Вырвать из ада

Иначе как «шайтан-машиной» собранное Машей устройство Асвер не мог назвать. Особенно учитывая её адское происхождение — а Сэмэн, употребляя такой фразеологизм, объяснял, что шайтаны это злые подземные духи. Грубые манипуляции вроде перетаскивания двигателя или клепки рамы установки со всеми кронштейнами выполняли антро-птицы, которые сопровождали хозяйку форта Костяшки, но точные работы к удивлению дракончика Маша выполняла сама. И пальцы ее, что характерно, не дрожали. — Серьезная конструкция, — прокомментировал результат нескольких часов работы хоррианец, — она точно заработает? Вопрос напрашивался сам собой. Как выяснилось уже в процессе работы, Маша перечислила далеко не все детали, которые были нужны для установки. Но все неназванное или уже имелось в наличии, или было слегка переделано, а то и сделано практически с нуля прямо в процессе сборки. Например, раму склепали из старых, тронутых ржавчиной труб, песок с минус четвертого слоя засыпали в старое ведро, к которому на скорую руку приклепали ведущую вниз, в окрестности рабочей зоны, в которую смотрел еще и двигатель, трубку. И так было практически во всех частях машины, которая смотрелась немного несуразно, но при этом вполне серьезно. — Не с первого раза, так со второго! — улыбнулась старуха всеми имеющимися зубами. Несмотря на то, что в их ряде имелись явные дыры, их количество всё равно было больше положенных тридцати двух. — В фокус ложится Анна, чью память мы будем открывать. Вокруг неё прошу устроиться остальных. Чем больше дружественных сознаний помогут усилить гештальт, тем яснее вы увидите то, что ищите. Хоррианец уселся, скрестив задние лапы, как называли такую позу земляне — «по-турецки». Сама Анна была довольно напряжена, но было хорошо видно, что она все же хочет узнать, где же следует искать соратников. Поэтому красногривая драконица улеглась в точку фокуса установки, на заботливо подстеленное одной из помощниц Маши тонкое одеяло. Антейки тоже решили поддерживать Анну сидя. Рядом с Асвером уселась Рарека, с другой стороны устроились Алисара и Целея. Анна покосилась на хоррианца и протянула к нему ладонь. Тот без тени сомнения положил на ее ладонь свою, потому как хорошо понимал — ей сейчас требуется поддержка, открытие памяти однозначно требовало каких-то моральных сил. — Так, серый, лапу убери, — резковато среагировала Маша, щелкая выключателями на импровизированном пульте самодельной установки, — Помехи лезут. Так, давайте, полсотни мигов — и начинаем. С выражением легкой вины Асвер несильно сжал свою ладонь, давая соратнице знать — если что, поддержка будет, и убрал лапу. Анна вытянула свою вдоль тела, явно морально готовясь открыть память всем присутствующим. — После вас не осталось ни одной возвратной пружины. Последние дни настают!.. — вздохнула старуха, в последний раз проверяя всё перед запуском. — Если будет слишком жёстко — кричите, я вас вытащу. А теперь — поезжайте! Она со всей силы и с воодушевлённой улыбкой саданула по большой кнопке. Лежавших драконов поглотило странное ощущение, а может быть, звуки — трудно было отличить одно от другого в тот момент. Окружающая реальность стёрлась, оставив только их самих на белом фоне. Попытавшись встать и осмотреться, Асвер обнаружил, что смотрит на себя самого из глаз Целеи и её же телом управляет. — Срань какая-то, — пробормотал голос Маши из ниоткуда, — сейчас поправлю. По ушам резануло высокочастотным скрежетом, зрение расплылось, и чешуйчатый с облегчением обнаружил себя в собственном теле: — Так значительно лучше… Теперь, девочки, входим в сознание Анны, как мы умеем. «Вот только как я умею — это отдельный вопрос, — мысленно вздохнул хоррианец, — Та методика, которую чудом удалось «ухватить» под руководством Мирдала, предполагает переход в спящем состоянии, из своего сна в чужой. А я-то бодрствую! Ну, условно, потому как вроде и не сплю. Да, вот ведь задача… и не уснуть толком в этом состоянии, и времени это займет немало, а работать нужно уже сейчас, неизвестно, надолго ли хватит ресурса этой машины, Маша хоть и спец, но железо тоже имеет свой ресурс и свой запас прочности. Так, вход в сон… Марда это делала с Воплощением Вардалом, артефакт вроде ключа… или то было внешнее, иллюзорное проявление соответствующего приема, а дальше переход в чисто энергетическую форму и в этой форме уже переход в сон разумного. Не мой профиль, ни опыта, ни знаний, ни желания так рисковать с незнакомой методикой нет. Разве что достаточно сильно захотеть попасть в ее сон — а что, в отсутствии способностей кобника меня еще никто не уличал, и достигнуть контакта, ну хоть в таком варианте…» И легким движением без малейшей дрожи в пальцах дракончик прикоснулся ко лбу Анны. Окружающий свет на доли секунды каким-то непостижимым образом померк, и Асвер понял — хоть в таком виде, но процесс пошел. Белая пустота начала колебаться и темнеть, клубиться в розоватым тумом, поглощая окружение и размывая зрение. Некоторые клочья облаков темнели ещё сильнее, до землисто-коричневого и нефтяно-чёрного. Плотные сгустки конденсировались и капали маслянистым дождём, а плеск капель начал собираться в шептоки: — Перена вернулиась! — кто-то прорёк безнадёжно. — Она разносит поселения на Норге… — Пьер предал всё, во что мы верили, — узнал Асвер голос Персиваля, прежде святого дракона и ангела, что стал владыкой минус первого слоя до тех пор, пока Асвер не вернул его ко Свету, — поймите. К чёрту его, но и мы отправимся покошмарить чёрта, даже если придётся нарушить клятву! — Кто из нас видит правду? — чей-то басовитый, трубный, но спокойный и благородный голос. — Демоны бегут от нашего гнева, — снова Персиваль, — но мы спасём своих! Ко спасению! Вперёд! — Кочевая Ярмарка даст тебе всё, что ты впредь пожелаешь, — мурлыканье Махди прервалось плеском пролитой воды. — Это безумие, но ты со мной? — спросил Персиваль, и голос Анны ответил: — Больше того. Мы способны на большее. Из облаков проявляются две приближающиеся фигуры — скачущая сервая лошадь и летящая над ней Анна. Свет мигает — Анна летит одна. Свет мигает — они идут вместе. Свет мигает — исчезает туман, открывая ржаво-красные адские пустоши и звёздное, не свойственное аду небо над ними. А потом они и сами развеиваются, будто туман. Асвер осознал себя на берегу моря винного оттенка, шумящего по берегу серебристого песка. Дракончик стоял в начале аллеи из шестнадцати статуй, по восемь с каждой стороны. Левые изображали Персиваля в различных позах, правые — Ариадну, ту самую серую лошадь. Проходя между статуями, Асвер слышал обрывки их диалогов. Персиваль задирал голову ко звёздам, Ариадна лежала на животе, смотря на него. — Гляжу я на нашу вселенную и понимаю — я обязан её изменить. — Если ты ищешь перемен, то вдохновляйся теми местами, где прежде не был. — Я о смертных. Только из бессмертья мне стали видны их горячность и недолговечная искра. Мы вечны, но они нет. И если они пропадут — вина останется на нас. — Ты уже не считаешь себя одним из них? Персиваль и Ариадна шагают по бурным волнам. — А когда нас попытаются сожрать навы, решив, что наш срок окончен? — Мы будем сражаться! — смеётся Персиваль. — И не только мы. Пока есть поле боя, найдутся войны. Я не единственный святой, недовольный навами! Многим дай только шанс. Персиваль и Ариадна смотрят на звёзды вместе. — От Небесных Сил? Ты воистину следуешь её совету. Твоя мечта невероятно большая! — Возможно. Но ты будешь мечтать со мной, Ариадна? — Вечно. Персиваль и Ариадна сидят на пляже лицом друг ко другу. — У тебя уже есть армия! Персиваль ответил не сразу: — Ты об Анне? — И Верных. Да! — Они защищают нулевой слой, а не нападают на ады! — Но могут! Персиваль и Ариадна сидят на распиленном посередине бревне. — Ариадна, им не понравится, что я ими манипулирую. — Тогда держи это в тайне. — Буду — пока могу. Персиваль протягивает Ариадне руку. — Тогда будет крестовый поход. — Крестовый поход детей, отважных и бесстрашных! Ариадна смотрит на взлетевшего Персиваля, который распахнул крылья широко и смеялся. — О да! Они сдвинули дело с мёртвой точки. И, возможно, в этом и наше решение. Ничто не вечно, но дай только смертным шанс… — Какой шанс, Персиваль? — Бороться! Взять мечи и судьбу в свои руки! Они больше не дети. Они не будут терять время, пока Бог тратит вечность! Ариадна смотрит на схему, которую чертит на песке когтем Персиваль. — Но какой ценой, Персиваль? — Ценой баланса. Ад против Рая. Навь против Яви. Колесо Жизни вращается без остановки, но я сломаю ось. — Что? Как? — Стравлю Небо и Преисподнюю с навами. Бог отказывается спасать смертных от пожирателей душ — значит, стоит создать ему второй фронт. Асвер дошёл до конца аллеи и узрел огромное войско на адской равнине. А перед ним — Анну, отвечавшую Персивалю: — Я согласна. Мы прорвёмся на минус первый слой и создадим разлом реальности там. Надеюсь, это займёт как демонов, так и навов, — её прервал сигнал трубы, она всполошилась. — Я не отдавала приказа! — Что случилось? — подскакивает Ариадна, а Персиваль и Анна взлетают: — Летим и посмотрим! Реальность дёрнулась, все вернулись на свои места. — Я согласна. Мы прорвёмся… — уверенно заявляла Анна. — Поворачивайся же, кусок дерьма! — крикнула Маша откуда-то издали. Лязгнуло и громыхнуло что-то металлическое. — Мы наткнулись на сильное воспоминание, держитесь! От бойцов осталась лишь горстка. Персиваль и Ариадна пропали. Вокруг бушевала кровавейшая битва — демоны и навы схлестнулись друг с другом на земле и в небе в несколько слоёв, шёл дождь из крови и град из кристаллов. — Всё, — обречённо бросила Анна. — Бежать уже некуда. Кто мог — сбежал, кто захотел — пал. — Но что-то мы можем сделать? — один из Верных сам не был уверен в том, что это так. — Можем… Вы верите мне? — До конца. Анна высоко подняла ржавый гладиус, что солнечно светившийся: — Господи, пресвятая Богородица, все святые, во мраке нашарском просиявшие, спасите! Ради всех душ, здесь погибших за правое дело, сохраните наши! Пусть последняя воля Персиваля будет исполнена, и не пропадут лучшие воины его! Свет от клинка стал столь ослепителен, что даже сузившись до щелей, зрачки Асвера не смогли приспособиться и дать что-то увидеть. Только слышен стал облегчённый вздох Анны: — Спасибо… Мне и не снилось это. Но приснится — и этим вас спасёт. Свет угас, глаза снова могли видеть. Асвер вернулся в реальность, где лежал под аппаратом. Вместе с самками приподнялся, и увидел, что вокруг лежат не только его старые знакомицы, но и несколько воинов из сна-воспоминания. — Вот это номер, — удивленно протянул дракончик, уже не просто приподнимаясь на камне пола, а усаживаясь на них же. Голова после погружения в чужой сон (а впрочем, сон ли?) ощутимо кружилась, всё-таки вставать было пока рано... — Откуда они появились? Не в ауре же ты их растворила, в самом деле? — Из подсознания, — донесся голос Маши из-за установки. Сопровождался голос позвякиванием каких-то инструментов, со стороны, как помнил Асвер, питающего кабеля. — Честно скажу, девочка моя, на редкость опасный трюк ты тогда провернула. Шесть полноценных личностей в подсознании упрятать не каждый безумец решится! Даже надежно закапсюлированных, с прочной блокировкой тех воспоминаний, все равно это был невероятно опасный для тебя фокус. — Ох, Маша, потише, — Анна положила ладонь на собственный лоб, — Сейчас твой голос в голове набатным колоколом отдается! — Слышу знакомый голос! — просипел, будто с пересохшим горлом, один из Верных — темно-зеленый дракон с кожистыми крыльями, — Анна, ты жива! Скажи, где мы, а то перед глазами все плывет и качается… — Это у тебя от перехода из сжатого энергетического состояния в физическое тело, — пояснила старуха, с трудом разгибаясь и опираясь на кожух украденной со склада Аукциона установки, — Пройдет через полдня, самое позднее — к утру. А находишься ты на минус первом слое, с чем я тебя и поздравляю! — Как — минус первый? — вторым членом отряда Верных, подавшим голос, была бирюзовая драконочка с пернатыми крыльями, кончики перьев которых отливали золотистым цветом, — Мы вновь в окружении демонов?! — Не волнуйся так, здесь все свои, — Рарека тоже села, но вставать не спешила, похоже, тоже ожидала, пока уймется головокружение, — Только я не до конца понимаю, зачем было блокировать это воспоминание? По ощущениям, мы через этот блок продирались, как бер сквозь бурелом! — Для того, чтобы оно не открылось раньше времени, — Алисара оказалась ближе к стене, подобралась к ней и сейчас сидела, уперевшись спиной в эту стену, — Путь Анны на нулевой слой мог занять несколько дней, а то и одну-две девятицы, если пришлось бы обходить чужие войска и прятаться от бурь и разбойников. А свежие впечатления, особенно если они достаточно резкие и острые, могли трансформироваться в сон, и тогда воины ордена Верных вновь оказались бы на минус первом слое, но в таком состоянии, что их цыплята могли запинать! — Предугадать подобное было невозможно, — Целея попробовала подняться на лапы, но ради сохранения устойчивого положения делать ей это пришлось с опорой на каркас установки для проникновения в сны, — А вот предположить… — Да что угодно можно было предполагать, — Маша смотала отключенный от аппарата кабель и повесила его на торчащий из щели каменной кладки стен колышек. — Я вполне разобралась с механизмом процесса, но хоть убей — не слышала, чтобы такое когда-то кто-то делал! И вообще неудивительно, что пришлось прорываться к воспоминанию, оно слишком глубоко вросло в подсознание за прошедшие годы. — Какие еще годы? — третий голос от уцелевших Верных принадлежал невысокому, худощавому дракону, практически сравнимому размером с Асвером, только что с красноватым окрасом чешуи, — Анна, сколько мы провели в этом… ничто? — Дюжину лет, — вздохнула белая красногривая драконесса, — Простите меня, други, что не смогла выпустить вас раньше… — Нет в том твоей вины, — усталым голосом вздохнул четвертый дракон, невысокий крепыш сине-зеленого окраса, — Ты и сама знаешь — мы ведали, на что шли, и каковы наши шансы на успех. Соратники наперебой расспрашивали Анну, что происходило за время их отсутствия. Их можно было понять, едва выскочившие из битвы и неизвестно сколько пробывшие в чужом подсознании разумные желали знать, что вокруг происходит. Асвер все-таки напрягся, сумел встать и негромко обратился к Маше: — Слушай, Маша, тут такое дело. Я понимаю, что в этой установке немало твоих трудов, деталей и материалов, но ведь основные детали добыли мы. В общем, чего ты хочешь в компенсацию вложений в эту установку? А так же за то, чтобы обучить меня с ней управляться? — Договоримся, — без жадности и предвкушения несметных богатств, а скорее даже ободряюще улыбнулась старуха. — А как договоримся, так и обучением заняться можно будет. Только вот зачем тебе эта система? — Я, понимаешь, не сам по себе по разным Мирам путешествую. Есть у меня свое руководство, есть задачи. И простить невыполнение задач мне могут только за хороший, достаточно ценный трофей, — Асвер сознательно сгущал краски, потому как реальная ситуация в Клане особой напряженностью не отличалась, — А возможность заглянуть глубоко в чужие воспоминания… это будет знатный трофей. — Понимаю тебя, — от улыбки морщинок на обветренном горячими ветрами минус первого слоя лице Маши стало еще больше, — Значит так, большую часть того, что мне нужно, можно найти, раздобыть или обменять в радиусе дня пути. Начинается мой небольшой список желаний с возвратных пружин…