Капля

— Поттер, ну что вы как маленький, в самом деле, — вздыхает Снейп, перекидывая меч из руки в руку, а затем ловко взмахивая им, словно тот не имел веса. — Я ведь не убить себя вас прошу, а просто меч отобрать. Зная вас, могу предположить, что если бы я поступил так, как предлагал Дамблдор, вы бы могли случайно и убиться. — Всё было бы хорошо, — бурчит Гарри, с опаской глянув на воду. На самом деле плавал он просто отвратительно. В отличии от Дадли, никто не отдавал его в бассейн, чтобы научиться. И если в Турнире Трёх Волшебников он пользовался жаброслями, и всё вышло само собой, то что бы было сейчас он, откровенно говоря, не представлял. Снейп, кажется, заметил его взгляд, что заставило его усмехнуться. — Ох, ну конечно, как я могу сомневаться в нашем маленьком Избранном? — Не иронизируйте, я правда спокойно мог бы вытащить меч со дна, а не рисковать покалечить вас. — Вы бы наверняка нырнули в воду без согревающих чар, без пузыря, забыв снять крестраж с шеи, и спасать вас пришлось бы мне, так что давайте закроем этот бесполезный спор. Гарри запоздало вспомнил, что у него на шее в самом деле крестраж, и что он мог бы сопротивляться тому, чтобы он вообще взял в руки меч. — Ой, а сейчас мне его тоже снять нужно? — Всё время забываю, что вы весь в своего папашу, — беззлобно комментирует это Снейп, устало подняв взгляд вверх, а затем опустив на смутившегося Поттера, дергающего цепочку на шее. — Вы правда думаете, что у вас что-то получится, пока эта штука на вашей шее? Почему вы вообще её носите, а не уберёте куда-нибудь в сумочку вашей Грейнджер? — Это очень важная вещь, мы не можем его потерять, — неуверенно отвечает Гарри, продолжая нервно теребить цепочку медальона. — Ага, а ваше здоровье, видимо, в этом деле роли никакой не имеет. Ладно. Не будем мусолить тему вашего идиотизма, в конце концов у меня не так много времени. — Да что вы заладили «идиот» да «идиот»! Не такой уж я тупой, знаете ли… Поттер раздражённо, но не зло, срывает цепочку крестража и откидывает к дереву. Профессор думает, что возможно немного переборщил и чуть прикусывает язык. — Идиотизм и тупость чаще всего не имеют связей, — спокойно отзывается Снейп. — Вы не тупой, просто недальновидный. Спорим, вы всегда проигрывали шахматные партии? — Да, но Рон… Профессор, явно приноровившись к мечу, делает первый выпад без какого-либо предупреждения, заставляя Гарри отшатнуться. Он делает это медленно, так что никакой опасности не несёт, но Поттер и впрямь совсем не ожидал нападения, автоматом ставя вокруг себя щит. — Хорошая реакция, — хвалит Снейп. — А теперь соберитесь. У нас действительно нет времени. Гарри поджимает губы, но подбирается. На самом деле он безумно скучал по профессору, иногда так сильно, что казалось сердце сожмётся и лопнет, но сейчас было не то время, чтобы разводить сопли. Одно то, что он показался, а не бросил ему меч, как собаке кость, говорило о том, что и профессор беспокоился за него. Гарри защищается и атакует, невольно восхищаясь тем, что Снейп действительно умеет владеть мечом. Какого чёрта он вообще и это умеет?! Снейп борется вполсилы, это видно, но не поддаётся, чтобы не испортить момент своего поражения, но и мальчишка ведёт себя вполне приемлемо. За всё то время, что они не виделись, в нём и впрямь прибавилось ловкости, скорости и умения. Подучи его кто немного и впрямь мог бы стать опасным врагом даже Грин-де-Вальду в молодости. — …три, — в какой-то момент начинает задавать ритм их сражению Снейп. Ей богу, если бы ему секунду назад не порезали рёбра, Гарри бы отнёсся к этому как к дурацкому танцу на утреннике в детском саду. Порез не был серьёзным, даже кожа не разошлась, скорее царапина, но собственная неуклюжесть на фоне Снейпа вызывала досаду. А он-то думал, что набрался опыта, убегая от пожирателей. — Жёстче, Поттер! И быстрее! Что вы как томная барышня всё ходите от дерева к дереву! Гарри невольно булькнул смехом, едва увернувшись от меча, который едва не приголубил его по голове, и врезаясь в дерево справа. Услышь их кто лишний, вряд ли бы подумал, что они тут частично мир спасают. — Скажете тоже, иногда, — хмыкает он, подмигивая и ловя Снейпа на том, что на мгновение тот замешкал. Значит не у него одного были пошлые мыслишки в свой адрес-то, а? Он пользуется этой заминкой, ловко обходя профессора и приставляя палочку к его горлу. Наверное, дерись они оба в полную силу, разнесли бы лес и черт с ним, что у Снейпа только меч в руках. Да и вряд ли бы его палочка коснулась чужого горла, но сегодня можно. Он отбирает меч, откидывая его в сторону, но палочку не убирает. — Раз уж я выигравший, значит я могу потребовать с вас что-то взамен? — Думаете, будет честно? — усмехается Снейп. Он не двигается, но в нём совсем не чувствуется напряжения, профессор просто поддерживает эту дурацкую игру. Гарри улыбается, всё же убирая палочку, а потом обходя и становясь прямо перед профессором близко-близко, соприкасаясь грудными клетками. И если профессор плотно облачён в свою мантию, то Гарри можно считать отчасти голым из-за порезанной футболки. Он чувствует животом мягкую ткань мантии, и это самую малость пикантно для кого-то столь мало искушенного близостью. — Вы вымахали, — комментирует их положение Снейп. Их глаза сейчас почти на одном уровне, буквально пару сантиметров не хватает, взгляд всё ещё снизу вверх. — Я стараюсь, вы ведь сказали, что никогда в жизни не сможете воспринимать меня как взрослого, пока я не выше соплохвоста. — Я имел ввиду ментальный рост, а не физический, — усмехается Снейп и не отступает. В его взгляде угадываются острые искры интереса, ожидания того, что же он выкинет. И Гарри не струсит, эти дни уже прошли, теперь ему и впрямь нечего было терять. В Хогвартсе отстраняться от проблем, надеясь, что всё сложится само было привычно. Он не смог бы позволить себе ничего, кроме словестной дерзости, но за этот год многое произошло. — Я хочу вас поцеловать, — тихо, почти в губы произносит Гарри, продолжая смотреть в глаза. — У вас есть шанс отказаться, но после… Он не успевает договорить, потому что Снейп целует его сам. Сильно, горячо, у Поттера кружится голова от эмоций, и он бессильно стонет, когда его спиной прижимаю к дереву, потому что это безумно хорошо. Ему нужно больше, ему нужно всё, но Снейп останавливается, буквально прижимая его голову к стволу и чуть отворачиваясь. У них обоих сбито дыхание и сердца пляшут ламбаду, но также оба знают, что большего не будет. И если для Гарри это «только пока», потому что он уверен в том, что будет жить, несмотря ни на что, то для Снейпа это «никогда». Он знает, что они оба умрут, и это позволяет ему быть снисходительным и к себе, покусившемуся от одиночества на почти ребёнка, и к самому почти ребёнку, который едва ли мог отличить любовь от привязанности, будучи вечной сиротой. — Мне пора возвращаться, — тихо произносит он, и поднимает взгляд на Поттера, отпуская его голову. — Очень жаль, — в тон ему, произносит Гарри, а потом улыбается. — Когда всё закончится, я сделаю всё правильно. Подарю вам целое море цветов, свожу на тысячу свиданий и даже предложение сделаю под живую музыку. Приглашу какого-нибудь самого лучшего скрипача. — И где только вы набрались такой похабщины, — невольно смеётся Снейп, делая шаг назад. — Романы Петунии? — Да, — тоже смеётся Гарри. — А ещё сериалы по телевизору. — О нет, — притворно стонет Снейп. — Оставьте романтику, сидеть с вами у камина намного теплее. У этого слова два значения, и Гарри слышит их оба, думая о том, что так преступно счастлив, что сегодня обязательно случится что-то отвратительное. Он обнимает профессора, утыкаясь носом в шею, чтобы ещё немного продлить эти секунду абсолютно счастья, а потом отступает сам. — Идите. И берегите себя. Я обязательно вас найду, когда придёт время, даже если придётся спуститься в Ад, так что не смейте тихонечко где-то сдохнуть. Его прозорливости можно было только подивиться, он ведь и впрямь собирался «тихонечко сдохнуть». — Посмотрим, — кратко произносит он, и трансгрессирует. Если бы Гарри знал, что это их последняя встреча, он бы ни за что его не отпустил.