Законы ее жизни

Близилась тринадцатая зима Талии. Они остановились в Оствике на этот раз. Как и всегда, сняли крошечную халупу в районе для эльфов. И все шло тихо и обыденно. Мать подрабатывала на продаже зелий, дочь сидела дома за книгами, изредка гуляла по эльфинажу. После нескольких недель сильных холодов, в трущобах началась эпидемия. Неизвестная болезнь косила одного за другим, болели все, но дети страдали больше всего. Власти ничего не делали, кому есть дело до бедных эльфов, а когда заболевших стало достаточно для беспокойства, они просто закрыли ворота эльфинажа на карантин. Фиона помогала больным чем могла. Но средства ее были слишком скудны. Запасы стремительно кончались, а заболевших становилось все больше. В лес ходу не было, да и кто будет искать эльфийский корень под снегом, а на покупки у городского лекаря ни у кого не было таких денег. Дочь умоляла использовать магию: “Ты же можешь их вылечить простейшим заклинанием! Я знаю это! Мама, пожалуйста! - на глазах выступили слезы - Они же ни в чем не виноваты!”. Мать была непреклонна, отказываясь использовать магию. Но когда маленькая девочка умирала у нее на руках, материнское сердце дрогнуло. Меньше чем за неделю ей удалось остановить болезнь с помощью своего дара, с эльфинажа сняли карантин и все вернулось в свое русло.   Они пришли поздно вечером, когда все уже разошлись по своим домам. За пару серебряных местный нищий с радостью рассказал храмовникам о настоящей долийской целительнице из трущоб. Тяжелый стук в дверь сопровождало тихое позвякивание стального доспеха. Фиона вздрогнула и побледнела, на лбу выступил холодный пот.  - Живо одевайся и собирай вещи. Ты знаешь что делать! - встревоженно сказала эльфийка своей дочери вставая из-за стола.  - Да, мама. - Талия не была послушным ребенком, но они много раз обсуждали это, и девочка знала, что это пришли за ними.  Фиона открыла дверь, перед ней стояло двое храмовников, а за ними еще четверо.  - Вы подозреваетесь в применении магии. Прошу проследовать за нами в башню Круга. - сухо сказал мужчина что явно был старше по званию чем остальные.  Фиона пристально разглядывала ее непрошенных гостей. Храмовники внушали страх именно своей непоколебимостью в суждениях, их нельзя было переубедить. Раз храмовники уже у ее дверей, пока они ее не затащат в круг, они не успокоятся. В воздухе повисла секундная пауза, но ее было достаточно чтобы магесса успела собрать энергию в руке у себя за спиной. Бросив в храмовников яркую вспышку света, она закрыла хлипкую дверь и что-то прошептав себе под нос, поставила на нее барьер.   - Быстрее, через заднюю дверь.   Мать схватила дочь за руку, и они побежали по узким улочкам в сторону порта. Талия задыхалась, постоянно спотыкалась, не успевая за длинными ногами своей матери.   - Мама, подожди... Я больше не могу!  - Потерпи милая. - Фиона сжала руку дочери сильнее - Эти люди!..  Они хотят забрать тебя у меня! Но я им не позволю!  Уже пахло морской водой, а меж домов виднелись мачты пришвартованных кораблей. Нужно было сделать еще один поворот, и они были бы у цели. Но за крайним домом их ждала засада. Храмовники знают свое дело, особенно как ловить отступников. Фиона попыталась отступить, но сзади подбежала еще группа храмовников. Отпихнув дочь в сторону, отважная мать ринулась в бой защищая свое дитя. Раскаты молний рассыпались искрами по заледеневшей от магии земле, Фиона пыталась из последних сил отбиваться, но храмовников было слишком много. Застав ее врасплох между заклинаниями, один из них щитом смог выбить посох и повалить эльфийку на землю.   - Сдавайся и ребенок не пострадает. - поступил приказ, но от кого именно Фиона разобрать не смогла. Ею овладело отчаянье и страх.   Женщина посмотрела на свою дочь словно прощаясь, с трудом поднявшись на ноги и вытащив из-за пояса кинжал, она полоснула себя по запястью. Алый вихрь окутал эльфийку в мгновение ока, ужасная, неконтролируемая, темная энергия. Но заклинание она не успела довести до конца. Лейтенант подошел к ней сзади и проткнул мечем грудь. Тело матери тут же рухнуло на землю, а порыв энергии стих.  Маленькая Талия стояла в стороне, дрожа от ужаса. Когда мать рухнула на землю, девочка почти не дышала с минуту. Затем ринулась к бездыханному телу. Юный разум никак не мог понять произошедшего. От ступора не появилось даже слез на глазах. Она трогала мамины окровавленные одежды, гладила ее по волосам, тормошила за плечо пытаясь разбудить, все тихо приговаривая “ Мама…мама…мама”. Так продолжалось несколько минут, пока молодая храмовница не положила руку на плече девочке. - Пойдем, мы поможем...  Рука на плече и чужой голос стали катализатором, и в хрупком детском разуме что-то оборвалось. Талия истошно закричала, а на глазах навернулись слезы. В теле забурлила манна, растекаясь раскалённым металлом по венам, и подсвечивая их золотым. В одночасье все силы что были в этом маленьком теле вырвались взрывной волной наружу. Храмовница что стояла ближе всех превратилась в обугленный кусок мяса, остальные отделались ожогами да контузиями. Когда источник иссяк она потеряла сознание упав поверх мертвого тела матери.   “ Преследуемая нами эльфийка оказала сопротивление. Была признана малефикаром после попытки применения магии крови, поймана и казнена на месте. Девочка после проявления ее магических способностей была незамедлительно отправлена в Оствикский Круг Магов для дальнейшего разбирательства.”                                         Из отчета Рыцаря-Лейтенанта Кирана