Не от мира того

Сказано-сделано. Сказали копать картошку – поехал копать картошку. Благо бабушка слабо видит, поэтому была рада «избраннице» внучка. Бабуля так и сказала: «Олежка, что ты фыркаешь. Вон смотри какая: чернявая, статная, объятья крепкие, сразу видно – работящая». Юра прекрасно справился с двумя грядками, на третьей его повело. Юлька таскала ведра туда-сюда, на совесть выкорчевав одну стратегическую единицу земли. Мать и отец взяли по пять грядок на нос. Бабку же сморило после парочки кустов. И слава богу. Усердно поработав на солнцепеке, Владыка решил устроить стриптиз – оголил шикарный торс на зависть бабенкам с соседних огородов. - Господи, и куда вам столько картошки, - бубнил себе под нос Сандмириан, активно работая лопатой, добивая восьмую грядку. По его прикидкам, этого количества должно хватить, чтобы кормить четверть Темного континента целый месяц. - Каждый год задаюсь этим вопросом, - страдальчески изрек Юра, задумчиво вертя в руках злосчастный клубень. - Солярий, свежий воздух, тренажерный зал ммм…романтика, - изрекла сестренка и повернула голову в сторону поля, лежа на куче ботвы. - Кто б говорил, язва ленивая, - цыкнул на нее Юрка и запустил картофелиной в радостно взвизгнувшую девчонку. - Получи фашист петарду! – заорала Юлька, метнув в успевшего увернуться брата, охапку ботвы. Через секунду еще зеленые, но уже пожухлые стебли, украшали беспорядочным венцом голову Владыки, прекрасно оттеняя его неподвластную солнцу бледность. - Вливайся, - посоветовала Юля и лучезарно улыбнулась. Сандмириан только поморщился. Ведь в этой семье, как он уже понял, улыбка не предвещает ничего хорошего, а они все лыбятся, даже угрюмый отец нет-нет, да ухмылялся. После изматывающего агрофеста бабушка всех угостила вкусным не то обедом, не то ужином. Напекла масляных блинчиков, запекла картошечку в мундире, всем подала борщ со сметанкой. Все с аппетитом уплетали борщец и закусывали блинами, брезгливо обходя картошку. К ней они скорее всего проявят интерес через парочку дней. Когда пришло время обустраиваться ко сну, Юлька отвоевала себе место на печке. Родители, поссорившись к вечеру, улеглись в разных комнатах. Было принято решение положить Александра на веранде, а Юрку отправить в сени, великодушно выделив ему покрывало и парочку одеял. - Бросили меня на растерзание комарам…А Юлька и подвинуться могла бы…видите ли спина у нее разболелась…- кряхтел парень, ворочаясь с бока на бок, пытаясь улечься на сене как можно удобнее. - Я мог бы подвинуться, - опалил горячим шепотом ухо юноши, бесшумно подкравшийся и нависший над ним Владыка. - ТЫ СОВ… - сорвался было на крик Юрка, но Сандмириан тут же заткнул его рот ладонью и ухмыльнувшись продолжил: - Шшш, родители спят. - Ты сдурел так пугать? – негромко, но убедительно возмутился парнишка. - Прими это в качестве извинений, - произнес Владыка и начал выцеловывать дорожки на шее возлюбленного, поглаживая его затвердевающие соски. Юра лишь беспомощно простонал, подставляясь под умелые ласки, растекающиеся жаром по всему телу. Он извивался и томно вздыхал, отзываясь на каждое его прикосновение, будто натянутая струна. Владыка расстегивал пуговицы на помятой рубашке парня, не отрываясь от поцелуя, и раздевался сам, принимая помощь в этом нелегком деле от партнера. Отбросив все лишнее в сторону, Сандмириан притянул Юру ближе и закинул его ногу на себя. Это заставило парня оторваться от поцелуя и выжидающе уставиться на любовника. В его глазах не было отвращения или страха, только безграничное доверие и желание. И владыка истолковал это желание правильно. Отмахнувшись от липнувшего ко всему сена, желающего занять отнюдь не последнее место в действе, Сандмириан разжившийся смазкой и презервативом (наверняка с тортиком вместе покупал) начал подготавливать любимого к вторжению. Довольно быстро вошедший во вкус Юра уже сам насаживался на его пальцы, направляя их в нужном направлении. Мгновение и Владыка вошел в парня на всю длину, заставив его вскрикнуть и в отместку впиться в его шею зубами. Но потом он начал медленно двигаться в нем, то и дело нашептывая ему на ухо какие-то бессмысленные слова, но на тот момент казавшиеся чрезвычайно важными для обоих. В тот момент Повелитель Тьмы окончательно понял, что не сможет отпустить этого парня, ни к другому, ни к старушке смерти, даже с самим временем он не собирался его делить. И на этот случай у него было решение, хоть не самое быстрое и выполнимое…