Холодное тёмное солнце.

На следующий день Феликса разбудил прекрасный аромат из кухни. Парень посмотрел на часы — 11:15. Он проспал почти до обеда?! Снова пропустил учёбу, юноша уже больше недели толком не посещал занятия из-за неразберихи, захватившей его жизнь (хотя, по сути, уже с пяти лет), только передавал выполненные задания с Ричем. Он вяло сполз с кровати и потащился на кухню. Там его ждал Джесс, стоящий в одних боксерах, колдующий над сковородкой. Приятный аромат ушёл на второй план, теперь взгляд парня был прикован к полуобнажённому телу. Молочная кожа светилась на солнце, подтянутые мышцы спины перекатывались от ловких движений рук, длинные стройные ноги то и дело приподнимались на носочки, от чего икры красиво очерчивались острым контуром, а когда юноша чуть поворачивал корпус в сторону Феликса, тот мог увидеть подтянутый торс с аккуратным рельефом мышц. — Нравится любоваться мной? — Ехидно подметил Джесс, не отрывая взгляда от готовки. — Что? Как ты…? — Нервно заикнулся Феликс, покрываясь лёгким румянцем. — Я слышал, как ты шуршал одеялом, а потом лёгкие звуки босых ног, явно же сюда прокрался. — Довольно ухмыльнулся парень, размешивая что-то в миске. — Почему не разбудил меня? — Поспешил перевести тему юноша. — Ты был вымотан, хотел, чтобы ты подольше отдохнул. Улыбка проскользнула на лице Феликса, он подошёл к Джессу и легонько поцеловал в щёку. Рука парня, взбивающая что-то в миске, остановилась. Он резко притянул юношу к себе, обняв за талию, и поцеловал. Поцелуй был аккуратный, но настойчивый, от этого напора все мысли разом покинули голову, Джесс немного прикусил нижнюю губу парня, затем провёл по ней языком, как бы заживляя. Ноги Феликса опасно подкосились, но партнёр придержал его. Оба нехотя отстранились. — Ты чего так резко? — Смутился Феликс, кончиками пальцев коснувшись припухших губ. — Просто захотел… — Уклонился Джесс, возвращаясь к готовке. — Давно хотел спросить, чем это так вкусно пахнет? — Я готовлю омлет по собственному рецепту: с зеленью, грибами, курицей и сливками. — Гордо заявил парень. — Ого, звучит аппетитно! — Восхитился юноша, заглядывая в сковородку через плечо Джесса. — Эй, подожди немного, скоро будет готово! — Слегка подталкивая бёдрами Феликса, парень закинул зелень в скворчащее блюдо. Феликс звонко засмеялся и сел за стол, дожидаясь конца «адской» кухни. Через пять минут Джесс поставил перед ним тарелку с чудесным блюдом, украшенным сверху петрушкой. — Выглядит обалденно! — Оценил парень, отламывая вилкой воздушный кусочек. — Ммм, чёрт, на вкус ещё обалденнее! — Ешь, не торопись. — Мурлыкнул, довольный реакцией, Джесс. После вкусного завтрака, парни решили вместе помыть посуду. Работы было немного, но они растянули её на час, отвлекаясь на разговоры и обрызгивание водой. Мыть посуду вдвоём гораздо веселее! — Эй, я стою у крана, так что не зли меня! — Смеясь и тряся мокрой тарелкой пригрозил Феликс. — Да? Ты забыл, как легко я могу тебя поднять и перенести, котёнок? Тогда у крана буду я, и это будет гораздо опаснее. — Вкрадчиво ответил Джесс, косо поглядывая на парня. — Не называй меня «котёнком». — Беззлобно предупредил юноша, сверкнув медовыми глазами. — А как мне тебя называть? — Джесс повернулся к Феликсу и начал медленно, словно тигр, красться к нему. — По имени… — Немного завис парень, глядя, как «зверь» надвигается на загнанную «добычу». — Джесс…? — Золотисто-зелёные глаза опасно блеснули, дыхание стало рваным. — Да? — Прошептал юноша, прижав Феликса к кухонной стойке, не отводя от него взгляд. Парень приготовился обрызгать противника из тарелки, зажатой в руках, но Джесс перехватил его руку и нежно провёл пальцами от запястья до кисти, вынимая из неё импровизированное оружие и швыряя в раковину. Посуда звонко «закричала». От неожиданности глаза юноши расширились и он вжался поясницей в столешницу, в упор глядя на «разъярённого тигра». -… Феликс… — Прерывисто прошептал Джесс, касаясь большим пальцем нижней губы парня. Феликс непроизвольно прикусил место касания, и тормоза Джесса отказали окончательно. Он резко впился поцелуем в пухлые губы юноши, положив руки на кухонную столешницу. Оказавшись в ловушке Феликс опешил, но быстро сориентировался и запустил тонкие пальцы в мягкие чёрные волосы, второй рукой слегка царапая кожу парня в области сердца. Нежный поцелуй превратился в настоящую бурю, Джесс с силой сжал край стойки позади поясницы Феликса, и она жалобно заскрипела. Поняв, что разумом управляют эмоции, а не здравый смысл, парень так же резко отстранился от юноши, заставляя того жадно ловить ртом воздух. Оба задыхались от переизбытка эмоций и нехватки кислорода в густом наэлектризованном пространстве, сердца бешено колотились в унисон, стремясь друг к другу навстречу. — Феликс, прости я… — Джесс боялся, что парень возненавидит его за этот порыв, но тот перебил. — Не останавливайся… — Прошептал Феликс, притягивая юношу ближе, цепляясь за его шею. Золотисто-зелёные глаза округлились, но Джесс был счастлив услышать эти слова. Он вновь пленил губы парня в свои, не давая даже вздохнуть. Сильные руки отпустили несчастную столешницу и перешли на хрупкое тело. Длинные пальцы коснулись мочки уха, по линии челюсти спустились к шее, а затем плавно скользнули к выпирающим ключицам, оттягивая вырез футболки. Мурашки пробежали по позвоночнику Феликса и он издал тихий стон в губы партнёра. Джесс на секунду отстранился, но только для того, чтобы посмотреть в медовые глаза, по-кошачьи сверкающие и умоляющие продолжить. Он нежно провёл большим пальцем по губам юноши, возвращаясь к поцелую. Рука, обнимающая тонкую талию, скользнула под футболку, проводя линию вдоль позвоночника. Ещё один жалобный стон… Феликс сильнее прижался к парню, теперь тонкая ткань боксеров явно мешала обоим. Почти не отрываясь от поцелуя Джесс стащил с юноши футболку, отбросив куда-то в коридор. Вскоре губ Феликса стало мало и парень начал осыпать поцелуями тонкую шею, ключицы, грудь, от чего юноша прогибался в спине и подавался навстречу нежному «граду», постанывая. Эти стоны распалили пламя Джесса ещё сильнее, он поднял Феликса за бёдра, заставляя обхватить ногами талию, и посадил его на кухонный стол. Стоявшие на столе чашки полетели на пол и разбились на миллион осколков. Джесс вновь прикусил нижнюю губу парня и провёл по ней языком, тот приоткрыл рот, подпуская юношу ещё ближе. Парни задыхались и уже почти лежали на кухонном столе, Феликс обхватил ногами талию Джесса, прижимая ближе. Джесс поддерживал спину юноши, а свободной рукой исследовал обнажённый торс, то и дело проскальзывая пальцем под резинкой боксеров, что снова и снова вызывало тихий стон. — Давай пойдём…ах… в спальню. — Прерывисто дыша произнёс Феликс. Повторять дважды не пришлось, Джесс подхватил парня на руки и пошёл в сторону комнаты. Дойдя до постели, он аккуратно поставил его на пол, давая шанс остановиться. Феликс нежно провёл кончиками пальцев по ключицам, затем груди, затем торсу и остановился у тонкой ткани чуть ниже пупка, давая понять, что не намерен останавливаться. Джесс шумно выдохнул от столь интимного прикосновения. — С огнём играешь. — Сдавленно прошептал он. — Считай, что я — раскалённые угли. — Ответил парень, смотря в золотисто-зелёные глаза, покусывая губы. Джесс вновь поцеловал дерзкого юношу, а потом опустился перед ним на колени. Феликс вздрогнул, когда холодные пальцы плавно стащили мешающую ткань, задевая бёдра. Джесс посмотрел на парня снизу в верх, худое лицо покрылось румянцем и юноша отвернулся, прикрывая его рукой. — Не закрывайся, я хочу изучить каждый миллиметр твоего тела. — Прошептал Джесс, поднимаясь с колен и аккуратно убирая руку с лица Феликса. Прозрачная кожа будто светилась, казалось, что юноша — прекрасная статуя. Парень вновь провёл рукой по тонкой шее и ключицам, вызывая волну мурашек, запоминая каждую деталь, затем прочертил линию вдоль груди, коснувшись твёрдого соска, чем спровоцировал новый стон, и нежно провёл пальцами по животу. Он полностью в его власти или всё же наоборот? — Повернись. — Прошептал Джесс в самое ухо парня, прикусывая мочку. Феликс медленно повернулся спиной к юноше, страшась неизвестности. Джесс провёл пальцами вдоль позвоночника, меж острых лопаток, напоминающих крылья ангела, по плавному изгибу спины и нежно коснулся крестца и подтянутых ягодиц. Феликс вновь издал тихий стон. — Ты прекрасен. — Прошептал Джесс, покусывая шею парня сзади, ведя пальцами по худому животу, спускаясь всё ниже, дразня чувствительное тело. Феликс повернулся к своему мучителю и жадно поцеловал, потянув на кровать. Джесс навис над юношей, сняв остатки ткани и отбросив в сторону. Теперь оба парня были полностью обнажены и каждое тело сгорало изнутри. Феликс запустил пальцы в волосы Джесса и прогнулся в спине, пока тот осыпал поцелуями грудь, живот, бёдра, дойдя до лодыжек он остановился и посмотрел на пурпурные следы от пальцев, оставленные мажором. — Этот урод… — Злобно прошипел Джесс. Юноша испугался, что он разозлится, но, вместо этого, парень нежно коснулся губами каждого синяка, пытаясь стереть эти грязные следы боли с худой ноги. — Джесс… пожалуйста… — Просил Феликс, протягивая руки к юноше, смотря на него затуманенным медовым взглядом. Джесс вновь навис над «хрустальным» телом и поцеловал раскрасневшиеся губы. Парень сходил с ума, но без подготовки было нельзя, иначе Феликсу будет очень больно. Он тихонько достал из тумбочки небольшой тюбик. — Когда это ты успел купить…? — Удивлённо воскликнул юноша, впившись золотым взглядом в упаковку. — Нужно быть готовым ко всему. — Улыбнулся Джесс, выдавливая прохладный гель на пальцы. — Да ты просто…! — Хотел возмутиться Феликс, но вскрикнул от неожиданности, прогибаясь в спине, когда длинный холодный палец проник внутрь. — Больно? — Переживал парень, остановившись. — Нет..., просто неожиданно. — Всхлипнул юноша. Джесс медленно двигал рукой, постепенно добавляя второй и третий пальцы, чтобы пропал дискомфорт, при этом целуя стонущего парня, лаская его бёдра, поглаживая живот, покусывая шею, оставляя небольшие фиолетовые пятнышки. Вскоре юноша вытащил пальцы, ловя недовольный стон партнёра, и лукаво улыбнулся, аккуратно разводя худые колени Феликса шире. — Скажи, если будет больно. — Прохрипел парень еле сдерживаясь. Феликс что-то невнятно промычал, затем вскрикнул и прогнулся в спине от неожиданного проникновения. Было действительно больно, но он в этом никогда не признается. — Прости, я вытащу?! — Встрепенулся Джесс. — Нет, … нет, … всё хорошо, … не останавливайся. — Задыхаясь прошептал юноша, цепляясь за простыни. Джесс не хотел причинять ему боль, хотя знал, что впервые это будет нестерпимо, поэтому входил медленно и осторожно, полностью это было сделать трудно, но как только парень хотел остановиться, Феликс подталкивал его к продолжению. Юноша хотел быть с Джессом, хотел быть единым целым сейчас, поэтому терпел всю боль, надеясь, что скоро она перерастёт в удовольствие. Постепенно Джесс оказался полностью внутри хрупкого тела, сначала дал привыкнуть, затем начал двигаться медленно и осторожно, следя за каждой эмоцией партнёра, благо смазка смягчала проникновение. Вскоре Феликс привык к движениям парня, боль постепенно утихала, появлялось новое более приятное ощущение и он уже сам подталкивал к наращиванию темпа, постанывая. — Феликс… поцелуй меня. — Джесс наклонился ближе к юноше, чтобы тот смог дотянуться до его искусанных губ. Феликс с трудом привстал на локтях и жадно поцеловал парня, резкий толчок и приглушённый стон сорвался с губ юноши прямо в поцелуй. -… Ах… Джесс… — Длинные тонкие пальцы оставляли красные полосы на спине партнёра, крепко цепляясь за неё. Всё же Джесс сдерживался в их первый раз. Быстрые толчки придавливали Феликса к кровати, поэтому приходилось поддерживать хрупкую поясницу. Громкие стоны заполнили комнату, пока не слились в единый, а затем перешли в прерывистое дыхание. Парни, тяжело дыша, рухнули на кровать, чтобы перевести дух. Джесс взял Феликса за руку и крепко сплёл их пальцы в замок, зарывшись второй рукой в бронзовые пряди, перебирая их. — Твоё сердце… так быстро бьётся. — Прошептал Феликс, положив ладонь на грудь парня. — Потому что ты рядом. — Улыбнулся Джесс, смотря в золотые глаза, полные трепета, крепче стискивая хрупкую ладонь. Юноша улыбнулся и коснулся щеки «зеленоглазого демона». Наконец парни усмирили дыхание и Феликс вдруг спросил: — Недавно ты говорил, что взял деньги оттуда, откуда сбежал. От кого ты бежишь, Джесс, кто тебя преследует? — Немного помолчав он осторожно продолжил. — Кто тебя избил? Парень заметно напрягся, вены на руках стали чётче, желваки яростно заиграли. — Ты можешь мне довериться, помнишь? — Тихо напомнил Феликс. — У меня была обычная семья: мама, папа и я. — Решился Джесс. — Мы жили в коттедже за городом. Папа безумно любил маму, души в ней не чаял, всегда ухаживал за ней, готовил для неё любимые блюда, в любое время суток ездил за лекарствами, если вдруг она простывала. Он смотрел на неё как на богиню, спустившуюся к нему с небес, а она на него, как на спасителя. Со мной отец тоже носился, бежал по первому зову, чтобы подуть на коленку или достать из куста четырёхколёсный велосипед. Вечерами мы устраивали семейные посиделки, играли в монополию и ели мороженное с печеньем. Мама была прекрасной розой в нашей семье. Они с папой читали мне сказки на ночь по ролям, а я всегда слушал и представлял, что они и вправду герои из книги, потом целовали по-очереди в нос и, обнявшись, уходили из комнаты. Когда мне исполнилось три мама тяжело заболела. Папа проводил с ней целые дни, кормил, давал лекарства и поправлял подушки, почти не выходил из её комнаты. Я видел, как ему тяжело, но он всегда улыбался мне, трепал по голове и говорил «Не волнуйся, малыш, скоро мама поправится». Но она не поправилась… На похоронах отец стоял у гроба и плакал, держа её за руку последний раз. Мы остались вдвоём. Он был убит горем потери своего «лучика солнца», каждый вечер приходил с работы и запирался в кабинете, а когда я звал его, он грубо отвечал «пошёл вон» или «проваливай» и больше не откликался. Больше я не видел весело улыбающегося отца, атакующего меня щекоткой, когда я пытался стащить печенье из шкафа. Он был из тех, кто пытается заглушить боль работой, поэтому полностью погряз в ней, приходил поздно ночью и уходил рано утром, я его почти не видел. Ухаживали за мной домработницы, каждый раз разные, потому что теперь за малейшую провинность отец их увольнял. Когда я стал старше, узнал, что он глава крупной компании, а я её наследник. До шести лет он не замечал меня, а потом я пошёл в школу. С этого момента он не спускал с меня глаз. Мне было строго запрещено гулять с друзьями или участвовать в школьных мероприятиях, мой каждодневный маршрут составляли: дом-школа-дом. Однажды он следил, как я делаю домашнее задание, и я допустил ошибку в примере, он ударил меня по лицу. Я тогда долго плакал, а он стоял и смотрел на меня, как на фрика. С этого момента я частенько получал за ошибки. Когда мне было восемь, я случайно разбил бутылку молока на кухне. Он спустился со второго этажа и сказал «Убери за собой, или я вытру это твоим лицом». Когда мне исполнилось десять лет, я начал своевольничать, уходил гулять с друзьями после школы или ходил к ним в гости, мне было скучно дома с отцом. После каждой такой прогулки, он ставил меня лицом к стене и бил ремнём по спине, а если я пытался повернуться или убирал руки со стены, он бил меня по ним. В старших классах встал вопрос о переходе компании в мои руки. Отец хотел, чтобы я унаследовал его место, а я хотел поступить в университет, как нормальные люди. Но он никуда меня не выпускал, не давал даже подумать об учёбе, натаскивал меня, как собаку, на свой бизнес, перевёл на домашнее обучение. Я протестовал, сбегал из дома, а он меня за это бил. В шестнадцать лет он первый раз сломал мне рёбра, когда я попытался сбежать с его «курсов юного бизнесмена» в школу. В семнадцать он первый раз вывихнул мне руку и сломал нос, за то, что я пролез в его кабинет — тогда я узнал, что он глава местной мафии и весь его бизнес подпольный, а деньги кровавые. В восемнадцать, после окончания школы, он сломал мне руку и вырубил, избив меня своей любимой бейсбольной битой, за то, что я сбежал из дома, чтобы подать документы в универ. Я не собирался быть главой его кровавого бизнеса, поэтому в течение шести лет я каждую неделю сбегал из дома, в надежде, что он никогда меня не найдёт, а он каждый раз находил и избивал до полусмерти. Смерть любимой сломала его и вырезала из него всю любовь и доброту, оставив ненависть, жестокость и холод. Когда ты нашёл меня на улице, я сбежал от него последний раз. Поэтому я ничего не рассказывал, когда твой отец «кровавый барон» учишься справляться со всем в одиночку. Теперь ты возненавидишь меня за то, что я сын мафии и припёрся к тебе в дом ничего не сказав. — Джесс хотел встать с кровати, но Феликс остановил его, поймав за запястье. — Я не возненавижу тебя и понимаю, что тебе страшно. Я уже говорил, что никогда тебя не оставлю и тебе больше не придётся справляться с этим в одиночку. — Тихо сказал Феликс, потянув парня обратно на кровать. — Не вздумай уходить. Джесс ласково улыбнулся, ложась обратно в постель, обнимая юношу и целуя в лоб. Вскоре сон окутал разум обоих.

***

-Вы нашли его? — Да, сэр, он прячется в квартире по этому адресу. — Сообщила шестёрка, протягивая бумаги с информацией. — Его заметили в больнице месяц назад с парнем, называющим себя Феликс Мур, под этим же именем он был записан в регистрационном бланке. Вероятно адрес тоже его. Он проходил обследование у травматолога и делал рентген грудной клетки на наличие переломов. — Мур значит… как тесен мир. А мой сынишка умеет прятаться. — Хмуро подметил отец Джесса, рассматривая фамилию. — Отправляйся за моим сыном, Мура тоже привези, у нас с ним давнее незаконченное дельце осталось. — Слушаюсь, сэр. — Отчеканил бандит и вышел из комнаты. — Однофамилец или выживший? — В предвкушении произнёс глава мафии, на лице появился злобный оскал. «Я вас обоих достану, детишки».