Мы встретились снова

На следующий день я уже был готов принимать любого рода задания, пускай Кэрол бурчит, что сначала мне лучше поправится, а я-то уже привык.. эмм, как это.. быть раненым. Меня создавали для выполнения подобных миссий в одиночку; а создавали ли? Этот вопрос начал меня мучать ещё с того дня в том доме, да и эти сны.. Они какие-то странные. Видимо, мне лучше просто никому об этом не говорить и разбираться самому. В этот день никто ничем не занимался, все ждали, пока Рон исследует то, что я принёс. Мы с нетерпением ждали результаты. Всё-таки это одно из наших заданий, заданий разведывательной группы — разведать, а дальше это уже не наша забота, ну, по крайней мере так говорит Брукс. Кстати, он как-то странно всё это время, как я вернулся, смотрит на меня. Что-то случилось? Я решил у него спросить вечером, когда все уже разойдутся; а сейчас я пошел пройтись по лесу; он был таким манящим, тихим и спокойным. Идя по тропинке, я рассматривал растения, пытаясь вспомнить их названия. Пройдя глубже в лес, я сел под одним из деревьев; вокруг росли ромашки. Откуда я это знаю? Пронеслось в мыслях, и, как по команде, снова какая-то женщина и неизвестное место.

***

— Вот, Патт смотри: это ромашки, мама любит их, это её любимые цвети. — Аааоаоо, — послышался детский восторженный писк. — А давай сделаем маме маленький букетик? Она не заметит, что мы у неё сорвали. — Поверь, лучше не надо. — Девушка помрачнела, наигранно выстраивая злую гримасу. — Смотри, как красиво!! Разве тебе хочется портить то, что она так любит? — Не-е-е-ет, я не это имел в виду, — мальчишка надулся, как хомяк, и отвернулся, притопнув ножками. — Пойдём за дом. — Она повела меня за дом. Там открывалось огромное поле с разными цветами. — Краси-и-иво-то как. — я начал бегать по полю, собирая цветы, спрашивая, что как называется, а главное — ромашки, — их здесь было много, но они были не такие, как на клумбах — они были мельче. — Сестрёнка, а почему эти ромашки такие маленькие? — Это потому что мама за ними не ухаживает! — Правда?! — Мальчик удивился, по-детски, так невинно. — Нет, — она хихикнула, — просто их бывает много; они разные. Например, эти ромашки — они полевые, потому такие маленькие, а вот те, что в саду, они специальные. — А-а-а-а, я понял! Мамины ромашки кру-уче!!!! — Хахаха, да, кру-у-у-у-уче. Спустя время, мальчик сложил неуклюжий букет из разных цветов; в основном, здесь были ромашки. Вместе дети направились в дом.

***

— Ясно, значит, ромашки. — Я сорвал одну, чтобы посмотреть. Обычные белые лепестки пахнут приятно. И что в них такого? Они просто живые, пахнут приятно, их любят люди. Интересно, а Кэрол любит ромашки? Я начал размышлять вслух, полушёпотом. — Эй, пробирка! Ты ещё долго? Все тебя, придурка, уже заждались. — А, это ты.. Что, что-то случилось? — Если ты, идиот, не заметил, то уже скоро будет темнеть. Ты здесь уже весь день торчишь. — всё такой же чересчур раздражённый Брукс. Ничего нового. Как по мне, ромашка лучше него; я приставил её к глазу — теперь, заместо Брукса видно ромашку. Это так смешно выглядит, что я даже хихикнул. Теперь меня доставал ромашка-Брукс! — Эй, чего ты ржёшь? Ты что, ромашек раньше не видел? — Нет, извини. Пойдём, сам сказал, что меня уже заждались. Я встал со своего любимого места и направился в лагерь. Брукс шёл немного позади. — А, Брукс я хотел у тебя спросить, ты странно на меня смотришь весь последний день, что-то случилось?— задал я вопрос, всё так же не выражая эмоций. — Нет, просто ты не сказал мне, что ты так сильно ранен, идиотина! А если бы с тобой что-то тогда случилось? Я бы был виноватым. — А, ты об этом.. Я уже говори, что ничего страшного, — я помотал головой. — Ничего страшного?! Ты идиот, или да? У тебя на спине буквально живого места нет! Сказал бы, что ранен, я бы остался. Последние слов он произнёс тихо, но мне их услышать не составило проблем. — Ты переживаешь? — я не удержался от подкола — всё же, не только он так умеет. — Все люди переживают. Хотя, что ты знаешь, пробирка, тебе не понять. После этих слов я встал как вкопанный — всё же я тоже человек, и не из пробирки. Я более чем уверен теперь, что мне что-то недоговаривают. Что-то очень важное. Да и вообще, обидно как-то, хотя можно уже было бы и привыкнуть. — Эй, ты чего встал, пошли. Он ухватил меня за руку, и мы пошли дальше. Правда, он практически сразу меня отпустил. В голове проносились все те сны. Очень странно. И я решился у него спросить кое-что: — Слушай, Брукс, у тебя бывало так, что тебе вечно снится один и тот же сон? Частое чувство дежавю в неизвестных местах.. Что это может быть? — Ну бывало. Иногда. Тебе снятся сны? — Если я "пробирочный", то это не означает, что я не человек. Хотя, я уже и сомневаюсь в этом, я уже во всем сомневаюсь... — Ну... это... я не знаю. Лучше спроси у Рона — он там биолог, или кто он вообще? Он лучше в этом разбирается и будет полезнее спросить у него. Я кивнул, и мы уже молча дошли до палаток. — Вот ваш придурок! Говорил же я, нормально всё с ним. Всё, я спать! — после Дельта поспешил удалиться. — Что можно делать так долго в лесу? — спросила девушка. Я в ответ ничего не сказал, лишь молча сел за стол. — Ты меня вообще слушаешь?! — девушка возмущалась, она хотела, чтобы ей ответили. Это изрядно раздражает. Мне пришлось ответить, хотя бы из приличия. — Я просто рассматривал цветы и думал о своём. Этот ответ тебя устроит? — Вполне! Это лучше, чем просто молчать. Я тяжело вздохнул; она иногда такая странная, я, бывает, не понимал её. — Можешь сделать чай, пожалуйста? — Девушка быстро удалилась на недо-кухню. Пять минут спокойствия.