Мой генерал

— Люмин, сестра. Вот мы и встретились снова. — Итэр был непоколебим. От него пахло враждебностью и отступать он не намерен. — Брат, давай поговорим, давай не будем доводить до этого. Девушка подошла к парню, в попытке докричаться до его здравого смысла. — Нет, Люмин, боюсь, что уже слишком поздно. — Он легко и довольно грубо оттолкнул еë. — Слишком много раз им давали шанс, но они раз за разом его упускали. — О чëм ты говоришь, Итэр? — Дальше и Фатуи проходили мимо неë, бесцеремонно толкая. — О том, что они снова и снова причиняли людям только вред и ничего более. Божества, «великие и могучие». Они вновь и вновь плевали на людей. Конечно, они — бессмертны, а народы сменяют один за другим за считанные секунды. — Далее всë, парень произносит на одном дыхании, повышая и повышая голос. — И ни разу они не попытались остановить проблемы человечества. Каждый раз, они лишь разрушали его и начинали сначала, как буд-то перевернули страницу дневника. — Его крик, вероятно, был слышен даже на континенте. — И если они смеют так халатно относиться к жизням людей, то я намерен уничтожить всë, что они создают. Пусть, наконец, они познаю плоды своих деяний. Они тщательно пытались спрятать прошлое, однако, оно всегда выходит наружу, как когда-тт они уже сделали это с одним народом. Он внушительно посмотрел на Райден. Было ясно, они оба знают что-то, чего не знают остальные. Горо, всë это время стоявший поодаль, обратил внимание на реакцию Сëгуна. Еë рука сжалась на деревянной рукояти так, что маленькие трещены образовались на оружии. — Занять позиции! — И он дунул в рог. Ещë в древности, его использовали войны, чтобы ознаменовать начало битвы. Со временем, он стал просто безделушкой Инадзумы, которую каждый рассматривал просто как дань уважения. Лишь по-настоящему, кровопролитная битва, могла заставить этот рог вновь издавать звуки и вот, этот момент настал. Армии кудзë и сопротивления стали быстро вырастать за считанные минуты, в то время как приспешники со вражеской стороны уже пошли в атаку. — Нет… — тихо сорвалось с губ Люмин, полное безысходности, но было уже слишком поздно. Власть и еë противники объединились, чтобы противостоять злу, которого ещë никто не видел. Кажется, что соратников больше не прибавляется, а монстры и Фатуи всë ещë не прекращают появляться из порталов. Лиза и Барбара действуют вместе: одна вода, другая — электро, идеальное сочетание, котрое не оставляет и шанса. Бэй Доу отбивается от уродливых созданий, используя как грубую силу своего двуручника, так и задействуя глаз Бога. Тома тяжело дышит, но продолжает играть своим копьëм, будто жонглёр на арене. Вот прибыли и все предвестники Фатуи. В один миг всë прекратилось и два отряда встали друг напротив друга, стенкой на стенку. Синьора вышла вперëд и выбросила перед собой набор вещей. — Вот, что случилось с Вашим подкидышем. — Глаза Райден увеличились, ведь они раскусили еë план и поплатился за это невинный человек. — Оу, Великий Сëгун, неужели ты не знала? Извини, что расстроила тебя. Путешественница молча наблюдала за происходящим: «значит это не Тарталья» Подумала она и как будто прочитав мысли, Чайльд вышел из толпы. — Мне сказали, что сегодня я могу поиграться. Мне даже дали шанс выбрать кто именно станет моей игрушкой. Его взгляд направился в сторону Люмин. Та уже была готова выйти и сражаться, но услышала как кто-то барахтается где-то справа от неë. — Паймон! Она пыталась достать еë из водяного пузыря, что создал Предвестник. Пыталась воздействовать на него своими стихиями, но ничего не помогало. -Барбара! Барбара, помоги! Пастор чуть опешив, начала использовать водную магию и, как будто, у неë начало получаться, только вот стрела, выпущенная той в плечо в их планы не входила. Сестра упала на землю, не в силах продолжать, в еë глазах читались извинения. «Я не могу». Все пытались ей помочь, но ни оружие, ни элементы не могли сломать эту ловушку. Люмин прижала руки к шару, ожидая, что та приложит их вслед за ней. — Ты достаточно поиздевался, Чайльд, довольно. — Люмин произнесла это жëстко, лишь повернув голову в его сторону, продолжая стоять возле Попутчицы. — Оу, ты думаешь, что я наигрался? — Он лишь хитро ухмыльнулся, давая всём своим видом понять, что он не остановится. — Нет… Нет! Девушка поняла, что он не успокоится, пока не лишит еë верную помощницу жизни. Но также она понимала, что ничего не может сделать, однако Эмбер решила иначе. Максимально натянув свою тетиву, она выстрелила прямо в Тарталья. Он не должен был пережить такого удара. Но никто не мог догадаться, что это окажется всего-лишь иллюзией, миражом. Что истинный виновник этого ужасного деяния где-то спрятался, затаился. — Нееет, Паймон! Прости меня. — Она плакала. Она рыдала и продолжала держать руки на шаре, к которым прикоснулась малышка. Но не в силах больше держаться, она начала захлëбываться. Спустя всего несколько мгновений, парень всë же уничтожил водяной шар, из которого небрежно вывалилось тело Паймон. Люмин подняла еë на руки, та словно спала. Она была точно маленький ребёнка, который должен вот-вот открыть глазки. Но она не просыпалась. Рыдания переросли в тихие всхлипы, затем тяжëлое дыхание. Потом же эти звуки перешли в подобие рычания, которое превратилось в крик полный боли, гнева и страдания. — Выйди и сразись со мной, Трус! Ты не достоин зваться человеком! Ты не достоин даже просто того, чтобы жить! — Хахахах, а ты забавная — Тарталья всë-таки вышел на импровизированную арену, не в силах удержаться от того, чтобы посмаковать еë боль. — Ты мне действительно понравилась. У нас могло бы быть большое будущее, не находишь? — Никто не понимал что происходит. Всего двое людей из здесь присутствующих, знали о чëм он говорит. — Мы можем построить себе дом. Двухэтажный. С балкончиком. — на этих словах его улыбка стала кривой, ужасной, нечеловеческой. Такой человек не может воспринимать чувства в серьëз. — Я тебя уничтожу! С этими словами Люмин бросилась а бой.