Наступите на меня, Павел Дмитриевич

Утро после попойки никогда добрым не бывает. А если ты накануне ещё и бежал, как в жопу ужаленный, от своего препода, с которым будешь вечером делить не свою территорию, так можно сразу в гроб. Женя едва смог отлепить своё лицо от подушки ближе ко второй паре — на первую он не встал бы даже под дулом пистолета или смертельно болезненных пыток. Наскоро приняв душ и приведя себя в более менее презентабельный вид, юноша надевает излюбленные спортивные штаны, на этот раз серые, свободную белую футболку, поверх которой, для теплоты, накидывает чёрную толстовку. Идти не хотелось совершенно, но он не для того страдает, чтобы быть отчисленным. И только в последний момент Женя вспоминает о бумажке с адресом, покоящейся в другой толстовке. Берет её с собой. Принять решение касательно своего поведения рядом с Пашей было не сложно: раз юноша остался непойманным, значит секрет про преподавателя есть только у него. Но вот Тарасов, как раз-таки, совсем не из тех, кто станет использовать информацию для своей выгоды. Будет молчать о секрете чужой ориентации и о своих ночных посиделках с Павлом Дмитриевичем у него дома. Он просто благополучно забудет об этом, выбросит из головы его красивый образ на танцполе и будет делать вид, что вчера весь вечер просидел дома. Что кабинет на третьем этаже здания был последним местом, где они пересекались. И что колени не тряслись от паники и страха быть пойманным в столь… откровенном месте. Черт, да он даже не гей! Попасться там было бы верхом дурости и стеснения. И ведь не оправдался бы. Пары тянулись одна хуже другой. Юноша то почти засыпал, развалившись на одной из парт, то делал вид, что очень занят работой. Только вот, чем ближе стрелка наручных часов приближалась к цифре семь, тем меньше в юноше оставалось былого энтузиазма. А Паша судорожно открывает глаза, смотрит на время и понимает, что проспал — два часа дня. Конечно, он ведь совсем забыл поставить будильник! Вот же черт. Вчерашние события совершенно выбили мужчину из колеи. Он поднимается с кровати через силу — голова и тело болят так, будто всю ночь по нему ездил асфальтоукладчик. В любом случае нужно было активизироваться, ведь относительно скоро к нему придёт Женя. Паша заправил постель, сходил в душ, приготовил поесть не только на себя, но и на своего студента. После этого он надел темно-синюю толстовку вместе с домашними штанами в клетку той же цветовой гаммы и уселся за документы. Женя прощается с одногруппниками после пятой пары и идёт точно по адресу. Подходит слишком рано. Ещё сорок минут он бездумно проводит за стаканом какого-то не очень вкусного кофе недалеко от дома преподавателя, а затем возвращается обратно. Дверь в подъезд приоткрыта — какой-то булыжник не даёт магнитам сомкнуться, что было очень кстати. Тарасов полностью игнорирует лифт, предпочитая ему лестницу. Решив взять на себя роль беззаботного и такого же шкодного студента, каким он появился первый раз в месте их первой встречи, Женя «надевает» свою дежурную улыбку и нажимает на кнопку звонка ровно в семь часов. Ни минутой позже. Отходит на пару шагов назад и ожидает, пока дверь перед ним распахнется.