Три компонента любви

В квартиру влетели два целующихся парня, которые так и желали одного. Их руки проходились по телам друг друга, ощупывая то, что было под одеждой. Тихие вздохи разносились по всему коридору, возбуждая обоих всё больше. Вся одежда слетает с горящих от страсти тел и падает по разным сторонам на пол. И абсолютно никого сейчас не волнует, что позже её придется собирать. Сквозь поцелуй можно услышать тихие слова пассива, проходящие через стоны. – Хёнджин, я так хочу тебя... – шепчет прямо в соседние губы парень, заставляя своего партнёра прорычать и затянуть в глубокий поцелуй. Языки играются друг с другом, давая ощущение приятности. Отстранившись, Хван кусает губы любимого и тут же зализывает, наслаждаясь приятными для его ушей звуками удовольствия. Руки сминают желаемые ягодицы, оставляя на коже белеющий след, который через секунду заливается красным цветом. Подхватив нижнего под упругие ягодицы, парень уносит его в тёмную спальню, где не проступает ни один малейший источник света из-за плотно зашторенных штор. Он быстро и резко швыряет младшего на застеленную кровать и смотрит на желающее лицо. В глазах пылает огонь страсти и желания, мелкая дрожь разносится по всему телу, а опухшие от поцелуев губы приятно пульсируют, заставляя хотеть ещё. Стройные ноги обвивают горячие бёдра Хёнджина и тянут на себя. Хван нависает над парнем начиная засасывать бледную кожу шей и тут же прикусывать, создавая много красных отметин. Снизу слышаться ласкающие слух сладкие стоны. Поцелуями выводятся красивые невидимые узоры, которые длинными дорожками спускаются вниз. Розовые соски пульсируют, прося ласки так же как и сжатое колечко мышц. Старший вылизывает горячим языком бусинки сосков и несильно кусает, сразу слыша под собой нетерпеливые стоны. – Аах, Джини, пожалуйста, сделай уже что-нибудь...! – просит младший, ёрзая под хёном. – Ликси, ты такой нетерпеливый, – шепчет Хёнджин, уже чуть быстрее спускаясь вниз, языком проводя по впалому животу, – Раздвинь ножки, солнышко, – просит его парень и его просьбу послушно выполняют. Он доходит до столь желанной дырочки и неудержавшись целует. Мокрый и горячий язык обходит весь ее периметр и глубоко входит внутрь. Ли выгибается от удовольствия и кажется уже задыхается от стонов, будто в бреду кричит лишь одно имя. Старший толкается своим языком, не давая и вздохнуть своему солнцу, который уже очень громко кричит и стонет. Внутри него так тесно и узко, что хочется поскорее выебать его уже давно каменным членом. Ощущения кажутся неземными для Феликса, от чего он и всхлипывает. Ещё несколько толчков и оргазм полностью накрывает парня. Из члена сочится белая жидкость, пачкая простыни и волосы Хвана. Хёнджин ласкает головку чужого члена и заглатывает во всю длину. Дрожь проходит по всему телу младшего, а соседи уже кажется не надеются что станет тише. Язык старшего заставляет Ли выгибаться и стонать имя любимого во весь голос. Умелыми движениями Хван достигает желаемого очень быстро, и, спустя несколько секунд, ему в рот разливается горячее семя, которое сразу проглатывается. – Мм, ах, как же мне хорошо с тобой, – выдавил Ликси с шумным выдохом. – А мне-то как, малыш, – актив напоследок чмокнул вновь отвердевающую головку и спустился ниже, – Я сейчас войду внутрь одним пальцем, хорошо? Младший кивнул, и это стало знаком для активных действий у его нижнего прохода. Он обильно налил на свою ладонь смазку, и в сжатое колечко мышц началось вторжение чужеродного объекта в виде длинного извивающегося пальца. Сердце бешено колотится, из глаз реками текут слезы, а тихие всхлипы от удовольствия текут во воздуху. К первому пальцу присоединяется второй, побуждающий нижнего издать скулёжь, просящий о большем. Поняв, что хочет его малыш, Хёнджин добавляет третий палец, который вошёл не так легко как два прошлых. Болезненный вскрик срывается с губ Феликса. – Ай..Джини, больно.! – негромко взвизгивает парень, прикусив правый указательный палец. – Потерпи, мой хороший, скоро будет приятно, – успокаивает Хван, убирая руку веснушчатого от его же рта. Пухлые губы ложатся на чужие, затягивая в глубокий поцелуй. Ли постепенно привыкал и когда уже сам начал насаживаться на длинные пальцы, Хёнджин понял, что можно продолжать. Опять беря в руки смазку, он щедро смазывает ей анус Ликса, а после и по всей длине своего члена. Он аккуратно и бережно начинает входить в хорошо растянутого парня, давая ему привыкнуть к размеру органа. По началу движения были медленными, но темп постепенно нарастал, и толчки становились быстрее и глубже. Феликс задыхается от удовольствия, по подбородку течет слюна, в ушах звенит, а перед глазами играют звёздочки. С громким стоном, прогибаясь в спине, после небольшого количества глубоких толчков, Ли изливается на белые простыни. За младшим тут же кончает и Хван, прямо внутрь парня. Горячие тела обессиленно падают на кровать, прижимаясь друг к другу. Хёнджин накрывает их обоих одеялом и целует своё уставшее чудо в макушку. – Ликси, не хочешь сходить в душ? – спрашивает старший, перебирая прядки чужих волос в своих пальцах. – Не сейчас, – отвечает Ли, прижимаясь ближе, расслабляясь в тёплых руках. – Как скажешь, солнце, – целует влажную щеку. Глаза обоих начали слипаться, но Хван всё же подал голос, – Нам ещё простыни стирать, – усмехнулся. – Ты серьезно сейчас думаешь об этом? – недовольно спросил парень, легонько ткнув своим кулачком в грудь Хёнджина, на что получает лишь новый смешок. Через несколько минут послышалось тихое сопение, что очень умиляло того, кто ещё не заснул. Спящий Феликс был безумно красив - такие мысли посещали голову Хёнджина каждый вечер и утро, но сейчас он действительно выглядел прекрасно после того, что только что было. Поцеловав это маленькое солнце в лоб, Хван провалился в желанный сон.