boku no kyoki

      «нужно встретиться.»       00:52       Настала поздняя ночь, но Камиширо знает, что его дорогой друг в такое время занимается совсем не подготовкой ко сну.       «Ты теперь с маленькой пишешь?»       00:53       «так лучше, согласись»       00:53       «Нет.»       «Зачем нам встречаться в час ночи?»       00:53       «нужно обсудить кое-что важное»       00:54       «Слушай, мне кажется, в последнее время наша с тобой дружба держится только на Цукасе…»       00:54       Руи нервно прикусил нижнюю губу.       «тебе кажется, мизуки-кун~»       00:55       «Ну ладно…»       «Где встретимся? Аж интересно стало, что ты мне такого хочешь рассказать, ещё и в такое время»       00:55       «на улице небезопасно, можешь прийти ко мне домой, родители давно спят. только я волнуюсь за то, как же ты доберёшься ((»       00:56       «Я-то доберусь»       «Аккуратно только, чтобы твоих не разбудить»       00:56       «жду»       00:56       Уже на протяжении полутора часа юноша сходит с ума от навязчивых, нездоровых мыслей, которые медленно разъедают все его внутренности. Это ощущалось именно так — чем больше Камиширо думал об этом, тем больше он терял сомнения о том, что это просто мысли. Ведь в голове собственной начал выстраиваться чёткий план, который так и не терпится разработать полностью и, конечно же, осуществить. Но в этом ему нужна огромная помощь Мизуки. Без него никак.       Не хотелось взваливать на него столько информации, душевных переживаний, а уж тем более — таких. Руи сидел и не спеша ел самого себя по маленьким кусочкам.       Мозг будто ложечкой выедает желание убить. В голове несколько ярких сценариев смерти Тойи. Как он будет умирать в муках, молить о пощаде и прощении, но его это не остановит. Или механик мог сделать намного проще, быстрее и эффективнее — создать робота убийцу. Какого именно — пока неизвестно.       Камиширо заварил себе ромашковый чай, пока ждал прихода друга, дабы успокоить себя и свои мерзкие мысли. Нужно прийти в себя наконец, чтобы нормально рассуждать. Мыслить не на забитую ревностью, уже давно больную голову. А будучи на сильных эмоциях, надёжного плана действий, к сожалению, никак не составить.       Парень постарался обсудить всё с самим собой. Завтра Цукаса и Тойя идут навещать Саки в больнице. Но Руи знать не знает, где эта больница, куда они должны будут направляться. И точного времени никто не назвал при телефонном разговоре, что же делать? Вариант последовать до больницы отпадает, но ведь можно придумать что-то ещё?       «Соизволь своему приятелю хотя бы дверь открыть.»       01:11       Ох, сообщение от Мизуки-куна. Он уже здесь, за дверью, надо тихо открыть, чтобы об этом никто кроме него и Акиямы не узнал.       — Проходи, — Камиширо медленно открыл скрипящую дверь и освободил проход. В коридор вошёл парень с розовыми волосами, попутно снимая с себя обувь.       — Я надеюсь, всё это надолго не затянется, — Мизуки посмотрел на него укоризненным взглядом, сложив руки на груди.       — Не затянется, не затянется. Идём в комнату, там всё расскажу.       Мальчики оказались в гараже, который все привыкли называть комнатой, в следующие же пять секунд, где Акияма занял себе место на кровати, если заваленный кучей вещей диван можно было назвать кроватью…       — Ну, я весь во внимании.       Механик тяжело вздохнул, присев рядом с другом. Вывалить это всё вот так резко было совсем не просто, а принять ещё сложнее. Признаться честно, Руи даже не уверен, поймут ли его сейчас.       — Слушай, Мизуки-кун… — он растягивал разговор как мог. Тот сразу это заметил, готовясь к чему-то неожиданному. — А вот если мне вдруг в голову взбрело, ну… Как бы это помягче выразить… Устранить человека?       Мальчик уставился на Камиширо до ужаса удивлёнными и одновременно напуганными, светло-розовыми глазами. Он признаёт, это было одно из пятёрки самого неожиданного.       — З-заканчивай шутить на такие темы, не смешно совершенно…       — Я не шучу, Мизуки-кун, пойми меня… — парень отвёл взгляд, уже пожалев о том, что начал это всё.       — Ты правда всерьёз это? — кивок, весь давно рухнувший мир Акиямы рухнул снова.       Нужно что-то сказать, как-то ответить, и времени на размышления у него нет! Что же делать… поддержать друга? Сказать то, что на самом деле думает Акияма? Но нет, тогда их дружба перестанет существовать, а этого допустить мальчик никак не хотел. Тогда, остаётся только выразить поддержку…?       — Я пойму тебя, если ты не хочешь в это влезать, закончишь общение со мной.       Мизуки посмотрел себе под ноги. Мёртвая тишина, но внутри него был шумный океан сомнений, переживаний, вариантов ответа и его последующих действий. Это та самая ситуация, сюжетный поворот, который зависит от одного лишь слова. А будет ли оно неверным — решать никто не может. Даже сам юноша, которому дали роль того, кто должен принять важное решение. Эта роль, пожалуй, будет нелегка даже для профессионального актёра.       Так что же делать? Акияма всё больше склоняется к тому, чтобы согласиться и поддержать друга. Он должен понять всё. Руи понимал его всегда, выслушивал, давал советы, нашёл смысл в когда-то бесполезной жизни парня. Мизуки обязан отплатить ему. Никак иначе быть не может.       — Я… — кажется, что сейчас он думает о последствиях? Нет, это как раз-таки то, о чём мальчик забыл подумать. — Я понимаю тебя.       И когда Мизуки увидел наполненные сверкающей надеждой глаза, что взглянули на него, как на спасителя, понял — пути назад нет. Он перекрыл себе этот путь, и теперь несёт ответственность на своих плечах.       — Правда…?       — Да. Я ни в коем случае не отвернусь от тебя. Ты меня выручил, я многим тебе обязан. Хотя, по факту мы спасли друг друга, я хочу понять тебя.       Руи замер, почувствовав, что может заплакать.       — И ты понимаешь?       — Безусловно, — Акияма проглотил ком в горле. Но на самом деле этим комом являлись его настоящие чувства и мнение о сложившейся ситуации. Об этом всём он предпочёл только что забыть, как о самом страшном сне, который только что произошёл наяву. Он сделал свой выбор, теперь чувства притупились. Им овладело нечто иное, что отвечает будто за него. — Это же по поводу Тойи, так?       — Да, — кивнул Камиширо, — этот парень слишком близок к Цукасе, понимаешь, о чём я?       — Ага, понимаю – ты готов убить из-за ревности?       Руи отвёл взгляд, пытаясь сосредоточиться над прозвучавшими только что словами со стороны его приятеля. Мог бы сам механик сказать, что это именно из-за ревности? Нет. У него другие мотивы…       — Ради любви, думаю. Ты бы пошёл на убийство ради того, кого любишь?       — Хм-м… — Акияма поджал губы и устремил взгляд в потолок. — Если я очень люблю этого человека, то почему бы и нет? Но… — он вернул свой взгляд вниз. — Но ты представь на минутку реакцию того самого любимого тобою человека. Как думаешь, как бы Цукаса отреагировал на то, что ты кого-то убил?       Эти слова ощущались как удар по юноше, поэтому он предпочёл проигнорировать это.       — Ты поможешь мне с этим?       — Да. Чем мне тебе помочь?       — Я хочу, чтобы ты создал дизайн для робота-убийцы. Но ты сделаешь это чуть позже, когда я дам тебе знать, что именно от тебя требуется. Пока я хочу понаблюдать за своей жертвой издалека, узнаю о нём то, что мне нужно, так и выясню, какой тип робота подойдёт лучше всего.       Юноша внимательно слушал механика, впитывая в себя каждое слово. Он словно посвятил себя сейчас полностью этому человеку и его намерениям, как будто эти намеренья — его завтрак, обед и ужин.       — Хорошо, — со стороны по мальчику ничего и не скажешь. Акияма улыбнулся своей привычной улыбкой, которую Руи привык видеть на обычном Мизуки. — Так это всё, что ты хотел мне рассказать?       — Да. Спасибо, что смог прийти в такое время, да ещё и согласился помочь.       — Я всегда буду рад помочь.       Камиширо проводил друга до двери, где они и распрощались. Было страшно, конечно, опять отпускать Акияму в такое время на улицу, но тот снова сказал, что нормально доберётся до дома. И как только дверь за ним захлопнулась, механик ушёл в свою комнату, чтобы начать разрабатывать детальный план.       Сидя за столом в комнате, освещённой приглушённым светом настольной лампой, в голове его чёткой картины, что изображала бы всю ситуацию, пока не было. Руи, как и сказал минутами ранее, когда разговаривал с Мизуки, пока хочет просто понаблюдать за Тойей, выяснить их отношения с Цукасой.       Для этого юноша должен будет пропустить два дня. Субботу и воскресенье. Это всё потому, что никаких точных данных у него нет насчёт Аояги. Он попытался что-то вспомнить, так как слышал эту фамилию и раньше, но в голову ничего так и не приходило, поэтому пока что Руи пользовался лишь некоторыми сведениями.       Они в одной школе, оттуда-то он и сможет последовать за ним. Насколько Камиширо известно — тот тоже в средней школе, учится на втором году. Надо узнать, что он обычно делает после школы. На это парень и будет опираться при создании механизма.       Ну а сейчас, ему стоит пойти и выспаться как следует. Выходные же, всё-таки.

***

      Суббота прошла лениво, совсем без лишних дел и забот. Давно он себя так не чувствовал, будучи привыкшим к постоянным новым идеям и занятиям. В воскресенье его беззаботный рай резко оборвался, когда днём поступил звонок от его подруги детства. Нене попросила купить какую-то там игру для её приставки, а сама она, по каким-то неизведанным причинам, сходить не может, но игру ждала долго. Ну, что ж, видимо не судьба бедному Камиширо отдохнуть и вдоволь насладиться ничегонеделанием. Хотя одной субботы хватило с головой.       Путь он держал в торговый центр, где и находится магазин, который ему нужен. Они как-то уже ходили туда вместе с Кусанаги, дорогу парень помнил наизусть.       Спокойно шагая, будучи уже на подходе в магазин, Руи увидел одну знакомую ему парочку возле магазина тканей. Механик прищурился, попробовал незаметно подойти чуть ближе, и наконец увидел.       — Цукаса-сенпай, а ты что здесь делаешь?       — Пришёл за тканью.       Кажется, они только-только встретились. Камиширо подумал, что выглядит сейчас максимально подозрительно, а потому сделал вид, что смотрит в экран телефона, всё ещё находясь на нужном расстоянии с мило разговаривающими Аояги и Тенмой, чью милейшую беседу ему необходимо подслушать.       — О, я понял.       — Куда идёшь, к слову?       — Кафе, в которое я обычно хожу перед школой и после неё — сегодня закрыто. Но я слышал, что здесь есть островок, где делают вкусный кофе.       — О-о, удачи тебе!       — Увидимся завтра в школе.       Парни, по всей видимости, разошлись по своим делам, пока Камиширо убрал телефон обратно в карман, где и оставил свои руки, выглядывая Цукасу в том самом магазине тканей. Стоит ли подойти и поздороваться?       Но ведь Нене ждёт, пока он принесёт ей игру… Нужно закончить с делами поскорее и проанализировать только что подслушанный разговор, потому как полезную для себя и своих планов информацию механик оттуда уже вынес.       И что же за странное чувство, которое снова медленно поглощает его? Затягивает в пучину невероятно жгучей ревности, из которой выхода совсем уж не видать. Цукаса, Цукаса, Цукаса, Цукаса. Почему. Почему он, а не Камиширо. Тойя никогда и ни за что не сможет дать его яркой звёздочке то, что смог бы дать ему Руи. Нет, никогда.       Вот он ходит и внимательно осматривает предоставленный ему выбор разных тканей, всех цветов и типов. Настолько родной и любимый, что юноша чувствует, будто его тянет к нему непроизвольно. Словно Цукаса привязал его к ниточке и тянет сейчас к себе, или кто-то играет ими, как куклами — двигает их всё ближе и ближе друг к другу…       Интересно, а этот человек, что играет куклами, может сделать так, чтобы одна кукла оказалась в мусорном баке, вместо того, чтобы играть какую-либо роль?

***

      Из сегодняшнего разговора, который Камиширо удачно удалось подслушать, можно было уже складывать отличный план.       Тойя перед школой и после школы заходит в кафе за кофе. Что за кафе — неизвестно, но выяснить это можно было очень даже лёгким и простым путём — завести с Цукасой разговор о местах, где делают вкусный кофе. Тот, скорее всего, порекомендует именно то место, куда ходит его друг, тем более, сегодня они и сами об этом разговаривали.       Блондин пишет ему либо ночью, когда уже ложится спать, либо вечером. Но вечер уже прошёл, а снова засиживаться до утра за вечными раздумьями перед школой никак не хотелось. Значит, механику стоит самому написать.       Одно главное правило, которому Камиширо ещё не научился следовать – вести беседу так, чтобы Тенма не удивлялся тому, как много Руи о нём знает. За довольно короткий срок парень и правда многое узнал, можно было сказать, что дружат они полгода, если учитывать этот объем информации. Механик сам это вычислил и определил.       Но в разговоре со светловолосым мальчик забывал об этом простом правиле, которое казалось весьма нелёгким для соблюдения, особенно в те моменты, когда они вели беседу больше пяти минут. Вот тогда-то приблизительно Камиширо и начинает забывать обо всём, чего нужно придерживаться в диалоге с ним.       «привет»       «не спишь ещё?»       20:29       Руи прекрасно осведомлён о времени, когда его звёздочка ложится спать. Точно не в пол девятого.       «звезде в это время суждено светить! совсем нет времени на сон.»       20:34       «как день твой прошёл?»       20:35       «отлично прошёл!»       «тебе рассказать, чем я сегодня занимался???»       20:35       «не откажусь~»       20:35       «ну короче»       «я заводил будильник на девять утра, я обычно в такое время на выходных просыпаюсь»       «и ты прикинь, он не прозвенел!»       20:36       «трагедия(»       «и во сколько же ты проснулся в итоге?»       20:36       «в час дня…»       «это не подобает будущей звезде.»       «ну а вот дальше всё шло неплохо!»       «мне нужна была кое-какая ткань, я шить умею, да! я пошёл в тц, встретил друга, поговорили о том, о сём, я купил то что надо, пошёл домой в общем-то»       20:38       Юноша выслушивал это всё и радовался каждому написанному им слову так, будто не он сегодня видел его в торговом центре, будто не он всё ещё помнит весь их разговор с «другом» в мельчайших подробностях.       «пришёл домой, мне звонят родители»       «оказывается, что мою младшую сестрёнку – саки, скоро выписывают! я так рад!»       20:40       «ох, расскажи поподробнее о своей сестрёнке?»       20:40       «аййй, я забыл, простии!»       «моя сестра с самого детства по больницам ходит, её постоянно кладут, бывает, больница очень-очень далеко, и навещать сложнее от этого…»       «это, как раз-таки, этот случай. но она идёт на поправку, поэтому её совсеееем скоро выпишут! наверняка она устроит вечеринку в честь этого со своими подружками, я тогда, наверное, должен буду помочь ей с этим??»       20:42       «о, я понял)»       «вижу, ты очень дорожишь своей сестрой. я рад за тебя и за неё»       20:42       «да, я её обожаю»       «в детстве, когда ей было одиноко и грустно в больнице, я приходил к ней и разыгрывал сценки, сюжет которых придумывал сам. ей очень нравилось»       «когда я увидел её улыбку, я понял, что хочу быть актёром!»       20:43       Как бы Камиширо не хотелось признавать – но он очень проникся его словами. Тот действительно жить не может без своей дорогой сестрёнки. Но это же всего лишь сестра, нельзя ревновать к родственникам, это неправильно и необоснованно.       Но сколько бы себе не внушал это Руи, ревность снова посетила его. Это ужасное чувство словно и не покидало его никогда, это понесло за собой постоянные навязчивые мысли. А что, если прямо сейчас Цукаса с кем-то другим? А что, если он думает о ком-то другом? И механик ничего не может с этим поделать, его мальчику ничто не препятствует думать о других людях и дальше.       Парень отложил телефон в сторону, предварительно отправив ответ Тенме. Что же случилось? Все его ранее чёткие и точные мысли вмиг превратились в размытые пятна краски. Или будто в стакан с чистейшей водой в мире макнули грязную кисточку.       Ему становится всё хуже с каждой мыслью. Перестань думать об этом! Это тебя не волнует, тебе нужно успокоиться!       Не помогает. Почему эти мысли не могут просто уйти? Они едят его по кусочкам, наслаждаются каждым криком, мольбе о помощи, запивают всё это стаканчиком с его же кровью и смеются над ним. Его постепенно затягивает в это мерзкое болото, но Камиширо словно смирился со своей участью, позволяя утягивать себя дальше.       Цукаса… это ты во всём виноват.       «кстати»       «случайно не знаешь, где делают вкусный кофе?»       20:47       Пришлось переждать небольшой приступ ревности пару минут, чтобы наконец перейти к самой сути дела.       «ооо»       «знаю одно! туда мой друг обычно ходит, тот самый, с которым мы сегодня виделись»       «weekend garage, может, слышал?»       20:48       «это то, где ещё вкусные панкейки делают?»       20:48       «в яблочко!»       20:49       Всё складывалось как нельзя лучше. Кафе и правда знакомо ему, находится на безлюдной улице, где ещё куча подобных этому заведений. Но главное – там превосходные условия для осуществления задуманного.       «спасибо)»       20:50       Спасибо за то, что не отказался быть соучастником.