Гробница зла

      После примирения и вечерней трапезы, Натсуми помогла Сукуне правильно расстелить футон, и отвела его к горячим источникам, тем, что расположены недалеко от комнат учеников. Она выдала мальчику чистую одежду, в которой он мог сразу лечь спать, и оставила наедине с водой и купальными принадлежностями, велев как следует отмыть свои волосы. Из-за своего образа жизни Сукуне не было дела до внешнего вида волос, поэтому он и мыл их нечасто, и стриг кое-как – в одном месте ровный короткий срез, в другом месте торчит отросший спутанный локон.       Горячий источник для учеников разделён высокой плотной перегородкой: одна половина для мальчиков, другая для девочек. Натсуми показала Сукуне, какими средствами он может помыть волосы и всё остальное тело, и ушла на свою половину источника, чтобы провести те же самые процедуры над собой.       После купания они пожелали друг другу хороших снов и разошлись по своим комнатам.

***

      Утро. Первыми проснулись птицы, обозначая своё присутствие мелодичным пением, встречая рассвет. Ещё не успело дневное тепло сменить ночную прохладу, как молодая шаманка уже надела своё ученическое чёрное кимоно и заплетала свои волосы в длинную косу, сидя перед открытой шкатулкой с мелкими украшениями, внутри которой находится зеркальце. Оно не очень большое, но в нём возможно рассмотреть лицо полностью, и этот вид просто очарователен: тёмно-фиолетовые глаза Огавы всё ещё выглядят сонными; полоски от волос на щеке, которые отпечатались на светлой коже во время сна, почти полностью исчезли; тонкие губы слегка приоткрылись, чтобы напеть приятную мелодию из детства.       Натсуми, в отличии от Сукуны, живёт здесь давно, и её комната оснащена всеми удобствами. Тумба с ящиками, за которой она сейчас сидит на табуретке, заполнена свитками о проклятиях, известных шаманах, разных техниках, и свежих открытиях в области манипуляции проклятой энергией. В центре комнаты стоит котацу, а возле него лежит один дзабудон, которым девушка пользуется на постоянной основе и уже не убирает в шкаф. Стенной шкаф точно такой же, как и в комнате Сукуны, только у Натсуми он заполнен бо́льшим количеством одежды и другими мелочами. В углу стоит простенькая ширма для переодевания.       Девушка закончила приводить свои волосы в порядок, закрыла шкатулку и посмотрела на стену, в сторону, где всю ночь висела её драгоценная катана.       — Ну что, пойдём будить братца или сначала разомнёмся? – Натсуми спрашивает так, будто оружие действительно может дать ответ. И не без оснований.              Катана начала неоднозначно стягивать проклятую энергию вокруг себя, то ли протестуя новому контакту с «братцем», то ли соглашаясь на утреннюю тренировку.       За долговременный срок владения этим оружием Натсуми научилась понимать его по таким манипуляциям энергией, но иногда всё равно случается так, что она не может расценить его выходки верно. Если ситуация не критична или мнение меча необязательно, Натсуми просто продолжает вести «разговор» в одиночку.       Она подошла к катане и осторожно сняла её с держателей, перевесив к себе на пояс.       — Я понимаю, чем он тебе не нравится, но постарайся к этому привыкнуть.       Энергия вокруг катаны ворчливо задрожала в ответ на слова девушки.       — Вредина… – Натсуми покрепче затянула пояс с ножнами на себе и, покинув комнату, сразу направилась к Сукуне.              По дороге она зашла в одну из пустующих комнат, чтобы найти там одежду для мальчика, в которой он сможет выйти на улицу. Предыдущий ученик давно покинул школу и был бы не против поделиться рубахой с товарищем. Добрый был малый... Натсуми не задерживалась в этой комнате – взяла всё, за чем пришла, и сразу вышла наружу.       Девушка была уверена, что Сукуна ещё спит, поэтому старалась открыть дверь в его комнату как можно тише, но, оказалось, она ошиблась.       Мальчик лежит на спине, положив верхние руки под голову, а нижние сложив на животе. Как только он услышал скрип двери, сразу открыл все глаза и посмотрел в сторону звука. Сукуна привстал на нижней паре рук, когда увидел, что это вошла его сенпай, и сильно вытянул другую пару рук вверх, потягиваясь после долгого лежания в одной позе.       Спальная одежда, которую она дала ему вчера, рассчитана на нормальное тело с двумя руками, поэтому в рукава была продета лишь верхняя пара его конечностей, в то время как нижняя торчала наружу из открытого запа́ха. И всё-таки он полностью покрыт рисунками, они есть не только на его лице и руках. Натсуми вчера как-то вскользь обратила на это внимание.       Катана попыталась вытянуть из девушки немного проклятой энергии, чтобы обезопасить себя в случае драки, но Натсуми изолировала от неё все свои потоки и прижала ножны к ноге, выражая недовольство.       — Давно ты проснулся? – с мягкой улыбкой поинтересовалась сенпай.       — Да. – быстро отозвался Сукуна.       — Выспался?       — …да. Я мало сплю. – сложно насладиться приятными сновидениями, когда ты привык просыпаться от каждого шороха в чьём-нибудь сарае.       — Это очень плохо, братец, впредь тебе нужно будет очень много сил.       — Тц… – опять она с этим мерзким обращением. Он закатил глаза и отвернулся в сторону сёдзи.              Натсуми подошла ближе к нему и передала обычную рубаху и штаны, которые взяла по дороге.       — Это временный вариант, специальную форму для тебя пошьют позже. Для начала должно подойти… – всё-таки эти вещи носил парень постарше, так что размер, скорее всего, не подойдёт.              Сукуна, немного замявшись, принял свою новую одежду.       — Спасибо…              Сенпай улыбнулась ему.              — Как только переоденешься – выходи на улицу. Я расскажу про основы и мы начнём тренировку.              Мальчик молча кивнул на её слова, продолжая смотреть на одежду в своих руках, и Натсуми тактично покинула комнату.       Сукуна поднялся со своего футона и размял затёкшую шею. Развернул рубаху и рассмотрел её. Пусть она из грубого материала, пусть она велика ему, но она чистая и целая. Ещё вчера он и подумать не мог, что такая роскошь может достаться просто так – тебе принесут её лично в руки!       Мальчик переоделся, всё так же не запахну́в края одежды, и туго подпоясав штаны, края которых он сильно подвернул, чтобы они не волоклись по земле. Конечно, было бы проще оторвать лишнюю длину, как он делал всегда, но портить эти вещи ему не захотелось. Вдруг сенпай опять начёт отчитывать…сейчас это последнее, чего бы ему хотелось.       Натсуми сидит во дворе прямо за пагодой, Сукуна услышал её негромкий голос. С кем она там разговаривает?              — Он не опаздывает, успокойся уже. И чего ты такой разговорчивый сегодня? На тебя не похоже.              Мальчик незаметно выглянул из-за угла, но не увидел никого рядом с девушкой и не услышал предполагаемого ответа её собеседника.              — Ну всё, что ты сейчас собрался…       — Сенпай? – позвал Сукуна, выйдя из своего укрытия.       — А! – Натсуми быстро повернулась к мальчику. Вслед за её движением раздался звук меча, который резко вставили в ножны, этот металлический звон ни с чем не спутаешь.              Сукуна уставился на Огаву, слегка наклонив голову вбок, вопросительно сведя брови к переносице.       Девушка поднялась на ноги, отряхнула своё кимоно и сложила руки за спиной.              — Всё-таки эта одежда слишком большая для тебя. – она покачала головой, глядя, как рубаха болтается на уровне колен мальчика. – Можно подыскать тебе что-нибудь другое, но…       — Мне и так нормально. Давай начнём тренировку. – ему уже не терпится стать сильнее, а такие неудобства, как одежда, давно его не волнуют.       Он с горящими от предвкушения глазами смотрит на сенпая и гадает, что же она расскажет сегодня. За вчерашний день Сукуна успел понять, что она знает очень много интересного, и что ему действительно понравилась её слушать. Хотя затянутые объяснения быстро нагоняют на него тоску.       Девушка вздохнула, опять ученик перебил её. Но когда он с таким неподдельным интересом смотрит на неё, она не может не закрыть глаза на эту оплошность сейчас. Отчитать всегда успеет.       Натсуми начала в простой форме объяснять то, как проклятая энергия протекает в теле шамана, и как этим нужно пользоваться.              — У каждого шамана, помимо проклятой энергии, имеется проклятая техника. У отдельных людей техники различаются между собой как по своей форме и способам применения, так и по уровню силы. Если она достаточно сильна, то вполне возможно, что она будет передаваться по наследству следующим поколениям – так образуются магические кланы. – в этот раз Огава старалась не отходить от темы. Ещё вчера она бы сразу начала рассказывать о нынешних кланах и выдающихся шаманах в отдельности, но сейчас старается не повторять своей ошибки. Учитель тоже иногда говорит об этой её привычке…может постепенно получится отучить себя от такого.       Натсуми прервала свою короткую лекцию, и спросила, остались ли у Сукуны вопросы.       — Да!       — Спрашивай.       — Какая техника у тебя?? – дополнительная пара глаз Сукуны с большим любопытством зыркает на чёрные ножны катаны, весящей на поясе девушки. Он уверен, что её техника очень крутая, раз связана с оружием.       Девушку очень умиляет его поведение, она тепло улыбнулась и положила ладонь поверх рукояти.              — Увы, моя врождённая техника никак не связана с боевыми искусствами. – опережая дальнейшие расспросы, она добавила. – Я умею исцелять раны. Меч мне нужен больше для самозащиты, нежели для нападения.       Способности Натсуми безусловно необходимы во время опасных миссий, но если товарищи постоянно будут отвлекаться на её защиту, то могут поставить под угрозу выполнение этих самых миссий. Помимо постоянных тренировок, уверенности в безопасности Натсуми придаёт и сама катана, которая является высокоуровневым артефактом.       Специфика этого меча заключается в том, что он очень чутко реагирует на проклятую энергию. Для полного раскрытия его потенциала шаман должен чувствовать потоки своей проклятой энергии так же явно, как он ощущает свои руки и ноги, а также обладать обширной фантазией и импровизацией в бою.       Натсуми далеко не сразу разобралась во всех тонкостях, но сейчас количество тузов её рукаве возрастает с каждой непредвиденной ситуацией, в которую она попадает. Так Огава однажды придумала способ, как быстро закончить погоню – пустить энергию по катане, она сконцентрирует её в единый мощный поток, который при ударе о землю отразится от неё с огромной силой, подбросив владельца на нужные высоту и направление. Но у катаны есть один секрет, о котором знают очень немногие...       Сукуну, кажется, чем-то расстроил ответ сенпая. При их первой встрече она показалась ему потрясающе сильной, раз смогла отразить его атаку.       — Так и моя техника может оказаться бесполезной? – мальчик опустил взгляд себе под ноги, растеряв прежний запал, и начал ковырять нитки на рукаве.       Натсуми на миг возмущённо подняла брови. «И моя техника может оказаться бесполезной»??? Из катаны вырвался короткий и слабый импульс проклятой энергии, будто она усмехнулась мыслям девушки.       «Маленький паршивец, да я тебя…»       Огава кашлянула в кулак, обращая на себя внимание.              — Насколько я поняла, твоя техника как нельзя лучше подходит для боя, так что убери эту досаду с лица. Если ты вдруг забыл, то вчера ты одним движением разрубил несколько древесных стволов, а это только начало пути твоего развития в магии.              Глаза Сукуны вновь запылали восторгом и интересом, кулаки в предвкушении сжались на всех руках.       — А, так ЭТО техника! Я думал, что это просто энергия!       Натсуми даже немного позавидовала его лёгкости в использовании своих способностей. И тут же приуныла, ведь не смогла объяснить Сукуне разницу между этими вещами.       — Да…но это не значит, что тебе не нужно тренировать тело. – Огава пошла в сторону входа в пагоду, который находится на противоположной стороне здания. – Я принесу деревянные мечи, а ты подожди меня здесь. Никуда не уходи, понял?       «Сейчас ты увидишь какая я «бесполезная», наглец».       — Ага. – отозвался мальчик, занятый изучением тренировочного поля взглядом.       Девушка скрылась за углом, быстро шагая и слегка задрав подбородок.       Сукуна тоже больше не стоял на месте, он обошёл всё тренировочное поле вдоль и поперёк за короткое время. Вчера вечером из-за темноты оно показалось ему куда больше.       Пока он стоял и разминался перед тренировкой, внезапно ощутил неладное чувство. Будто кто-то сверлит его взглядом. Сукуна обернулся, но никого не увидел. В эту же секунду за его спиной раздался громкий звук, будто человек спрыгнул с небольшой высоты.       — Ты откуда выполз, чудик? – раздался неприятно надменный голос, принадлежавший, судя по всему, молодому парню.       Сукуна тут же повернулся лицом к нему, быстро отпрыгнул назад и приготовился к атаке.       Перед ним стоял очень высокий молодой человек со слегка растрёпанными пепельными волосами, пара прядей которых ровными дорожками свисала с его плеч до самой груди. Мягкие и ровные черты лица вкупе с ярко выраженными скулами придают парню нежного очарования и выдают принадлежность к знатной крови. Это может подтвердить его кимоно фиолетового цвета с красивым покроем, даже Сукуна знает, что такой наряд стоит очень дорого. Не говоря уже о цене украшений в его ушах и на шее. Возможно руки его тоже украшены какими-то кольцами или браслетами, но парень завёл их за спину.       — Ты ещё и глухой? Я задал вопрос. – богач выглядит предельно невозмутимым, он никак не реагирует на боевую стойку собеседника. Лишь продолжает рассматривать его руки и лицо, надменно глядя сверху вниз своими глазами светло-янтарного, почти жёлтого, цвета с тёмной чёткой границей по краям радужки. Они сами по себе источают холодное спокойствие, будто это ореолы ярких звёзд на ночном небе.       Сукуна поморщился, глядя на его лицо, его раздражает буквально всё в нём. Особенно этот самодовольный паршивый тон, с которым он говорит. С какой стати он вообще к нему прицепился?! Бесит! Мальчик уже собрался атаковать эту сволочь, но услышал быстрые шаги за своей спиной и звонкий голос Натсуми.       — Сенпай, с возвращением! – она бросила на землю тренировочные мечи и налетела на этого парня с объятиями. Сначала Сукуна раскрыл рот от удивления, а затем его лицо приняло выражение, сочетающее в себе недовольство и непонимание. Чего это она так радуется какому-то подонку!?       Тот парень слегка поджал губы и прикрыл глаза, будто делает девушке одолжение своим терпением и позволением обнять его. Совсем скоро он глубоко вздохнул и снова заговорил, но уже более добродушным тоном, не то что до этого.       — Натсу, отойди. – он легонько похлопал её по плечу, поторапливая с выполнением его просьбы. Как Сукуна и предполагал, на его руках тоже есть украшения, только очень странные – они полностью покрывают длину всех его пальцев и заостряются к концу, имитируя острые серебряные когти.       Натсуми действительно сразу отпустила его. В её глазах блестит неподдельный интерес, с губ не сходит широкая улыбка, а вопросы быстро и без остановки атакуют парня.       — Как прошла миссия? Вы не поранились? Там было много проклятий? Насколько сильных? Вы встретились с именитыми шаманами? А вы были у–       Он сухо перебил её, с презрением покосившись на Сукуну.       — Лучше скажи мне, что это здесь делает? – он одарил её своим холодным взглядом, от которого сразу хочется начать искать оправдания. – Ты опять вернулась к привычке таскать сюда беспризорников? Я-то думал, что давно отучил тебя от этого. – парень скрестил руки на груди и ждал её объяснений, раз во время его отсутствия случилось нечто подобное.       В детстве Натсуми действительно часто приносила в школу бродячих щенков, кошек и раненых птичек, но сравнивать их с Сукуной уже как-то чересчур!       Девушка насупилась и тоже скрестила руки на груди, чтобы придать себе такой же влиятельный вид, как у этого парня. Один уголок его губ слегка поднялся вверх, глядя на такую жалкую пародию.              — Камимура, это наш новый кохай, так что сделай одолжение, будь поприветливее.              Ухмылка сразу исчезла с его лица, а правая бровь поднялась настолько высоко, что солнце и луна позавидуют.       — Да что ты. И кто же принял решение брать сюда маленькие ошибки природы? – он бросил на Сукуну снисходительный взгляд, а на лице медленно растянулась и застыла улыбка, изображающая доброжелательность.       — Я всё ещё не услышал твоего имени.       —  Пошёл ты. – мальчик показал ему язык и пальцами оттянул вниз нижние веки обоих глаз с левой стороны лица. У него уже давно руки чешутся ударить этого Камимуру, но возможность позлить его тоже хороша.              — Хах, знакомое имя, где-то я его слышал. – сенпай Натсуми приподнял голову и посмотрел в небо, делая вид, что предаётся воспоминаниям. – О, точно, как я мог забыть! – он щёлкнул пальцами, улыбнулся гораздо шире и перевёл надменный взгляд обратно на Сукуну. – Один шаман представился мне подобным образом совсем недавно, а сейчас борется за свою жизнь где-то в лесу с проклятиями~.       — Сенпай, в каком месте это «приветливость»!? – Натсуми не стесняясь повысила на него голос, чего обычно не позволяет себе при общении со старшими. Сейчас бы она с такой же резвостью начала укорять его в таком грубом поведении, но тут её катана забила тревогу. Огава сразу же обратила внимание на Сукуну.       Каждый его кулак был сжат до хруста в пальцах и дрожи в руках, проклятая энергия, выходившая наружу, искажает воздух вокруг него своей силой, а его зубы были стиснуты настолько, что, казалось, могут треснуть в любой момент.       Натсуми не успела ничего сказать, её опередил Камимура.       — О, прекрати, я сейчас умру от страха... – он произнёс это монотонно, подчёркивая своё безразличие, что стало последней каплей для Сукуны. Он нанёс одновременно четыре резанных атаки и тут же рванул на него вслед за ними, чтобы собственноручно разбить лицо высокомерной дряни!!       Но когда он сделал несколько шагов – ни Камимуры ни Огавы не оказалось на этом месте. За его спиной послышался огорчённый вздох.              — Мог бы двигаться ещё медленнее, сопляк, у меня же так много времени, чтобы носиться с тобой туда-сюда.              Сукуна резко развернулся и округлил глаза от удивления – его цель сейчас стоит очень далеко от того места, где находилась буквально мгновенье назад. И стоит этот белобрысый подонок, обняв стоящую перед ним Натсуми за плечи своими длинными изящными пальцами-когтями. Теперь, когда они стоят настолько близко, можно чётко понять, что парень оказался на полторы головы выше Огавы.       Лицо Камимуры ничуть не изменилось, а вот Натсуми приложила руку к своему лбу и рассеянным взглядом пялилась куда-то в землю.       — Сенпай...у меня же голова кружится от такого... – она потихоньку помотала головой и быстро смогла стоять на ногах сама.       — Не преувеличивай, тебя даже не стошнило. – по-доброму отозвался Камимура, невинно улыбнувшись подруге. Затем он бросил на Сукуну взгляд, полный немого осуждения, и вновь заговорил своим заносчивым тоном.       — А ты что хотел сделать своими хлипкими ручками, паршивец?       Натсуми хоть и начала стоять сама, но парень всё ещё продолжал обнимать её за плечи. Его пальцы сжались чуть сильнее, а глаза немного сузились.       — До меня ты в любом случае не сможешь добраться, а вот Натсу сейчас могла пострадать. Ты хоть немного думаешь, прежде чем делаешь, или у тебя гнилая дынька вместо головы?       — Ради всего святого, сенпай, замолчите... – тихо вклинилась в разговор девушка.       — Разве я в чём-то не прав? – Камимура вопросительно поднял бровь. – Или ты хочешь спускать ему с рук такие выходки?       — Ну правда, Фумисато, хватит ругаться! Только вернулся и уже спровоцировал драку, как так можно! – из дверей библиотеки вышел учитель и направился прямиком к шумной троице.       Камимура отошёл от Натсуми в сторону и поклонился старику.       — Я не сделал ровным счётом ничего, учитель.       — Знаю я, как ты ничего не делаешь. – пожилой мужчина отмахнулся на его слова и взял Сукуну за плечо.       — Ты тоже хорош, юноша! Зачем нападаешь на товарищей??       — Он меня бесит! – скорчив нос прошипел мальчик и скинул с себя руку учителя. А старик залился громким смехом.       — Ахахахахах! Да уж! Он парень с характером! – он смеётся, а сам похлопывает Сукуну по голове. Это его тоже бесит!              Камимура приподнял бровь, наклонился к Натсуми и тихо прошептал возле её головы.       — Он уже пил сегодня?       — Я не видела. – так же тихо прошептала девушка.       — Кхм-кхм! Я хоть и в возрасте, но слышу всё прекрасно!       Они резко выпрямились и опустили головы.       —  Простите! – произнесли в один голос       —  То-то же. – старик с довольным видом провёл рукой по своей бороде.       Сукуна непонимающе смотрел то на него, то на своих сенпаев. В особенности на Фумисато. Только что строил из себя невесть что, а сейчас покорно склонил голову? Вот так зрелище! Он самодовольно улыбнулся, наблюдая за его покорностью, и даже ехидно усмехнулся.       Учитель тем временем поднял с земли пару деревянных мечей, которые обронила Натсуми в порыве радости, и отряхнул их от пыли с земли.       — Разве можно так с оружием обращаться? Пусть и с поддельным. – он подбросил их в воздух и они исчезли, объятые белым пламенем. Сукуну так заворожило это действо, что он напрочь позабыл о своём плохом расположении духа.       — Нельзя... – неловко ответила девушка.       — Ну да ладно, сегодня вам это и не понадобится.       Старшие ученики растерянно переглянулись между собой, чувствуя неладное.       Довольный тем, что он озадачил молодёжь, старик поспешил их обрадовать.       — Сегодня вечером вы отправляетесь на миссию, можете собирать вещи!