Твои мани

Вы когда-нибудь чувствовали себя покинутыми? Сможете описать это чувство? <<О, Кибертрон, ты был прекрасен. И на тебе всегда было так шумно, хоть ты и олицетворял мир. Но не сейчас. Ты пуст и так жалок, ты брошен также, как и я>> Скиталец, обречённый на вечное одиночество. Шоквейв никогда не придавался романтики о надежде, но кажется понял какого это - её отсутствие. Он здесь один. И даже не из-за того, что рядом не было дерущихся ботов. По причине другой, совсем не логичной. Но убивающей изнутри. О, Кибертрон, ты был прекрасен. Когда-то ты был воссозданием красоты и вдохновением поэтов и художников. Но тебя превратили в бездушную железяку в огромном пространстве, называемом вселенной. Казалось, она отреклась от тебя, Кибертрон. Тебе в ней больше не место. И Шоквейв придался отсутствию логики, он понимал какого этой грустной планете. Понимал какого это... Быть уничтоженным, лишённым шанса на восстановление. Не физическое. Чудом он не сошёл с ума. Не потерял последнее, что у него осталось- его самого. Но в чудо он не верит. Шоквейв в первую очередь учёный, но здесь, казалось, изучать уже было нечего. К счастью, он ошибался, обрёл смысл жизни, постепенно казавшейся все более бесполезной. Предаконы. Даже среди этой мёртвой разрухи было нечто столь завораживающее фантазию. Может Кибертрон всë ещё жив, как и сам Шоквейв? Среди гнетущей атмосферы разрухи он ощущал себя призраком, блуждающим без смысла, но теперь... Теперь он жив. Но многое к нему так и не вернулось, хоть он с этим давно смирился. За всë это время он слишком много думал и осознал, слишком много закрыл в себе. ---------------- Лаборатория. Построенная не им, а для него. А это меняло больше, чем кажется на первый взгляд. Кибертрон уже не был таким прекрасным. Но, может быть, он тоже когда-нибудь воскреснет у всех на глазах, как Шоквейв. Он наконец выбрался из этого ада, ранее называемым домом. Здесь, на Земле, было очень шумно. Но одновременно так спокойно. Спокойствие и тишина субъективны, но вроде как соединились в один стройный силуэт, немой голос. В эти тонкие пальчики, которые вдруг впервые коснулись его. Коснулись так... Словно он не был <<безумным учёным>>, словно он не был <<воскресшим из мертвых>>, зомби, вылезший из могилы уничтоженной планеты, который мало ли заразит безэмоциональностью. Словно он был живым... Прикосновения тихого Саундвейва были необычны. Шоквейв почувствовал что-то... Это было непривычным, не имело научного объяснения. Но именно это было тем, чего Шоквейву не хватало всë то время одинокого выживания. Это нельзя было потрогать, увидеть. Лишь почувствовать на короткий момент. Но оно помогло полностью почувствовать себя живым. Надо сказать, Шоквейв не знал, хорошо это или плохо.