opposites always attract

      В подъезде довольно темно: свет из маленького окошка освещает лишь небольшой клочок бетона лестничной площадки, а лампочка перегорела довольно давно. Они стоят около захлопнувшейся двери и молча смотрят друг на друга, видя лишь очертания лиц.       — Что только что произошло? — первой говорит Мэнди, и ее голос гулко отскакивает от холодных стен. Честер неопределенно передергивает плечами и молчит, поэтому девушка продолжает: — Ты серьезно вступился за меня перед своим другом?       — Ну да, и что? — бормочет наконец парень и поджимает губы. Он все еще выглядит довольно отстраненным и явно в голове прокручивает произошедшее. — Это так странно?       — Да это странно, знаешь почему? — кивает светловолосая и смотрит прямо в глаза: — Потому что он — твой лучший друг, которого ты любишь, а я — твоя коллега по работе, которую тебе нравится выводить на эмоции.       — А мне казалось, что мы стали чуть ближе, чем просто коллеги, — хмуро глядит на нее Честер. — Жаль, что ты так не считаешь.       Девушка недоуменно вскидывает брови, промаргиваясь. Парень делает шаг назад к железной двери, собираясь выйти, а Мэнди не понимает, действительно ли его так задели ее слова. Она быстро перехватывает его за запястье и тянет на себя, останавливая.       — Честер, — тихо говорит она, когда он возвращается на место. — Что все это значит?       — Не строй из себя глупышку, — парень удрученно выдыхает и облизывает пересохшие губы. — Слушай, давай просто забудем? Ну, Фэнг сказал херню, я с ним не согласился, мы поссорились, окей? Не будем искать лишнего смысла.       Парень вырывает руку и вновь быстро направляется к выходу, когда ему в спину прилетает неуверенное:       — Я тебе нравлюсь? — он останавливается в ступоре, а Мэнди резко прикрывает губы ладонью и краснеет. — Ну, в смысле, Фэнг, кажется, пытался спросить об этом…       — Допустим, — тихо отвечает красноволосый и невесело усмехается. — Разве это что-то значит? Мэнди, давай забудем…       — Да, значит, Честер, — она встает перед ним почти вплотную, глядит снизу вверх своими большими глазами и кладет ладони на плечи. — Ты для меня стал очень много значить, слышишь? Ты… очень много сделал для меня, и… — она яростно краснеет щеками и отводит взгляд, запинаясь. — Мне… мне нужно немного времени, чтобы переварить все, что я испытываю, хорошо?       Честер смотрит на нее с высоты своего роста, и по его лицу сложно сказать, что он думает. Однако спустя миг на его лице появляется улыбка, и он принимает более расслабленную позу.       — Я тебя понял, никакого давления, кислинка, — он наклоняется и невесомо целует ее в лоб. — Дай мне знать, когда разберешься с этим, — он выходит, а Мэнди еще несколько мгновений смотрит на закрывшуюся дверь. Сердце сильно стучит, жар с щек не проходит, а в голове полный кошмар.

***

      Их утро для Мэнди начинается неловко: Честер по-прежнему ждет ее у дома, и она не знает, как начать диалог с ним, когда выходит на улицу. За всю дорогу они перекидываются лишь парой фраз, разговор не клеится. Они довольно быстро доходят до магазина и расходятся по местам в том же молчании, и девушка чувствует себя сконфуженно: ей кажется, именно она виновница этой стесненности.       Почти весь день она проводит в раздумьях, улыбка ее при виде покупателей настолько натянуто-фальшивая, что некоторые люди бросают недоуменные взгляды, чувствуя странную атмосферу и оттого не задерживаясь в помещении надолго.       Мэнди очень много думает о том, что она чувствует и как она должна поступить. Для нее все происходит слишком быстро. Она поглядывает на парня и чувствует внутри себя запутанный клубок эмоций. Сейчас они действительно довольно близки: Мэнди проводит с ним столько времени вместе, сколько не проводила даже со своими подружками из детства. Они не видятся лишь в выходные дни и отрезок времени с вечера до утра, когда вновь нужно отправляться на работу.       С одной стороны, Честер все еще задиристый, взбалмошный и довольно шумный, хоть он и пытается держать себя в руках. Его приколы никуда не исчезли: он мог намеренно спутать сладости, спрятать дешевые маленькие бомбочки в самые неожиданные места, незаметно разлить липкий сладкий сироп и делать прочие детские шалости, за которые она частенько ругается на него, а он лишь смеется с этого. Помимо этого, он нагловатый и нахальный, немного раздражающий, с толпой вредных привычек, отталкивающих светловолосую.       С другой же… Мэнди находит Честера очаровательным. Она видит, что он заботится о ней, хотя они и не говорят об этом. Поднимает ей настроение в неудачные дни, своеобразно подбадривает, не позволяет впадать в уныние. Он веселый и яркий, негатива в нем гораздо меньше, чем она видела изначально. Еще она видит, что с момента их знакомства он изменился в лучшую сторону. Даже то, что он вступился за нее, является красочным примером.       Она просто не может отрицать, что питает к нему симпатию, которая медленно, но непрерывно перерастает во влюбленность. Ей странно даже думать об этом, ведь она никогда не интересовалась романтикой и отношениями, как другие девочки. Ей было все равно на парней, если они не действовали ей на нервы, она не восхищалась книгами с описанием глубоких чувств, не смотрела мелодрамы. Ей было просто все равно. Так и продолжалось до недавнего времени. Теперь же она чувствует растерянность, не понимает, как вести себя и какие шаги делать.       Она же не может кинуться на шею с поцелуями к тому, кого ненавидела еще пару месяцев назад, верно?       Девушка совершенно запуталась в себе. Когда приходит время закрывать магазин, она решает, что ей нужно побыть в одиночестве, чтобы успокоиться.       — Иди без меня сегодня, хорошо? — обращается она к Честеру, который раздосадовано смотрит на нее. — Мне надо… кое-куда, не домой, поэтому…       — Это из-за вчерашнего? — резко спрашивает парень, выглядя при этом, словно недовольный птенец.       — Нет. Не совсем, — вздыхает неуверенно девушка, неловко поправляя одежду, чтобы занять руки. — Не знаю. Возможно. Просто хочу одна побыть, вот и все. Недовольство Честера мгновенно пропадает с лица, и он просто ярко улыбается ей, путая ладонью пряди ее челки.       — Нет проблем, кислинка, — негромко говорит парень, пряча руки в карманы, и задорно подмигивает. — Если нужна будет помощь, просто зови.       Он уходит одеваться, а она со вздохом провожает его спину взглядом. Мэнди понимает, что не должна держать друга в неопределенности, но и определиться пока не в состоянии. Она в последний раз проверяет, все ли в магазине на своих местах, и выходит, удостоверившись, что все в порядке.

***

      Она сидит на полу в знакомом зале и держится за ногу, которая пульсирует резкой болью. На глаза выступают маленькие слезинки, и девушка с силой прикусывает губу. Ее вымученный болезненный стон отскакивает от стен, заставляя зажмуриться.       Мэнди явно перестаралась, пока вымещала скопившиеся эмоции в движениях. Несколько минут назад она обидно поскользнулась и шумно упала на блестящий чистотой пол; кажется, она растянула лодыжку. Щиколотка заметно припухает и краснеет на глазах, а наступать на нее нереально: режущая боль отдает во всю ногу.       Мэнди с кряхтением подползает к ближайшей зеркальной стене и откидывается назад, опираясь спиной на гладкую поверхность. Дает себе несколько минут передышки, сидя неподвижно, чтобы не тревожить поврежденную конечность. Девушка слушает собственное тяжелое дыхание и сжимает ладони в кулаки, ударяя одним из них рядом с собой.       — Да какого черта это все вообще происходит со мной? — бубнит она сама себе под нос, стискивая зубы.       Мэнди чувствует себя ужасно уставшей и потерянной. Голова кипит от мыслей и жалости к себе, хочется, чтобы кто-нибудь прижал ее к себе и пожалел, как маленького ребенка, погладил бы по волосам и ласково покачал.       По какой-то причине в мыслях появляется до боли знакомая улыбка, чужие глаза, сияющие озорным блеском. «Если нужна будет помощь, просто зови»... Мэнди глубоко вздыхает и медленно и осторожно ползет к сумке, лежащей у входной двери. Девушка достает телефон и мнется: стоит ли звонить ему сейчас? Она кидает взгляд на ногу и чуть дрожащими пальцами нажимает на иконку контакта без фотографии.       Гудки звучат напряженно, несколько секунд заставляя девушку ощущать волнение: вдруг Честер обиделся на нее и не ответит? Она считает, у него есть такое право: именно она топит его в ожидании, когда сама же заставила своеобразно признаться в симпатии. Ей бы на его месте точно стало неприятно. Да и вообще, в тех ли они отношениях, чтобы он бегал к ней по первому слову?       Мэнди сконфуженно поджимает губы и задумывается на мгновение, упуская момент, когда гудки сменяются привычно веселым голосом, и вздрагивает, слыша:       — Привет, Кислинка.       Мэнди вздрагивает и подносит телефон к уху. Она слышит несколько посторонних голосов в динамике и понимает, что парень, скорее всего, проводит время с друзьями. Что ж, теперь она еще больше сомневается в том, стоило ли вообще звонить.       — Честер… — судорожно выдыхает она и чувствует, что близка к тому, чтобы расплакаться. — Ты занят, да? Извини, не буду отвлекать, — она не слушает, что он пытается ответить ей, и сбрасывает, кладя телефон рядом с собой экраном вниз.       Однако долго сокрушаться ей не приходится: устройство рядом с ней начинает активно вибрировать, привлекая к себе внимание. Мэнди берет телефон в руку и видит тот же контакт. Она не хочет брать трубку, но понимает, что сделает крайне некрасиво, если скинет звонок, поэтому подносит дрожащую ладонь к уху.       — Ну и что это значит? — звучит уже более серьезно от собеседника. Девушка подмечает, что посторонних больше не слышно, и делает вывод, что парень отошел от толпы. — Ты плакала? Что случилось?       — Не беспокойся, все в порядке, я… — Мэнди мнется, молчит несколько секунд, пытаясь сложить мысли в кучу. Не хочет просить помощи, но и осознает, что самой будет довольно тяжело. С выдохом продолжает, собирая всю решимость: — Я ногу подвернула, ты не мог бы… Ну… Помочь мне? Пожалуйста, — голос звучит тихо и неуверенно, слова теряются, глаза начинают бегать по помещению.       — Где ты сейчас, Мэнди? — Честер, судя по тону, явно обеспокоен, и от осознания этого в душе у девушки непроизвольно теплеет. Она бормочет адрес и слышит: — Я буду минут через пятнадцать, никуда не уходи только.       Звонок обрывается, и Мэнди переводит взгляд на свою ногу: вряд ли она сможет уйти в ближайшее время без помощи. Ей остается только терпеливо ждать. Она прикрывает глаза и аккуратно потирает поврежденное место, чувствуя припухшую кожу. В ответ на ее движения боль усиливается, и она убирает руку.       Минуты тянутся довольно медленно, и через время девушка начинает чувствовать сонливость, несмотря на пульсацию в лодыжке. Она медленно моргает, уходя в свои мысли, поэтому вздрагивает от звука открывающейся двери. Она резко поднимает голову и видит его: Честер тяжело дышит, упираясь руками в колени, растрепанные яркие волосы лезут ему в глаза, и он выглядит как человек, пробежавший марафон.       — Сейчас, секунду, принцесса, — он шумно выдыхает и проходит к ней, падая рядом на колени и касаясь ее ступни так, будто трогает хрусталь, а не кожу. — Ого, она так опухла, сильно болит?       — Сейчас полегче, тебе не стоило так торопиться, — Мэнди слабо улыбается парню и нежно смахивает его волосы со лба, и он улыбается ей в ответ. — Я отвлекла тебя от встречи с друзьями, да?       — Это неважно, — хихикает он, меняя позу, и смотрит в глубину ее глаз. — Если принцессе нужна помощь, нельзя оставлять это просто так, верно? — он берет ее ладонь в свою и слегка сжимает пальцы, заставляя щеки покрыться румянцем, едва заметным при тусклом свете.       Мэнди пристально смотрит на него, ничего не отвечая. Его грудь все еще вздымается от тяжелого дыхания, на лбу поблескивают капли пота, но он так легко улыбается ей; она поднимает взгляд и ловит его ответный — его глаза сияют, а улыбка становится немного смущенной.       Девушка сидит неподвижно, боясь потерять ту атмосферу, которая воцарилась вокруг них, едва не задерживает дыхание ради этого. Тишина не давит, лишь укрепляет их немую связь, и Мэнди впервые чувствует себя так. Кажется, что даже боль в ноге притупляется — сейчас она больше обращает внимание на учащенный стук собственного сердца.       — Не хочешь пойти домой? — спустя несколько минут все же спрашивает Честер, чуть крепче сжимая ее ладонь в своей. — Тебе стоит отдохнуть, когда я доведу тебя до дома, верно?       — Д-да, думаю, ты прав, — Мэнди промаргивается и выдергивает руку, предпринимая попытку подняться, но поврежденная нога мгновенно отдает резкой болью, заставляя ее прошипеть сквозь зубы.       — Ну и что ты делаешь? — выгибает бровь красноволосый, снисходительно глядя на нее. — Все, что тебе нужно, — это забраться мне на спину, я отнесу тебя, — слегка улыбается он и поворачивается к ней спиной, чтобы ей было легче ухватиться.       Мэнди чувствует, как по ее лицу вновь растекается румянец. Она хочет ответить что-нибудь на это, но слова теряются, и она лишь прикусывает кончик языка и начинает с пыхтением неловко цепляться за парня, словно маленькая коала.       Когда она заканчивает, Честер спокойно поднимается и перехватывает ее поудобнее, а после отправляется к выходу, не забыв захватить чужой рюкзак. Мэнди же в этот момент чувствует себя крайне неловко, обнимая чужую шею. Она укладывает голову на макушку Честера и прикрывает глаза, чувствуя жар на своих щеках.       Пока они идут домой, девушка сотню раз успевает поинтересоваться, не устал ли красноволосый и не слишком ли она тяжелая для него. Он лишь хихикает, отвечая, что она легкая и хрупкая, как пушинка, хотя по его напряженным рукам чувствовалось, что он теряет силы, но даже не подает виду.       Когда они наконец добираются до знакомого двора, то замечают синюю макушку возле одной из дверей. Честер хмыкает, выражение его лица неуловимо меняется, но он даже не смотрит на друга, когда они проходят мимо. Мэнди, в свою очередь, ловит сердитый взгляд синеволосого и вздыхает, отворачиваясь и чувствуя себя неудобно. Ей кажется очевидным, что именно она стала помехой для их долгой дружбы, и если на Фэнга ей по большей части наплевать, то за Честера она действительно переживает. Однако сейчас девушка решает отложить мысли об этом: она устала, и у нее куча собственных проблем.       Честер поднимает ее по лестнице и аккуратно опускает на пол возле нужной двери, придерживая ее за плечо, пока Мэнди пытается удержать равновесие на одной ноге и одновременно с этим провернуть ключ в замке. Когда она справляется с этим, сразу переводит взгляд на парня.       — Спасибо, Честер, — она держится за его предплечье и смотрит на его губы, растянувшиеся в улыбке. — Я не знаю, что бы делала без тебя сейчас, и для меня важно, что ты так заботлив со мной, — произнеся это, она приподнимается на носок одной ноги и аккуратно чмокает его в уголок губ, продлевая это невинное прикосновение на несколько секунд, после чего отстраняется.       Она чувствует себя безумно смущенной, когда желает спокойной ночи и, хромая, заходит в квартиру, улавливая едва слышимый крайне смущенный ответ.       Ее сердце бешено колотится, когда она опирается спиной на дверь и прижимает ладони к груди. Теперь она, кажется, понимает, что именно она чувствует к Честеру.