Вино и сигареты

Брюнетка против того, чтобы эта девушка припёрлась к ней в дом, там гостей особо не ждут. Как и саму Лизу, в принципе. Она единственный ребёнок в семье, и родители полностью забивают на свою дочь. Отец и мать у неё постоянно бухают, даже дома практически не бывают, но это в недавнее время для Лизы стало наоборот к лучшему. Она никогда не видала родительской любви и заботы, росла постоянно в ужасной атмосфере: постоянные крики, избивания между родителями и в сторону Лизы. Сейчас девушка не нуждается в родительском внимании, на данный момент ей наоборот больше хочется быть одной. Она привыкла к одиночеству. Каждый день заперается в своей комнате, чтобы никто не смог её потревожить, ей лучше оставаться на едине со своими мыслями. Из-за нехватки внимания в детстве, сейчас она стала много себе позволяющей. Курит, бывает пьет, совсем забивает на учёбу в последнее время. Все виной её окружающие люди, которые постепенно ломали её. Даже на саму себя брюнетке всеравно. Много раз задумывалась о самоубийстве, хоть и не было попыток. Она просто боится. Пробовала резаться, наносить себе вред без смертельных намериваний, точнее, это стало практически её основой жизни. Помогает. На её коже во многих местах были шрамы от специальных порезов лезвием, которые она постоянно закрывала, именно поэтому девушка носит всегда через чур закрытую одежду, она не хотела, чтобы кто-то видел их и понимал, как ей так тяжко живётся, да и неособо любит она, когда её жалеют. Хоть ей это очень нужно...      — Лицо попроще сделай. — вырвалось из губ Мишель. Лиза не понимала, почему её это ебет.      — Если что-то не нравится, тебя никто не держит. Смело можешь идти нахуй. — Андрющенко продолжала идти набирая темп, ведь она до сих пор не верила, что Гаджиева с серьёзными намерениями идёт с ней. Ей что-то на голову упало? Ещё её удивляло, что она более не менее общалась с ней в нормальном тоне. По крайней мере, если сравнивать травлю со стороны Мишель в сторону Лизы, то слова блондинки ещё "цветочки".      Девушки уже подходили к дому, в котором находится квартира брюнетки. Только в момент, когда они подошли к дверям в квартиру, Андрющенко поняла, что Мишель на полном серьёзе, когда увидела её рядом с собой до сих пор, полную желания скорее зайти в её квартиру. Она решила, что деваться некуда.      — Дамы — вперёд. — Лиза показала руками, что Гаджиева может пройти.      Блондинка наступает на порог квартиры в которой живёт Андрющенко. Она смело оглядывается по сторонам, давая оценку квартире у себя в уме. Конечно, Лиза жила никак не в роскоши. Квартира у них была уже достаточно старенькая, мрачная, ремонт точно бы не помешал, вот только кто бы его делал? Вот Мишель родилась в богатой благополучной семье. Девочка всегда жила в достатке во всех смыслах: и финансово, и с родительской любовью. Родители Гаджиевой любят дочку до безумия, сильно не балуя, но позволяя достаточно многое, были всегда при деньгах.      Когда Мишель сделала несколько шагов в коридоре, то у неё уже началось сжиматься сердце, буд-то вот-вот взорвётся. Она не знала почему, но ей резко стало самую малость жаль Лизу. Что это на неё нашло такое, на самом деле? Она смотрела вокруг: ободранные обои, совсем не прибранно, да можно ещё бесконечно перечислять, что в этой квартире не так. Во общем, все ужасно. Лично Мишель жила в частном доме, который всегда выглядел подобающе, красиво и в хорошем богатом районе города.      Вот и брюнетка зашла в коридор и выдохнула с облегчением, ведь родителей в доме не оказалось. Так будет намного легче и спокойнее. Не будет никаких вопросов по поводу "кто это такая?", "что она здесь забыла?", или же "проваливай отсюда". Так-же, она не опозорится перед одноклассницей тем, что родители будут постоянно вести себя ужасно, кричать на друг друга, устраивать скандалы и тому подобное. Это уже повод для радости. Лиза прошла и включила свет, еле как нащупав включатель. Коридор хоть как-то осветился и не предавал хотя-бы ощущений, что они находятся в заброшенном помещении. Гаджиева посчитала, что комментарии по поводу её места жительства будут лишними, поэтому тактично промолчала, имея хоть какое-то сожаление к ней на данный момент. Она бы смогла Лизу легко подколоть или оскорбить, но посчитала что это будет уж слишком низко с её стороны, до такого уровня она не собирается опускаться. Что-то все-таки пробудилось в Мишель, что ей стало жаль одноклассницу. Из-за этого места уже склыдвалось впечатление, что в семье явно не все в порядке, что было и верным.      — Чаю? — спросила Андрющенко. Хоть она была и не рада, что в её квартиру припёрлась Гаджиева, но быть настолько сильно бескультурной ей не хотелось. А хотя, Лиза и так поняла, что Мишель не  в восторге от этого места, и брюнетке стало стыдно, и таким образом она хоть как-то пыталась разрядить обстановку. Блондинка кивнула, что означало знак согласия, что ещё же можно делать?      Гаджиева села за пустой стол  в ожидании, хоть чая ей вовсе и не хотелось. Лиза поставила чайник и тоже села напротив одноклассницы.      — Ну что? Что ты собираешься делать, чем-то помогать будешь? Я в это не верю. Где подвох? — размышлаяла брюнетка. Она искренне не понимала прихода девушки, ведь не может быть все так просто в этой жизни. Почему она так хочет ей помочь? Зачем?      — Подвоха нет. Я просто хочу помочь, но это не значит, что мне тебя жаль. Меня просто Мария Владимировна попросила, а отказать я  не могу. Не хочу портить её уважение к себе, сама понимаешь. Вот и приходится тратить свое драгоценное время на такую херню. — Мишель выдумывала много чего, говорила все что угодно, но главное было не взболнтнуть, что ей и вправду жаль Лизу. Слишком горда она была.      — Ясно. — другие слова Лиза и не ожидала услышать. Отличница просто не хотела портить свою репутацию, так сказать, Андрющенко это так и понимала.      Они сидели за столом на кухне — в полуосвещенной комнате. Задерживаться здесь не особо то и хотелось, ведь создавалась мрачная атмосфера, которая была не сильно-то и приятной для чаепития. Неловкое молчание прервал звук сообщения на телефоне Лизы, она достала телефон с кармана и включила его. Яркость на телефоне была максимальная, которая мигом осветила комнату. Девушка посмотрела на экран и увидела сообщение: Никита, 16:12 Ты как? Почему не пишешь? Никита, это как раз тот парень с которым она подружилась в школе. Он был единственным человеком, который смог понять её. Всегда поддерживал и ценил. Когда у девушки были трудные моменты в жизни, которые происходят практически всегда, то Никита никогда не проходил мимо и пытался всячески помочь подруге, пытаясь сделать для неё все. Он был бы готов с неба звезду ей достать. Оказалось, что она раньше нравилась этому парню. Он предлогал ей встречаться, но Андрющенко никак не была готова к каким-либо отношениям, потому она мягко отказала другу, после чего они продолжали дружить как ни в чем не бывало. Кстати, девушка-то и сама неуверенна, что была на сто процентов гетеросексуальна. Да и вообще, был ли в ней хоть какой-нибудь малый процент этого, но по поводу этого она и не задумывалась от слова совсем.      Лиза прочитала SMS, но проигнорировала и просто выключила телефон. Мишель, кажется, заметила то, что там было написано. Она не сдержалась и выговорила:      — Ты с ним до сих пор общаешься? С Никитой этим.      — Тебя не учили, что подсматривать нехорошо? — возмутилась брюнетка, ведь была недовольна что девушка нагло лезет в её жизнь. Мишель закатила глаза.      — Я просто хочу поговорить с тобой. Наслаждайся моментом, пока у меня настроение хорошее, иначе наш "разговор" был-бы неприятным, ты должна сама это понимать на том опыте, что освоила на обучении в этой школе. Со мной не стоит так разговаривать. — эти гнусные слова, которые вырвались с губ Гаджиевой, были настолько гнусными для Лизы, что она прямо сейчас хотела наброситься на неё и довести до полусмерти. Но она пыталась сдерживаться, чтобы это не приводило более к печальным последствиям их обоих.      — Может, тебе ещё поклоняться нужно и выполнять все твои поручения? Ты что-ли госпожа какая-то у нас, что тебе нужно делать все только так, чтобы тебе нравилось? А не ахуели ли вы? — Андрющенко ели сдерживалась, пытаясь максимально донести свое отвращение к блондинке и заткнуть её.      — Зря ты так, зря. — Мишель подмигнула, буд-то уже что-то задумала, но чтобы она не собиралась делать, все окажется в ужасную сторону к Лизе, как и предпологала брюнетка.           Мишель, честно, не хотела в этот раз делать Лизе что-либо плохого, она сама не понимала что на неё сегодня нашло. Буквально несколько дней назад она всячески оскорбляла девушку, подзывая других делать тоже самое, а сейчас она сидит у неё в квартире с целью помочь ей с уроками. Все было очень странно, это понимали они обе. Брюнетке стало лень скандалить, потому она предложила перейти сразу к делу, для чего они сюда и пришли. Точнее, пришла Мишель, а Лиза её не звала вообще.      Они подошли к комнате брюнетке и вошли туда. Гаджиева огляделась вокруг, это комната небольших размеров, которая была более опрятная по сравнению с тем, что Мишель видела в этой квартире. По крайней мере было видно, что в этой комнате живёт порядочный человек, хоть она и была украшена не особо приятно, но со стилем. Все было в тёмных оттенках. было одно большое окно посередине стены, которая находится напротив двери. Прямо у этого окна расположен рабочий стол, на котором был не особо порядок. Над стеной слева была одноместная кровать с задвижками снизу, рядом с ней прикроватная тумбочка. Над кроватью и над столом на стенах было много постеров и плакатов каких-то музыкальных групп (как поняла Мишель) в черно-белых тонах. Над другой стеной стоял большой шкаф с зеркалами на нем, кажется наполненный одеждой, а рядом небольшой серый диванчик. В общем, комната была мрачновата по цвету, но очень уютная.      — Ну, давай. — Гаджиева смело села на диван как дома и развалилась на нем, а Лиза стояла по середине комнаты и скрестив руки на груди не понимала, что та вытворяет.      — Что давай?      — Ты забыла зачем я сюда пришла? Учебник давай, учить тебя будем. — ответила Мишель, а Лиза закатила глаза.      Прошло несколько часов, за это время девушки были как ни в чем не бывало. Гаджиева показала даты на страницах, которые нужно будет обязательно запомнить, а сама рассказала некоторые события из параграфов, объяснила пройденные темы. Они вели себя, буд-то бы лучшие друзья сто лет, а не враги со школы. Они обе очень удивлялись. Мишель тому, что она на это вообще согласилась, а Лиза тому, что никто друг другу не расцарапал лица. Гаджиевой нравилось, что все идёт именно так. Она смотрела на девушку, и ей казалась, она реально вникает в это все и слушает её. Мишель заметила, что в Лизе есть что-то пленительное из-за её привычки смотреть в глаза собеседнику. Даже когда избегаешь их, она все равно пытается продолжать искать взгляд аппонента. Когда с ней разговариваешь, кажется, что никто никогда не слушал тебя так внимательно, как она. Но и это временами пугает. Глаза брюнетки такие тёмные, ничем не выраженные и опустошенные? Мишель в это время пыталась найти в её взгляде какую-нибудь искорку, но напрасно. Её глаза были пропитаны мука и и болью. Гаджиевой самой стало больно. Больно из-за того, что она и есть одна из причин боли девушки. Спустя время, они начали разговаривать по душам, так разговор дошёл и до Никиты.      — Вы с ним и сейчас общаетесь? — задала вопрос Мишель, который ещё хотела давно услышать.      — Да. То есть, нет. Не совсем. Ну, то есть, ээ... — Лиза замялась, ведь вопрос был и вправду спорный. Гаджиева закатила глаза.      — Давай прямо.      — Ладно. Это долгая история. Когда он ушел с нашей школы, то я очень обиделась на него. После его ухода мне было очень пусто. Он хоть давал мотивацию мне жить и ходить в школу...      — Блять. Без соплёй этих.      — Ну я не могла его долго простить. Не отвечала на сообщения, звонки, он даже ко мне в квартиру стучался, со школы поджидал, но я игнорировала. Когда меня избили в школе, мне было очень плохо, я не хотела идти домой к родителям и пошла к нему. Он мне помог и дал пожить некоторое время у него, поддерживал меня. Никите, оказалось, я нравилась, он предложил мне встречаться. К этому я была не готова абсолютно, потому отказалась. Он очень хороший как парень, и любящий, я уверена в этом, но считаю что мне пока что рано. Потом было дело очень запутанное. Я не знаю, думаю, что мне не стоит об этом говорить.      — О чем? — Мишель посчитала, что если та не хочет говорить про что-то, то значит дело было серьёзное. А хотя, кто она вообще такая, чтобы Андрющенко ей рассказывала тайны из жизни? Правильно, никто. А по сути, она человек, который превратил жизнь этой девушки в настоящий ад. Заставил потерять доверие к людям и что-либо, из-за чего Лиза стала замкнутым человеком и изгоем — вот кто она. Мишель задумалась об этом, ей стало не по себе от самой себя. Она сидела и смотрела на Лизу, на секунду подумав, что они могли бы быть неплохими подругами по сути. Хотя Мишель сделала все, чтобы такого не случилось — уничтожила все положительные эмоции и взгляды на жизнь брюнетки. Было невыносимо стыдно. Андрющенко ни за что не простит её.      — Зачем ты это делаешь? — отвлеклась от темы брюнетка, и скрестив руки откинулась на спинку дивана.      — Что?      — Зачем. Зачем ты мне помогла сейчас. Зачем разговариваешь со мной. Почему не оскорбляешь, как всегда. Почему не унижаешь, как ты это делаешь при всех. — Андрющенко пыталась не заплакать, ведь только мысль о том, что в школе Мишель делает Лизе все что угодно для того чтобы сломать её, а сейчас разговаривает с ней и помогает как ни в чем не бывало. Рядом с ней сидит самый главный её враг. После родителей.      Мишель не знала что ответить на слова девушки, ведь ей и вправду было стыдно, хоть она в глубине души не хотела признавать это самой себе, уж тем-более говорить это вслух, поэтому блондинка промолчала. Неловкая минутная тишина.      А вот и спаситель их — Никита. Никита, 18:02 Лиииза Лииз, ответь, пожалуйста      Брюнетка читала сообщения не заходя в сам чат, игнорирует его она уже неделю. Мишель тоже разгоралась любопытством и посмотрела на экран, а потом на Лизу.      — Может ответишь? — предложила она брюнетке.      — Я до сих пор жду ответа на мой вопрос от тебя.      — Все в этой жизни совершают ошибки. Вот и я совершаю, помогая тебе. — Гаджиева пыталась отходить от ответа, ведь сама боялась воспринимать что помогает девушке из-за стыда. Ей было и вправду не очень осознавая, что испортила жизнь одноклассницы. Но она не собиралась никак просить прощения, все что угодно, но на это она не готова.      Андрющенко посмотрела на время.      — Мне кажется, что тебе пора. К тому-же, родители скоро явятся домой. — Лиза показала время на телефоне.      — И вправду, я засиделась. — Мишель встала с дивана и направилась в коридор, а Андрющенко за ней, чтобы хоть как-то проявить меры приличия и проводить до подъезда. Пока Гаджиева обувала кроссовки, то Лиза уперевшись об стенку смотрела на нагнувшуюся девушку. Ей казалось все подозрительным. Не бывает ведь все так просто, чтобы человек всячески оскорблял и унижал несколько дней назад, а сейчас помогал тебе с историей. От этих мыслей брюнетка усмехнулась. Совершенно случайно, взгляд Лизы упал на место, где рубашка нависла на девушке из-за наклона, и открылся вид на грудь блондинки. Андрющенко сама не понимала зачем, но у ставилась взглядом, глаза буд-то бы застыли и не имели возможности отвести взгляд. Хоть Мишель и не увидела пожирающего взгляда брюнетки, но Лизе стало максимально неудобно. Когда Гаджиева встала, то Андрющенко откашлялась и смотрела на неё как ни в чем не бывало.      — Спасибо за чай. — прозвучали слова из губ блондинки с сарказмом и Мишель даже улыбнулась слегка. На Лизу опять что-то нашло. Она засмотрелась на девушку, на эту идеальную улыбку. Какой-бы ужасной по характеру Гаджиева не была, но Лиза всегда завидовала ей во всем. Обширный круг общения, идеальная внешность, идеальные родители. Идеальная жизнь. Ей всегда нравилась внешность девушки, она считала её идеалом всего (конечно, не считая характера и отношения к людям). Сейчас она была необыкновенно красива, но брюнетка не понимала, зачем она обращает внимание на это, ведь это ужасный человек, который превратил её жизнь в ад. Индиго быстро оттолкнула со своей головы эти мысли и вернулась в реальность.      — Всегда пожалуйста. И, да, спасибо. Нуу, за это. За помощь с уроками, что-ли. Ну ты поняла. — этому человеку было очень сложно говорить слова благодарности, но Лиза не опускалась на низкий уровень.      Мишель отправилась домой в раздумиях. Её встревожила одна фраза брюнетки "родители скоро явятся домой". Она не понимала что в этом такого, если одноклассница поможет с уроками дома.       Но Мишель не понимала, что не у всех идеальные родители и прекрасная жизнь, как у неё. Чай они так и не попили.