Вкус твоего сладкого безумия

***

— Знаешь, почему я ненавижу прогулки с тобой? Париж… Уже знакомый вам город любви. Он не изменяет своим традициям, влюбляя в себя своей запретной красотой. Особенно вечером после лилового заката, когда местные усталые жители после долгого мучительного дня выползают на улицу, вдыхая свежий мартовский воздух, унюхивая цветущие нотки нарциссов и душистых фиалок. Фонари, отливающие тёплым желтоватым цветом, ласкают взор, украшают и без того ухоженные парки. Несмотря на то, что людей на местной площади немало, все ведут себя тихо. Во Франции крики считаются настоящей грубостью и неуважением, а парижане народ культурный, неторопливый. К сожалению, того же не скажешь про страстного учёного, что обнимал своего бойфренда за руку, практически до хруста, пытаясь обратить его внимания обратно на себя. Да, женщины тут очень сексуальные. Услышав слово «француженка», многие парни рисуют в голове романтичную даму в лёгком нежном платье. Но так думают только те, кто никогда не был во Франции. Местные mademoiselle тут носят привычную нам одежду: джинсы, брюки, кроссовки и другое. Но не подметить их красоту сложно. Поэтому не удивительно, почему Лор засматривался на двух блондинок, сидящих на скамье. За чрезмерное любопытство к здешней флоре и фауне аристократ уже было получил подзатыльник по своей головушке, если бы не соизволил повернуть её, смотря на раздраженного возлюбленного сверху вниз. Ви, в свою очередь, прищурил два голубых сапфира, ревниво рыча. Они встречаются уже около четырёх месяцев. За это время каждый из них понял, чему им двоим не хватало. Лорацио до отношений чувствовал себя пазлом без детальки. Он отчаянно нуждался в чем-то новом, романтичном, и наконец аристократ нашёл то, что сделало его ещё счастливее. Виолент же получал блаженство от того, что теперь ему дозволено всё. Он может начхать на ранее поставленные рамки, может кусать, целовать и сжирать горячего итальянца живьём. — И почему же? — непринуждённо задал вопрос Де Марцо, свежо улыбаясь милому. — Во-первых, я насчитал уже как минимум тринадцать телохранителей. Трое из них даже не скрывают, что следят за нами. А, во-вторых, если ты продолжить пялится на этих сучек, то я обещаю, что выколю тебе глаза и повешу тебя на твои же кишки. На такую угрозу, которую Виолент никогда не воплотит в реальность как минимум из-за любви к этому ненадежному негодяю, Лорацио мелодично рассмеялся, потираясь кончиком носа о нос Ви. Такой жест вроде тоже является подвидом поцелуя, хотя Вио больше предпочитает французский. Не только из-за корней своей национальности. В нём можно обрушить всю свою любовь и похоть к предмету своей одержимости. Показать, какое тяготение и дурманящую жажду ты испытывал всё это время. Но, конечно, есть и обратная сторона монеты. Бактериям этой парочки пришлось как-то уживаться вместе, ведь при встречах влюбленные любят хорошенько полобызаться. Так, Лор недавно подхватил герпес, но благо хороший врач помог ему избежать сильных последствий. Да и если не считать их первой интимной близости, когда эти двое опрометчиво забыли использовать презерватив из-за приступа страсти, то они активно пользуются контрацепцией, дабы избежать инфекций. Также мальчики предъявили друг другу свои медицинские карточки. Доверяй, но проверяй, как говорится. Реальная жизнь — это не сопливая мелодрама. Кстати Лор, перечитывая подделанные документы, заметил кое-что очень забавное. Оказывается, Ви на самом деле у нас полностью здоров и не нуждается в психиатре. Да и вообще его медицинская история довольно интересная… — Не ревнуй, зайчик. Это всего лишь меры безопасности… Сам ведь знаешь, я уважаемая персона… — Это только в Италии! Тут тебя практически никто не знает. Гальяно обиженно сложил руки на груди, понимая, что Лорацио прав. Папарацци могут наброситься на них в любой момент. Напечатать громкий заголовок а-ля: «Шок! Известный итальянский миллиардер нашёл себе любовника! Неужто он гей?». Да, такие проблемы Лори не нужны, поэтому лучше позаботиться об охране ещё тщательнее. Но ведь все равно обидно. — Ты из-за своей работы совершенно не уделяешь мне внимания. Я ждал несколько недель, когда ты наконец найдёшь время на меня в своём непробиваемом графике! — Ты до сих пор злишься из-за того, что я не смог пойти с тобой на астрономическую выставку на прошлой неделе? — голос мужчины принял лёгкие нотки вины. Да, Виолент ещё прошлый месяц жужжал о том, как же сильно хочет пойти с ним туда. А Лор кормил беднягу завтраками и обещал, что обязательно явится. Но, увы, у вечно занятого господина Де Марцо в последний момент появились неотложные дела, поэтому Гальяно очень обиделся на него, через силу игнорируя звонки и сообщения банкира, что трезвонил ему во все колокола в свободное время. Да, и весь этот детский сад продолжался около двух недель. Состав работников в компании Виолента тогда сильно сократился. Некоторые были по-зверски убиты за какую-то оплошность. Например, девушка Лоретт, что по своей рассеянности врезалась в нервного учёного. Именно она стала следующим зверьком для экспериментов Гальяно. Её изуродованный труп выкинули в мусорку, а точнее то, что осталось от неё… Но у остальных серое вещество ещё работало, поэтому эта часть учёных решила свалить, пока их кровь не стала украшать руки и лицо их босса. В конце концов, Лору пришлось заявится лично на порог квартиры дока с цветами, рассыпаясь в извинениях. Конечно, «pardon» в карман не положишь, поэтому аристократу пришлось ублажать сексуальные нужны своего партнёра до часа ночи, хотя начали они в двенадцать. И, поверьте, это на самом деле очень много. В мире средняя продолжительность полового акта юной пары составляет от пяти минут… Виолент обиженно хмыкнул, легонько толкнув парня в бок, вызывая у того очередную порцию смешков. Ещё и насмехается гад! — Я не злопамятный, но твой прокол я унесу с собой в гроб. — Сейчас я полностью в твоём распоряжении. Поэтому, как только мы придём домой, можешь разорвать меня на части и устроить со мной рандеву, — блондин бережно приобнял Гальяно, урча всякие нежности ему на ушко. Эх, и он ещё смеет называть себя дипломатом. Всё решает своей красотой, а не словами. Ви не смог долго держаться, поэтому прижался ближе к груди мужчины своего сердца, подмечая, что на нем довольно лёгкая, но уж слишком роскошная одежда. Впрочем, как и всегда. — Ты чего так вырядился? Мы ведь просто гуляем… Признайся, что ради меня, — Вио кокетливо подмигнул загадочно улыбающемуся парню. Он никогда не перестанет быть тщеславным. Если его спросят, кто же он: психопат, социопат или нарцисс, то Ви скорее скажет, что посерединке. Но больше всего Гальяно склоняется к первому термину. Ведь психопатами рождаются, а социопатами становятся. Да и сам Виолент способен создавать прекрасную имитацию нормальной жизни. Они прошли мимо огромной и великолепной триумфальной арки, возле которой туристы во всю делали множество фотографий в разных позах и ракурсах. Такую божественную архитектуру точно создал живой гений… Особенно местная достопримечательность порадовала глаз Лора, ведь наш великолепный «буржуа» тот ещё ценитель искусства. Многим его вкус кажется странным. Это как купить новую сумку от Gucci. Большинство скажет, это просто выброс денег на ветер и полнейшая безвкусица, хотя Лорацио тут с ними солидарен. Но, может, именно поэтому он и выбрал в качестве своего спутника не красивую итальянку, а такого фриковатого, но до жути жгучего красавца. Он, по всей видимости, тоже сошёл с ума, раз начал романтизировать отклонения Виолента и наслаждаться его резкими вспышками жестокости. С кем поведёшься, от того и наберёшься. Сам Лор недавно начал замечать, что получает удовольствие от чужого волнения и паники. Впервые это произошло, когда один из его клиентов навешал на себя множество долгов, тем самым вырыл себе глубокую могилу. Банкир видел по его глазам, как тому страшно. Видел, как они нервно бегали, а холодные капли пота медленно скатывались по виску. Очи того мужчины пообещали Лору, что тот непременно скатиться вниз в бездну. Приступ резкого злорадства захлестнул Де Марцо, вызывая у него отвращение к самому себе. Но он ничего не мог поделать, лишь улыбаясь через прозрачные стекла поблескивающих на солнце очков. Может, это связано с генетикой его рода… Все мужчины в семье Де Марцо занимались военным делом, а дед Лора даже был генералом в ранее нацисткой Италии, земля ему пухом. Как хорошо, что Лорацио сошел с этой скользкой дорожки и вовремя стал дипломатом и финансистом. Он до сих пор помнит ошеломлённое лицо своего отца, который до выхода на пенсию надеялся, что сын станет военным начальником… Ну, зато в нем остался патриотизм. — Ну, конечно, ради тебя, любимый. Да и я на самом деле арендовал нам вип-зону в ресторане… Он находится недалеко, но нас все равно подвезут… Виолент театрально ахнул. — Как ты мог не предупредить меня? Это кощунство, Лорацио! — скалясь, игриво протянул учёный. — Кощунство — это смешивать сахар с вином, Ви, — строго подметил блондин, недовольно хмыкая и вспоминая, как его возлюбленный посмел провернуть такой ужасный манёвр за ужином. Его итальянские корни просто истерили внутри, заставляя капилляры на глазах практически лопаться. — Ты ведь был в курсе, что я люблю не сухое вино, а сладкое. — Но это все равно не повод перебивать клубничные нотки сахаром! Ты бы ещё съел дольку лимона, как это раньше делали сомелье! Учёный засмеялся, умиляюсь тому, как беситься Лор. Такое происходит у Франческо довольно редко, поэтому Доктор-химик-Виолент каждый раз с удовольствием наблюдает за такими бурными проявлениями эмоций, обстреливая нашего бизнесмена и филантропа ехидными взглядами. — Ну, всё, не ворчи. Я ещё тогда после твоей часовой лекции понял, что так делать нельзя. — Ты какой-то неправильный француз… — А ты неправильный итальянец. — С чего бы это? — Каждый итальяшка умеет готовить. А ты даже пасту сварить не в состоянии. Тебе не стыдно? — Виолент поставил руки в боки, ухмыляясь, вновь прищуривая глаза и облизывая губы. — Я хорош в других аспектах, моя любовь. — Просветишь меня, редкостного глупца? Лор чуть склонил голову, чтобы быть на одном уровне с низеньким Ви. Хотя метр девяносто с хвостиком нельзя назвать низким ростом. Далее, резво притянув своего чересчур любопытного бойфренда к себе за бедра и нежно прикусив зубами кожу под мочкой его уха, он прошептал: — У меня есть музыкальное образование… Ну и дела. Виолент уже приготовился к тому, как Лорацио будет детально описывать их скорое соитие. И Лор знает, что Ви знает, что Лор очередной раз подкалывать его, дразнит, соблазнительный аристократишка. И не стесняется ведь творить такое прямо на улице, будучи в курсе, что за ними следят около пятнадцати человек. — Лорацио, ты не просто ужасен… Ты скудоумный фашист и врун!.. — Ахах, не будь расистом. Да и сам знаешь, что не в правде сила… Люди готовы слушать медовую прослойку лжи, ради неё они даже начнут платить тебе бешеные деньги, надеясь разбогатеть ещё сильнее. — Это видно. Твоя компания по продаже акций просто построена на лжи и обмане. Хотя это синонимичные слова. — Это база любого бизнеса. Я вру честно и бескорыстно, именно поэтому люди и верят мне, — усмехнулся, — к слову, моя бескорыстность стоит очень дорого. — Сколько пафоса и самовлюбленности в твоих словах. Ты случаем не любишь нарциссы? — Нет, я люблю сирень. Дома у меня есть целый сад, помнишь? — Рядом с фонтаном и статуей богини правосудия? — Да, именно. А ещё я склонен к самоиронии… Ви. — М-м-м? — проурчал гортанно тот. — Хочешь зайти? Виолент оторвался от рассматривая худой шеи Лора, заинтересованно выгибая бровь и вопросительно таращась на любимого. В свою очередь, Франческо взглядом указал на ювелирный мазин напротив. Милая витрина в стиле лофт привлекала к себе драгоценными камнями и дополняющей простотой. Ничего лишнего, только самые главные гвозди программы манят к себе ослепительной красотой. — Очень хочу. Бриллианты — лучшие друзья мальчиков, — прошептал губами Виолент, аккуратно поправляя галстук блондина и затягивая его потуже. — Тоже любишь цитировать Мэрилин Монро? — Естественно. Она давала дельные советы. Ну и я вправду люблю драгоценные побрякушки… — Тогда я куплю тебе весь магазин, если ты пожелаешь. — Всего хорошего должно быть по чуть-чуть, Лор. У тебя совершенно нет чувства меры… Виолент потянул любимого за руку, ведя его за собой в ещё работающий бутик. — Я хочу себе серьги… С голубыми сапфирами и белым золотом! — Как пожелаешь, зайчик…

***