Королевские идиллии

      Ланселот решил побродить по городу, как можно крепче завязав шнурки капюшона. Утром всё было достаточно спокойно: люди только выходили из домов, садились за свои лавки, принося в огромных ящиках овощи и фрукты на продажу, запрягали лошадей.       "Вот бы оказаться здесь с Галахадом.",— пронеслось в голове Ланса. Уши взрослого ежа сразу же прижались к голове. Почему только одна мысль о его чудном сыне так сильно ранила?       —Господин, вижу, вы себе места не находите?— голос был совсем юным. На рыцаря смотрела лемур, сидя на стуле за лавкой с мясом и некоторыми овощами. Ей явно не сиделось на месте, но деньги нужно было как-то зарабатывать.       —Прям так заметно?— ответил вопросом на вопрос Ланселот, стараясь слегка изменить свой голос.       —Ну... У вас вид обеспокоенный. Первый раз в этом городе, да? Ничего страшного!— лемур широко улыбнулась. Ланселот хотел было что-то ответить, как девушка чуть не вскочила от неожиданности, когда с громким шлепком рядом с ней поставили очередной ящик. Правда в нём лежал не провиант, а хорошие дублёные шкуры разных животных, скрученные в рулоны.       —Простите мою подругу, она ко всем так пристаёт,— почти что шёпотом сказала волчица, которая принесла этот ящик. За спиной у неё был прекрасный лук ручной работы, сделанный из можжевельника. Явно она местная охотница.       —Без проблем,— отвечает рыцарь,— всё равно приятно было пообщаться с местными.       —Удачи тогда. Но будьте осторожны. Не дай Хаос Агравейн приведёт сюда свои войска,— волчица поднимает два пальца к небу и опускает голову. Ланселот повторяет за ней, как и лемур, предварительно встав со стула. Это был знак в честь Хаоса, чтобы тот услышал их мольбы. Лицом в землю, а пальцами в небо.       —Удачи и вам в вашем деле,— рыцарь кланяется и медленно отходит от лавки, направляясь куда-то на край города.       Он не особо переживал за Артура в данный момент. Хозяин таверны был закалён в битвах и имел много почётных наград, как он сам сказал. Большие шрамы были подтверждением его словам. Да и он сам внушал доверие, никогда не мешкал, стараясь что-то скрыть. Так что Ланселот доверял ему.

      Звуки толпы постепенно сходят на нет, становится спокойно, дома встречаются реже среди огромных столетних дубов. Ланселот чувствует лёгкое спокойствие, подставляя лицо приятному утреннему ветерку. Ухо парня дернулось от шуршания гравия. И это точно не было под его ногами. Он инстинктивно прячется, зайдя за дерево.       —Это те самые Леса, сэр Мордред?— слышится молодой голос.       —Да. Агравейн сказал, что здесь взращивают много пшеницы каждый год,— послышался совершенно другой грубый голос.       Дю Лак аккуратно выглянул из-за дуба, стараясь рассмотреть двух "путников". На вороном тяжеловозе восседал чёрный одноглазый шакал, а вторым был какой-то совсем молодой рыжий пёс, явно новобранец. Шакал был одет в чёрные, как смоль одеяния, под которыми поблескивал стальной нагрудник. Забрало было поднято, так что сэр Ланселот мог хорошо его осмотреть и запомнить на всякий случай.       Грубая морда, огромный шрам на половину лица, длинные ухоженные волосы, собранные в косы. Зрячий глаз был странного горчичного цвета, второй же почти полностью слился с белком глаза из-за слепоты.       —Пока ждём приказа. А сейчас обратно в лагерь, живо,— вякнул тот и резко дёрнул лошадь за поводья, чуть не порвав той рот трензелем,— мы здесь не одни...       Рыжий пёс покорно поехал за ним на своей небольшой серой кляче. Ланселот тяжело вздохнул, потерев ладонями лицо. Видимо, в ближайшее время псы Агравейна собирались напасть на город ради провианта для армии или что-то того. Нужно было предупредить Артура.

      Только поздним утром (как раз после трапезы) король Артур решил всё-таки выйти на улицу за своим многоуважаемым рыцарем, но не обнаружил его там. Конечно, отдельно им нельзя было находится, но синему ежу следовало хотя бы просто подышать свежим воздухом, так что он облокотился на деревянную стену таверны. Парень тяжело вздохнул и потёр глаза. Что же он сделал не так в какой-то момент? Почему это всё происходит? Парень не мог ответить ни на один вопрос.       —Слушай, тело Артура никто не видел, я тебе говорю. Я клянусь, у меня брат недавно из Камелота сбежал,— послышался чей-то тихий разговор за стеной. Уши под капюшоном Артура непроизвольно устремились в сторону голосов.       —Ага, что ещё расскажешь? Как я понимаю, из королевской семьи только Галахад остался, остальных убили,— фыркнул второй голос. Об Артуре, Ланселоте, да и рыцарях Круглого стола не было слышно ровным счётом ничего. Но также не было и доказательств их смерти.       Король чувствовал, как его брови поднимаются выше. Он не верил своим ушам... Этот разговор незнакомых людей вселили капельку надежды в Артура, которую он уже начал постепенно утрачивать.       Парень оторвал спину от стены, когда увидел на горизонте своего рыцаря. Тот шёл очень осторожно, осматривался, да и сам выглядел обеспокоенно.       —Привет, дорогой,— тихо шепчет синий ёж и проводит рукой по чужому плечу.       —Здравствуй,— Ланс кивает в ответ,—Артур, мне нужно тебе кое-что сказать.       —Мне... мне тоже,— на лице синего ежа появляется лёгкая улыбка. У него новости явно хорошие.       —Пусть ваше слово будет первым, сэр,— усмехается рыцарь.       —Ну, нас считают мёртвыми,—Ланселот положительно кивает,— а также Галахад... Кажется, что он жив. Это слухи, конечно. Но я надеюсь, что это действительно так и есть.       Дю Лак смотрит на Артура в полном недоумении. Когда ты все эти долгие недели считал своего сына мёртвым, то даже слухи дают тебе надежду. У парня вот-вот норовила потечь слеза счастья. Но он нашёл в себе силы продолжить.       —А у меня,— тихо начал Ланс,— не особо хорошие новости. Кажется, что здесь завелись лазутчики. И у них где-то есть лагерь.       —Это значит...       —Это значит, что нам следует быть осторожными, Арти.       —Как ты меня назвал?       —Я прошёлся по городу и так и не понял, где у них здесь хоть какой-то штаб стражи. Так что помощью заручиться мы сможем только завтра. Если не позже,— чёрный ёж наблюдал, как уши Артура опускаются под капюшоном.       —Главное, что Галахад жив,— шепчет сэр Ланселот и кладёт ладонь на персиковую щёку, стараясь успокоить парня. Король кивает, закрывает глаза, принимая тепло своего рыцаря.       —Ты прав, Ланс. Мы как-нибудь прорвёмся,— синий ёж одаривает своего возлюбленного лучезарной улыбкой. Может, всё не так уж и плохо?