Королевские идиллии

      —Дитя Хаоса!       —Мой король, этот ребёнок вам достался от самого Хаоса!— восторженно кричали горожане, когда ещё совсем крошечного Галахада Артур и Ланселот всё-таки решились представить народу.       У малыша были странные метки на руках и ногах, и люди, особенно суеверные, придавали этому огромное значение. Поэтому юнец всегда был окружён заботой со всех сторон, а не только со стороны своих родителей. Все думали, что он пришёл на землю для чего-то великого...

      Галахад сидел на своём небольшом троне рядом с королевским, где восседал Агравейн. Всё-таки он был принцем и имел полное право на это место. Да и Агравейн требовал присутствовать рядом с ним. Он осматривал странные бирюзовые круги на тыльных сторонах своих ладоней. Всем было интересно, откуда они... да и ему самому это оставалось неизвестным. Такими метками никто не обладал, да и они сами были идеально ровными, словно нарисованными.       В зал завели рыцарей Круглого стола. Их руки и ноги были туго перевязаны, затрудняя любое движение. Грязные, побитые, изувеченные.. Галахад не мог на это смотреть. На душе стало неспокойно. Зачем их привели их сюда?       —Вы,— начал Агравейн, встав с трона,— будете наконец-то мне поклоняться? Служить мне? Или мы так и будем пускать вашу кровь?       Рыцари молчали. Они были верны только Артуру, своему честному и справедливому королю. Агравейн стиснул зубы, медленно подходя к ним, пока его псы крепко держали троих морфов за верёвки.       —Знаете, что следует за предательством короля? Смерть. Это ваш последний шанс,— лжекороль уже не может терпеть. В нём разгорается злость,—На колени!       —Ни за что,— твердо сказала Парсифаль, стоя прямо напротив Агравейна. Рыцари за ней кивнули без всяких сомнений. Галахад нервно сглатывает, ожидая всего самого ужасного.       Ёж столько дней ждал, что его пытки принесут результат, и на его стороне появятся новые сильные воители, но всё было тщетно. Отныне он хотел убить их.       —Вот как... Ладно,— просипел мужчина. Он выхватил кинжал из ножен своего стражника, а другой рукой схватил кошку за волосы, её прекрасные фиолетовые "перья". В блестящем лезвии отразились золотые верные глаза Парсифаль.       —Сначала я перережу глотку самому сильному, а потом и всем вам. Может тогда вы одумаетесь..       —НЕТ!       Голос Галахада разнёсся эхом по большому тронному залу, не дав королю завершить свою речь. Он вскочил со своего трона, смотря на Агравейна с возвышенности. Он наблюдал, как мужчина хищно скалит зубы. Но всё же кинжал был опущен.       —Послушай сюда, малец,— грубо отрезает король,— Ты думал, что можешь мне указывать? Ты здесь никто! Сиди молча, а то я убью тебя за этими предателями..       Агравейн поднимается по ступенькам к белому ежу. Тот падает обратно на трон, вжимаясь спиной в спинку под чутким взглядом ярких зелёных глаз. Эти глаза были похожи на глаза Артура, но были наполнены совершенно другой энергией— в них проблескивало безумие. На самом деле Агравейн выглядел, как одна большая злая пародия на Артура. Это было заметно аж до безобразия. Галахада всегда мутило от таких сходств.       Сердце было готово выпрыгнуть из груди, в ушах неприятно пульсировало, адреналин разливался по крови от неописуемого животного страха.       —Что? Мы не такие уже и храбрые, а?— покрытые шрамами губы ежа искривляются в уродливой безумной улыбке. Он скользит грубой ладонью по руке Галахада, кладя её на ручку деревянного трона. Движения казались плавными, аккуратными, но...       —Интересные узоры,— шепчет Агравейн и одним резким движением вонзает лезвие клинка в чужую ладонь, протыкая её насквозь, прибивая её к ручке трона, как гвоздь. Юноша громко вскрикивает. Боль пронзает всё тело, с краёв глаз непроизвольно текут слёзы. Рыцари Круглого стола стараются выбраться из верёвок, чтобы помочь своему принцу и единственному наследнику Артура, но их крепко держат. Галахад уже ничего не мог осознавать— его сковала невыносимая боль.       Он чувствовал, как горячая кровь движется по руке, медленно стекая на пол. Агравейн с неадекватной улыбкой смотрел на эту картину: юнец, сидит на троне в адских муках, истекая кровью.       —Отвести рыцарей обратно за решётку. Живо.       Стража лишь поклонилась, хоть их король и стоял спиной к ним. Они утащили сопротивляющихся рыцарей. Как бы сильно они не старались помочь принцу— это было бесполезно. Они ослабли без пищи и воды, ослабли без тренировок, ослабли без короля.. не ослабла лишь их вера.       Агравейн вытащил клинок из чужой руки одним резким движением. Его язык прошёлся по окровавленному лезвию.       —Слабый. Вот и весь ты, Галахад,— хмыкает мужчина и берёт молодого ежа на руки. Того чуть ли не парализовало от боли, он еле как мог двигать телом. Галахаду не было так больно, даже когда он в совсем раннем детстве на скорости влетел в армированную спину Гавейна. До сих пор это аукается головными болями...

      Агравейн принёс его в свои покои. Точнее в покои Артура. Он обмотал его раненную ладонь каким-то шёлковым платком. По крайней мере Галахад не был трусом, так что он заслуживал жизни. Хотя бы в этот раз. Король так и поступил, просто оставив парня на большой кровати.