Проблемы личной жизни Аль-Хайтама

Нет ничего тяжелее в мире, чем груз вины. Особенно, когда его почти невозможно скинуть с себя и начать жить свободно. Кавех лежал в ванной, рассматривая белую плитку, которой были обложены стены, и мысленно вырисовывал на ней разнообразные узоры. Он лежал так уже довольно долго, но вылезать не собирался. Хотелось продлить этот момент навсегда, лишь бы не идти завтра на работу и вновь контактировать с людьми. Юноша понимал, что никто скорее всего ничего не заметил, что это был лишь пьяный бред, но он очень сильно встревожил Аль-Хайтама. Алоглазый проклинал алкоголь за то, что дизайнер сделал сам. Ему хотелось переложить эти вину, стыд, неловкость на кого-то другого, хотелось представить, что всё это было не с ним, хотя Кавех сам и являлся инициатором поступка, который перевернул всю размеренную жизнь с ног на голову. Светловолосый стал ощущать на себе осуждающие взгляды, незнакомых прохожих, которые, по его мнению, знали абсолютно все детали творческой жизни. Он не мог думать ни о чём другом, так как надо было всё исправлять и возвращать в прежнее русло, но как это сделать юноша тоже не знал. С другой стороны, Кавех не понимал, почему Аль-Хайтам, которому это явно не понравилось, изменил своим принципам. Алоглазый думал, что его должны были бросить там же, в тамбуре, и ещё надавать по лицу за такое. Но вопреки всем ожиданиям, он проснулся в тёплой квартире. Светловолосый всё никак не мог выстроить цепочку мыслей, пролетающих в голове секретаря, не мог понять мотива его действий. Такой солидный и уверенный в себе мужчина, умелый манипулятор, и не смог отказать какому-то едва-едва знакомому дизайнеру-пьянице? Может это была жалость или совесть, а может что-то большее, неизведанное Кавехом, то что ещё никогда не трогало его душу и разум. Поэтому светловолосый решил не придумывать глупые планы, бессмысленные подарки и тому подобное, а надо было просто подойти и спросить об этом напрямую. Надо было проявить настойчивость, упорство и внутреннюю силу, надо было побороть страх... Аль-Хайтам тоже долго не мог уснуть, хоть организм очень сильно этого требовал. Голова немного болела то ли от алкоголя, то ли от тяжёлых, надоедливых мыслей. Мужчина всей душой хотел избавиться от них, забыть этот злополучный момент навсегда, хотел перестать драматизировать и накручивать себя, желал вернуть былую уверенность и непоколебимость. Но он с ужасом понимал, что такие невинные и скорее всего бессмысленные слова и действия могут ввести в ступор, которого до вчерашнего вечера секретарь никогда не ощущал. Сокол также осознал, что он поступил вопреки своим ожиданиям и внутренним требованиям. В другой обстановке, с другим человеком мужчина точно бы отреагировал по-другому. Он бы действительно оставил любвеобильного собеседника одного, а сам уехал бы домой, без зазрения совести. Но тут был Кавех... Аль-Хайтам сообразил, что только благодаря тому, что это был именно ОН, юноша не остался лежать на холодном полу в одиночестве. После неловкого касания секретарём двигал не разум, а не пойми что. Всё покрылось каким-то мраком, что последующие действия были просто машинальными. А сегодня утром эта пелена спала с глаз пепельного сокола, открылась полная картинка, но алоглазого всё равно не хотелось выгнать или унизить. Хотелось просто разойтись как можно скорее и всё тщательно продумать, сообразить как они станут общаться и стоит ли вообще общаться. Но общаться хотелось! Аль-Хайтам шокировал сам себя таким заключением. Прошла буквально неделя после их знакомства, а ненависть и желание заткнуть через чур говорливый рот пропали. Сокол в растерянности принял этот факт, так как игнорировать его было невозможным. Секретарь ненавидел юношу и в ту же минуту понимал, что ему сложно придётся без его неуместных и странных шуток, постоянных болтаний обо всём на свете, без взгляда глаза в глаза... Кавех, словно паразит, успел пролезть под кожу мужчины, успел поменять его отношение к некоторым людям, смог в целом изменить внутренний мир Аль-Хайтама, в который никто не мог проникнуть и тем более что-то поменять, уже много лет. Мужчина вновь заходил в тупик, борясь со своим разумом и сердцем, которые впервые говорили врознь, удивлялся тому, что не может взять себя в руки и просто оборвать все ниточки, успевшие соединить за 6 дней его с Кавехом. Всё смешалось в непонятную смесь, из которой выбраться одному, без посторонней помощи, было невозможно. А главным спасителем выступал тот самый светловолосый юноша, благодаря которому сокол и провалился в эту пучину. Ситуация приобретала новые грани с каждой минутой раздумий над ней и становилась всё более неустойчивой, поэтому Аль-Хайтам решил прекратить думать о ней и впервые плыть по течению неизвестной, но в глубине души притягивающей к себе реки. Только по истечении получаса, после отъезда Кавеха, мужчина смог уснуть и освободить, хоть и на короткий промежуток времени, свою душу от терзаний Близилось три часа дня. Кавех уже успел подремать на свой страх и риск в ванной и успел нервно походить по квартире туда-сюда, не зная чем себя занять. Всё было готово к рабочему дню, никаких долгов не было, всё шло гладко. Фильмов смотреть не хотелось, есть тоже не очень, в общем делать было нечего. Единственное, что мог сделать юноша это написать Аль-Хайтаму, но смысла этого делать не было, потому что спрашивать тоже было нечего. Точнее было, что но это надо было сделать лицом к лицу и без посторонних глаз. И тут алоглазый решил пригласить сокола в какое-нибудь кафе, чтобы всё обговорить и исправить ситуацию - Приветствую. Ты свободен сегодня в пять часов? - спросил Кавех в первом же сообщении, решив не тянуть время. Оставалось вновь ждать ответа, предугадывая дальнейшие развития события. Секретарь ответил через несколько минут - Здравствуй. С какой целью интересуешься? - писал сокол - Давай сходим в кафе и всё обсудим? - молниеносно напечатал Кавех и швырнул телефон на диван, подальше от себя, будто он обжёг его. Сердце моментально сжалось в несколько раз, руки начали неконтролируемо трястись и сильно потеть, а мысли стали постепенно мутнеть. Сообщение пришло не сразу, но довольно быстро. Кавех рывком разблокировал телефон и быстро глянул на ответ, прищуривая глаза. - В каком кафе ты предлагаешь встретиться? - этот вопрос свидетельствовал о том, что секретарь, всё таки согласился и осталось только определиться куда они пойдут. Юноша быстро нажимал на нужные буквы, достаточно часто промахиваясь от волнения, и в конце концов коллеги обусловились встретиться в кафе, которое располагалось почти на равном расстоянии от домов собравшихся встретиться. Кавех ходил по дому на ватных ногах, нервно растирая ладони и тяжело дыша. Его буквально переполняли эмоции, что их было невозможно сдерживать в себе. Светловолосый сам не понимал, почему ему вдруг захотелось встретиться, но всё таки надо было побеседовать. А секретарь согласился только из-за того, что ему захотелось понять, что же задумал дизайнер, хоть и предстоял довольно неловкий разговор. Ровно за десять минут до назначенного времени Кавех уже сидел в кафе и ожидал собеседника, нервно стуча пальцами по столу. Зал был почти пустым, потому что был рабочий день и все обычно спешат в это время домой или всё ещё сидят на работе, поэтому никто не должен был помешать всё объяснить. Юноша уже стал изнемогать от собственной тревоги, как вдруг в дверях появилась знакомая фигура. Кавеха вновь словно обожгло, но он попытался сдержать эмоции, поэтому только прерывисто прокашлялся. Через несколько мгновений Аль-Хайтам приблизился к столу и встретился взглядом с алыми тревожными глазами, которые что-то очень сильно хотели рассказать - Привет... Садись, можешь что-нибудь себе заказать - промямлил дизайнер, но сокол лишь поприветствовал в ответ и спокойно сел напротив. Возникла неловкая пауза, так как Кавех заказывал себе чая, из-за того, что у него пересохло в горле. - Что ты хотел мне сказать? - спокойно и не особо эмоционально вдруг спросил Аль-Хайтам, вновь установив зрительный контакт. Его глаза были чистыми, яркими и совершенно непоколебимо смотрели в беспорядочно бегающие глаза напротив сидящего. - Я... Я хотел извиниться за свою глупость. Она походу тебя очень сильно смутила и обидела - неуверенно начал Кавех, а секретарь стал волноваться - Я не хотел, чтобы это всё перешло в такую неловкость Аль-Хайтам томил молчанием, перебирая все варианты ответа, чтобы свести всё на нет, но алоглазый вновь начал говорить. - И я бы хотел тебя поблагодарить. Ты всё это слышал утром, и может тебе всё это не надо. Но просто выслушай меня - начинал набирать обороты дизайнер, стыдливо опустив глаза - Я думал, что ты оставишь меня одного, за такое, но ты помог мне... - Если бы я оставил тебя там, ты бы скорее всего оказался в больнице - констатировал факт сокол - Благодарить меня не надо. Всё равно это просто пустые слова - Всё же. Я не могу себе простить оплошность, а ты ещё вдобавок мне помог - протараторил светловолосый и рывком поднял глаза. Их взгляды вновь на момент пересеклись и коллеги увидели в них совершенно разные эмоции. Кавех очень сильно волновался и чувствовал себя не в своей тарелке. А Аль-Хайтам пытался скрыть свои истинные эмоции за маской хладнокровия и неподсудности, но всё же некоторые читались, хоть и очень плохо. Это были те же самые растерянность, неуверенность и волнение, которые видел ночью Кавех и которые надолго опечатались у него в памяти - Давай просто забудем это и всё? - резко спросил Аль-Хайтам, понимая что перестаёт себя контролировать - Я не прощу себя, пока ты не простишь меня - отрезал Кавех и за столом вновь воцарилась тишина - Я могу переехать в другой кабинет, чтобы нам меньше встречаться - начал уговоры дизайнер, после того как сокол шумно выдохнул и опёрся лбом на руки - Не надо этого. Я и так тебя простил... - выдавил из себя секретарь - Просто понадобится время, чтобы всё улеглось Кавех удивился тому, что Хайтам так быстро смог простить его. Юноша считал, что за свой поступок он достоин только того, чтобы с ним прекратили общаться и забыли навсегда. А тут его почти сразу прощают... А может обиды и вовсе не было? - Хорошо. Я понимаю... Но почему же ты отвез меня не ко мне в квартиру, а к себе домой? - излишне любопытствовал Кавех - Тебя нельзя было оставить одним. Тебе было достаточно плохо - на ходу придумал оправдание секретарь, чтобы не вызывать лишних вопросов - Понятно. Спасибо ещё раз - проговорил Кавех и отпил немного чая - А ты почему ничего не заказываешь? - Я не хочу - ответил Аль-Хайтам, а после добавил - Я пойду - Хорошо. Надеюсь, что всё будет хорошо - ответил юноша и искренне улыбнулся соколу, что он тоже невольно улыбнулся, но чуть менее выразительнее, чем коллега - До встречи - До встречи - добродушно проговорил алоглазый, радуясь тому, что всё более менее пришло в норму. Через несколько мгновений Аль-Хайтам уже скрылся за дверью кафе, а Кавех расслабленно сидел за столом, осчастливленный хорошим исходом беседы. Самое главное при конфликтах это разговаривать и выяснять причины, а не молчать об этом и не съедать себя изнутри. Это понял светловолосый, освободившись от тяжёлого груза вины. А сокол был рад тому, что всё наконец разрешилось довольно хорошо и надеялся на то, что такое больше не повторится