One Track Mind, One Track Heart

Как только её любопытство было удовлетворено, оно уступило место желанию. Воображение о том, каково это, когда кто-то интимно прикасается к тебе, сменяется знанием. Она воспроизводит воспоминание о нём внутри себя в течение недели, прежде чем обнаруживает, что ей нужно больше тактильных ощущений, чем позволяют только её память и руки.   Она снова оказывается в его сарае.   -Уэнсдей! -Ксавье рад ее видеть, его лицо сияет при её появлении.   Это вызывает у неё тошноту, ощущение скручивания в животе, когда он улыбается ей. И все же она хочет. Это поселяется глубоко в ее сердце, боль, до которой она не может дотянуться самостоятельно. По крайней мере, не так хорошо, как он может.   Она делает шаг вперед, мрачно глядя на него. Он, кажется, понимает, бросает кисть и целеустремленно движется вперед.   Когда он притягивает ее к себе, боль немного утихает. Он покрывает легкими поцелуями ее подбородок, прикусывает мочку уха. Пока он работает над разметкой ее шеи, он начинает поддерживать ее, пока она не оказывается зажатой между ним и столом.   -Знаешь, я не думал, что ты вернешься.- Его тон легкий, даже непринужденный, когда он царапает зубами точку ее пульса.   -И почему?” - спрашивает она, изо всех сил стараясь держать свое дыхание под контролем, а тон - безразличным.   -Ты не разговаривала со мной около недели.   -Мы вчера говорили в кабинете.   -Вне класса. Он уточняет. -Я беспокоился, что тебе это не понравилось.   -Совсем наоборот. Это был поучительный опыт.   -да?- Он выдыхает: -Более поучительный, чем Тайлером?   В его тоне есть что-то темное, более интригующее, чем ей хотелось бы найти.   -Я не делала ничего подобного с Тайлером. Или с кем либо другим.-Она раздражена и не может до конца понять, почему они ведут этот разговор сейчас, когда можно гораздо лучше использовать его время. И рот.   Ксавье отстраняется, выпрямляясь.   -Подожди, я лишил тебя девственности?- Его лицо вытягивается. Он настолько выразителен, что даже ей легко прочесть его эмоции. Он встревожен.   -Почему ты расстраиваешься?   -Потому что, если бы я знал, я бы... твой первый раз не должен был быть в сарае.   -Местоположение для меня не имело значения. Уэнсдей протягивает руку и дергает себя за наполовину собранные волосы, позволяя им упасть на лицо. -Мне это понравилось. Перестань слишком много думать об этом.   Он выглядит сомневающимся. -Позволь мне загладить свою вину перед тобой.   -В этом нет необходимости.   -Ну, это то, что я все равно хотел сделать.   -Если ты хотел…   Он ведет ее, чтобы она села на стол, к которому он её прижал, осторожно стаскивая с неё куртку. Ёе свитер следует её примеру, затем он расстегивает её рубашку, так медленно, что это граничит с мучением. Когда он добирается до последней пуговицы, он мягко снимает её с её плеча и проводит руками по обнаженной коже.   Ксавье придвигается ближе, чтобы он мог прикусить её горло, одновременно обхватывая её грудь. Он грубо ущипнул её за сосок через лифчик, и от этого ощущения у неё перехватило дыхание. Немного щиплет, но это лучше, чем она ожидала. Это приятно. Смесь боли и удовольствия удовлетворяет потребность, о которой она даже не подозревала. Она подозревала, из-за того, как склоняются ее интересы, но она не знала до конца.   Его рот спускается вниз, целуя ее между грудей, затем по животу, пока он практически не наклоняется. Плавным движением он раздвигает ее ноги и становится на колени между ними. Уэнсдей смотрит на него сверху вниз. Он целует ее одетое колено и начинает развязывать шнурки на её ботинках настолько, чтобы он мог снять с неё туфли.   Он тянет её за штаны и бормочет: -Сними это.   Немного неловко, когда она сидит на столе, но она справляется с его помощью. Когда она обнажается под ним, он придвигается ближе, пока его лицо не оказывается заключенным в скобки между ее бедрами. Он утыкается носом в ее колено, а затем внезапно впивается зубами в чувствительную кожу там. Она ахает, и он слегка смеется над этим звуком.   -Что ты делаешь? - спрашивает она, запуская руку в его волосы и дергая их. Ей нравится, как трепещут его глаза, когда она это делает. Она наблюдает, как подрагивает его кадык, когда он судорожно сглатывает. Ее ногти царапают его кожу головы.   Он не отвечает на ее вопрос, но вместо этого кладет руку ей на бедро. Он прокладывает свой путь вверх по внутренней стороне ее бедра, покрывая поцелуями при движении. Это так медленно, что причиняет боль. Она на взводе, предвкушение растет по мере того, как она ждет, чтобы увидеть, что он собирается сделать.   Первое прикосновение его рта к ее сердцевине вызывает шок, как будто живая проволока ее видений оседает у нее между ног. Она не уверена, чего она ожидала, но чтобы он прикоснулся к ней ртом, как будто это было не то чего она ожидала. Его язык нежно ласкает ее клитор, вызывая у нее громкий крик от этого ощущения.   Возбуждение сжигает ее, когда он продолжает целеустремленно вылизать ее. Стоны срываются с ее губ против ее воли. Если она думала, что у него хорошие пальцы, то это было в тысячу раз лучше. Тоска по нему вернулась, скапливаясь где-то внизу ее живота. Она растет с каждым влажным облизыванием его рта.   Она тянет его за волосы, подстегивая, и он стонет в ее объятия. Следует ее собственный вздох, ее бедра медленно покачиваются навстречу ему. Он посасывает ее клитор и сдвигается, чтобы поднять свободную руку и скользнуть пальцем внутрь нее.   Все это слишком много. Его палец изгибается, растирая ее в нужном направлении, и она жестко кончает, почти крича о своем освобождении. Она дергает его за волосы до такой степени, что это должно быть больно, но Ксавье, кажется, это нравится. Интересная концепция, которую можно подробнее изучить позже, когда она не будет дрожать под его ртом.   Он не унимается, энергично продолжая свои движения с добавлением еще одного пальца. Ее оргазм на самом деле не прекращается, просто затихает на мгновение, прежде чем нарастать в два раза быстрее, пока она снова не достигает пика. Это настолько сильно, что она быстро становится сверхчувствительной. Ей приходится физически оттаскивать его от себя, его глаза закрываются от удовольствия.   Он дышит так же тяжело, как и она. Даже при слабом освещении студии она видит, как ее влага размазалась по его лицу. Это доводит ее потребность в нем до предела. Она хочет, чтобы он трахнул ее прямо сейчас.   -Я готова. - говорит она и подталкивает его подняться.   Уэнсдей охватывает внезапное, необъяснимое желание ощутить его кожу на своей, и она тянет его за рубашку, пока он не стягивает ее через голову. Ее руки скользят по его плечам и вниз по груди, исследуя мышцы там, пока он стягивает штаны и боксер достаточно, чтобы освободить свой член. Он тянется в сторону, доставая презерватив, и торопливо надевает его.   Ксавье хватает ее за бедра, притягивая немного ближе. Головка его члена скользит между ее половыми губами раз,потом другой, а затем он вжимается в нее. Немного щиплет, но не так сильно, как раньше. Он останавливается, сжимая ее так крепко, что она уже чувствует, как образуются синяки. Мысль об этом вызывает острый приступ удовольствия внизу ее живота.   -ты в порядке? Он задыхается, его лицо уже сморщивается от удовольствия.   Она никогда бы не призналась, что ей нравится смотреть на него, особенно когда он такой. Волосы прилипли ко лбу и шее, он задыхался и раскраснелся из-за нее. Странное чувство гордости поселяется в ней при виде того, каким растрепанным он выглядит в этот момент.   -Двигайся. - требует она, хватая его за плечи и обхватывая ногами.   Он, не теряя времени, отстраняется, а затем врезается в нее. Он правильно догадался, что на этот раз она хотела бы, чтобы все было грубее, и темп, который он задает, не что иное, как жестокий. Его голова опускается так, что он утыкается носом в ее плечо, впиваясь в него зубами.   Боль, смешанная с восхитительным тем, как он двигается внутри нее, снова толкает ее к краю. Она прижимается бедрами к его бедрам, когда достигает своего пика. Ее ногти впиваются в его плечи.   -Ты слишком потрясающая.-Он стонет ей на ухо.   На этот раз похвала творит странные вещи с ее внутренностями, что, она уверена, ей не нравится. Ее желудок скручивается, как будто он полон летучих мышей. Она подавляет трепещущее чувство, которое угрожает свернуться клубком в ее груди от его слов. Вместо этого она тянет его за волосы и тянется, чтобы укусить его. Она хочет укусить его так же, как он укусил ее.   Ее руки скользят вниз, впиваясь пальцами в бледную кожу его ребер, в то время как она оставляет синяки везде, куда может дотянуться ее рот.   -О, черт, - говорит он, и его хватка на ней усиливается.   Он сдвигается, чтобы просунуть руку между ними, прикасаясь к ней в такт своим толчкам. Она не может дышать, может думать только о том, чтобы прильнуть к нему, когда он вызывает у нее еще один оргазм. На этот раз она почти кричит, тяжело дыша, прижимаясь к нему, пока он проводит ее через это. Все ее тело дрожит от интенсивности этого.   Он ускоряется, бедра беспорядочно двигаются в течение нескольких секунд, когда он кончает вскоре после этого. Он замедляется до остановки, глаза закрываются, когда он как бы приваливается к ней. Она позволяет этому продолжаться, может быть, полминуты, пока ее дыхание немного не замедлится и она не придет в себя.   Затем контакт быстро становится подавляющим. Она толкает его в плечи, пока он не выходит из нее и не отступает достаточно, чтобы они больше не соприкасались. Она видит, как он напрягается, как будто пытается отгородиться, когда она спрыгивает со стола, одеваясь так быстро, как только может.   Когда она надевает туфли, он спрашивает: -Ты уверена, что не хочешь, чтобы я проводил тебя обратно?   Это рыцерский жест с его стороны. И ненужный.   -Я в порядке.   Он кивает, как будто это то, чего он ожидал. Его губы недовольно сжались. Его беспокоит ее отказ. Она бросает на него напряженный взгляд через плечо и уходит так же быстро, как и вошла. Она чувствует его пристальный взгляд на своей шее, пока не исчезает из поля его зрения.   Это заставляет ее содрогнуться.       Как только Уэнсдей  возвращается в свое общежитие, она обнаруживает, что отвлеклась. Ее мысли блуждают непрошеные, и она изо всех сил пытается обуздать их. Это странно и просто сводит с ума.   Ее попытки писать зашли в тупик, и она обнаруживает, что смотрит на ту же самую чистую страницу, с которой начала двадцать минут назад. Эта сцена ей не подходит. Слова сейчас совсем неуместны.   К счастью, звук жужжания ее телефона отвлекает ее внимание от написания.   Когда она разблокировала это дурацкое устройство, ее ждало два сообщения. Одно от Энид, сообщающее ей, что Аякс придет позже вечером, после обхода . Другое - от ее преследователя. Это изображение ее, довольно растрепанной, выходящей из сарая Ксавье ранее тем вечером.   Изображение увеличено настолько, что становится зернистым. Взято издалека. Она не может получить от него ничего, кроме общего указания, что не очень полезно, учитывая, что это просто где-то в лесу. Разочарование наполняет ее, когда она ломает голову над картиной. Они всегда достаточно расплывчаты, чтобы удержать ее от каких-либо реальных действий.   Тем не менее, ей нужно чем-то заняться в течение нескольких часов, и это самое близкое к зацепке, что у нее было с тех пор, как началось преследование. Она собирает свои вещи, надевает снуд, который дала ей Энид (для тепла и ни по какой другой причине), и ныряет в окно. Вещь проскальзывает в ее сумку, когда она уходит.       ***       Леса оказываются бесплодными. Она бредет в том направлении, откуда, по ее мнению, была сделана фотография, но лес тянется на многие мили, и она понятия не имеет, что может найти, особенно в темноте новолуния. Даже после того, как ее глаза привыкли к недостатку света, все равно трудно что-либо разглядеть.   Надежды на следы почти нет, и она не нашла ничего, что могло бы понравиться преследователю в качестве наблюдательного пункта. Она приходит к выводу, что, вероятно, эта задача лучше подходит для дневного света, когда она может видеть более четко.   Как раз в тот момент, когда она раздумывает, не развернуться ли, задаваясь вопросом, не слишком ли рано возвращаться в общежитие, под ее ногой раздается незнакомый хруст.   Она замолкает, присаживается на корточки и достает свой фонарик. Под ее туфлей - потрепанная фотография. На нем она и Ксавье (и друзья) обедают. Разорванная пополам. Разрыв равномерно проходит посередине, разделяя два предмета. На ее лице красный крестик, а вокруг его круг. Когда она осматривает ближайшую область с помощью света, она замечает вспышку отражения. Флешка лежит, наполовину укрытая листьями.   Расположение подозрительно; она не может сказать, должна ли она была найти эту подсказку или это была небрежная работа преследователя. В любом случае, она хватает свой носовой платок и заворачивает обе улики, стараясь ни к чему не прикасаться напрямую.   Возможно, этот вечер не был пустой тратой времени. Помимо того, что она обнаружила, прохладный вечерний воздух помог ей прояснить голову, и она уже начала думать о том, как она может продвинуть свою историю дальше от сцены, на которой она застряла.   Убирая завернутые вещи обратно в сумку, она встает. На близком расстоянии она слышит, как кто-то довольно неуклюже движется в лесу позади нее. Они шумят, продираясь сквозь подлесок. Она оживляется в предвкушении. Может быть, ей повезло, и она нашла преступника. Думал, что это будет разочарованием для них, если они так плохо умеют красться, что спотыкаются в лесу, как раненый олень.   Она направляется на шум, бесшумно ступая сквозь листву, пока не подходит достаточно близко, чтобы разглядеть приближающуюся фигуру.   -Что ты здесь делаешь? - спрашивает она с явным разочарованием в голосе.   -Я видел, как ты шла сюда, когда я запирал сарай. Ксавье пожимает плечами: -Я не хотел, чтобы ты была здесь одна.   -Я прекрасно справляюсь сама.   -Ой, - мягко говорит он, - что ты вообще делала?   -Собиралась прогуляться.   Он хмурится, как будто знает, что она частично лжет, но не настаивает.   Она ловит себя на том, что уточняет: -У Энид сейчас Аякс в нашем общежитии.   -Ой.В следующий раз, когда тебя выгонят, ты можешь прийти потусоваться со мной в мое общежитие. Или даже воспользоваться сараем, если захочешь побыть одна.   Она моргает один раз, удивленная его предложением. Было бы не худшей идеей использовать его сарай для дополнительного времени написания, когда у Энид был Аякс. Тот факт, что он думал предложить это…   -Хорошо.- Она кивает и начинает идти обратно к Невермору. -Кстати, ты невероятно громкий. Я могла услышать твои шаги за милю отсюда.   -Обычно я не хожу бродить по лесу ночью. Особенно когда вокруг кромешная тьма.   Он пристраивается в ритм рядом с ней, засунув руки в карманы. Он больше не пытается заговорить с ней, очевидно, довольствуясь прогулкой в дружеской тишине. Удивительно, как мало он ее беспокоит. Они друзья, но даже Энид иногда переходит границы своей дружбы. Странно, что это чувство не распространяется таким же образом на время, проведенное с Ксавье.   Хотя его присутствие беспокоит ее не так сильно, как ожидалось, она чувствует некоторое раздражение из-за того, что он последовал за ней в лес. Какими бы благими намерениями он ни руководствовался, она более чем способна постоять за себя. В опасной ситуации он может быть даже большей помехой. Но она не говорит ему об этом. Сдержанность - это что-то новенькое, но она практиковалась с Инид.   Он идет с ней, пока они не доходят до лестницы, ведущей в общежитие. Прежде чем уйти, он поворачивается, чтобы посмотреть на нее.   -Что на тебе надето?- Он сдерживает смех, когда наконец видит ее на свету.   -Это прошлогодний подарок на день рождения от Энид. Если я не ношу его достаточно часто, она становится грустной, а я слишком занята, чтобы справляться с ее эмоциональными перепадами настроения .   -Так ты теперь принимаешь подарки на день рождения, да? Приятно это знать.   -О чем бы ты ни думал, не делай этого.   -Нет, уже слишком поздно. Он ударяется своим плечом о ее. -Процесс запущен.   -Ты должен знать, что нужно будет оборачиваться, если ты настроен идти по этому пути.   Он кивает, легкая улыбка приподнимает уголки его рта. -Я не ожидал ничего меньшего.   -Прощай, Ксавье.   -Спокойной ночи.   Он провожает ее взглядом до самой двери и уходит только тогда, когда видит, что она входит в здание. Он машет рукой, когда видит, что она смотрит через стекло, а затем исчезает из виду.