One Track Mind, One Track Heart

Как она в это ввязалась?   Верно. Энид.   Её склонность болтать обо всем и всех привела к чрезмерно подробному пересказу ее ночи с Аяксом за оранжереей. И в то время как часть Уэнсдей была отталкиваема этим, другая часть была любопытна.   Это любопытство остается с ней, крутясь в ее голове, пока она не обнаруживает, что у нее нет другого выбора, кроме как удовлетворить его. В последнее время это становится отвлекающим фактором, который начинает распространяться на все сферы ее жизни. Она едва может сосредоточиться на расследовании своего преследователя, когда ее мысли блуждают как ни в чем не бывало. Она должна разработать план, и ее кандидатура для этого очевидна.   Ксавье.       На самом деле это очень простой план.   Первый шаг: Найти его. (Нетрудно, он бы ухватился за возможность провести с ней время. Его интерес к ней очевиден.)   Второй шаг: убедить его переспать с ней. (Тоже не сложно. Смотрите шаг номер один.)   Удивительно, но самое сложное на самом деле произнести слова, когда они приходят в его художественную студию, и он спрашивает с легкой улыбкой: -О чем ты хотела поговорить?   -Я хотела бы предложить соглашение.   Его бровь приподнимается. -Договоренность?   -Я полагаю, что это называется ”друзья с привилегиями".   Ксавье смотрит на нее, его лицо искажается в замешательстве. -Ты просишь меня заняться с тобой сексом?   Хотя ей и не нужно этого делать, Уэнсдей ловит себя на том, что уточняет. -Я хочу исследовать. Я нахожу тебя достаточно привлекательным.   Это так близко к комплименту, как она когда-либо могла бы сделать, и Ксавье это знает. Очевидно, что он это делает. Потому что она говорит, что он воспринимает это как должное, мило краснея. Она может восхищаться контрастом этого на фоне белизны его рубашки.   -Да, хорошо, - мягко говорит он, подходя ближе к ней. Он обнимает ее за талию, притягивая ближе. -Ты имеешь ввиду прямо сейчас, или...?   -Сначала у меня есть несколько правил.- Уэнсдей обнаруживает, что кладет руку ему на грудь, чтобы он не прижал ее полностью к себе.    -Я не целуюсь.   -Хорошо, - его плечи немного опускаются, как будто он разочарован, но он не делает попытки отойти. -Что-нибудь еще?   -Я не обнимаюсь.   -Хорошо, - он протягивает руку, чтобы поиграть с ее косой. -Могу я целовать тебя где-нибудь еще? Кроме губ?   -Например?   -Твоя шея, - начинает он, проводя пальцем по коже.-Или ниже.   Она делает паузу, слегка прищурив глаза, пока обдумывает. -Это приемлемо.   -Значит, мы закончили переговоры?   -На данный момент.   -Отлично.       И вот как она оказалась здесь; с телом Ксавье, зажатым между ее ног, его ртом, посасывающим синяки на ее шее, и его пальцами, скользящими вверх по ее бедру. Он прижимается к ней так, словно едва может сдерживаться.   Это грязно. Мерзко. Замечательно. Все что она может сделать, это впиться ногтями в его плечи и держаться, пока он непроизвольно вытягивает из нее тихие, унизительные звуки. И это заставляет ее ненавидеть его. Эта дерзкая полуулыбка, которую она чувствует на своей шее, когда он заходит под хорошим углом и трется прямо о ее клитор. Она вскрикивает, слишком громко в тишине комнаты.   -Черт возьми,Уэнсдей. Он стонет, покусывая ее кожу. -Как ты хочешь...?   -Вот так. Она старается не выдохнуть, когда его пальцы касаются ее сердцевины.   Ему приходится сделать полшага назад, чтобы скользнуть пальцами под ее нижнее белье, и прежде чем она успевает пожаловаться на потерю контакта, его большой палец снова кружит по ее клитору. Без тканевого барьера это намного интенсивнее.   Она прикусывает губу, чтобы удержаться от того, чтобы больше не издавать этих глупых, смущающих звуков. Ксавьер отстраняется, чтобы посмотреть на нее, его рот приоткрыт. Он дышит почти тяжелее, чем она.   -Ты такая красивая в таком виде, - бормочет он.   Искренность в его голосе вызывает тошноту. Она не отвечает, откидывая голову назад и позволяя своим бедрам слегка покачиваться под его рукой. Он снова немного сдвигается, а затем вдавливает в нее один длинный палец.   Невозможно сдержать стон, который срывается с ее губ, или то, как ее глаза трепещут, а брови сходятся вместе.   -Ты такая мокрая. В его голосе слышится нотка удивления. Он смотрит на нее с благоговением, как будто не может поверить, что она здесь и позволяет ему это делать. Она тоже не может. Тем не менее, когда он загибает палец как надо и заставляет ее бедра дергаться от интенсивности этого движения, она не может сказать, что сожалеет о том, что спросила его.   Еще один палец.   Теперь она хнычет. Давление нарастает, поднимаясь к такому пику, которого, она уверена, никогда раньше не испытывала. Его большой палец нажимает немного сильнее, его пальцы изгибаются как раз правильно, и это толкает ее через край.   Она воет, отбиваясь от него, когда он проносится сквозь нее. Удовольствие от этого не похоже ни на что, что она испытывала раньше. Оргазм накатывает на нее волнами, продлеваемый непоколебимыми движениями его руки. Прижавшись к своему бедру, она смутно чувствует, как он двигается к ней, прерывистыми маленькими полуподвигами, как будто он ничего не может с собой поделать.   Третий палец. Его большой палец ускоряется, и его рот снова оказывается на ее шее. Зубы царапают ее яремную вену. Он собирается оставить следы. Это не займет много времени, прежде чем она снова достигнет пика, еще более интенсивного, чем в первый раз. Он не останавливается, пока она не начинает дрожать под ним.   -Хватит, - огрызается она, опуская руки к его поясу.   Ксавье карабкается, чтобы помочь ей расстегнуть его, стягивая штаны и боксеры до колен.   -Черт. Он замирает.   -что? - требует она, глядя на него сквозь челку.   -У тебя есть презерватив?   -ой. Она моргает, один раз, сдержанно. -Левый карман.   Ее безразмерный жакет все еще наполовину надет, хотя он давно спал с ее плеч.   -Ты действительно все продумала, не так ли? Он достает презерватив, разрывает упаковку и надевает.   -Я думала об этом в течение нескольких дней.   Его член дергается в его руках от ее слов, и он закрывает глаза. -Ты думала обо мне, да?   Она не отвечает. Вместо этого она пододвигается к краю стола, чтобы стянуть с себя нижнее белье. Они падают в сторону, забытые, когда Ксавье устраивается поудобнее между ее раздвинутых бедер. Он гладит себя, плавно скользя между ее половыми губами. При каждом толчке его член натыкается на ее клитор.   -Трахни меня, - требует она, обвивая руками его шею.   Он прижимается к ней еще пару раз. Наконец, наконец, он сдвигается, хватая ее за бедро свободной рукой, и прижимается к ней. Она такая мокрая, что едва обжигает при входе. Хотя кажется, что проходит вечность, прежде чем его бедра полностью прижимаются к ее. Даже его пальцы не чувствовали ничего подобного. Она чувствует себя невероятно полной, растянутой вокруг него наилучшим из возможных способов.   Он опирается на стол, наклоняя голову, чтобы прижаться лбом к ее лбу. Ее челка влажная от пота.   -Ты в порядке?   Она кивает, и он коротко выдыхает, прежде чем начать двигаться. Это одновременно успокаивает и еще больше разжигает боль, которую она чувствует между ног. Медленное скольжение его внутри нее восхитительно. Ее ногти впиваются в его плечо. Рука, оставляющая синяки на ее бедре, проскальзывает между ними, чтобы он мог грубо потереть ее клитор. Его толчки углубляются, медленно ускоряясь.   -Пожалуйста, скажи мне, что мы можем сделать это снова, - умоляет он. Его голос надломлен, он в таком же отчаянии, как и она.   Она молча кивает, слишком сосредоточенная на изысканных ощущениях, чтобы по-настоящему ответить ему. Она не ожидала, что это будет так. Кажется, что прошло совсем немного времени, и она снова кончает, сжимаясь вокруг него. Это намного лучше, когда он глубоко внутри нее.   -Черт, я собираюсь кончить. Он стонет и зарывается лицом в ее шею, тяжело дыша, когда начинает всерьез врезаться в нее.   Он сильно кусает ее за шею, когда кончает, беспорядочно дергая бедрами напротив ее. Ее собственные бедра слабо дергаются в ответ.   На мгновение они замирают, тяжело дыша. Ксавьер двигается первым, осторожно выходя из нее, прежде чем выкинуть презерватив в мусорное ведро. Он смотрит на нее, протягивая руку, чтобы провести пальцем по следу от укуса сбоку на ее шее.   -Этот не кровоточит.   -Позор. Она вздыхает, соскальзывая со стола. Ее ноги немного подкашиваются. Не говоря ни слова, она поднимает свое нижнее белье и надевает его обратно. Тело болит,но приятно, как будто разминает мышцы после хорошей тренировки на стойке.   -Мы можем? - спрашивает Ксавье, снова застегивая штаны. Сделать  это снова, я имею в виду.   Она поднимает на него глаза. -Вот что значит друзья с привилегиями.   -Хорошо, - он улыбается ей, в его взгляде что-то похожее на привязанность.   Это заставляет ее желудок беспокойно переворачиваться. Не совсем так, как когда она наблюдает, как ее родители лебезят друг перед другом, но это не отличается.   Она должна уйти. Сейчас.   -Мне нужно вернуться к моему роману. Она говорит. Она уже направляется к двери.   Ксавье быстро следует за ней, открывая перед ней дверь сарая.-Хочешь, я провожу тебя обратно в общежитие?   -Нет, я вполне способна  сама.   -Хорошо. Его лицо немного вытягивается. Увидимся Уэнсдей.   -Спокойной ночи.