Сомнамбула

Тишина сжимала череп тисками. Звук собственной пульсирующей крови метрономом отсчитывал секунды заточения. Минута. Ещё минута. Драко рассматривал жуткую смесь из собственной рвоты и черной жидкости. Лоб саднило. Спина избегала холод камня. Кольца кандалов впивались в запястья. Но боль уже стала привычкой. В этот раз посетителя Драко заметил даже не краем глаза, а краем сознания. Как она опять оказалась здесь незамеченной? - Не дело такому как ты, Драко, привыкать к жизни в грязи. Где же стержень Малфоев? Не выражающая никаких эмоций физиономия Грейнджер нависала над ним дамокловым мечом. - Давай поможем тебе снова превратиться из навозного жука в представителя уважаемой семьи. Ты ведь ещё помнишь свои корни? Волшебница сделала короткий пас рукой с волшебной палочкой. Волна воды пронеслась по камере унося во тьму рвоту, тёмную кровь и грязь. Края мантии Гермионы намокли, но она не обращала на это никакого внимания. А вот ступни узника с лихвой насладились каждый касанием теплой и нежной влаги. Брызги летели в лицо и щекотали, напоминая о том, что он ещё жив. Ещё один пас и перед Малфоем возникло жестяное ведро с водой, внутри бултыхался ковш. Грейнджер плавно упала на колени рядом с ним. Быстрыми движениями девушка начала рвать в клочья грязную одежду узника. Жилетка, рубашка, штаны, белье - клочками летели в разные стороны и испарялись в воздухе, пока Драко не остался абсолютно гол. Сил оценивать это и уж тем более реагировать у волшебника не было. Он смирился с собственным бессилием. Гермиона выставила руку в сторону в призывном жесте и в её руке материализовался свежий кусок мыла. Она запустила руку в волосы пленника и потянула, выравнивая стеклянный взгляд Драко своим. Эта встреча на прямой линии продлилась около 10 секунд. Второй рукой девушка наполнила ковш и вылила равномерной струей на голову Малфою. Двумя руками она растёрла кусок мыла, пока в ладонях не набралось достаточное количество пены. А затем запустила пальцы между задубевших локонов светлых волос. Краем сознания он удивился нежности и аккуратности касаний. Подушечками пальцев она путешествовала от лба к затылку, от виска к виску. Тиски отпускали голову. Вода снова заструилась смывая пену с головы, рассеиваясь на сотни нитей, которые искали путь по обнаженному телу и исчезали на полу. Руки Грейнджер снова зарябили мыльной чехардой. Пальцы побежали по рукам пленника, снимая зуд с уставших запястий, предплечий, плеч. Ковш воспарили и струи снова начали чертить влажные дороги по телу. Тело отзывалось на тихие, почти ласкающие движения. Пришёл черёд шеи, груди, спины. Вдруг сознание, которое давно попрощалось с Малфоем, швырнуло его в темноту камеры. Намыленный пальцы Гермионы обвились вокруг члена узника. Руки легко скользили в размеренном темпе. Взгляд волшебницы в это же время всё также оставался в положении, заданном в начале «очищения» и сверлил лоб парня. Кровь в висках теперь уже громыхала набатом и вся устремилась в одну единственную точку. Всё на что хватило Драко - глухой протестующий хрип. Девушка только наращивала темп. В тело изнутри вонзились миллиарды игл. Затылок наполняла тяжесть. Не останавливаясь, Грейнджер склонилась к его уху. - БУ! Все иглы вонзились разом. Позвоночник выгнулся и хрустнул.

***

Драко резко втянул в себя воздух и проснулся. Он сидел на кровати, руки сжимали простынь. Несколько минут он просто сидел на кровати и жадно дышал. Затем со злостью посмотрел на картину рыцаря. Что-то невнятно проговорил себе под нос, не сводя взгляд со страданий раненного мужчины, который продолжал свой бесполезный побег за рамки. Собравшись он встал и отправился в душ. В этот раз омовение не заняло много времени. Обмотав полотенце вокруг талии он подошёл к раковине и уставился в висевшее над ней зеркало. Со стороны казалось, что он смотрит себе в глаза, но на самом деле взгляд блуждал где-то далеко. Путешествие продолжалось с десяток минут. Вдруг он тряхнул головой и с криком ударил кулаком в лицо своему отражению. Драко Малфой разлетелся осколками по ванной комнате. Он смотрел на кровь, текущую из разбитой руки. Лицо исказило что-то среднее между гневом и негодованием. Затем эта сложная гримаса вдруг сменилась заинтересованностью. Он поднёс руку прямо к своим глазам, вглядываясь в порезы. А потом громко и протяжно захохотал. На выходе из комнаты Драко уже ждала знакомая фигура в плаще. - Утро, юный Драко. Готов идти? - Как и всегда. Вот уже на протяжении недели, каждое утро Малфой шёл за пожирателем в подвал замка. Он продолжал обрабатывать «смертельными зарисовками» разум Гермионы. Каждый раз ему казалось, что девушка готова сломаться. Но до сих пор она не выдала ни крупицы информации. Неохотно он признавался сам себе, что начинает испытывать к ней что-то вроде очень извращенного чувства уважения. И это только сильнее подстёгивало его. Вечерами перед картиной с рыцарем он репетировал свои выступления, стараясь продумать каждый момент, приукрасить и без того жуткие истории новыми подробностями. Но сегодня в его голове возник новый план. Он как раз обкатывал его в мыслях. Но вдруг поймал себя на том, что уже со ставшей привычной дорогой в темницу что-то не так. И тут он понял. Точнее расслышал. Сквозь толщу стен до него долетел протяжный крик. Он длился примерно полминуты, а потом затих, как обрубленный. Драко понял, что за время пути слышал его уже не первый раз. - Что это за крики? - Мой дорогой Драко, это крик молчания. Ты ведь не думал, что мы будем вечно содержать пленников? Те из них, кто проявил принципиальную несговорчивость для нас бесполезны. А так как привычные методы казни не работают, мы придумали новый. Достаточно иронично, что его нам подсказал их бывший идейный столп. Мда, кончина старикашки Дамблдора открыла для нас совершенно удивительно завораживающий способ умерщвления непокорных. Падение длится почти минуту. Правда ведь их вопли напоминают симфонию? Возможно и твоя подопечная исполнит для нас партию. Драко нахмурился. Музыку он никогда не любил. Но долго размышлять над этим не пришлось. Они оказались у двери камеры. - Я наблюдал за твоими успехами. Ещё немного усилий и ты можешь добиться результата. Я вернусь за тобой, как обычно. Фигура в плаще коротко кивнула и исчезла в темноте коридора. Драко в последний раз повторил в уме заготовленный план и открыл дверь темницы. Его встретил звук капающей воды и шуршание крыс. - Соскучилась, Грейнджер? - Ты слишком назойлив, даже для навозной мухи. - Ничего не могу с собой поделать. От тебя слишком громко несёт дерьмом. - Это от частого общения с тобой. Малфой хмыкнул и дал девчонке насладиться победой в маленькой битве. Сегодня он был уверен, что война останется за ним. - Знаешь, я последнее время много думаю над одной присказкой. Ты ведь тот ещё червь, наверняка её знаешь: «Лучшая защита - это нападение»? - Какой сюрприз, твой кругозор наконец-то развился до уровня дошкольника. - Так вот, я думаю она не совсем справедлива. Мне кажется, что защита тоже может прекрасно помочь в нападении. - К чему ты ведешь, Малфой? - О, нашу мисс конгениальность могут заинтересовать рассуждения уровня дошкольника? Не переживай, скоро ты всё узнаешь. Но для начала, может быть хочешь что-то мне рассказать? Я напомню, спектр моих интересов достаточно чёткий и простой: место дислоцирования, способы связи, количество членов ячейки, планы операций, обход магической защиты. Гермиона нахмурившись молча смотрела на Драко. Он в свою очередь двинулся к ней. Взял в пальцы и перебрал прядь каштановых волос. Отбросил их и двинулся в сторону. Ведя руку ладонью вниз он, не касаясь волшебницы, повторял изгибы её руки подвешенной к цепям, пока не дошёл до конца. Остановился и внимательно посмотрел прямо в глаза узнице. Она буравила его взглядом в ответ. - Я подумал, что мне совсем не обязательно нападать на тебя, учитывая вашу новую защиту, гораздо лучше будет, если я тебе помогу. С этими словами он быстро схватился за указательный палец девушки и без промедления согнул его к тыльной стороне руки. По комнате разлетелся сочный хруст, который почти сразу же перекрыл громкий крик Гермионы. Драко как губка впитывал в себя эту какофонию. Затем вытащил палочку и выкрикнул: «Вулнера санентур!». Сломанный палец с не менее зычным хрустом встал на место. Грейнджер продолжала кричать. - Ну всё, всё. Прекрати. Видишь палец уже на месте. Я помог тебе! Как думаешь сколько ещё раз я смогу повторить это, перед тем как ты сойдешь с ума от болевого шока? Хорошо, что мы волшебники и можем не ограничивать себя всего двадцатью пальцами. Одно заклинание и кости срастаются. Надеюсь боль не стерла из твоей памяти мои вопросы? Место дислоцирования, способы связи, количество членов ячейки, планы операций, обход магической защиты. Гермиона всем телом дернулась в его сторону. - ПОШЁЛ ТЫ К ЧЕРТУ, МАЛФОЙ! Простенькая блузка зацепилась за кольцо кандалов и треснула от резкого движения. Драко с неубиваем спокойствием посмотрел на оголившийся розовый сосок. Хмыкнул. И дёрнул указательный и безымянный пальцы девушки к тыльной стороне ладони. Хруст поглотил камеру. Слёзы лились сами собой сплошным потоком. Она уже не кричала. Была слишком измучена. Слишком много пальцев. Слишком много часов. Отсутствующим взглядом Гермиона смотрела в след Малфою, который направился к выходу из камеры. На пороге волшебник остановился. Слегка повернул голову, показав в профиль и едва слышно прошептал: - Крики в этом замке слышу не только я. Он закрыл дверь и двинулся по коридору к выходу из темницы. Под ногой хрустнула мышиная кость. Драко поморщился и проскрипел зубами. Какой всё таки отвратительный звук.