Сомнамбула

Стерильная тишина уже стала привычной и даже успокаивающей. Драко не стесняясь своей наготы смотрел в глаза гостье. Гермиона смотрела ему прямо в глаза. - Думаю теперь ты вполне готов к тому, чтобы выйти в свет. Нам предстоит закончить твоё очищение. Одевайся. Она кинула к его ногам стопку простенькой одежды. Взмахнула рукой и кандалы на запястьях распахнулись. С непривычки волшебник рухнул на пол. Поддержка цепей казалась такой вечной и знакомой. Но теперь исчезла. Он поднялся, растёр запястья и начал неспеша надевать на себя одежду. Девушка не торопила его. Когда Драко справился с рубашкой и брюками, опустилась на колени и помогла ему надеть ботинки. Из камеры они вышли держась за руки. Вела Грейнджер. Малфой не успевал следить за сменой обстановки и запоминать дорогу, лишь доверчиво плёлся за своей тюремщицей. Одни коридоры сменялись другими, лестничные пролёты спускались вниз, а затем резко поднимались. Когда время уже потеряло смысл они оказались перед большими створчатыми дверями, обитыми железом. Девушка без труда открыла их толчком. Драко увидел круглую залу, освещенную тусклыми огнями. По периметру комнаты плечом к плечу стояли фигуры в плотных чёрных мантиях с капюшонами в масках. В центре комнаты, там где свет был наиболее сконцентрирован располагалась конструкция из белого камня, напоминающая жертвенный алтарь. Гермиона направилась прямо к нему, таща за собой волшебника. Ложись. Малфой послушно взобрался на «алтарь», лишь на секунду замешкавшись, боясь почувствовать спиной холод конструкции. Но камни, на удивление, отдавали приятным теплом. Он окончательно улёгся и слегка приподнял голову, чтобы следить за происходящим. Грейнджер, стоявшая у подножья, внимательно смотрела ему прямо в глаза. Она потянула за верёвку у шеи и дорожная широкая мантия соскользнула на пол. Под ней волшебница была абсолютно голой. Девушка легко запрыгнула на камни и возвысилась над Драко. Фигуры в плащах начали слегка раскачиваться и напевать ритмичную связь из непонятных звуков. На лице Гермионы впервые появилась едва уловимая улыбка. Она грациозно сделала ещё несколько шагов и начала опускаться на колени, так что голова Малфоя оказалась у неё между ног. Ну же, Драко, самая пора показать почему же ты считаешь себя таким особенным. Волшебник послушно впился в неё губами. Гермиона довольно застонала. Мягким языком он начал ласкать её клитор. Движения сами собой следовали за темпом, звучащего в зале напева. Девушка одной рукой схватился за рубашку на его груди. А второй вплелась в волосы, стараясь прижать голову ближе и ближе к себе. Малфой чувствовал, как пульсирует кровь в её плоти. Он напряг язык, чтобы сделать его более жестким и сконцентрировал усилия в одной точке. Напевы продолжали постепенно ускоряться, подстегиваю пару на алтаре. Грейнджер не переставая стонала и волнообразно двигала бёдрами. Рот Драко наполнялся её соком. Язык онемел, но он не переставал двигаться. Непонятные звуки проникли в голову, сливались со стоном, звали и подгоняли. Малфой резко выскользнул из под девушки, не дав ей опомниться, сдёрнул с себя штаны и вошёл в неё сзади. Одной рукой он взял Гермиону за грудь и выгнул к себе, второй продолжил массировать клитор. Пение ускорилось, до казалось, невероятного темпа и стало громче. Драко остервенело входил девушку. Она в свою очередь впилась в него руками, притягивая к себе, не давая замедлиться. Её ноги начали дрожать. И вдруг пение прекратилось. В воздух выстрелил крик удовольствия Грейнджер. Драко слившись с волшебницей, застонал и отпустил себя в неё. Рухнув на алтарь они тяжело дышали и дрожали от перенапряжения. Фигуры в плащах сняли маски. Малфой увидел, что со всех сторон на него смотрят десятки лиц Гермионы Грейнджер в точности повторяющие черты лица той, что лежала рядом.

***

Драко давно проснулся, но не хотел открывать глаза. Он лежал на кровати так уже несколько часов, ловя крохи сновидений. Открыть глаза его заставил стон рыцаря с картины. Драко удивленно уставился на него. Раненный мужчина изменил тактику. Теперь он не полз, а пытался выдернуть из себя оружие, которое причиняло столько боли. Глаза были зажмурены. А вены на шее вздулись. Малфой задумчиво произнёс: - Твоему упорству можно позавидовать. Видимо это и называется надеждой, в самом полном понимании слова. Он встал с кровати и отправился в душ. Нужно было хорошенько подготовится к грядущему дню. Волшебник не удивился, встретив на выходе из комнаты знакомую фигуру. В этот раз, он отреагировал первым: - Утро, пойдём. - Здравствуй, юный Драко. Сегодня, перед спуском я хочу тебе кое-что показать. Иди за мной. Малфой хотел было задать вопрос. Но подумал, что это будет бесполезной тратой энергии и просто двинулся следом за провожатым. Спустя несколько минут они стояли в продолговатом зале с высоким потолком. В дальней от них стороне располагалась круглая площадка. На ней толпились люди в масках и капюшонах. Они постепенно разбредались, занимая места по периметру, плечом к плечу. - Что происходит? - Люди, которых ты видишь совсем скоро станут нашими новыми союзниками и войдут в ряды пожирателей. Тебе в случае успеха тоже предстоит такой ритуал. Но привёл я тебя сюда, чтобы рассказать, что скрыто под капюшонами. Ты мог этого не заметить, потому что последний месяц практически полностью посвятил себя пленнику. Война всё изменила и теперь в этом кругу стоят плечом к плечу чистокровные и грязнокровные. - Что? Как это возможно? - Тёмный Лорд дальновиден. Как я уже сказал, война всё изменила. Нам нужны ресурсы. И даже самую грязную кровь можно очистить. Если ты не знал, даже твои дружки Гойлы и Крэбы заслужили право считаться чистыми всего несколько десятилетий назад. С маглами их связывало больше, чем просто ненависть. Теперь самое ценное для нас - преданность. Клятва Тёмному Лорду дарует любому возможность исправиться. Но конечно есть особенности. Грязнокровкам на пути очищения даруется особая метка. Череп и змея располагаются по разным рукам. Череп - это цель. Змея - это путь. С момента нанесения она начинает двигаться, постепенно скидывая шкуру. Это символизирует процесс обновления. Как только кожа полностью сменится, а змея достигнет черепа, носитель получает право считаться «достаточно чистокровным». Если носитель оступится на своём пути, змея сама избавится от предателя. Новые метки открывают нам возможности для бесконечного наращивания боевого потенциала. Это всё, что я хотел тебе показать. Через два дня твои попытки в темнице подходят к концу. Не знаю, как ты оцениваешь свои успехи, но я уже считаю их достаточными. Так что после прощания, можешь сразу же готовить маску и плащ. Из размышлений его выдернул мерный звук воды и шуршание крыс. Он вошёл в камеру и присел на корточки так, чтобы его взгляд был на одном уровне со взглядом пленницы. - Сегодня мы просто поговорим. Это будет наш последний разговор. Он встал, сделал несколько кругов по камере, чтобы собраться с мыслями. И снова вернулся на установленный уровень взгляда. - Послушай меня. С этим сложно спорить, ты всегда была может быть не самой одаренной, но точно самой упёртой и умной студенткой с нашего потока. Твой потенциал огромен. Но есть одно “но”, в текущем положении ты всегда будешь вторым сортом. Просто грязнокровкой, которая даже потратив миллион часов за книгами, останется белой вороной в магическом мире. Я хочу предложить тебе иной путь. Присоединись к нам. Ты сможешь очиститься. Ты сможешь стать равной великим. Стать первой в новой родословной собственной семьи. - Малфой, весь твой мир ложь, каждая его частичка - это вранье. - Брось, Грейнджер. Не давай мне поводов сомневаться в твоём уме. Вспомни, взвесь. Кто из тех, кем ты так дорожишь и восхищаешься говорил тебе правду? Может быть Дамблдор? Этот старый пердун даже на смертном одре не открыл свои карты. А ведь он многое знал и многое просчитал. Но всегда держал вас в неведении. Скольких смертей, сколько горя, сколько травм физических и душевных можно было бы избежать, если бы он просто сказал тебе пару слов? Предупредил ? Объяснил? Благими намерениями вымощена дорога в ад. И ваш хваленый директор только вершина айсберга. А под слоем воды скрываются десятки и сотни ещё более сумасбродных врунов, которые прикрываются идеалистическими убеждениями. Эта игра в утопии, радугу и единорогов обречена на провал. Тёмный Лорд честно заявляет о своих намерениях, о своих неприязнях, о своих симпатиях, о своих планах, пусть даже и жестоких. Как ты хочешь жить? Всё также оставаться в “темнице”, пусть и не скованной цепями или освободиться, начать с нуля? - Малфой, ты сам то в это веришь? - А ты попробуй немного расширить свои горизонты. Ещё недавно ты подкалывала меня, называя дошкольником. Но сама размышляешь о мире с точки зрения абсолютного добра и зла. Грейнджер, всё гораздо сложнее. Большинство из нас не герои и не злодеи. Мы просто песчинки, которые стараются выжить и адаптироваться под обстоятельства, которые подкидывает нам жизнь. Сегодня вечером к тебе придут и тебе придётся сделать выбор! - Для меня этого выбора не существует. - Глупая девка. Хватит воображать себя лидером сопротивленцев. А если и воображаешь - будь умнее. Вот тебе загадка: «Кто это делает, тому это не нужно, кто это покупает, тому тоже не нужно, а кто этим пользуется, об этом не знает». Так вот, подумай, у кого больше шансов добиться своих целей в войне, у того кто познает ответ на себе или у того, кто не может её разгадать? К тебе придут. Сделай правильный выбор. Не дожидаясь очередной реакции узницы, Драко вышел из комнаты и стремительным шагом направился прочь из темницы, оставляя позади звук капающей воды и шуршание крыс.