boku no kyoki

      Минуло целых два года. За это, казалось бы, короткое время изменилось многое. Не говоря о внешности и вкусах на одежду. Изменились взгляды на жизнь, отношение к миру и в целом, о Камиширо Руи можно с уверенностью сказать – он вырос. Эти два года, что он прожил, находясь в отношениях с Цукасой, очень повлияли на него. Юноша перенял очень много привычек и фраз от своего партнёра.       Парни полагались друг на друга во всём. Даже если механик и был слегка рассеянным временами, никого надёжнее, чем он, Тенма ещё не встречал. Были, конечно, некие трудности, ну а так – они просто жили спокойной жизнью учеников средней школы, после чего перешли в старшую. Правда, светловолосый часто замечал, как мальчик может быть чересчур ревнивым, и до ссор иногда доходило. Это и есть, пожалуй, одна из их трудностей.       Став старшеклассниками, блондину всё же удалось уговорить Камиширо подстричься. А его личным парикмахером стал именно Цукаса. Не то, чтобы всё было ну уж слишком плохо: какая-то прядь длиннее другой, на затылке и вовсе короткие-короткие, чёлка максимально неаккуратная, однако Руи очень даже понравился результат. Хоть светловолосый и понимал, что это ужасно, ему прижился этот новый образ своего парня, что вскоре стал для него родным.       Изменений во внешности Тенмы не наблюдалось. В характере тоже, разве что, стал немного громче, нежели прежде. Но от этого хуже не был.       Они, всё-таки, смогли осуществить свою давнюю мечту – создать труппу и выступать на одной сцене. Всё это произошло в один школьный день…

***

      Мальчик с фиолетовыми волосами сидел в своём классе на перемене, лениво листая страницы книги на парте. Готовился к следующему уроку. День длился невыносимо долго, тянулся как мёд, только вот слаще от этого сравнения не стал. Класс практически пуст, присутствие пары учеников не делало его заполненным, шумным и громким.       До того момента, как в него не влетел один юноша со светлыми волосами, одетый в жёлтый кардиган, что так подходит к ним. Камиширо не сразу заметил приближающегося к нему солнечного парня, что дал знать о своём появлении громким стуком ладони по парте механика. Тот вздрогнул, моментально поднимая голову на того, кто прервал его процесс обучения.       — Руи! — достаточно громко произнёс он, широко улыбаясь. Названный по имени заразился этой яркой улыбкой.       — Что случилось? — вид у того был воодушевлённым. У него точно на уме сейчас крутится недавно стукнувшая в голову идея, с которой необходимо поделиться немедленно.       — Помнишь, я прослушивание не прошёл? — на удивлении, улыбка его даже не дрогнула. А ведь в день, когда это произошло, юноша ходил ужасно хмурым: Руи казалось, что сейчас над ним образуется чёрная туча, что моментально покроет холодным ливнем всего мальчика.       — Помню.       — В общем, я придумал кое-что!       — Что же?       Тенма сложил руки на груди, гордо усмехнувшись.       — Давай создадим труппу вместе?       Камиширо был ничуть не удивлён данным заявлением юноши напротив. Он говорил это не в первый раз, и Руи не в первый раз вынужден сказать нет. Причина, по которой он отказывается, до сих пор никому кроме него не известна, отчего блондину временами становится грустно. Но объяснял это механик ему тем, что им негде легально выступить, да и людей набирать не так уж и легко, как кажется.       — Цукаса-кун, я…       — Я знаю, что ты сейчас скажешь. Но прежде, чем ты успеешь это сделать, я скажу тебе, что другого выхода нет. Мы ведь оба хотим осуществить эту мечту, и ты, и я, так почему ты отказываешься?       — Мы не сможем выступать просто так, ты же понима-       — Руи, ты ведь выступал нелегально, кому ты сейчас врёшь? — Цукаса нахмурил брови. От этих слов та самая парочка учеников обернулась, из-за чего блондину пришлось неловко посмеяться и извиниться. — Кхм, проехали…       — Я не хочу втягивать в это тебя, да и я давно уже не делаю так. В общем, ты меня понял, мы не можем создать труппу.       — Ты вечно так говоришь, но даже не пытался найти альтернативные варианты, нет необходимости в том, чтобы проходить прослушивания и всякую ерунду, просто нужно иметь связи, — Цукаса подмигнул, снова опираясь руками о парту собеседника.       — Какие ещё связи? — когда парень упоминал в своей речи посторонних людей, становилось не по себе, а потому Камиширо напрягся.       — Нене!       Руи на это только медленно моргнул, уже не улыбаясь. И что Кусанаги, не выходящая не то что из дома – из собственной комнаты, может сделать?       — Ты был против того, чтобы я много общался с ней, знаю, — улыбка всё же дрогнула, — но вместе с ней всё получится!       — Чем Нене может помочь?       — Говорю же, у неё есть связи, — тот выглядел так, будто говорил абсолютно понятно для того, чтобы его смогли понять, однако механик сейчас, как бы не пытался, но какую-либо логическую цепочку исходя из слов Тенмы составить не мог.       — Связь со своей игровой приставкой?       — Отори Эму.       Камиширо округлил глаза. Как он мог забыть о том, что за его подругой детства уже не первый месяц бегает такая личность? И ведь это действительно может стать тем, что поможет им создать труппу…       — Она тоже хочет выступать, Нене описывает её как энергичную личность, что готова вложить все свои силы в то, чтобы создать шоу, которое вызовет улыбки на лицах зрителей! Ну, и, безусловно, я наконец стану звездой.       Юноша задумался, отводя взгляд в сторону. С одной стороны, это замечательно, что они вместе смогут создавать шоу. С другой стороны, безумные и, по мнению большинства, ненормальные идеи Руи могут оттолкнуть всех, в том числе и его звёздочку, за любовь к которой заплатила чья-то смерть. И всё это добивает тот факт, что Цукаса будет общаться с кем-то ещё. Причём очень тесно, раз они собираются играть в одном составе.       — Всё ещё много минусов…       — Каких? Это легально, у всех есть актёрские навыки, ты отличный режиссёр, Нене чудесно поёт, что мешает?       — Я не хочу, чтобы ты… — контактировал с другими. То, что хочется произнести вслух, но он не произносит.       — Чтобы я что? — недоуменное лицо мальчика сокрушило фразу, вертящуюся на языке механика.       — Нет, ничего, забудь, — Руи выдохнул, слабо улыбнувшись своему парню.       — Так что? Каков твой ответ?       В голове сидят слова Мизуки. Тот был бы рад. Он верит в то, что Камиширо на самом деле изменился.       — Я согласен. Давай выступать вместе, Цукаса-кун.

***

      Блондин часто вспоминал тот день с улыбкой на лице, в то время как Руи приходилось её натягивать. Ревность часто переходила границы, хотелось сорваться, высказать всё, но парень молчал. Молчал потому, что этими словами разрушит всё. Если бы не Акияма, то Камиширо, вероятно, и не задумывался бы об этом.       Теперь они создают шоу вместе. Их красочные постановки с оригинальными сценариями вызывали тысячи улыбок в одном зале, что не могло не заставить улыбнуться тоже. Камиширо нравилось видеть эти яркие улыбки и смех. Его опасения по поводу того, что его бросят из-за идей – были напрасны. Странные идеи и не знающая границ фантазия Отори гармонично сочеталась с такими же необычными идеями Руи, они неплохо сдружились. А жертвой многих их совместных экспериментов стал именно Тенма. Нене, в свою очередь, только тешила картина того, как над Цукасой, откровенно говоря, издеваются.       Не сказать, что Камиширо жалел о том, что позволил этому сбыться. Этой труппе, этой компании друзей. Им весело вместе каждый день, а главное, он находится рядом со своим Цукасой.       Руи выглянул в окно, услышав подозрительный стук чего-то о стекло. И его домыслы подтвердились.       — Дождь… — выдохнул мальчик, закрыв окно обратно, чтобы в помещение не проникало больше холода. — Значит, репетиция отменяется… Ох?       С этими словами пришло уведомление. Сообщение от Кусанаги в их общем чате труппы.       «репетиции не будет, полагаю»       16:49       «да что ты говоришь»       «нет, дождь не помеха – все должны явиться сегодня же!»       16:50       «цукаса-кун, неужели ты серьёзно????((((»       «уааа, но мы же все промокнем, на улице дождик!!!!»       «кто-нибудь срочно должен вразумить цукасу-куна! срочно!»       16:50       «успокойся, эму, это ведь явный сарказм»       «один идиот не может усвоить того, что у нас есть наивная эму, которая верит в инопланетян.»       16:50       «я тоже в них верю, но на каждое слово не ведусь…»       16:51       «ага, когда руи сказал тебе в шутку, что я умерла, когда не пришла в школу из-за болезни, ты был таким обеспокоенным»       «мысленно похоронил меня»       16:51       «я просто долго ждал этого момента!»       16:51       «поэтому опустился на колени посреди кучи учеников и закричал: нееееееееет?»       16:52       «так руи всё-таки рассказал…»       16:52       Внутри Камиширо в последнее время бушует две личности. Одна ему в подобных ситуациях твердит, что это очень хорошо, ведь дорогие тебе люди ладят между собой. Цукаса и Нене, пусть и часто спорят и ругаются, но выглядят друзьями. Они и вправду могут поддерживать друг друга в тяжёлых ситуациях, заботятся в пределах дружбы и тому подобное.       Вторая личность пытается доказать обратное, но не всегда выигрывает. Разве это является чем-то нормальным – когда твоя дорогая, единственная звёздочка, что принадлежит лишь тебе, свободно общается с твоей подругой? Причём, они ведь ещё и склонны проявлять заботу и внимание по отношению друг к другу. Это точно не есть чем-то, что можно назвать нормальным и обыденным.       И моргнуть глазом механик не успеет, как Тенма переключит всё своё внимание на длинноволосую. Ему захочется чего-то нового, ведь с Руи они находятся в отношениях уже два года. Он знает о своём партнёре каждую мелочь, это может стать причиной, по которой любой другой человек может стать для Цукасы намного более интересным. Чем-то новым и неизведанным.       Блондин, сам по себе – любопытная личность. Юноша всегда рад узнать что-то новое, ему нравится заводить знакомства и узнавать новых людей. Так же, как и Камиширо, в этом они похожи. Но Тенма никогда не беспокоился, когда мальчик заводил новую дружбу, он только поддерживал эту идею, ведь рад видеть, как у его парня с неуверенностью в себе и проблемами с коммуникацией, начинает расширяться круг общения. Единственное, что его волнует, так это личность нового друга. Если он нехороший, подозрительный человек, Цукаса обязательно позаботится о том, чтобы тот не смог причинить вреда его любимому человеку.       У Руи же мотивы совершенно противоположны. Он позаботится о том, чтобы этого человека в окружении юноши как можно скорее не стало. Он не убивает, как раньше. Намного проще отпугнуть таких людей своими навыками. О, да, Камиширо в отпугивании людей равных нет. Пару фраз – и человек уже бежит с криками. Где-то его странность можно использовать, как что-то полезное. Правда, Тенма всё чаще задаётся вопросом: почему все люди от меня так рано уходят?       «тем не менее, ребята, до выступления всего два дня, а нене-чан и цукаса-кун ещё не разобрались с той сценой в конце, помните?»       «руи-кун тогда был сильно раздражён и думал, что вы сможете отточить это на сегодняшней репетиции, но дождик всё испортил!!!»       16:54       «точно»       «цукаса, тогда как насчёт встретиться в безопасном вместе, чтобы разобраться с проблемой?»       16:54       «о, это хорошая идея!!!»       «я могу прийти к тебе, чтобы ты не утруждалась в плане того, как добраться в плохую погоду»       16:55       «если не составит труда – жду, адрес знаешь»       16:55       «так точно!»       16:55       О нет… нет, нет, нет, как же быть? Цукаса-кун и Нене будут наедине какое-то время, в комнате блондина, совершенно одни, без присмотра механика… Нельзя такого допускать!       «а за то, как доберёшься ты, цукаса-кун?»       16:56       «а я что?»       16:56       «волнуюсь за твоё здоровье»       «ты можешь простудиться, не хотелось бы такого допускать…»       16:57       Руи не впервой было так врать. На самом деле, это не совсем враньё. По крайней мере, Камиширо так не считает. Он действительно проявляет заботу к тому, кого любит, когда болеет Тенма – с ним болеет и юноша с фиолетовыми волосами. Однако с помощью такого рода заботы можно предотвратить кое-что ужасное.       «ты уж за меня не волнуйся, руи, я отлично доберусь!»       16:57       «но нет же, цукаса-кун, так нельзя…»       16:58       «и что же ты можешь предложить?»       «сам ведь был ужасно зол из-за того, что у нас с нене возникли проблемы, а ведь шоу на носу!!!»       16:58       Ох? Фраза не подействовала? Что же теперь делать?       «ты постоянно пытаешься не оставлять меня наедине с кем-то, не думаешь, что это странно?»       16:59       Сообщение было написано в их личном чате. Кажется, Тенма сильно насторожен. Неужели механик был настолько неаккуратен в своих действиях, что его начали не только подозревать – но и разговаривать по этому поводу?       «о чём ты, звёздочка?»       «я просто побеспокоился о твоём драгоценном здоровье(»       17:00       «руи, это не совсем похоже на обычное беспокойство или заботу»       «если ты ревнуешь меня, так и скажи, мы обсудим это вместе!»       17:00       Как теперь быть? Тот догадался обо всём. Конечно, Камиширо должен был учесть, что его парень, пусть и не понимает даже самых простых намёков – но он на самом деле умён. И заметить столь очевидные вещи для него совсем не составило труда, скорее всего, блондин долгое время отрицал это, и не воспринимал, как проблему, которую нужно обсудить. Однако это перешло все границы, ситуация и вправду не из стандартных.       До их выступления жалкие два дня, за которые им нужно было преодолеть трудности, которые встали на пути. И сейчас, в плохую погоду, мальчик запретил ему идти к Кусанаги, чтобы разобраться с возникшими проблемами. Естественно, Тенма в замешательстве больше, чем когда-либо ещё.       «может, я и ревную тебя немножко, но это совсем не значит, что я не отпускаю тебя по этой глупой причине»       17:02       «…»       «руи?»       17:03       Ответил он спустя минуту, довольно долгое время… Что заставило его думать над тем, что механик написал?       «да?»       17:03       «ты сейчас очень странно выразился, не думаешь?»       17:03       «о чём ты?»       17:03       Руи несколько раз перечитал своё сообщение, но так ничего и не увидел в нём, что могло бы вызвать вопросы.       «ты написал, что именно не отпускаешь меня…»       «ты контролируешь меня?»       17:03       Камиширо застыл. Как он мог упустить эту деталь? Вечно осторожный со словами, придающий обычным выражениям слишком много смысла, так просто взял и напортачил? Почему? Что заставило на такой простой ноте совершить ошибку? Неужто тот факт, что Тенма догадался обо всём, застал парня врасплох, да так, что тот даже забыл о том, что необходимо быть максимально осторожным и внимательным к своим репликам?       «ты цепляешься к словам»       «ты отдельная личность, как я посмею контролировать тебя?»       17:04       Такое чувство, будто это сейчас не сработает. Скорее всего, так и произойдёт.       «руи, я не понимаю»       «в чём смысл ограждать меня от общения с остальными?»       «я хочу поговорить с тобой об этом, но сейчас нужно спешить к нене»       17:04       «стой»       «ты же не можешь просто взять и уйти к ней, понимаешь?»       17:04       «нет, понятия не имею»       «мы правда обсудим всё позже, как только выступим, однако сейчас я занят»       17:04       Что это сейчас было? Ему просто пришло сообщение, но после его прочтения, остался такой сильный осадок, словно ему это в лицо прокричали, так ещё и пощёчину напоследок отвесили.       Прямо сейчас Цукаса будет с Нене, но, на удивление, отнюдь не это заставляет волнению внутри мальчика расти всё больше. Они с блондином после этой переписки точно не в хороших отношениях, а тот просто собирается оставить всё как есть аж до выступления? И что делать теперь? Как вообще спать по ночам? Не то, чтобы парень особо спал в ночное время суток…       Даже если так, это, как раз-таки, та отвратительная, мерзкая ситуация, на которую повлиять Руи не может. Остаётся только ждать окончания шоу.

***

      — Всем спасибо за то, что пришли сегодня! Хорошего дня!       Зал аплодировал после успешно отыгранной пьесы. Актёрское мастерство Цукасы, завораживающее пение Нене, заразительная улыбка и смех Эму и, конечно же, роботы, созданные Руи, помогли сделать это шоу не просто хорошим – а необычным. Самое главное, вчетвером, стоя на одной сцене и кланяясь зрителям, они увидели сотни улыбок, что смотрели на них. Только улыбки, без глаз. Правда, парень с фиолетовыми глазами совсем не помнит, как он играл только что. Будто он только что проснулся, как только всё завершилось.       Кусанаги и Тенма действительно хорошо постарались за эти два дня, раз зрители хлопают стоя. Удивительно, но они смогли проработать ошибки, смыв абсолютно все недочёты.       Однако один недочёт всё ещё даёт о себе знать, когда светловолосый даже не смотрит в его сторону. Казалось бы, между ними, вроде как, не произошло чего-то очень серьёзного, тогда к чему эта игра в молчанку? Да, Руи не отрицает тот факт, что сам молчит, но Тенма никогда не оставлял его без «спокойной ночи» с сердечком перед сном. С двумя сердечками.       В уши забилась вода, пока он размышлял об этом. Всё как-то странно. Откуда все эти воспоминания, если юноша чувствует, словно этого всего не было на самом деле? Словно тех двух дней позади него не существует…       Цукаса сказал тогда, что они поговорят об этом после шоу. Так что Камиширо просто поспешил удалиться в гримерку раньше, чем это сделает юноша.       Странно, разве она находилась именно за этой дверью? Вроде бы, тут всегда был туалет, тогда почему? Юноша зашёл в помещение. Здесь только зеркало? Кто убрал всю мебель?       Испытывал ли он страх? Точно это чувство не опишешь. Как будто этот страх вызван чем-то ещё, что играет в нём сейчас главную роль. Словно Руи не знает. Не знает, что говорить, что будет после этого, какая судьба ждёт их отношения? Парень кусал губы только в средней школе, перейдя в старшую, перестал. Но сейчас эта противная привычка снова появилась. Последние два дня мальчик то и делал, что терзал нижнюю губу, на которой живого места не осталось.       — Ха? Я опять думаю о событиях два дня назад? Их же не было… Вроде?       Мальчик попытался прокусить свою губу. В отражении зеркала видно, как из неё течёт струйка крови. Укус очень сильный, но боли он не чувствует совсем. Как и вкус алой жидкости, которая пачкает пол под ногами.       Прошло пятнадцать минут. А затем ещё пять. Цукаса не появлялся. Даже шагов за пределами гримерки не слышно было всё то время, пока Камиширо находился тут. Почему он не приходит? Почему даже Эму и Нене не ходят снаружи, как и, в общем, персонал? Всё утихло, словно планета погрузилась в мир грёз, только один мальчик остался в сознательном состоянии.       Внезапно дверь, всё-таки, со скрипом открылась. Парень, что вошёл внутрь, не сводил с самого начала пристального взгляда с механика. Последний напрягся, поскольку взгляд выглядел разочарованным. Он встал напротив, собираясь сказать что-то.       — Я знаю. Я знаю всё, Руи.       Мальчик открыл рот, чтобы ответить, но у него словно отобрали возможность говорить. Сколько бы юноша не пытался произнести хоть какой-то звук, ничего не выходило.       — Представь его разлагающийся труп. Его нет уже два года. А всё из-за тебя.       Руи всё ещё не мог вымолвить и слова, продолжая стоять с открытым ртом. Глаза напротив вдруг стали бесчувственными. В них не было былой искры. Они были расширены, а рот его словно никогда и не слышал слова «улыбка». Тенма начал медленно приближаться к Руи, встав за спину. Он схватился обеими руками за голову, резко повернув её к тому самому зеркалу. Страшно. Страх пробирает до костей. Что с ним сейчас сделают? Парень приблизился к уху и прошептал:       — Я вижу в отражении убийцу прямо сейчас.       — Н-нет… — возможность говорить вернулась к механику, пока по белоснежным стенам, что окутывают их вдвоём, начинает литься тонкая струйка крови.       — Хочешь увидеть его снова?       Камиширо моргнул, после чего на стене сзади них появился труп Аояги, что был воткнут в неё катаной. Он снова не может закричать, его глаза полны ужаса и отвращения.       — Ты убийца.       — Нет, нет, нет, нет… Я же сплю? Это сон!       Вот, почему он помнил все эти события два дня назад и в общем имел возможность размышлять и испытывать страх перед разговором. Только вот после осознания Тенма, что стоял всё это время позади него, опустил руки, глядя прямо в глаза Руи в отражении. На его лице играла безжизненная, жуткая улыбка.

***

      — Вечно с тобой одни проблемы, Руи…       Мальчик проснулся около двадцати минут назад. Это был всего лишь сон, тем не менее, после него Камиширо всё ещё слышал какие-то слова и галлюцинации, так что пришлось немедленно сообщить кому-то. Акияма прибежал на помощь в четыре утра, принявшись успокаивать друга.       — Прости, Мизуки-кун, мне жаль.       — Не извиняйся. На самом деле, после твоего рассказа мне самому жутко стало, — мальчик поёжился, прижимая к себе наплакавшегося Руи. — Я понимаю, как тебе страшно сейчас, так что всё в порядке. Но, блин, ты что, совсем не знаешь?       — Хм?       — Если ты понял, что во сне, ни в коем случае не произноси это вслух, балда, у тебя парень увлекается темой снов и прочей фигни, а ты этого факта не знаешь?       — Вот оно что… Цукаса-кун никогда не рассказывал.       Мизуки только тихо вздохнул, помотав головой.       — Ты говорил, у тебя работа сейчас, я так внезапно вырвал тебя, да и на улицах в такое время небезопасно.       — Ох, да, по поводу работы… — Мизуки свободной рукой взял телефон, лежащий поодаль, проверяя уведомления. — Эна скинула только эскизы, так что, думаю, у нас ещё полно времени будет их обсудить, да и она вечно что-то передумает в последнюю же секунду…       Камиширо тихо посмеялся, почувствовав, как всё напряжение медленно покидает его. Рядом с Акиямой всегда по-особенному тепло и комфортно. Он – тот, кто первым делом разрядит накалившуюся обстановку одной своей обаятельной улыбкой. По истине волшебный человек, Руи восхищается им.       — Я рад, что у тебя есть друзья.       — У тебя тоже их в последнее время всё больше!       Эта фраза заставила его опять потухнуть. Это напомнило о проблеме, которая ещё не решена. Шоу завтра, как лучше всего начать разговор об этом? Руи два года ходил с невыносимым чувством вины. Каждый поцелуй Цукасы, проходящийся по его телу, должен был приносить исключительно положительные эмоции и тёплые чувства. Однако мальчик снова вспоминал о том, что сделал. Это грызёт его.       И вот, сейчас Тенма не может терпеть его ревность, которая, обычно, руководит всеми процессами внутри Камиширо. Она не появляется из неоткуда, как раньше. Юноша пропитан этим чувством, у ревности определённо есть свой запах. И он точно не сладок.       — О чём задумался? — Акияма всё это время не отпускал друга из своих объятий. Тот практически лёг на чужие колени, пока его волосы неторопко перебирали тёплые, тонкие пальцы.       — Завтра выступление, Цукаса-кун сказал, что после него мы всё обсудим.       Откуда-то сверху послышался вздох. Вышел он каким-то напряжённым. Мизуки снова принял чужую проблему за свою.       — Я понял, ты не знаешь, как объяснить свою ревность и не наговорить лишнего? — механик кивнул головой, — что ж. Смею предположить, ты думаешь сейчас, что выкрутишься перед ним, после чего продолжишь ревновать его, как будто вашего разговора и не было вовсе?       Руи в ответ на это лишь промолчал. Акияма попал в яблочко.       — Хочу сказать, что так ты разрушишь отношения. Тебе нужно меняться. И не только на словах, Руи. Ты и сам прекрасно понимаешь это, однако действовать не хочешь.       — А как мне избавиться от этого чувства?       Пусть парень и раскаивается – первый год их отношений у него чесались руки снова кого-то убить. Видеть практически каждый день, как кто-то подходит к твоей звёздочке – невыносимо. И именно по этой причине мальчик не перестал следить за блондином изо дня в день.       — Смотри. После последнего вашего с ним разговора, Цукаса же пошёл к Нене, я прав?       — Да.       — Ты не пошёл следить за ними, тебя это, по твоим словам, даже не особо волновало. А теперь сделай вывод.       Камиширо повернул голову, взглянув на говорящего в приглушённом свете настольной лампы, всё ещё лёжа на коленях.       — Я перестаю ревновать его…?       — Верно! Я думаю, это прогресс.       — А не уходят ли мои чувства к нему?       — Руи, любить человека, это не значит, что ты должен контролировать каждый его шаг и ревновать даже к солнцу за окном, понимаешь?       — Тогда что на меня повлияло…?       Мизуки на время задумался, произнеся протяжное «хм-м-м». Действительно, а как так получилось? Целых два с чем-то года ревновал, а тут вдруг ситуация начала меняться?       — Я думаю, что ты стал увереннее в себе.       Глаза другого юноши расширились. Увереннее в себе?       — Тебя окружают люди, которые любят и принимают тебя таким, какой ты есть. Цукаса, Эму, Нене, я. Ваши выступления вызывают у людей громкие аплодисменты и улыбки, твоё творчество, твои идеи и тебя самого любят. Конечно же, ты начал чувствовать себя намного лучше, а ревность твоя изначально была вызвана чувством неуверенности в себе, всё изменилось сейчас!       В давно потухших глазах вспыхнул огонёк. Ему казалось, он всегда там был. Может, так и есть, однако приобрёл он его пару мгновений назад. Друг смотрит на него сверху вниз, Камиширо подрывается, чтобы обнять его.       — Ты и правда… моя родственная душа, Мизуки-кун.       В ответ на это названный по имени опешил, но мысленно согласился с ним, обняв Руи в ответ. Этот момент не требовал много слов, есть ли в них смысл, если они уже всё сказали? Объятия греют лучше любого камина в рождественскую ночь.       Несмотря на всю лёгкость ситуации, которая теперь была прояснена, голову механика забили тысячи разных мыслей. Это не было чем-то удивительным, всё-таки, ему пару минут назад раскрыли глаза. Невольно от такой формулировки вспоминается тот самый случай два года назад…       — Руи, ты убил человека. Ты прекрасно знаешь об этом, да? Нет, не знаешь. Ты не осознаёшь этого. Ты вообще задумывался об этом? Я всегда был рядом, всегда поддерживал, но это убийство. Это невозможно принять. Да, я тебя поддержал, в чём раскаиваюсь. Я мог вразумить тебя ещё тогда, в тот вечер.       И это осознание было самым ужасным. После него Руи не хотелось ничего. Голова не думала, глаза нервно бегали по ящику с таблетками на кухне, а оледеневшая рука коснулась нужной баночки. Всё, что помнит мальчик с того дня. Всё остальное будто в тумане. И если бы не его золотая звёздочка, которая сильно разволновалась… Камиширо бы тут не сидел.       И до сегодняшнего дня Руи думал, что так было бы лучше. Что он не заслуживает Цукасу и всех остальных в этом мире. Может, такие мысли всё ещё будут наведываться к нему, однако Тойя бы не был рад расстроенному Тенме. Это единственное, что сможет искупить вину. На большее он не способен.       — Надеюсь, теперь ты знаешь, что говорить завтра? — Акияма подмигнул, отстранившись от парня.       — Знаю. Спасибо тебе, Мизуки-кун.

***

      — Что?!       Правда начала вскрываться так же быстро и неожиданно, как механик влетел в гримерку перед выступлением. Несмотря на то, что разговор должен был состояться после него, одного юношу это, похоже, не очень-то и волновало…       — Погоди, ты хочешь сказать, что можешь просто так влетать перед важным событием со словами «я должен извиниться перед тобой и кое-что сказать»? Нет, не можешь! — Цукаса отложил в сторону кисточку, которой смахивал пудру со своего лица всего минуту тому назад.       — Прости, но ты не подумал о том, что нам будет крайне тяжело играть на сцене вместе, если мы в ссоре?       — Кто сказал, что мы в ссоре? Просто произошли недопонимания, которые устранить надо после шоу, а не перед ним. Теперь моя голова будет забита мыслями о тебе, я не смогу сосредоточиться!       Камиширо тихо выдохнул и закрыл за собой дверь. Их мнения разошлись, однако Руи всё равно выиграл – Тенма не уйдёт от разговора, только если внезапно убежит куда-то далеко в лес. Но механик бы и оттуда его достал, чтобы поговорить, так что в этом попросту бы не было смысла.       — Цукаса, послушай… — мальчик всё ещё не отошёл от двери. Но даже отсюда блондину было видно, как тот нервно закусывает нижнюю губу, отчаянно пытаясь сконцентрироваться на том, что ему нужно произнести вслух прямо сейчас. — Я знаю, ты явно раздражён моим поведением. Я веду себя как ребёнок, который думает только о себе.       Тенма пока совсем не понимает, к чему он клонит. Да, ему действительно порядком надоел тот факт, что Руи пытается контролировать его. Он чувствует себя временами загнанным в клетку от этого, потому что любит юношу и уходить от него не хочет.       — Я действительно очень сильно ревновал тебя. Это проявлялось ещё в средней школе, когда мы только подружились. Я тогда не придавал особого значения этому, я думал, что так люди любят, и это правильно.       Парню жаль, что он не может сказать всё без утаек. Паршиво на душе от того, что он не может быть полностью честным с таким близким человеком, как Цукаса. Для него было важно, чтобы его приняли и полюбили настоящего. Но только никому, кроме Мизуки, Камиширо не в силах показаться таким, какой он есть на самом деле. Хочется вновь сдаться и умереть, но слова Акиямы глубоко засели внутри. Нужно продолжать жить дальше, и всё, что он может сделать для этого мира – подарить им тысячи улыбок и эмоций, сияя своим актёрским мастерством на высокой сцене. Юноша не достоин там стоять, как яркая звезда, вроде Цукасы. Эта сцена – его обязанность.       — Но зачем? Вернее, я могу понять, почему это случилось, если составлю логическую цепочку. Ты был очень неуверен в себе, так?       — Так. Это и спровоцировало мою ревность. Но недавно я, наконец-то, открыл глаза. Я больше не чувствую неуверенности в себе, ревность не так сильно терзает меня. Я не знаю, сможешь ли ты поверить мне, ты не обязан этого делать.       Светловолосый был очевидно потрясён этой речью. Зная Руи, ожидать можно было чего угодно. Это тронуло Цукасу до невозможности, в словах его читалась любовь и искренность. Это ни с чем не спутаешь. Тенма слышал эти же сладкие ноты в моменты, когда двое уединялись где-то, чтобы подарить друг другу капельку чувств нежными прикосновениями друг к другу.       — Сравнивая тебя с тех времён, и тебя сейчас, я вижу много изменений в лучшую сторону. Ты не ведёшь себя как тот, кто зажат и боится самого себя, — у Тенмы нет времени на раздумья. Даже если он может попросить подумать над словами мальчика, этого не хватит. — Я рад слышать, что ты наконец понял это. Хочу быть честным, это было больно…       Камиширо ожидал этих слов, а потому ни капли не удивлён. Только вина грызёт его изнутри, это всё, что он чувствует, помимо желания прижаться к говорящему всем телом и никогда не отстраняться. Ему предстоит выслушать всё, может, Руи и это воспримет, как своё наказание.       — Я видел, как мои новые знакомые исчезают один за другим, это было даже страшно, временами. Я ощущал чужой взгляд на себе по дороге домой, и лишь пару раз всё же догадывался, кто идёт за мной. Я не устраивал скандалов, просто делал вид, что подумал, что ты хочешь прогуляться со мной.       Механик помнит. Это происходило несколько раз, по неосторожности юноши, который преследовал. Но по Цукасе тогда нельзя было сказать, что он обо всём догадался. Только некое напряжение витало в воздухе, о чём Руи пытался не думать.       — Мне было страшно иногда оставаться с тобой наедине. Но я делал вид, что всё в порядке. Вспоминая это всё, я понимаю, что на сегодняшний день ситуация улучшилась, и сейчас мы говорим о проблеме открыто. Я хочу верить тебе, Руи.       Сердце вдруг закололо. Как же, всё-таки, невыносимо тяжело слышать эти слова от парня напротив. Его пальцы вжались в деревянный стол, а губы поджались. Ему тоже тяжело, намного больше, нежели тяжело Камиширо.       — Прости, звёздочка, я не понимаю, чем заслужил тебя.       — Нет, не говори так. Я изначально полюбил тебя в средней школе, ты знаешь, почему. Настоящий ты проявляешь себя рядом со мной постоянно, мне никогда не нужны были твои идеальные маски, эти слова принадлежат и тебе тоже, помнишь?       Действительно, Руи говорил то же самое, вроде, на первом году старшей школы? Цукаса тогда впервые решился пойти на прослушивание, однако успехом это событие не увенчалось. Парень совсем не знал, как представлять себя, на этом всё и закончилось. Тогда механик решил выступить в роли поддержки, но Тенма запротестовал, начав строить из себя самого сильного и непоколебимого. Долго этот образ перед мальчиком держать не вышло, эти же слова можно сказать и про слёзы блондина в тот вечер.       — Два дня назад, когда я пошёл к Нене, я ощутил свободу. Я давно не ходил к кому-то в гости один. Пускай, компания той, которая кишит прямолинейностью и подколами не очень-то приятна, мне было весело работать над ошибками вместе с ней!       Руи чувствует свободу тоже. Прямо сейчас, когда слушает всё то, что говорит светловолосый. Он освобождён от оков ревности. Юноша больше не испытывает её, хотя год назад после этих слов Камиширо бы закатил очень большой скандал.       — Я всегда любил и буду любить тебя, Руи.       Жаль, что ты не знаешь всей правды. Камиширо бы поверил во все слова блондина, если бы не это.       — Иди ко мне.       И он идёт, хоть ноги и не держат его вовсе. Валится на пол, прямо рядом со стулом, на котором сидит парень. Падает на колени и кладёт голову на бедро мальчика, который тут же наклоняется для того, чтобы оставить нежный поцелуй где-то в районе оголённой шеи.       — До выступления совсем немного, а ты ещё не переоделся…       Обычного осуждающего тона в этих словах не было. Лишь нежность, которой нет дела до привычного, громкого голоса мальчика. Она делает его совсем тихим, ласковым, моментально успокаивает Руи, который готов уснуть прямо здесь и сейчас, наплевав на остальные заботы.       — Давай подарим улыбки нашим зрителям вместе, моя звёздочка.       Я провёл тебя до самого дома, дверь захлопнулась, а я счастлив, что могу просто быть за этой же захлопнувшейся дверью рядом с тобой.