Мы были

11 апреля 1992 года

      Щелчок. Ещё щелчок. Режущий слух металлический скрежет заставил невротично вздрогнуть сгорбившегося над массивным электрогенератором человека.        - Ты там как, Майк? Закончил? - Холодный свет от лампы загородила высокая фигура мужчины в буром камуфляже и угольно-чёрном бронежилете. - У меня, кажись, всё - Человек с ощутимым усилием потёр обтянутые перчатками руки, разминая перенапряжённые мышцы пальцев Ответ последовал незамедлительно:        - Нет, но уже близок к заверше-ению, - Мужчина говорил как бы немного в нос и тихо тянул слова, всеми мыслями явно находясь где-то не здесь. Быть может, дома вместе с семьёй, в родной Флориде, или на берегу безупречно голубого Рио-Гранде? Кто знает. В любом случае, где-то далеко от промозглых, бесконечных и запутанных коридоров этого подземного комплекса. Майк-21, если уж на то пошло, всегда был таким вот задумчивым парнем, готовым скорее взять в руки томик небезызвестного Оскара Уайльда, чем из раза в раз целиться кому-нибудь в лоб. И как только его занесло в эти чёртовы глубины Ада? Вот и сейчас очередной поток размышлений, как назло, был прерван грубым вмешательством:        - Ребят, кажется, у нас проблемы… - Долговязый паренёк, внезапно вбежавший в комнату, выглядел обеспокоенным, если не сказать, шокированным. Плечи едва заметно подрагивали, а с губ то и дело срывались нервные выдохи, кажущиеся громогласными в воцарившейся здесь тишине.       Несколько минут спустя все до единого члены второй группы собрались в узком коридоре, выход из которого блокировала массивная железная дверь.        - Это 836-ой, не ина-аче… - Буравя взглядом иссеченное металлической решёткой полотно, с характерной для него задумчивостью протянул Майк. Лицо его выражало сейчас скорее напряжение, нежели чем страх или беспокойство. Судя по всему, мужчине не впервой приходилось сталкиваться с подобными проявлениями аномальных объектов.        - Да ну нафиг! И как мы отсюда выберемся?! – Высокий юноша, чью голову покрывали мелкие кобальтово-синие кудряшки волос, явно находился на грани паники. Оно и неудивительно: всё же, помимо одной-единственной представительницы «Амальгамы» он был наименее опытным участником группы. Дрожащими руками парнишка схватился за поворотный механизм на двери и вновь всем своим весом налёг на рычаг, но, увы, даже характерного скрежета не прозвучало.        - Безупречная спайка! – Полный ядовитого сарказма девчачий голосок отдался эхом, уносящимся вдаль, по коридору. Оскар-22, замыкающая выстроившуюся здесь толпу страждущих, скрестила руки на груди и теперь с усмешкой смотрела на разворачивающуюся перед ней сцену. Пренебрежительный тон подействовал на паренька, как красная тряпка на разъярённого быка. Паника мгновенно сменилась бешенством и он, оставив попытки открыть дверь, метнулся к крошечной фигурке, невозмутимо подпирающей собой стену коридора.        – Чёртов теоретик-малолетка! Ты хоть понимаешь, чем это может обернуться для всех нас?! – Нависнув над девочкой, юноша всеми силами пытался контролировать заполнившее мысли желание схватить нахалку за грудки и хорошенько тряхнуть разок-другой – глядишь, мозги на место встанут. Оскар же, напротив, выглядела невозмутимой:        – Я-то всё прекрасно понимаю, но, знаешь, у нас не такой большой выбор… - Она кивнула куда-то в сторону, заставив парня этим бесхитростным жестом наконец развернуться и обратить внимание на происходящее за его левым плечом. Лейтенант тем временем, целиком и полностью игнорируя перебранку, потянулся к висящей на поясе массивной рации. Через пару мгновений воцарившуюся тишину в коридоре нарушил характерный шум помех.        - Приём. Как слышно? Говорит Эхо-14. У нас проблемы. Приём.       Ответ не заставил себя долго ждать:        - Пр..ём. Эх..-14, говорит Чарли-11. Слышу хор..шо. Что у в..с там? Приём. – Зажатая в руках мужчины рация, кажется, загипнотизировала всех присутствующих.        - Приём. Мы в лёгкой зоне содержания. Западный выход из коридора HS-06 был заблокирован наростом SCP-836. Мы отрезаны от всего остального комплекса. Приём. Хотя ответ последовал уже через пару секунд, это время показалось всем присутствующим вечностью:        - Приём. Двиг….тесь к кор..дору HC-08. Там есть ..верь, ведущая к IX-07. Мы ..ам откроем. Приём.       - Приём. Вас понял. Конец связи. – Вздохнув с ощутимым облегчением, мужчина вернул рацию на её законное место. Столпившиеся вокруг него кадеты заметно приободрились, но открывать рты не спешили, ожидая указаний старшего по званию. – Все всё слышали. Майк и Кило, закончите с генератором и догоняйте. Остальные – за мной.

***

      Полтора часа спустя все члены второй группы уже не только переместились в восточную часть сектора, но и успели благополучно обжиться в паре прилегающих друг к другу помещений. Кто-то вольготно расположился на мягком диване, а Кило и Индия, в свою очередь, безжалостно атаковали стоящий у стены автомат с прохладительными напитками.        - Вот же ж дьявольщина… И как они собираются эту дверь открывать? Ведь не командира же притащат… - Вполголоса ворчала Лима, закинув правую ногу на маленький журнальный столик. Даже мягкий диван и минуты отдыха не могли улучшить её настроения, впрочем, как и всегда. – И чего вы, блин, жуёте?! Нашли время жрать! – Сорвалась на крик девушка, едва не смахнув со стола защитный шлем.        - Ну-у, во-первых, они скорее всего нашли карту технического специалиста. – Резонно заметил Майк, открывая пакет с аппетитно пахнущими говяжьими джерками. – А, во-вторы-ых, нужно восполнять силы, пока есть вре-емя. – Закинув в рот кусочек вяленого мяса, мужчина уставился в потолок. – Ф коншэ коншов, нам ешо ушлофия шоершания фошшанафлифать.       Словно в ответ на его реплику, по комплексу гулким эхом пронёсся характерный режущий слух сигнал, оповещающий о начале сообщения, передаваемого по интеркому:        - Внимание! Нарушены условия содержания SCP-173! Будьте предельно бдительны! – Окончание сообщения было сопровождено наполненным всеми оттенками страдания общим вздохом.        - Это шестой уже. Пора делать ставки, кто прорвётся следующим. – Хмыкнул Кило, высматривая через стекло автомата ярко-оранжевую баночку с освежающим напитком. Его реплика, вместе с тем, осталась без ответа.       Всего в паре метров от мужчины, перед высоким напольным зеркалом крутилась Оскар, стараясь рассмотреть себя со всех сторон. Нет, она не была большой любительницей принарядиться, да и особо нарциссичной девочку назвать нельзя. Причина её повышенного интереса к собственному отражению была много более тривиальна – Оскар впервые в своей жизни надела настоящую форму группы быстрого реагирования. Отношение к подобным подразделениям у неё было особенное, как, впрочем, и у всех членов «Амальгамы».       - Так вот вы какие, Омикрон-31, «Хорус»… - Взволновано прошептала Оскар, разглядывая контрастную нашивку круглой формы с изображённой на ней раковиной. Прямо над ней красовалась другая, поменьше и намного минималистичней, являющая собой аккуратную букву «О». Сегодня Оскар впервые задумалась о том, чтобы променять маячащую впереди должность научного сотрудника на наполненную приключениями и драйвом жизнь члена опергруппы. Всё же спасать жизни и сталкиваться один на один с аномальными объектами может быть много интересней, чем протирать штаны в научном отделе двадцать четыре часа в сутки.        - Так это… - У правого плеча девушки послышался неуверенный юношеский голос. Джульет, судя по всему, наконец успокоился и привёл мысли в порядок. Несмотря на пренебрежительное отношение к «Амальгаме», он всё же чувствовал себя сейчас неловко после собственного срыва на, по сути, ребёнка. Худощавые пальцы то и дело дёргано взъерошивали и без того находящиеся в беспорядке кудри на голове. – Как это у вас там происходит? Учитесь, проходите практику, выпускаетесь… А дальше-то что?        - Дальше нас парами, в сопровождении кураторов отправляют в разные точки страны. – Ответила девочка, поправляя ремень с закреплённой на нём кобурой HK USP.        - И что, вот прям совсем не страшно? Сколько тебе? Одиннадцать? – Сконфуженно пробубнил Джульет, сверля хмурым взглядом золотистые волосы на макушке девочки.        - Ну, во-первых, не одиннадцать, а уже тринадцать. А во-вторых… - Оскар резко развернулась к собеседнику, являя его взору собственные, отливающие солнечным золотом, чуть прищуренные от улыбки глаза – Заполучить аллергию на картофель в результате взаимодействия с 077-м – вот что было бы по-настоящему страшно! – Она звонко хихикнула – Только представь себе жизнь без картошки! Вот, где настоящий кошмар!       Парень и глазом моргнуть не успел, как бойкая девчушка уже покинула его поле зрения. Её весёлый голосок, кажется, поднял настроение всем присутствующим и уже через пару мгновений в помещении начались негромкие, но оживлённые беседы. Такой вот была эта странная девочка, Оскар-22. То язвительная и вредная, то беззаботная и весёлая – она прекрасно умела перенаправлять мысли людей, временами, в совершенно неожиданное русло.       Устроившись рядом с Майком, девочка теперь то и дело таскала аппетитные кусочки мяса, сохраняя на лице всё ту же лёгкую улыбку. Со стороны могло показаться, что Оскар совершенно ни о чём не волнуется, однако такой вывод был бы в корне неверным. За последние месяцы она успела выслушать немало тревожных историй о практиках одногруппников и теперь пыталась успокоить себя мыслями о том, что даже участвующие в подобной миссии Рэй и Браво справились достаточно быстро и отделались лишь лёгким испугом. Результаты же Оскар в тестировании были на порядок выше, так что и с практикой, по логике вещей, девочка должна справиться лучше.       Кроме того, атмосфера нагнеталась ещё и отсутствием обещанной со стороны первой группы помощи. Времени с последней радиосвязи прошло достаточно много, а тяжёлая железная дверь всё ещё преграждала путь к свободе. Ни один из присутствующих здесь членов группы не имел при себе карты с подходящим уровнем доступа, потому оставалось лишь ждать подмогу… Или собственную смерть. И хотя Оскар, как и все остальные, прекрасно понимала, что Чарли-11 и его ребят, скорее всего, задержали вырвавшиеся на свободу аномальные объекты, чувство неясного беспокойства всё же не покидало девочку. Возможно, именно потому она продолжала раз за разом проглатывать куски мяса, почти не жуя, а её улыбчивый взгляд теперь бессмысленно упёрся в выложенную белым кафелем холодную стену.       Прошла ещё примерно пара десятков минут, прежде чем уже кажущаяся привычной всем умиротворённая обстановка сменилась нарастающим гомоном. Уже по традиции вбежавший в комнату Джульет мгновенно расшевелил членов «Хоруса» вестью о том, что дверь разблокирована, так что теперь все они дружным строем покинули коридор, сменив его, впрочем, на другой, не слишком визуально отличающийся.       Перешагнув порог, Оскар раскинула руки в стороны и, улыбаясь, вдохнула полной грудью промозглый воздух помещений, максимально наигранно изображая счастье и блаженство, чем вызвала пару смешков со стороны согруппников.        - Ну что, лузеры, как оно? – Низкорослая рыжеволосая девушка, подошедшая почти вплотную к лейтенанту второй группы, задорно усмехнулась, уперев руки в боки. Однако, даже несмотря на едко-пренебрежительный тон голоса, подкол явно был дружеским.        - А вы чего плелись, как по тонкому льду? – Эхо-14, вместе с тем, не растерялся, пусть и на его испещрённом морщинами лице та же вредная ухмылка выглядела куда менее гармонично.        - Да-а-а… - Девушка на мгновение замялась – У нас тут, вроде как, непредвиденные обстоятельства… - На выдохе произнесла она, кивая в сторону стоящих вдоль стены коридора скамеек. Там, чуть поодаль от недавно открытой двери, в окружении обеспокоенно маячащих членов «Хоруса» лежал мужчина средних лет. Пропитанные кровью бинты однозначно намекали на не самую приятную ситуацию, в которой довелось оказаться этому человеку.        - Сотрудники D-класса во всей этой неразберихе неплохо так затарились огнестрелом. Ну а Фокс попал под раздачу, по старой-доброй традиции. – Предвосхитил вопрос Чарли-11, едва заметно усмехаясь уголком рта. Мужчина выглядел измученным, но всё же старался сохранить как собственный позитивный настрой, так и бодрость духа согруппников. Присутствующие здесь мужчины и женщины охотно поддержали его в этом начинании, ответив кто улыбками, кто – мягкими ухмылками. Даже лежавший на скамье раненый забавно фыркнул, стараясь продемонстрировать лёгкое отношение к собственному, безусловно, непростому положению.        - В общем, вот что, ребята, давайте так поступим. Нашего страдальца необходимо передать в надёжные руки медиков. Да и у молоди время практики уже вышло, так что не вижу смысла их тут задерживать. Согласны? – Получив утвердительный кивок Эхо-14, лейтенант первой группы протянула Чарли небольшую магнитную карту с блёкло-красными полосами. – Пойдёте по техническим коридорам – выйдет быстрее, да и там, судя по нашим данным, должно быть чисто. Гольф-15, ты сопровождаешь. Ну и, Эхо, давай парочку своих.        - Ему нужно поскорее оказать помощь… Кило и Лима. Приступить к выполнению. – Сухо отрезал лейтенант, едва заметно кивнув головой кадетам.        - Слушаюсь! – В голос гаркнули мужчина и женщина, вытягиваясь по струнке. Не дожидаясь повторных указаний, они ринулись к лежащему на скамье человеку и, подхватив его под руки с двух сторон, начали аккуратно помогать подняться. Чарли-11 и Гольф-15 тут же возглавили процессию, оставив представителям «Амальгамы» роль замыкающих строя.       Перехватив поудобней HK 417, Оскар-22 нехотя отделилась от второй группы «Хоруса», бросая полные сомнения взгляды на лейтенанта Эхо-14. Получив направление на практику, девочка была уверена в том, что ей дадут поучаствовать в процессе восстановления условий содержания, однако, похоже, её ожидания не оправдались. Смешанные чувства заполнили всё её существо, и Оскар не знала, радоваться такому раскладу дел или огорчаться. С одной стороны – отсутствие возможности принять участие в столь важном предприятии, как изоляция объектов. С другой – сохранность собственного здоровья… Всё ещё пребывая в состоянии замешательства, девочка направилась за процессией, стараясь одновременно обдумывать итог практики и следить за окружением – всё же, они ещё не достигли безопасной зоны. Поток её размышлений был прерван шагающим теперь рядом с Оскар мальчишкой её возраста, так же являющимся членом «Амальгамы»:       - Ну, как справилась? – Он застенчиво и неуверенно улыбнулся, всеми силами пытаясь не сталкиваться с девочкой взглядами.       - Нормально. Пристрелила пару сотрудников D-класса; спасла шкуру незадачливого учёного, умудрившегося схлопотать открытый перелом и вырубиться, забившись под лестницу. Если б не моя внимательность, чёрта с два его бы нашли в этой темноте. – В интонациях голоса Оскар-22 взыграла мелодичная гордость. Не настолько вычурная, чтобы мальчик мог испытывать раздражение по этому поводу, но всё же ощутимая и по-своему притягательная.       - Крутяк. Э-эх, у меня всё вышло куда скромнее… - Вздохнул Новэмбер-8, неловко улыбнувшись.       Так, за приятной беседой о часах практики были преодолены многие коридоры, пока группа не наткнулась на особенно массивную программируемую дверь. Раненый кадет к этому моменту выглядел уже совсем неважно, потому оперативники торопились, как могли. Вставшая же посреди прохода дверь значительно пошатнула самообладание некоторых из них, заставив беспокойно дергаться в поисках решения проблемы, пока Чарли-11 пытался взломать программное обеспечение с помощью находящегося в отдельной комнатке-кармашке компьютера. Лима оглядывалась по сторонам в поисках дополнительных панелей управления, в то время как Гольф-15 пытался связаться по рации с кем-нибудь из сотрудников, имеющих доступ к управлению программируемыми дверьми. Увы, почти все учёные уже были выведены из комплекса, потому шанс получить пароль бодро стремился к нулю – оставалось только искать альтернативы.       Решение пришло оттуда, откуда, как говориться, не ждали. Втянувшаяся во всеобщие панические настроения Оскар, в очередной раз оглядывая помещение, заметила чуть в стороне закуток, ведущий к другой, внешне похожей двери. Разница лишь в том, что здесь створки были сведены не до конца, и между ними образовалась небольшая щель – не достаточная, чтобы пропустить взрослого человека, однако Оскар была маленькой девочкой и, при должном старании, вполне могла протиснуться внутрь комнаты, на противоположной стене которой она уже заметила панель с какими-то рубильниками. Необходимо было принять меры как можно быстрее, потому, оставив шлем и HK 417 на стоящем рядом столике, Оскар-22, подобно тому, как это делают кошки, попыталась пролезть в щель между заклинившими створками двери. Потерявший подругу Новэмбер что-то кричал ей вслед, но покинуть группу не решался, потому лишь бросал обеспокоенные взгляды в сторону малолетней авантюристки.       Девочка протиснулась в проём ровно наполовину, когда поняла, что тугой ремень на её поясе зацепился за рычаг замка на внешней стороне дверного полотна. Первую пару мгновений Оскар потратила на попытки дрожащими от разливающегося в крови адреналина пальцами разобрать всё это, что называется, «по-хорошему», ну а затем, смачно чертыхнувшись, просто со всей силы рванула внутрь помещения. Пластиковые крепления не выдержали напора и, жалобно щёлкнув, разъединились, оставив ремень вместе с кобурой висеть на рычаге снаружи. Вместе с тем, вследствие механического воздействия на запорный механизм, тяжёлые железные створки двери пришли в движение и, резко проскрежетав, почти сомкнулись. Только застрявший рукоятью меж ними HK USP образовывал крошечную щель, которая теперь составляла всего несколько сантиметров.       Пребывая в шоковом состоянии и не веря в происходящее, Оскар хотела было метнуться к двери, как вдруг, повернув голову на девяносто градусов, в ужасе застыла, уставившись широко распахнутыми глазами в один-единственный объект, который за долю секунды оказался прямо перед её лицом.       Подоспевшие на подмогу оперативники что-то без перебоя кричали и, проталкивая пальцы в щель между створками двери, налегали изо всех сил, однако всё было тщетно. Панические выкрики «Смотрите на него!», «Моргаю!», «Давай, сильнее!», «Оскар!» слились в единый гул в голове девочки. Она хотела попятиться назад, но отходить от заветной щели, готовой в любой момент обратиться в проход, было бы не лучшим решением. Стараясь дышать как можно глубже, Оскар в упор смотрела на шероховатую поверхность скульптуры. Секунды казались чёртовой вечностью, а застрявшее в горле сердце то и дело заставляло с трудом сглатывать вязкую слюну. Кончики пальцев немели; теперь каждый грубый шов военной формы чувствовался кожей сильнее, чем когда бы то ни было.        - Мы тебя вытащим, держись! – Полный неизвестно откуда взявшейся уверенности голос Новэмбера ворвался в окутанное дымкой липкого страха сознание девочки, рождая и в её собственном сердце готовность продолжать борьбу так долго, как это будет необходимо. Оскар-22 не из тех, кто сломается вот так, просто. Нет, она даже слезы не проронит, а потом будет рассказывать товарищам о том, как нос к носу столкнулась с одной из опаснейших аномалий. Словно в подтверждение мыслей девочки железная дверь протяжно скрипнула, наконец поддаваясь усилиям кадетов. Створки удавалось раздвигать очень медленно, но всё же процесс шёл. Теперь Оскар победно ухмылялась, смело глядя снизу вверх, прямо в мерзкие зелёные «глаза», нарисованные на бетонной головёшке, имеющей форму приплюснутой картофелины.       Оперативники тем временем прилагали все усилия к освобождению девочки. Их пальцы и руки болели от перенапряжения, однако бушующий в крови адреналин попросту не давал сконцентрироваться на физических ощущениях. Ещё чуть-чуть и Оскар будет на свободе… Внезапно, Кило резко отдёрнул руки от двери, выкрикнув что-то невразумительное. Удерживаемая им до того створка, тем не менее, обратно не двинулась, а осталась всё на том же месте, где была ранее. Оглушающее «Убери руки!!!» заставило Лиму поднять взгляд выше по железному полотну. Она едва успела отдёрнуть пальцы. Ещё доля секунды и плотная металлическая сетка 836-го проткнула бы её собственную кожу. Гробовая тишина воцарилась в помещении. Собравшимся здесь кадетам ничего не оставалось, кроме как наблюдать за распространением витиеватого нароста, наглухо запаивающего щель между створками двери.       «Что произошло? Где вы?...», «Помогите…» - её собственный голос звучал едва слышно и, казалось, терялся в плохо освещённых углах комнаты. Катящиеся по щекам слёзы оставляли мокрые дорожки на вмиг посеревшем лице, размывая нависший над хрупкой фигуркой силуэт. Бежать больше некуда.       «Оно сломает мне шею?»       «Будет больно, да?»       «Обратно… Верните меня обратно, к маме!!!»       «Задушит?»       «Я не хочу умирать!!!»       «Страшно… Страшно… Страшно! Страшно!!!»       Девочка и сама не заметила, как моргнула, на мгновение забывшись. Хруст шейных позвонков, сменившийся глухим звуком падающего на пол тела, показался стоящим у двери людям оглушительным.        - Оскар!!!

29 мая 1992 года

      В этом году весна выдалась особенно дождливой. Серые тучи утяжелили небосвод, окропляя и без того мокрый асфальт мелкими капельками воды. Ни штормового ветра, ни злобствующей бури – лишь только мелкий, противный дождичек с холодными капельками, то норовящими залезть за шиворот случайному прохожему, то отбивающими беспорядочный ритм на крышах домов, тротуаров и автотранспорта. Один из таких, попавших под морось автобусов лениво полз сейчас куда-то на восток, покачиваясь из стороны в сторону, точно старый пьянчуга. Да и выглядел он ничем не лучше забулдыги: покорёженные когда-то дверцы протяжно скрипели на каждой остановке, а за запотевшими окнами из мутного стекла виднелись кучкующиеся рядом друг с другом сидения, обтянутые потёртой тканью.       В салоне практически не было людей, что не удивительно, ибо конечной остановкой, куда сейчас двигался автобус, был маленький городишко, населением не больше тридцати тысяч человек. Такие богом забытые места, по обыкновению, не пользуются особой популярностью. Кого воодушевит унылое окружение из обветшалых домов и старых, заброшенных парковок?       Единственными молодыми людьми в салоне автобуса были парень и девочка, расположившиеся на самых последних сидениях. Юноша, выглядящий, ориентировочно, лет на семнадцать-восемнадцать, вытянул длинные ноги в проход и наклонился чуть вперёд, ссутулившись. Лишённый какого бы то ни было выражения, взгляд пурпурных глаз упирался в безвольно лежащие на коленях руки. Несмотря на внушительный рост и широкие плечи, парень в позе тряпичной куклы выглядел потерянным и опустошённым.       На соседнем сидении примостилась совсем ещё маленькая девочка, лет десяти, не более. Судя по смуглой коже и чертам лица, юноше она приходилась ближайшей родственницей. Впрочем, не только генетика роднила сейчас этих двоих. Такое же опустошённое выражение на лице и столь же бессмысленный взгляд в пустоту, теперь уже зелёных глаз, очень странно контрастировал с детским личиком, на котором вы скорее ожидаете видеть безмятежность и широченную улыбку, но никак не поглощающую всё и вся апатию. Коротко стриженные волосы девочки беспорядочно топорщились в разные стороны тёмно-красными завитками и сейчас больше напоминали странную шапку, чем локоны юной леди. Точно такой же, как и у брата, строгого кроя комбинезон был сшит из светло-серой ткани, так напоминающей нависшее сейчас над дорогой пасмурное небо. Разве что нашивки на рукавах у ребят были разными: у юноши – английская буква «B», а у девочки – «X».       На протяжении всего пути в воздухе висело тягостное молчание; причиной ему был глубочайший ступор, ведь ни один из ребят и представить себе не мог, как будет жить дальше. За скрипящими дверцами автобуса их ждал огромный, пусть сегодня и не очень светлый мир, который после узких коридоров подземного комплекса казался самым солнечным, ослепительно-прекрасным. Он шумный, яркий и переполненный снующими вдоль проезжей части людьми. Улыбчивыми, строгими, заботливыми, учащимися в школах, работающими в придорожных забегаловках… «Совсем не такими, как мы».       Казалось бы, подготовка окончена и теперь их ждала чудесная новая жизнь. Полуночные посиделки придут на смену строгому режиму, а сухие куриные грудки на столе будут вытеснены ароматной пепперони – что может быть лучше? Они так долго ждали этого дня, и теперь, находясь на границе меж двумя такими разными мирами, в двух шагах от самых счастливых в их жизнях моментов, чувствовали себя растерянными. Найдётся ли для них место здесь? Для них, чьи тела и души испещрены шрамами? Для них, кого на протяжении последних лет учили убивать, изолировать и уничтожать, но никак не созидать, не строить, не любить?       Парень первым понял, как необходимо сейчас начать диалог. Первые за последние два часа слова давались ему с небывалым трудом, словно язык прирос к нёбу, но осознание того, что девочку необходимо вывести из состояния ступора, подтолкнуло юношу к произнесению короткой, но такой нужной сейчас фразы:        – Я пирсинг сделаю – Проговорил он с хитрой, хоть и измученной улыбкой, косясь на профиль девочки.        – А я курить начну – Равнодушно пробормотала сестра в ответ, отворачиваясь к окну. Опустошение переполняло её изнутри и теперь, кажется, готово было выплеснуться наружу густой серой массой, пачкая собой и без того не самый чистый пол. «Тогда наши ноги точно увязнут в этой жиже, и мы никогда не сможем покинуть это место.»        – И будешь прямо как мистер Браун. – Тихо хохотнул парень, желая-таки растормошить девочку. Кажется, ему это удалось, так как в ответ сестра развернулась вновь к нему и, натянув на лицо напускную солидность, густо пробасила, пародируя упомянутого мужчину:        – А вы, юноша, не смейте шутить со старшими! Здесь все - люди серьез… – Попытавшись сделать свой голос достаточно хриплым, девочка сухо закашлялась под весёлые смешки старшего брата.        - Ладно, а если серьёзно, Бер, какие планы? – Парень пихнул сестрицу в бок, заметив на её личике пусть и измученную, но всё же светлую улыбку. – Только не говори мне, что собираешься учиться с утра до ночи! – Он тут же пожалел о своих словах, заметив, как уголки губ девочки вновь поползли вниз. Не стоило напоминать сестре о школе!        - Не знаю… Ты думаешь, я впишусь? – Поначалу выглядящую забитой Берту вдруг словно прорвало. Резко жестикулируя, она теперь говорила громко, глядя куда-то вперёд. – Я имею в виду… Чёрт! Там же совсем другие люди! Ходят в яркой одежде, смеются… И как ты рассказывал? Говорят о любви? Кидаются едой? Макают друг друга головами в унитазы?! Как ты, блин, меня-то среди них представляешь?! – Почувствовав на своём плече тяжёлую пятерню старшего брата, девочка резко успокоилась и продолжила уже на порядок тише. – Мне что, им эти стихи рассказать? Как там начало-то? Мимо SCP-120 я без шуток не хожу. Если… - Демонстративно прочистив горло, Берта вяло улыбнулась. – Но ведь они всё равно не поймут. Серьёзно, Браво, как жить-то?        - Во-первых, не Браво уже, а Роберт, – Парень улыбнулся, взъерошив кудряшки на голове сестры. – А во-вторых, вот увидишь, там все со своими тараканами – Расслабленное выражение его лица плавно сменилось задумчивостью, а брови медленно поползли к переносице, выдавая напряжённые мысли – Меня больше беспокоит, как ты будешь скрывать от них свои… Экхм, проблемы – Интонационно выделив последнее слово, Роберт тяжёло вздохнул. Он взглянул в глаза сестры, ожидая увидеть в чёрных зрачках-точках, как минимум, характерное беспокойство, однако нашёл там только отблеск выглянувшего из-за серых туч солнца.        - У меня уже есть отличный план. – Сдержанно улыбнулась девочка, ободряюще похлопав Роберта по плечу. Мелькнувший за окном дорожный щит с надписью «Нокфелл» должен был оповестить брата и сестру о скором прибытии в пункт назначения, но они оба смотрели в другую сторону.