***
Джисон проснулся от назойливого крика будильника в шесть утра, когда сон в это время всегда слаще. Хан не успел даже открыть свои глаза, которые похожи на смерть, как уже проматерил всё и всех. Он проклинал всё, что только существует. Откуда у него столько злости взялось он сам не знает, но знает точно – вставать с мягкой и тёплой кровати всё же рано или поздно придётся.
Прошло минут двадцать, после чего всё же больные его ноги встали на пол. Вчера хоть и не было тренировок, но Джисону кажется, что всю жизнь уже этим проклятым хоккеем занимается. Пока искал свои тапки и дошёл до ванной комнаты, он уже успел удариться об косяк двери, а затем чуть в зеркало не прилетел.
Не хватало ещё разбить или сломать что-то.
День не успел начаться, а Джисон несколько раз больно ударился о старые тумбочки, скрипучие двери и стены с бабушкиными обоями. Похоже, встал не с той ноги, а весь день впереди, что немало настораживает.
Что его ещё может ждать, если это только начало?
Мысли о вчерашнем дне всплывают на глазах не сразу. Как только сонный парень вспомнил вчерашнюю ночь, резко оживился и побежал к собственному телефону, чтобы точно убедиться.
Чёрт, чёрт, чёрт. Зачем я только согласился. Я точно был не в своём уме. Может написать ему и объяснить ситуацию? Да как такое объяснишь. Я вроде и не пил, но меня будто подменили. Почему я так себя вёл?
Время семь – это значит – скоро придёт Ли. Джисон в любом случае не успел бы отказаться – поздно. В спешке быстрее собраться, Джи не раз ударялся о краи стен и дверей. Хан не успел поесть, успел лишь одеть форму и собрать в рюкзак испачканые в кофе или чае тетради и те же испачканые учебники.
Щекастый, по детски, парень выбежал на улицу в мешковатой толстовке. А надевать ему больше нечего. Откуда у него возьмутся деньги, если у него даже родителей нет? Вышел из дома и стоит, ждёт. Стоит уже минут десять, хотя сам Хан опаздывал. Зашёл в переписку, чтобы лишний раз убедиться.
неизвестный номер
Я хотел тебе кое-что рассказать...
jisong
Почему так поздно, мог же завтра рассказать
неизвестный номер
Давай утром я встречу тебя у дома
В 7:15 пойдёт?
jisong
Ладно, только сейчас иди спать
неизвестный номер
Ты заботишься обо мне :0
jisong
Угомонись ты уже
Джисон, пока стоял и ждал его уже в 7:30, проклял не только Хо, но и себя тоже.
Почему я согласился? Откуда знает мой номер? Откуда знает мой адрес? Что ему нужно сказать? Ещё и опаздывает. Если через минут десять не придёт, я ухожу. Не хватало в школу опаздать.
Только Джи поднял взгляд с телефона, как подул освежающий ветерок, развевая макушку идущего брюнета. Хан проклял даже ветер, за то, что сделал приход Минхо чем-то неповторимым и божественным. Он шёл так легко и радостно и издали махал рукой, на которой находились разноцветные кольца и браслеты из бисера и бусин. Джисон может и не замечал их во всех предыдущих встречах, но сейчас он уверен, что Минхо любитель подобных украшений.
Но зачем Хан так зациклился на этом?
Подойдя ближе к парню, у которого тоже веяли волосы, но уже чёрного цвета, Ли улыбнулся.
— Приветик, белочка, — Хо выглядит радостным. Он что-то затеял?
Хан лишь кивнул, и парни пошли в сторону школы.
Минхо шёл с улыбкой, иногда поглядывая на парня справа, а тот смотрел то в небо, то на собственные ноги и хрустящие под ними листья. Оба шли молча, не проронив ни слова. Тишина повисла на долго, и никто не знал, как бы её разорвать. Точнее Хо думал как бы начать разговор, а в это время Джи находился не здесь. Его мысли решили расположиться подальше от реального мира.
Придя в свои собственные тело и разум, Джисон всё же посмотрел на Хо, из-за чего встретились взглядами. Хан был уверен, что высокий парень с кошачьими чертами лица улыбался искренней улыбкой. Улыбался никак кто-то другой и даже не так, как он обычно – издевательски, а как ангелочек в облике человека. Но заглянув глубже в глаза, Джи увидел разбитые стеклышки сердца в них. Ему казалось, что Ли хочет что-то сказать, но молчит. Как рыба.
Джисон всё же набрался сил:
— Зачем же ты мне писал посреди ночи, пришёл ко мне, идёшь сейчас со мной в школу, говорил, что есть что-то сказать, но сам сейчас спокойно идёшь рядом? — прозвучало злобно, но если посмотреть в глаза, то можно увидеть там обыкновенное недопонимание.
— Ну-у-у, — протянул устало Ли и через некоторое время продолжил: — Вчера ночью я не мог уснуть, из-за нашей встречи на улице. Я не ответил тебе на вопрос, но ты сказал: "Я тебя понимаю". Сначала я подумал, что ты как-то подшутил или что-то подобное, но посмотрев на тебя, моё мнение изменилось, — Хо говорил это почти на одном дыхании, но остановился, хоть и не договорил, и посмотрел в сторону рядом идущего парня.
— Точно, тот день, — оживился в миг Джисон. — Ты был немного растерян, когда я начал тему о родителях. Возможно я сделал поспешные выводы. У тебя что-то с родителями? — Минхо тихонько и чуть заметно кивнул.
Прошло ещё время в тишине. Парни продолжали идти и не говорили ни слова друг другу. Слышны им были лишь уличные звуки: красивое пение птиц, грохот машин, крики или визги людей; и дыхание с биением сердца друг друга. Всё же после неловкого молчания, Джисон снова прерывает его первым:
— Мои родители погибли в автокатастрофе буквально год назад. Я хоть и несовершеннолетний, но живу один. Государство платит мне, но это хватает лишь на счёт за место жительство и питание. Поэтому в свободное время подрабатываю, чтобы купить одежду и многое другое. Не пропадать ведь, — последние слова Хан произнёс с каким-то неуместным смешком, но голос дрожал. — Если это больная тема для тебя, то можешь и не рассказывать. Просто рассказал, чтобы ты понимал. Поэтому можешь не...
Джисон не успел договорить свою мысль, его перебил рядом идущий с ним парень:
— Мы уже подошли к школе, — Джи посмотрел: а ведь Минхо прав. — Давай встретимся во время большой перемены около дальнего входа.
Хан решил просто кивнуть. Ли хоть и не видел этого, так как не смотрел в его сторону, но всё же почувствовал этот
вопросительный кивок.
Хо ушёл, оставив своего "приятеля" одного. Джисон долго стоял на территории школы и любовался красотой природы. В октябре обычно грязь, пасмурная погода и прочее грустное, но Хан же находил себя в этом октябьском дожде, ветреной погоде и что-то подобном. Он планирует снова пойти сегодня на крышу и посидеть там, спрятавшись в огромной толстовке с наушниками в ушах. Только вот сегодня тренировка.
Пропущу один день, думаю ничего такого не случится. Всё равно рано или поздно уйду.
Джи посмотрел на часы в телефоне. Увидев там 7:55, рванул быстрее в школу.
Я простоял просто так на улице более пятнадцати минут?
Хан бежал изо всех сил. Если опаздает на первый урок, то ему точно не поздоровится.
***
Очередной долгий урок прошёл скучно, без всяких происшествий. Опять сидел и скрывался за учебником с телефоном, слушая все эти сплетни однотипных одноклассников. Хан не заинтересован в этих людях с тупыми сплетнями. А ещё его бесит постоянная фраза: «А девочку себе когда найдёшь? Общайся больше с нашей компашкой». Джисон не любитель заводить новые знакомства.
Только вот неподтверженные сплетни о той медсестре с её учёным-отцом смогли заинтересовать Джисона.
Но всё это уходит на второй план в голове, когда приходят мысли о том самом «недоразумении» Ли Минхо.
Да.
Джисон теперь не считает его главой дикарей и тем самым «придурком». Теперь он понял, что этот Ли ведёт себя в разных местах поразному, независимо с кем бы был. Но везде есть исключения, здесь – его сестра. Из звания «придурка» Минхо переходит в «недоразумение».
Джи вроде и не хочет, чтобы стало чем-то большим. Ему хватает, что теперь Хо стал его «недоразумением».
Стоит ли заводить с ним дружбу вообще?
Началась та самая большая перемена, когда все дети в школе бегут поесть что-нибудь вкусное. Не всем, конечно, достаётся, но как говорится: «Кто успел – тот успел». Поэтому эту школу прозвали «тюрьмой с дикарями». В Сеуле больше нету таких школ. Ну по крайней мере Джисон так думает.
Почему же Минхо позвал меня встретиться около дальней двери в большую перемену? Не лучше ли было в столовой встретиться? Странно всё...
Он сегодня совсем странный. Не насмехается надо мной как на хоккее; не делает вид, что мы знакомые с детства; не делает вид, что самый пиздатый в школе... Что это с ним вообще такое? Где настоящий он..?
Подойдя к назначенному месту, он снова увидел эту макушку. Минхо, как казалось Джисону, еле заметно нервничал: прикусывал тихонько свою нижнюю губу и чесал руки.
— Привет! — подбежал резко Джи. — Ты чего руки свои чешешь? Когда нервничаешь всегда такой?
— Что? — с каким-то непониманием на лице Хо смотрит прямо в глаза Джисона – прямо в душу.
— Ты выглядишь испуганным, как маленький котёнок. Ну прям ма-а-аленький и пушистенький, — протягивает Хан, чтобы поиздеваться над старшим.
Джисон улыбался, как не улыбался уже давно... Только с родителями... Давно не испытывал ласку и жалость тоже. Но сейчас перед каким-то недоразумением, которое по-детски нервничает, испытал и то, и другое вместе. Хан хотел было сказать брюнету что-то, но тот стоял в таком же положении. Он не улыбался, но и не злился. Не нервничал, но спокойным его назвать трудно. Парни долго смотрели друг другу в самую душу, в разбитое сердце от предначертаной его судьбой, в самый глубокий уголок этого тела. Они смотрели на друг друга протяжно, почти неморгая.
—
Давай убежим? — резко прерывает их гляделки Хо.
— Что?! Ты о чём?
— Давай же, просто сбежим.
— И как часто ты это делаешь?
— Первый раз. Я хочу сделать это с тобой в первый раз. Ты тоже ведь ни разу не сбегал?
— Хо, я тебя не узнаю... Почему ты всегда притворяешься кем-то другим? Ты ведь в школе вроде как другой, решил сменить образ снова? — Хан не понимает. Он не понимает как вести себя, когда человек перед ним постоянно меняет свою личность, как ни в чём не бывало.
Ли схватил за руку впереди стоящего парня, сократил расстояние между ними и немного наклонился ближе к лицу. Между ними всего несколько сантиметров, вот-вот столкнутся лбами, но им казалось это километрами. Эти двое смотрели друг на друга ещё долгое время. Скоро закончится и эта перемена, но для них казалось это считанными секундами. У них в голове не находились посторонние мысли.
“Ты же хотел узнать меня настоящего, разве не так? Ну тогда вперёд”.
— Это шепнул Хо, не отрывая взгляда от блестящих и большеватых глаз Джисона.
Джи чувствовал дыхание Минхо на себе и будто был очарован этим. Будто его парализовали этот низкий, тихий голос и тёплое, сбитое и слегка убаюкивающее дыхание. Ли держал его руку крепко, как когда-то родители.
Руки у него тёплые, да и дыхание кажись тоже. Душа тоже тёплая? А если обожгусь...
Нет! Не стоит с ним связываться.
Хан стоял не двигаясь, что показалось для Минхо странным, будто его и впрям парализовало. Ли решил взять ответственность на себя и встал в своё предыдущее положение. Но руку держал... крепко. Он дёрнул мягкую ручонку Джисона и умело и быстро выбежал из школы с
его «белочкой». А тот не успел спуститься с небес и прийти в реальность, из-за чего просто бежал, а то и мчался, за
его «недоразумением».
Спрашивать что-то желания не было. А другому что-то объяснять тоже не хотелось. Поэтому молча бежали куда глаза глядят. Прибежав к небольшому магазинчику, парни смотрели друг на друга, смеясь и запыхавшись от небольшой «пробежки». Младший посмотрел на брюнета, хотел было что-то сказать, но Ли понял его и без слов. Сами этого не понимают, но как-то получается разговаривать без слов. Хватает лишь просто глаз. Так хорошо Джисона ещё никто не понимал.
— Я возьму пудинг. Будешь что-то брать?
— У меня нету с собой денег.
— Ханни... Ты серьёзно? Я тебя угощаю вообще-то. Обижаешь.
— Да нет, не нуж...
— Мне кажется, ты не ел уже несколько дней. Конечно я не смогу накормить чем-то дорогим и более питательным, но всё же.
— И как тебе это удаётся... — вздохнул с некой грустью и подхватил небольшой смешок со стороны Минхо.
—
Я лично обожаю пудинг, что будешь ты?
—
Данго.
Парни молча сели за небольшой кругловатый столик. В октябре не так тепло: дует прохладный ветер, развевая листья и волосы парней.
Снова этот ветер. Откуда он берётся, вот же... У него на вид мягкие волосы, а ветер будто заставляет поверить в это.
Эти два недодруга сидели молча и ели купленные сладости. У Минхо шикарная улыбка по мнению Джисона. Ли постоянно улыбается этой завораживающей улыбкой, когда смотрит на младшего. Джи не понимает, с чего он вдруг такой мягкий, но после слов «Ты же хотел узнать настоящего...» всё это непонимание улетучивается. Поэтому Джисон изредка улыбается в ответ Хо, делая свои щёки ещё больше и милее. Но в голове у обоих мимолетно пролетает воспоминание. Тот самый момент в школе, где парни стояли у выхода в пару сантиметров от друг друга и чувствовали на себе “чужие” дыхания. Но это казалось таким родным и близким. После этих воспоминаний, лица их быстро сменяются.
Боже, что это с Хо? Почему так близко подошёл, я ведь чуть инфаркт не словил. Кроме своего стука сердца я ничего не слышал. А это точно было моё сердце..? А может и его тоже? Боже, как до такого докатились.
Уже доев сладости, Минхо замешкался:
— Почему ты не ел?
— А как ты это понял? Какая-то супер способность? — шуточно решил ответить Джи.
— Не уходи от ответа, Ханни.
— Почему ты меня называешь неформально? Мы ведь даже не друзья.
— Я первый задал вопрос, — Минхо стоял на своём.
Он переживал за парня. Однако для Хана это показалось не как переживание, а как злость в его сторону. Из-за устрашаещего лица Ли, младший не смог сказать ни слова. Тот это заметил и мягко улыбнулся.
— Ну ладно, отвечу первым, — голос Хо стал нежным и тихим, и даже успокаивающим. Не хотел спугнуть Джи. — Жаль что ты не считаешь меня другом, но для меня ты стал ближе, чем другие. Не стал бы я открываться тебе просто так. Ханни, просто ты показался мне хорошим человеком, но с замкнутостью. Ты не подпускаешь к себе близко людей, даже друзья знают тебя не так хорошо, я ведь прав?
— Да откуда ты всё знаешь... — громко вздохнул Джи. — Как ты понял, что я не ел несколько дней, что замкнутый человек, и что даже друзья знают меня плохо? Как тебе это удаётся, — на одном дыхании протараторил, да и громко. С истерикой.
— Ну-ну, Ханни. Всё хорошо, — резко вскочил Ли и подошёл к младшему. Сел на корточки, чтобы взглянуть в глаза полных слёз, взял за руки и стал поглаживать их большими своими пальцами, тем самым успокаивая Джи. — Я знаю, тебе не легко. У тебя нету человека, которому ты можешь довериться и вывалить всё, но всё же. Можешь сейчас выплакать всё, а не сдерживать. Не волнуйся, я рядом. Я с тобой, белочка.
— Нет-нет, всё хорошо, — усмехнулся нервно, и полились солёные ручейки по щекам Джисона.
Минхо одной рукой продолжал нежно поглаживать маленькие ручки Джисона, а другой гладил и без слёз пухлые щеки, убирая солёные капли на лице.
Они посидели так ещё немного под спокойную музыку из магазина и октябрьский ветер. Затем школьники пошли куда глаза глядят. В итоге притопали в малолюдимый парк. По пути туда старший успел рассказать, что родители погибли в пожаре, а сам чудом выжил. Пожар случился по его вине, поэтому собственная совесть его пожирает изнутри. В живых осталась только сестра – Лиа, которая улетела в Пусан на учёбу, продолжая обеспечивать младшего брата. Но сам Минхо старается тоже где-то да что-то заработать. Также рассказал мно-о-ого чего. А Джисон внимательно слушал, ну или по крайней мере пытался.
Всю дорогу в парк Ли рассказывал о себе и не только, ну а младший просто слушал и любовался осенью. А остальное время двое недодрузей молча шли рядом, смотря на белок в парке, и иногда поглядывали друг на друга. Каждый раз, когда видели белку, пробегающую на ветках высоких деревьев, Минхо подкалывал Джисона.
— Слушай, — внезапно начал Хан, — а тебе разве не нужно на тренировку? Сегодня же должна была быть.
— Ага, должна быть. Если ты знаешь, то значит ты уже тоже туда ходишь, я правильно понимаю?
— Да, но я не собирался туда даже идти. Просто хотел узнать у тебя, откуда тебе известно моё прошлое.
— А-а-а, это... Какой-то человек в чёрном костюме подошёл ко мне и спросил: «Это вам в команде нужен новый хоккеист?». Ну я кивнул. На это он дал записку, в которой всё было написано про тебя. Ну точнее не всё, а только про хоккей.
— Странно это всё...
— Да уж, страннее не куда. Получается, ты собираешься бросить хоккей снова, не успев начать?
— Да. Я ведь даже не хотел, — Хан посмотрел на брюнета, а тот в ответ тоже взглянул и улыбнулся. — А сегодня не идёшь?
— Нет, — спустя время ответил Ли. — Я планировал сегодня пропустить. А ты?
— Я тоже хотел пропустить. Да и вообще нету желания ходить туда.
Парни молча шли по парку. По парку, где разгуливают сородичи Джисона. Так утверждает Минхо. Но каждый раз, когда видят котов, младший утверждает, что это сородичи Минхо.
— Слушай, Хо. Пошли ко мне домой. Ну точнее на крышу дома.
— На крышу?
— Ага. Я там часто сижу. Каждый день.
— Белки всегда сидят на высоких местах? — посмеялся Ли, а Хан надул свои щёки на это и демонстративно закатил глаза. — Ну и что ты там делаешь?
— Сижу. Что ещё можно там делать? Ну бывает стихи пишу. Музыку слушаю. На закаты смотрю.
— А туда разве можно выходить?
— Я живу на последнем этаже. На крышу никто не выходит кроме меня, поэтому мне доверили ключ от неё. Я ответственный за крышу.
— Тебе за это деньги платят? — посмеялся брюнет, но шутка вышла не очень удачной. — Ладно, пошли.
...Парни шли по узкой тропинке парка, окружённого громадными деревьями. Ветер под вечер стихает, от чего дует прохладный спокойный ветерок. Он потихоньку пролезает в каждую щель, обвевает каждый волос, каждую ресничку, каждые пальцы – побывает везде. Нежно-светлая толстовка с лавандовым оттенком Джисона сейчас выглядит как самый тёмный оттенок бордового или фиолетового цвета. Парни шли по тёмному пути, где пространство освещают лишь тусклые лампы, и людей встретить почти невозможно. Поэтому шли в мёртвой тишине. В городе всегда присутствует суматоха, но в далёком парке – исключение. Не слышны звуки машин и криков людей, они остались позади. Слышно только, как тихий ветерок шелестит огненно-золотыми листьями. Также неплохо слышно хруст этих листьев под ногами подростков.
Но Джисон слышал ещё сбитое дыхание Минхо. Казалось, что старший чем-то обеспокоен. Или он всегда был таким? Да не, Ли всегда спокоен и расслаблен.
Чего это он? Что-то может случилось? Кажись, его что-то настораживает.
Но несмотря на это, Джи всё же решил не портить тишину и атмосферу осеннего вечера. Почти ночь, а они до сих пор гуляют. Время пролетело намного быстрее, а казалось обратное.
Уже выйдя из парка, свет около больших дорог становился всё ярче и ярче. Но чем ближе подходили к концу маршрута – на крышу, чем дальше уходили от машин и дорог, тем свет становился более тусклым, а шум менее слышным. Но Хану было всё также некомфортно слышать беспокойное и прирывистое дыхание рядом. Будто Хо с пробежки пришёл.
Да что с ним не так?
Когда тишина снова засела между парнями, дыхание Минхо стало слышно отчётливей. Джисону стало ещё более невыносимо.
Ли ускорил шаг в два раза, а младший шёл также спокойно, наблюдая за действиями того. Минхо остановился прямо перед Ханом, после чего ему тоже пришлось остановиться, и повернулся лицом к младшему. Он сделал небольшой шаг ближе. Освещение очень плохое, из-за чего Джисон плохо видит выражение лица старшего. Но видит точно: Хо не улыбается, он полностью серьёзный. Но что с ним? Старший снова сделал небольшой шаг ближе, от чего его сбитое дыхание слышится ещё сильнее. Но сделав ещё полушаг, Джи почувствовать это дыхание на себе. Минхо специально наклонился ближе к лицу младшего, как тогда в школе.
Он что, специально так делает? Это его манера общения? А, точно. Он же меняет личность каждую минуту, если не секунду. Но со мной обещал быть настоящим.
Джисон стоял и смотрел напрямую в глаза старшего, чтобы понять его намерения, но тусклые лампы решили помешать. Они стояли посреди дороги ещё несколько минут. Но к счастью или сожалению, людей совсем не видно. Каждому из них слышались только биение своего сердца, а возможно и
чужого. А ещё дыхание друг друга, только оно было разным: у Джи – тёплое, успокаивающее и очень-очень нежное, в то время у Хо – сбитое, беспокойное, тяжёлое, но тоже тёплое. Поэтому оба парня ощутили тепло на своём лице.
Между ними было всего несколько сантиметров, где гуляет лёгкий ветерок.
