Истории Двекки

Три крошки Двэкки думали. Сегодня днём они вместе съели печенье с шоколадной крошкой — это плюс. Но дорогому отцу не оставили ни одной — это минус. И этот минус нужно срочно изменить на плюс, иначе в груди становилось совсем тяжело. Особенно тяжело было на общем ужине, когда Чанбин готовил для всех своих малышей, не очень явно расстроенный отсутствием сладостей. Он привык не показывать недовольство своими детьми, но те с лёгкостью замечали любые изменения настроения старшего. И поэтому, путем недолгого собрания, крошки решают что нужно приготовить собственное печенье. После отбоя все трое самым тихим способом выбегают на кухню, не забывая взять с собой телефон. Первым же делом они набрали Феликсу: он главный в выпечке, а значит точно знает рецепт печенья. Только вот. Когда парень поднял трубку, они не знали с чего же начать. — У нас тут проблема, — начал самый старший из братьев, кружа с телефоном по небольшой кухне. — Мы съели все печеньки, — перебивает его средний и заглядывает в телефон через плечо. — Но папе ничего не досталось., — самый младший заглядывает из-за другого плеча, грустно хлюпнув пяточком. — Ты можешь нам помочь с готовкой? Очень сильно просим, пожаааалуйста! — Хорошо, хорошо. Только дайте я дойду до вашей общаги, — судя по звукам Феликс лениво вставал с кровати. Поход до общежития хёнов занял минут десять. Он постучал в дверь, когда ему открыли малыши, очевидно готовые для новой порции печенья. Загоняя детей обратно в помещение, парень тихо снимает обувь и его уже тянут за рукав толстовки в сторону кухни. Тихим голосом Ёнбок просит не спешить, хотя эта ситуация была немного смешной для него. На кухне, он недолго выпадает из детского лепета, проверяя ингредиенты и попутно доставая их. Но парень быстро перестал, когда маленькие глазки уставились на него с неким непониманием. Тут же непонимание сменяется на воодушевленность, когда Феликс показывает им рецепт и просит достать сухие ингредиенты. Двэкки оперативно достают муку и сахар, попутно посматривая что там делает человек. А тот далеко не ушел: растопил масло в микроволновке и бережно берет сахар из маленьких лапок, добавляя и перетирая ингредиенты. Такой расклад дела не особо нравился малышам, поэтому они стали проситься помочь. Ну как просили… Залезли на стол и забрали у Феликса лопатку, активно помешивая ею. Ёнбок разбивает в тарелку яйцо, позволяя детям продолжать замешивать тесто, и берет весы, отмеряя некоторое количество муки. Просеянная мука отправляется в общую миску вместе с пакетиком разрыхлителя и парень включает духовку, подготавливая противень и пергамент. Повернувшись обратно к троице, он кое-как сдерживает смех: Двэкки активно замешивали тесто, но на пяточках видны следы муки. Они определенно залезли носиками в миску, дабы попробовать что же там получается. От кусочка сырого теста не отказался и главный сегодня по кухне. Удостоверившись в хорошем качестве, австралиец добавляет в тесто кусочки шоколада и сам быстро перемешивает, а в последствии формирует небольшие шарики и выкладывает их вместе с малышами на пергамент. Самый младший старательно что-то делал со своим кусочком теста и наотрез отказывался показывать, хотя всё было почти кристально понятно. До момента, пока на противень не опускается небольшое сердечко, на котором красовалась его лапка. Младший берет братьев за руки и прикладывает их на печенье, дабы остался отпечаток. — Оуу~ Большое сердце для большого хёна? — мило говорит Феликс, рассматривая ладошки, и отправляет противень в духовку на двадцать минут. Время он засекает на наручных часах. Детки быстро переглядываются и подхватывают слова, про сердце, убегая проверять комнату. Дверь немного шумно скрипит, показывая в проёме три маленьких пяточка, которые проверяют взрослого на сон. Тот, судя по виду, крепко спал, а значит план можно продолжить воплощать. — Что вы тут делаете? — тихо звучит за малышами, на что они пугаются и чересчур громко хлопают дверью. Обернувшись, Двэкки видят Хёнджина, который сидел на корточках и смотрел на них с недоумением. — Опять проказничаете? — Вовсе нет! — Мы просто съели печенье. — И теперь готовим новое~ — Оу… Тогда вам нужно быстрее вернуться на кухню. Феликс там отлично устроился для сна, — после этого тройняшки переглянулись и убежали на кухню. Хёнджин же встаёт и подходит к двери, заходя внутрь. Старший чуть жмурится от звука двери и переворачивается на другой бок, позволяя сесть рядом. — Чанбин-а, ты спишь? — парень с неким удовольствием присаживается на кровать и фыркает в лёгком смехе на многозначительное сонное согласие. — Ты злился на тройняшек сегодня? — Немного, — произносится больше в подушку и рэпер переворачивается на спину. — Они съели печенье, которое ты приносил на днях и ни с кем не поделились. Особенно со мной. — Авв, строгий хён, — длинные пальцы стали перебирать прядки тёмных волос, заставляя старшего всё-таки разлепить глаза и сосредоточиться на чужом лице. — Ты чего в такое время не спишь? — в голосе звучит лёгкая строгость, но судя по виду Чанбин всё же был более сонным. — Да я только с тренировки вернулся и в душ собирался, а его уже заняли твои, — Хёнджин поднимается, но его нежно останавливают, взявшись за руку. — Скажи им, пожалуйста, чтобы освобождали ванную, иначе я подойду и буду ругаться. — Хорошо, хён. Сладких снов, — парень отходит к двери и слышит еле четкий ответ перед выходом. А тем временем у тройняшек и Феликса всё было уже готово. Старший доставал противень из духовки, используя перчатки, и бережно отодвигает чужие лапки от горячего. Но одну печеньки у них всё-таки получается взять. Кое-как поделив её на четвертинки, Двэкки быстро съели свои кусочки, кивая друг другу от великолепного вкуса. Все другие печенья отправляются в глубокую тарелку и малыши дружно благодарят Ёнбока за помощь, после чего убегают в комнату. Дверь открывается легко, даже почти бесшумно, только тихий стук копытцев оповещает о приближении кого-то к кровати. — Папи-и, — самый старший из тройняшек тянет отца за руку, заставляя того снова проснуться и приподняться на кровати. — Что-то случилось, крошки? — Большое сердце для большого папи! — и младшенький поднимает над головой печенье в форме сердца, довольно улыбаясь.