Слёзы бессилия

Темно. Внутри и снаружи. Я так больше не могу. Ноги не идут, они плетутся, обмякшие от бессилия. Я очень устала. На мосту нет ни единой машины, но мне это только в радость, ведь никто не остановит меня. Единственный свет — фонари, расположенные по длине всего моста, но я остановилась у фонаря, олицетворяющего моё состояние. Его мигание внушает в меня ещё больший страх. Он горел и гас, как и я в данный момент, думая, как мне поступить. У меня есть только два пути: либо вернуться в дом, где каждый день я терплю унижения и побои, либо покончить с собой. Мои родители никогда меня не любили. Всю жизнь я мечтала сбежать от всего этого. Но сейчас я понимаю, что выход остаётся только один — это сделать шаг, вперёд к смерти. Фонарь неожиданно погас и больше не включался. Как символично. Я стала перешагивать через ограду, но поднимать ноги для меня очень нелегко. А что чувствуют люди, упавшие с моста? Может, это не лучший способ самоубийства, но он самый простой… всё. Я перешагнула. Руки не могут отцепиться от перил. Мне очень страшно, я не хочу смотреть вниз. Может быть, я не готова сделать этот серьёзный шаг. Для моих родителей, которым я заботливо оставила предсмертную записку, я как кот Шрёдингера: ведь кот, пока не заглянуть в коробку, одновременно и жив, и мёртв. Слишком много мыслей… отец, мать, брат. Лжеподруги и учителя, доставившие мне столько проблем. Все моменты прокручиваются в голове, ноги всё больше подкашиваются… нет, я больше не могу вернуться туда. Апрельский ветер пронзает меня. Холодновато в лёгкой куртке, принимая во внимание тот факт, что на ней полно дыр. Спасибо одноклассникам. Одноклассники… школа никогда не была мне «вторым домом». Хотя, учитывая мой дом, то да, они очень похожи. Издёвки, домогательства, избиения. А я и там, и там должна быть послушной собачкой. Благо, школу хоть терпеть осталось недолго: только лишь месяц, но неизвестно, смогу ли я сдать хорошо экзамены, чтобы уехать в другой город в университет. Я много раз думала, как было бы прекрасно уехать отсюда в другой город и начать жизнь с чистого листа, но ведь семья меня так просто не оставит. Я боюсь прыгать. Не хочу. Но и жизни такой не хочу. Я слабая, да. Но пережив всё это, свою жизнь я перестала ценить, но чувство самосохранения ещё осталось. Фонарь зажёгся вновь. Ветер становится сильнее, он будто прогоняет меня отсюда. А ведь если я сдам экзамены, я и правда все смогу изменить. Может, не стоит так быстро кончать свою жизнь? Я всегда думала об университете, как запасном варианте. Но для меня это было недостижимой целью. А сейчас, перед страхом смерти, я понимаю, что последний раз побороться можно. В ногах появляются силы, но дрожь не проходит. Чёрт… проезжает машина. Вот бы меня не заметили. Машина сбавляет скорость и останавливается чуть дальше от меня. Герой нашёлся. Теперь мне стыдно, что я потревожила человека. Из чёрной машины, выглядящей довольно богатой, выходит мужчина. Засунув руки в карман, он идёт ко мне. Что-то не торопится. — Девушка, с Вами всё в порядке? — спокойный голос заставил меня вздрогнуть. — Д-да, да, я в полнейшем порядке, не переживайте, — заикаясь, ответила я. Дура. Конечно, всё в порядке, оно и видно. — А за ограду Вы перелезли, чтобы детальнее реку рассмотреть? — будто прочитав мои мысли, сказал незнакомец, но уже не спокойным голосом. — Аа… просто многое навалилось. Я уже хотела идти домой, как приехали Вы. Извините, что потревожила. Незнакомец подходил всё ближе и ближе, теперь я могла разглядеть его лицо. Его лёгкая, спокойная улыбка внушала спокойствие и доверие. Глаза были наполнены дружелюбием. — Ну уж нет, я тебе так просто не поверю. Давай тогда, перелезай, а я помогу, — улыбнувшись, он протянул свои руки, нежно взяв мои. От этого я покраснела. Никто ещё не прикасался до меня так. Я отпрянула, да так сильно, что начала терять равновесие. — Тише, тише, девочка, — он быстро среагировал, схватив меня за талию, — сегодня я не позволю, чтобы ты умерла, — не успев отойти от шока, я почувствовала, как его вторая рука обхватывает меня за бёдра. Я хотела вскрикнуть, но он начал спокойно приговаривать. — Успокойся, всё хорошо, таким образом мне удобнее тебя вытащить, я тебя не лапаю, не переживай. Лучше помоги мне и немного оттолкнись правой ногой о перила. Да, умница. Вот так, — он еле как перекинул меня через ограду, но из-за сильного толчка сам не удержал равновесие и мы вместе упали на асфальт. — Прости, красавица, не удержался, — захохотав, он стал приподниматься, стараясь помочь и мне, — Ну что, поехали домой? По дороге мне всё и расскажешь, — из-за тусклого света фонаря я не могла точно прочитать его эмоций. А вдруг он увезёт меня куда-нибудь? Если этот человек меня спас, это не говорит о том, что он ничего не сделает после доброго поступка. Мужчины понимают, когда девушки находятся в уязвимом положении. Он может воспользоваться этим. — Спасибо, но не стоит. Мой дом близко отсюда. Я сама дойду, извините, что побеспокоила, — поднявшись, я сделала шаг назад от него. — Я не позволю тебе идти самой. Мало ли, я уеду и ты вернёшься, дабы закончить начатое. Нет уж. Садись в машину, быстро, — в его тоне прозвучала злость. Я испугалась. Но, как надрессированная собачка, тут же подошла к машине, опустив голову. И когда это он перешёл на «ты»? — А ты послушная. Это хорошо для других, но никак не для тебя. Садись вперёд, чего ты встала у задних сидений? — мужчина положил мне руку на спину и стал провожать до переднего сидения. Он открыл мне дверь и стал придерживать за руку, пока я присаживалась. Элегантно. — Сс-спасиб-бо. Вы очень добры, — я села, а потом поняла, что сделала. Как я могла сесть в машину к незнакомому мужчине? — Куда едем? Какой адрес? — спокойно спросил он, сев в машину. Что мне ему ответить? Свой адрес говорить нельзя. Нужно назвать какое-нибудь людное место. Конечно, в такое время любое место таким не будет… — Отвезите меня, пожалуйста, в торговый центр, который… который ближе к западу. Мелодия называется, — я промямлила эти слова писклявым голосом, опустив голову и зажав руки. — Да уж, близко ты живёшь, точно скинуться хотела, до туда же минут 40 ехать, не меньше, — ехидно сказал незнакомец. — Ну ничего, наболтаться успеем. Это близко к твоему дому? , — я лишь одобрительно кивнула. — Я понимаю, что ты боишься называть свой адрес. Правильно делаешь. Но надеюсь, что такой молодой красивой девушке придётся недолго идти по тёмным переулкам, — сказал он, осмотрев меня, — ты, что же, замёрзла? Продрогла вся, вижу. Ну кто так в апреле одевается? Думаешь, весна пришла и всё, сразу тепло? — он начал меня отчитывать с серьёзным лицом. Непривычная забота. Но были бы у меня ещё тёплые вещи… — Спасибо, я не…я не замёрзла, всё в порядке, — каждое слово давалось мне очень тяжело. Поездка обещала быть долгой и тяжёлой для меня. Почему я решила, что есть только два выхода? Потому что я боюсь. Боюсь не оправдать свои же ожидания. Боюсь бороться. Я бы смогла поступить в университет, но на моих плечах сидит тяжёлая тревога, давящая меня вниз. Я боюсь реакции своих родителей, если скажу, что хочу уехать из родного дома. Из-за боязни чьей-то реакции я решила, что будет легче просто убить себя, не начиная борьбу. Какая же я слабая. Настолько слабохарактерная, что даже не смогла завершить начатое… Мои мысли прервал голос. — Как тебя зовут хоть? — улыбнувшись и посмотрев на меня, сказал мужчина. — Я хочу знать имя девушки, прыжок которой предотвратил, — теперь в его голосе стала слышна нотка грусти. — Мисси, — робко ответила я и натянула плед повыше, любезно предоставленный мне собеседником. — Приятно познакомиться, я — Эдвард. Немного хоть согрелась? Я включил печку, но несильно, терпеть не могу жару, — Эдвард неожиданно сбавил скорость и начал тянуться правой рукой ко мне. Я опешила, но потом поняла, что он начал рыскать рукой под сидением. — Я включил тебе подогрев сидения, сейчас мигом согреешься. — Спасибо. Мне тоже приятно с Вами познакомиться, — тихо сказала я, не поднимая головы.