***
— Прости, долго ждёшь? — выбежала из подъезда Яна. На ней были белые кроссовки, серые спортивные штаны, лёгкая, бархатная светло-коричневая куртка застёгнутая не до конца. Можно было заметить белые бусы и серебряные серёжки-гвоздики. Волосы её были заплетены в толстую косичку, она болталась спереди, пышные кудри выбивались из неё. На лице блестел хайлайтер, подведённые коричневым карандашом нижние веки, накрашенные ресницы подчёркивали бирюзовые глаза, на губах лежала нежно-розовая матовая помада. — Я только подошла, — пнула камень ногой Вика и подошла к Яне чтобы обнять её. Девушка не сопротивлялась, но для неё такие приветствия были в новинку. Тактильная старшая сестра постоянно её всячески тискала и всё - больше никто. Даже родители редко проявляли такую нежность, может на день рождения, на другой праздник, но чтобы вот так просто... Тем не менее Яне нравились объятья с Викой. Кудрявая погладила подругу несколько раз по спине и отстранилась. Вишнёвская была чуть ниже одноклассницы(буквально на сантиметров 9), и убрав руки со спины Яны, открыла рот, в попытках сказать что-то, смотря на грудь девушки и не скрывая этого. — Ты сегодня такая красивая кстати, а я как-то выбежала из дома в первом попавшемся, – Вика наконец посмотрела в глаза Рождественской. — Спасибо, — смутилась кудрявая и, потянула молнию куртки вверх до конца. — А где твои очки? — Ой, дома забыла! Но возвращаться не хочу уже. — Как скажешь... Зайдём в мою любимую пекарню? Она тут, рядом, — предложила Вишнёвская. — Давай, — согласилась Яна. Девочки отправились в пекарню. На улице было довольно тепло и солнечно, дул лёгкий южный ветер. Мимо проходили обеспокоенные разными проблемами люди, не замечая Яну и Вику, радостно общавшихся о чём-то своём и смеявшихся над шутками друг друга. Им было действительно хорошо друг с другом. Девочки были совершенно разными, но всё же легко могли найти темы для разговора. Им нравилось слушать друг друга и самим делиться чем-то интересным. Вике, которая много раз сталкивалась с непониманием, было очень приятно, что Яна не осуждает и не критикует её. Бывает, что их мнения расходятся, но это не становится причиной для неуважения, это, скорее, только сближало девочек, они больше узнавали о мировоззрении друг друга. Зайдя в крохотную пекарню, их встретила добрая бабушка за прилавком : – Ой, Вика, здравствуй, что хочешь? Ой, ты с подругой! Здравствуйте, барышня. – Здравствуйте, – тихо поздоровалась Яна. – Здрасте, Любовь Петровна! Это Яна, она сейчас посмотрит, мы определимся и скажем вам, что хотим. – Хорошо, девочки, я вот только булочки испекла, – пожилая женщина по-доброму улыбнулась. Они подошли в стеклянному прилавку и Вика, пообещав, что заплатит за Яну, предложила ей выбор. Голубоглазая долго думала, потому что не хотела, чтобы её подруга тратила на неё свои карманные деньги и в итоге выбрала слойку с вишней за 25 рублей и зелёный чай за 20 рублей. Вишнёвская взяла себе латте и две маковых улитки и, поблагодарив Любовь Петровну, попрощавшись с ней, девочки вышли на улицу. – Такая приятная женщина, – сказала Яна. – А то! Я Любовь Петровну знаю, почти с того момента, как только переехала сюда, её же пекарня рядом со школой, ну, я вот как-то и зашла. Прошло восемь лет, какой кошмар. – Да, время это такая штука... – вздохнула кудрявая. – В парк? – В парк, – улыбнулась Вика, отпивая глоток своего латте.***
— Ян, смотри! — неожиданно сказала Вика, смотря куда-то вверх. — Уже луну видно, хотя сейчас ещё не темнеет. Яна подняла голову и увидела бледный месяц посреди чистого голубого неба. — И правда, интересно, почему так случается? Мне всегда было интересно. — Ну, могу предположить, что… Девочки неспеша прогуливались по парку, болтая обо всём на свете. Они смеялись, а время шло ужасно быстро, и казалось, что они встретились каких-то тридцать минут, а не два часа назад. Напитки давно закончились, в рюкзаке Вики осталась лишь остывшая улитка с маком. Яна обязательно скажет спасибо старшей сестре за это.***
Вечерело. Стало прохладнее, но несмотря на это девочки всё равно не хотели расходиться. – И когда Катя познакомила меня с Лёшей, я сразу поняла, что тут не о чём говорить. Он же бабник! По нему же видно! Но подругу расстраивать не хотелось, так что я промолчала... Но сейчас я молчать не могу! Он ей изменил и она его простила, как?! Я бы ни за что не простила бы измену, – кричала почти на всю улицу Вика, активно жестикулируя. – Да, я б наверно тоже... А вот у Алисы тоже какой-то парень есть, но она меня не знакомит и не собирается видимо, а родители вообще ничего не знают. Сегодня вот меня из дома выгнала, потому что к нам Кирилл пришёл, сомневаюсь я насчёт этого молодого человека. – Подожди, – резко остановилась Вика, – так ты поэтому мне написала? – А, ну, нет, но... Да, – Яна не любила врать, она виновато опустила глаза в пол. – Тогда передай Алисе от меня спасибо, иначе не было бы сегодня такой офигенной прогулки у нас с тобой, – улыбнулась Вика и продолжила идти. – Передам, – успокоилась Яна. – О, дошли! Девочки вернулись на то же место, где и встретились сначала – у подъезда Рождественской. Вдруг окно на первом этаже распахнулось и из него высунулась рыжая девушка : – Вика, привет! – крикнула она Девочка помахала рукой в ответ. – В общем, – обратилась Вишнёвская к подруге, – спасибо тебе за то, что написала, за то, что компанию составила, было классно, – она протянула руки, но вместо того, чтобы обнять Яну, Вика обхватила её лицо, поднялась на носочки и оставила свой поцелуй у неё на щеке, – пока! Яна так и замерла у подъезда, осознавая, что только что произошло, а рыжая нецензурно выразилась от шока... и не один раз.