой осознавая, что уже на пределе, и лишь старался сдерживать рвущиеся из груди стоны, понимая, что всё равно не выйдет. Он дрожал, а Ло Бинхэ смотрел на него, не отрываясь, следил внимательно, подмечая малейшие изменения в лице и с наслаждением предчувствуя подступающий оргазм. Он больше не стал бы его сдерживать, не стал томить в ожидании, и лишь с радостью позволил бы забыться в удовольствии. Снова и снова. Раз за разом. Пока милый Юань не потерялся бы во времени и чувствах и не превратился в его руках в изнеженную лилию, такую беспомощную и беззащитную, что наверняка захотелось бы сорвать.       Притянув Юаня к себе, он впился в его плечо зубами, вылизывая кожу и отчётливый отпечаток зубов на ней. Человек в его руках задрожал, срывая голос в крике, и, стиснув зубы, он излился в блестящую от масла ладонь, хмуря брови. Это выражение лица... действительно возбуждало.       Когда Бинхэ упал на спину и посадил Шэнь Юаня сверху, тот сперва не понял, что происходит. Разум был затуманен после очередного оргазма, а расслабленное тело желало просто лежать и не двигаться, но Бинхэ держал его крепко, не давая упасть или слезть, хищно всматриваясь в изумрудные глаза. – Этот Бинхэ считает несправедливым, если только он будет сверху, – лукаво произнёс он, кладя руку на мягкую ягодицу. – Надеюсь, мой муж не будет против подобного. – и, не дожидаясь согласия, Бинхэ аккуратно насадил Юаня обратно на свой член, упиваясь растерянным выражением лица измученного человека.       Поза Юаню уже не нравилась. Во-первых, он теперь не лежал, а сидел, а его уставшее тело постоянно пыталось завалиться если не вперёд, то куда-то в сторону. Во-вторых, в таком положении член Бинхэ входил куда глубже, ещё плотнее проезжаясь по простате и вынуждая прогибаться в спине, что опять же выводило Юаня из себя и заставляло злиться.       "Эй, главный герой, ты не хочешь сделать небольшой перерыв? Потому что этот человек уже не вывозит твоего демонического либидо!"       Сознание помутилось на первой же минуте. Дрожащие руки прогнулись, согнувшись в локтях, и Шэнь Юань упал на демоническую грудь, тихо скуля и кусая губы. Бинхэ снисходительно улыбнулся, бормоча себе под нос что-то о выносливости, но не остановился. Длинные пальцы сжимали ягодицы, продолжая насаживать на возбуждённую плоть, снова и снова, до тех пор, пока Юань вновь не задрожал всем телом, сжимая член внутри себя, и не кончил, в этот раз насухую. Который это был по счёту раз? Третий? Четвёртый? А Бинхэ? Это вообще нормально иметь такую выносливость!? Нет, в художественном вымысле, конечно, нет ничего плохого, как, впрочем, и в преувеличении, но не тогда, когда оно долбится в твою задницу без передышки уже который час! Или сколько времени прошло? Пару часов же, да? Пару минут? Шэнь Юань не знал. Он думал лишь о том, где автор новеллы понахватался всего того, что вложил в ненасытность Ло Бинхэ?       Если у Юаня когда-нибудь появится подобная возможность, он наверняка прикончит этого похабного Самолёта и вывесит его голову в том самом парке, откуда его похитили!       Забывшись в размышлениях, Шэнь Юань не заметил, как его уложили обратно на кровать, в этот раз грудью к простыням. Между ног было влажно и хлюпало, они разъезжались в стороны, как у козлёнка, оставленного на льду. Он не был уверен, что сможет завтра встать с кровати, но его уже мало это волновало. Ещё меньше это стало заботить, когда Бинхэ снова вошёл в него, настолько легко, что от этого стало даже неловко.       Толчки стали более резкими, несдержанными, пошлые звуки шлепков стреляли прямо в голову, о неё же разбивались волны удовольствия каждый раз, когда Бинхэ проезжался точно по простате. Юань не успел отойти от предыдущего раза, как снова кончил, вгрызаясь зубами в красный шёлк.       Дыхание опалило спину, нежные поцелуи вдоль лопаток слишком сильно контрастировали на фоне заданного Бинхэ ритма. Лёгкие укусы вызывали мурашки. Шэнь Юань понял, что безумно хочет пить. Тело горело, а вместо слов из его рта вырывались лишь неразборчивые звуки.       Ло Бинхэ замер. Он вышел из него слишком неожиданно, оставив вместо себя непривычную пустоту между ног, и куда-то ушёл. Шэнь Юань не знал, что происходит, но его это и не интересовало, повалившись на бок, он прикрыл глаза, вслушиваясь в собственное сердцебиение. А затем его губ коснулось что-то прохладное: прижимая к своему телу влажную голову, Ло Бинхэ бережно поил его водой, второй рукой придерживая чашу. – Этот Бинхэ уже говорил ранее, если его муж чего-то хочет, он должен об этом сказать, – немного недовольно произнёс он, заново наполняя опустевшую чашу.       Шэнь Юань нахмурился: – Я не думал, что ты остановишься... – Если моему А-Юаню плохо, удовольствие этого мужа не имеет никакого значения, – снова поднёс чашу к губам. – Этот Бинхэ может быть несдержанным, но он не желает рисковать жизнью своего возлюбленного.       Его слова не казались ложью, но Шэнь Юань всё равно в них не верил. Не тогда, когда подобное говорил человек, похитивший его и принудивший к браку.       В оригинале Бинхэ редко проявлял заботу о жёнах в спальне и часто даже не замечал, когда они, полностью лишённые сил, теряли сознание, лишь на утро всячески балуя и нежа их в ласке. Сейчас же... Бинхэ выглядел действительно обеспокоенным. И даже дал Юаню небольшую передышку. Это удивляло, но не уменьшало злости и обиды. Если бы Бинхэ с самого начала не был... таким, ничего бы не случилось! Ничего бы в принципе не произошло, не похить он Юаня и не брось в кровать при первой же возможности!       Его тело всегда было слабым, и Бинхэ наверняка считал, что демоническая кровь решит эту проблему, но он явно не учёл, что она не способна сотворить чудо и превратить простого смертного в сверхчеловека. И вот итог.       Шэнь Юань недовольно посмотрел на Бинхэ. – Это твоя вина, – хрипло произнёс он и сразу закашлялся; Бинхэ уже хотел потянуться обратно к чаше, но Шэнь Юань его одёрнул, сверля взглядом. – Мало того, что силой приволок меня в этот мир и вынудил выйти за тебя, так ещё и устроил не пойми что в кровати! Тебе вообще знакомо слово "сдержанность"?       В глазах Бинхэ он вряд ли выглядел хоть мало-мальски устрашающе, да и в физической силе точно проигрывал, но его злость была подлинной, и Бинхэ это знал, ласково перебирая пальцами короткие волосы. – Мой муж прав, этот Бинхэ действительно виноват, – в конечном итоге признал тот, целуя Юаня в лоб, прижимая к себе ближе. – Как он может искупить свою вину?       Шэнь Юань опешил. Признаться, он не ожидал такой... покорности и ждал подвоха. Но, казалось, Бинхэ говорил со всей искренностью, будто боясь, что Шэнь Юань обидится и уйдёт. Словно такое было возможным.       Подобные перемены в поведении сбивали с толку после всего, что было раньше, и всё же давали смутную надежду... – Дай мне передохнуть, – прикрыл глаза Юань, чувствуя себя невероятно слабым и уставшим. – Хотя бы немного, ладно?.. – Если того желает А-Юань, Бинхэ не смеет ему перечить.

***

      Мерное сердцебиение успокаивало. Человек в его руках действительно уснул, но это... ощущалось слишком правильным, чтобы тревожить его сон, и Бинхэ просто продолжал сидеть так: прижимая Юаня к себе и любуясь столь знакомыми чертами лица. Он чувствовал удовлетворение. Теперь всё было так, как и должно было быть изначально – теперь всё было правильно. – Этот Бинхэ действительно ждал тебя, – прошептал он, зная, что его не услышат.       Когда Юань проснулся утром, его ждал завтрак точно на его вкус и Бинхэ, сразу же увлекающий поцелуем.