Сладкая Дива

— Что ты делаешь? — Я продолжила читать, когда губами Годжо коснулся моей шеи. По телу пробежалась лёгкая дрожь. Его поцелуи всегда заставляют меня испытывать новые ощущения. Каждое мгновение, когда Годжо касается моей мягкой кожи своими нервным окончаниями я переживаю по-разному. Потому что неизвестно куда Сатору поцелует, и как это сделает. Эта некая неизвестность зажигает во мне азарт. — Я что, не могу поцеловать любимую жену? — Годжо скалится, я чувствую его взгляд на последних строках страницы любимой книжки. — Когда ты хочешь просто поцеловать — делаешь это по-другому, — Я всё же откладываю книгу. Так как понимаю, что Сатору либо заставит меня отвлечься, либо сделает так, что я о книжонке и не вспомню. Я разворачиваюсь лицом к любимому мужу. Придвигаюсь чуть ближе. Годжо заключает меня в объятья. Мужские сильные руки отдают мне все тепло, которое в них накопилось за день. Перенимая его тепло, мне становится жарко. Прикрыв глаза, я приподнимаю голову с чуть приоткрытым ртом. Годжо целует меня. Мягко, с едва ощутимой опаской. Мне никогда не понять «манеру» его поцелуев. Жаль. Я не люблю, когда Сатору застает меня врасплох. А с его ребячеством, которое у мужа в крови, это получается неистово часто. — Я люблю тебя, Годжо, — Сказать «я тебя люблю» — для нас с Сатору уже обычай. Чуть приоткрываю глаза, заглядываю в зеркала его неизвестной никому души. Именно за эти глаза я его полюбила. Такие чистые, словно ненастоящие. Теперь уже такие родные. — Я тоже тебя люблю, Сэцу, — Годжо опускает руки мне на плечи, слегка надавливает, чтобы я легла. Мне так нравится, когда Сатору зовёт меня по имени. Пока думала, не осознала, как я осталась без майки. Засранец Годжо. Всегда заставляет меня «пропасть» из реальности, чтобы делать, что вздумается. Не знаю, почему, но от его поцелуев я впадаю в состояние эйфории. Я будто под кайфом. Он нависает сверху, позволяет мне себя разглядеть, но лишь мельком. Сатору снова целует. Мягко и сладко, слегка оттягивая мою нижнюю губу. Я сбито дышу и стараюсь дотянуться до края его чёрной водолазки. Пока оставляю его без верха, Годжо цепляется кончиками пальцев за пуговицу джинс. Не раздумывая, он оставляет меня в одном белье. Он терпеливый мужчина, но не в тот момент, когда дело касается близости. В эти минуты он желает получить все и сразу. Я снова путаюсь в мыслях, когда Годжо, уткнувшись носом мне в шею, обжигающе шепчет. — Я обожаю каждую клеточку твоего идеального тела, милая, — с этой фразой он гладит мои бедра, —Нравится наблюдать, как ты спишь. Как крепко обнимаешь меня, пока я согревают тебя теплом своего тела, — Годжо после каждой фразы оставляет поцелуй на моём теле. Сатору спускается ниже с каждым словом. А я вздрагиваю от его щекотливых прикосновений. Фалангами пальцев мужчина проводит вдоль моего живота, пока губами касается выпирающих ключиц. Я тяжело дышу, и решаюсь немножко подразнить. Едва слышно я выстанываю его имя. Сатору скалится, пальцами спускается ещё ниже. Чувствую, как по бедрам скользит моё белье, как Годжо касается пальцами моего лона. И снова я вздрагиваю, только теперь с громким вздохом. Его томный голос заставляет меня загораться ещё большим желанием. Ладонью провожу вверх, вдоль живота, и закусываю губу. А Сатору прислоняется губами к моему животу, спускается ниже. — Я готов с ума сойти, только наблюдая за тем, как ты реагируешь на меня, — Годжо прикасается ладонью к внешней стороне моего бедра. Он избавляет меня от трусиков. Муж закидывает мою ногу себе на спину, со второй поступает точно также. А я закрываю глаза, в ожидании сумасшедшего удовольствия. Так и происходит, когда Годжо касается промежности языком, громкий стон срывается с губ. С каждым моим сладким звуком его движения становились интенсивнее: он более старательно водил по складкам языком, то замедлялся, то ускорялся, что заставляло меня ещё громче стонать. Я выгиналась в спине, от его жгучих прикосновений. Я чувствовала, как пот струится по моему лицу, как пряди волос липнут к шее, как мне не хватает воздуха. И вдруг чувствую, что он остановился. Умоляющий стон раздаётся в комнате, под его самодовольное ехидство. Я закатываю глаза, когда чувствую, как он трется о мою промежность. — Моя девочка, хочет, чтобы я вошёл и заставил её сойти с ума? Хочет, чтобы я дал ей то, о чем она мечтает весь день? — Я не членораздельно мычу сквозь стон. — Обожаю, когда довожу тебя до такого состояния, любимая, — Годжо расстегивает мой лифчик. Бюстгальтер улетает на пол, вместе с одеждой Сатору. Мужчина нависает сверху, я смыкаю руки в замок на его шее. Тяжело дышу от желания и нетерпения. Когда он входит, я вся сжимаюсь, выстанываю мужское имя. Чувствую, как все его жгучее тело прижимается ко мне. Слышу, как бьётся его сердце, вижу, как солёные капли струятся и по его шее тоже. Наши взгляды пересекаются. Я буквально готова утонуть в омуте его «зеркал». Томно дышу, когда он касается ладонями моих выпирающих рёбер. Дыхание Годжо я чувствую на губах. И я ощущаю дрожь, которая закралась в кончиках его пальцев. Толчок. Это его действие заставляет меня вскрикнуть. Но только от удовольствия. Я закусываю губу, пока Сатору целует меня в шею. Его губы кажутся особенно сладкими. Особенно жгучими. Снова толчок. Теперь уже с уст срывается сладкий, протяжный стон. Я опрокидываю голову, чтобы он мог слышать, насколько мне хорошо. Мужские руки крепче держать меня за бедра, чтобы я не двигалась в такт его движениям. Он не разрешит мне достичь разрядки так быстро. Его толчки становятся более резкими и быстрыми, отчего я закатываю глаза. Ток проходится по всему телу, разносят внутри приятное ощущение наполненности, когда Сатору делает ещё один резкий толчок. И пока я с закрытыми глазами мечусь по подушке, а пряди волос липнут к шее и подбородку, Годжо вновь обжигает мочку моего уха жгучим шёпотом. — Моя девочка уже хочет кончить, м? — По голосу слышно, что он и сам вот-вот получит разрядку. Я томно дышу, стараясь собрать мысли в кучу, когда Сатору говорит, что хочет поменяться местами. Когда я восседаю на его торсе, впиваюсь коготками в его широкие плечи. Годжо откидывает голову, позволяя мне разглядеть его сильную шею, увидеть как соблазнительно холодные капли струятся по его коже; как он отрывисто глотает воздух и как закатывает глаза, когда я двигаю бёдрами. Мужчина располагает свои большие ладони на моих ягодицах и слегка сжимает их, иногда помогая мне двигаться. Я ерзаю на нем и чувствую как дрожу. Внизу живота ощущается узел, который вот-вот развяжется. Годжо, прекратив жадно глотать воздух, прижимает меня к себе. Наши лбы соприкасаются, и мы чувствуем горячее дыхание друг друга. — Моя девочка уже очень близко, я прав? — В этот раз мне хватает сил, чтобы ответить, а не просто что-то промямлить. Годжо, прекратив жадно глотать воздух, прижимает меня к себе. Наши лбы соприкасаются, и мы чувствуем горячее дыхание друг друга Он целует меня. Только в этот раз поцелуй жадный. Его кончики пальцев я чувствую на шее, ощущаю, как второй рукой он сильнее с каждым моим движением сжимает нежную кожу. Ещё несколько резких движений и комнату заполняют наши стоны, звучащие в унисон. Я прижимаюсь к любимому мужу, целую Годжо дрожащими губами, пока он гладит мои выпирающие лопатки.