A new lease of life

Доброе утро и теплые, веселые волны дарили всем окружающим полное счастье, но не ему. На фоне всего того веселья, которым занимались его брат и сестры, Нетейам выглядел как мёртвая рыба, даже не в состоянии двигаться, не говоря уже о плавании вместе с ними. Он не спал всю ночь после перепалки с Аонунгом, которую он вообще не планировал. Все мысли парня перемешались, вскруживая голову. Он идиот, полный. Это лишь подтверждение тому, что Нетейаму лучше держать язык за зубами, ведь он у него длинный и острый как у икрана. Всё им сказанное явно задело Аонунга, это было видно по его выражению лица, которое показывало настоящее огорчение, если не тотальную ненависть. Как он уплыл, так яростно и быстро, лишь бы быть подальше от этого недоумка. Нетейам буквально разрушил мост, который этот На'ви хоть и не с желанием, но всё же построил, в конце концов принимая его. Делал всё, лишь бы он чувствовал себя как дома, даже ослушался запретов матери, чтобы Нетейам побывал в том злостном лесу, и ради чего? Чтобы Нетейам всё это уничтожил. После случившегося, Оматикайя долго не приходил в себя, он и сейчас не в себе, не отдаёт отчета. С приходом домой он даже не поел, напрочь игнорируя вопросы семьи что же всё-таки стряслось. Мигом лёг на свою лежанку, оправдываясь перед обеспокоенной матерью, что ему нездоровится, краем глаза замечая печаль на её лице. Прекрасно, он умудрился и ей испортить настроение. И подобные мысли мучили его всю ночь, он толком не спал, глаза не липли, прокручивая в голове их ссору как заевшая пленка, заставляя Нетейама мысленно давать себе пощёчину, как только он вспоминал слово улёт. За бессонную ночь он решил, что улетать он пока не собирается, когда обстоятельства сложились подобным образом. У него нет сил летать, какое летать, он буквально забыл как ходить, будто опора которая держала его на этих песках исчезла. В таком состоянии он будет не менее полезным чем ветка засохшего дерева, а колющая боль в области груди будет постоянно напоминать об Аонунге, мешая всем его действиям. Он извинится, он обязан. Внезапно теплые волны ударили в лицо, заставляя неприятно поморщиться. Вода которая не так давно была как родной, теперь вызывают лишь отторжение. Из воды выглянула Кири, приплывшая к старшему брату узнавать его дела. — Холодная? — спросила девушка, увидев как Нетейам отсел на несколько сантиметров, стирая капли воды со своего лица. — Не то чтобы, — еле выдал улыбку лесной, лишь бы не допрашивали. — Ты чего сюда приплыла? Ло'ак и остальные играют там. — взгляд Нетейама направился на поверхность океана, где Ло'ак и Туктерей играли с Циреей громким смехом, и первые проигрывали рифовой принцессе, но не видать что те этим огорчены. — Решила узнать что ты без дела сидишь, да и без лица. — Кири обернулась за свою спину, застав как в очередной раз Ло'аку досталось, и теперь Цирея крутится вокруг него как мать родная. — Меня сейчас стошнит. Нетейам лишь тихонько посмеялся, но тут же затих. — Рассказывай, что не так? — дочь Грейс вышла из воды, усаживаясь рядом на тканевый мост для передвижения меж Маруи. — Всё в порядке, — отмахнулся парень. — думаю мне что-то не здоровится. — Обычно, ты всегда шёл к Аонунгу с самого утра. — Кири ухмыльнулась, увидев как старший брат отводит глаза. Не хочется признавать, но Кири гораздо смышлёнее чем кажется, она мигом прощупала в чём дело лишь одним предложением. Будь она старше, обогнала бы Нетейама своим умом и своей особенной связью с Эйвой, оно настолько сильное, что иногда пугает самих родителей. За разглядыванием сестры Нетейам замечает, как издалека плыли двое наездника на Илу. Когда фигуры становились ближе и чётче, Оматикайя узнает этот маленький кудрявый хвостик. Аонунг приплыл на Наа'луте вместе с Ротско, казалось вся остальная картина перед янтарными глазами замерла, если и не вовсе исчезла. Он видел только его, и чувствовал лишь бешеное биение своего сердца, от страха и волнения, тоски, оно будто было готово выпрыгнуть, идя навстречу этому морскому. Нетейам дрогнул, он хотел к нему подойти, поздороваться, увидеть его глупое лицо снова, ощущать взгляд на себе, который выражал ту самую искру перед вчерашним событием. Но он остановил себя, призывая к здравомыслию, даже если он это сделает, что он скажет? Очевидно Аонунг не собирается его слушать, но была толика надежды на то, что он его заметит, сам пойдёт к нему навстречу. Аонунг, будто почувствовав как его спину испепеляли пристальным взглядом мольбы, оборачивается назад, но увидев Нетейама, он с закатывающимеся глазами резво отвернулся, возвращаясь к смеху на шутки Ротско. Да, кажется всё хуже, чем Нетейам предполагал. Аонунг даже смотреть на него не хочет. От осознание этого факта всё внутри сжалось, выворачивая бабочки наизнанку. — Видимо ему тоже не здоровится, — внезапно выдала Кири, опирая голову на свою руку. Она явно заметила пропасть что появилась между ними. — Ну и что вы такого не поделили? — заинтересованная сестра мигом оказалась перед лицом лесного, закрывая вид на наездников. — Кири, знаешь, мужские дела только для мужчин... — Нетейам попытался заглянуть за сестру, но та двигала головой точно также, как и он своей. Через несколько попыток он получил не слабый щелбан, полностью прекращая это дело. — Skxawng tsmuk! — засмеялась девушка. — Давай без брехни, по делу выпаливай, а то на тебя смотреть невозможно! — встрепала та косички, которые были просто в ужасном состоянии, придётся сообщить об этом матери. От семейной идиллии их отвлек громкий голос Ротско, который только заметил их, и машет им с расстояния. Получив в ответ махающие руки, он ожидал что и Аонунг поздоровается, но ожидание тянулось слишком долго. Этот парень даже внимания на них не обращал, что уж говорить о приветствии. — Кхм... — прокашлялся Ротско, привлекая внимание друга. — Там Нетейам, чего не здороваешься? Аонунг проигнорил его вопрос, полностью окутывая Наа'лута своим вниманием. Ротско тяжело выдохнул, этот придурок скрывает обиду просто хреново. С виду важный, дело нету, но за несколько лет дружбы Ротско даже с закрытыми видит, как за этой ухмылкой скрывается целая буря эмоций. Не поделили. Ротско не собирается убеждать его в том, что вот так вот играть в молчанку не выход, уж больно неприятно закончился конфликт между двойняшками и Аонунгом. Он упертый как баран, никогда не признает свою неправоту. А как он понял, если это связано с Нетейамом, это уже двойной удар, тут даже Эйва не поможет. Аонунг при одном упоминаний имени этого На'ви, готов всё моментально бросить и помчатся к нему, хоть и в первый день он не особо его возлюбил, но с каждым днём видишь как он прилипает к нему всё больше. И теперь думай, что же такого стряслось. — Не понимаю о чём ты. — все же ответил Меткаийна, заходя в воду. — ngawng... — Ротско изгнал все домыслы, от них голова вскипела. Словечки друга прошли сквозь ухо, а внимание Аонунга перешло к знакомой морской обитательнице, а именно к Сенджуани. Кажется одно её появление заставило Аонунга улыбнуться искренне, он уже было тянул руки к её мокрой коже, подзывая к себе ласковым прозвищем, как Илу полностью проигнорировав его, просто уплыла мимо, направляясь за его спину. Ошарашенный Аонунг хотел уже поплыть за ней, но увидев что та плывет к Нетейаму, лишь раздраженно цокнул, напрягая переносицу от безысходности. Ротско рассмеялся с его растерянного вида, за что Аонунг одарил его целым ведром воды. — Kaltxi, Аонунг, Ротско! — двое не сразу заметили, как к ним приплыл тот, которого они ожидали меньше всего. — Kaltxi, Эйлтан. — Аонунг выглядел немного растерянным, он не видел этого На'ви больше двух месяцев по ясным причинам. — Я вижу, твоя нога зажила. — глаза упали на левое бедро, оно была забинтовано толстым слоем ткани и бинтов. Беднягу чуть ли не слопала Налютса во время их последней вылазки, и с того самого времени он не выходил из хижины. Он не очень изменился, разве что его волосы сильно обросли, а хищные зрачки стали только свирепее. — К твоему несчастью, она зажила. — выдал смешок Эйлтан, наблюдая как Аонунг даже бровью не повел, тем временем Ротско еле давил улыбку. — Не хотите прокатиться? Я многое упустил за свое отсутствие. — заиграл парень. — Ой, а кто это там на берегу? — растерянно спросил он, как только увидел на мостах На'ви другого оттенка. — Потом объясню… — неохотно закрыл вид на лесных Аонунг. О нет, теперь Эйлтан ему все мозги выжрет. Как же ему объяснить простыми словами, что во время его отсутствия к ним пришёл сам Турук Макто со своей семьей, но никак не миграция всех лесных? Аонунг просто уверен, что этот глуповатый приятель об этом и подумает, если конечно не выдумает сказку о начале Великой скорби. — Я пас, надо дела порешать. — сразу отставил Ротско. Эйлтан понимающе кивнул, ожидая ответа принца Меткаийна. Тот, увидев как друг бессовестно оставляет его в компании Эйлтана, которого он не очень любит, безысходно выдохнул. — Пошли за Ава'атлу, все равно смотреть уже нечего. — Аонунг оседлал Наа'лута, двигаясь в знакомом направлении. Эйлтан сначала удивился такому маршруту, но тут же поплыл за ним без всяких вопросов, оставляя Ротско одного. Ротско лишь беспокойно посмотрел им вслед, отправлять двух безбашенных вот так одних не самая лучшая идея, а одна барышня ему за это хвост отрежет, но Ротско уже заурядно устал смотреть за глупым хвостом друга, и посвистывая направился к двум лесным, наблюдавших за ними всё время. — Греетесь? — Ротско уже приплыл к ним вплотную, наблюдая как дети Турука Макто расселись на мосту и полностью высохли. Кири с коварной улыбкой указала на своего брата скользким взглядом. Нетейам будто провалился под землю, его внимание полностью на фигуре Аонунга, который уже был на приличном состоянии, уплывая с незнакомым ему На'ви, он даже не видел приплывшего Ротско и Сенджуани у своих ног. Ротско лишь понимающе встретился с глазами Кири, жестом показывая "идентично". — Ротско, сегодня утром воины несли такого большого Туртапеда, — руками девушка изобразила его размер, задевая Нетейама. — это случаем не тот, которого мы нашли? — Не хочу тебя расстраивать... — протянул парень, неловко отводя глаза. Кири в привычной манере закатила глаза, сверля друга осуждаемым взглядом. — Это ты его им отдал? — Что? Нет! — удивился парень, от такого заявления он сам испугался. — Я бы в жизни такое не сотворил, Эйвой клянусь! — в знак поражения поднял руки морской. — Да я же шучу! — рассмеялась девушка, щипая Ротско, он в свою очередь болезненно удержал место щипка. Внезапно хвост Нетейама ударил Кири в спину, заставляя вспомнить об этом призраке тоже. Видать он и не двигался уже последние 5 минут, даже глазами не хлопал, отчего те высохли. — Пандора вызывает Нетейама! — отдёрнула та за его беспокойный хвост, приводя в чувство. Нетейам будто проснулся от долгого сна, дергано осмотрелся вокруг, пытаясь ужиться с временным потоком. Завидев Ротско он растерянно ударился с его кулаком в знак приветствия, а назойливую девочку у своих ног он тут же пригладил. — Возможно того туртапеда несли на блюдечко, а из скорлупы сделают украшения. — не "возможно", а так и есть, просто сказать это прямо вот так у него сил не хватает. — У него было имя, Зу'лей. — с некой огорченностью выдала дочь Грейс. — О чём вы? — с тихим голосом объявился Нетейам, пытаясь влиться в беседу. Он хочет хоть как-то отвлечься от неприятных мыслей, даже если данный разговор ему не очень интересен. — У Зу'лей сегодня похороны. — за такие слова Ротско дали не слабый подзатыльник. — Ну и как вы, ребята, собираетесь нарядится на фестиваль taron? — как в ничем не бывало спросил морской, видя как у Нетейама не понимающе изогнулись брови. — Фестиваль taron...? — задумался Салли старший. Это же их традиционный праздник, где завершается большая охота клана на Стурмбистов. Даже не верится, что это торжество празднуется и у других кланов, вот только на кого охотились клан Меткаийна? Стурмбистов тут нет вообще. Но задумавшись, Нетейам вспомнил, что вся последняя неделя прошла за большой охотой, где участвовал его отец, принося с собой разные хищные рыбы. Надо же, он настолько оторвался от реальности вместе с Аонунгом, что и вовсе не придавал внимание вещам которые происходят вокруг, обычно от такого он никогда не отстаёт. — Как-то всё равно. Наденем листья, ракушки эти ваши. — сыро ответила сестра, в отличий от Ротско она этим не очень одушевлена, сами по себе шумные места ей не особо приятны. — В этот раз улова словили куда больше, фестиваль должен быть очень сочным, у вас животы лопнут. — приукрасил Ротско перед не знающими. — Мм-м... ещё и swoasey... – Алкашня! — брызнула ногой воду Кири в морского. Она не переносит этот одурманивающий напиток от слова совсем. Н-да, Нетейам надеется напиться вдоль.

***

Приятный красный закат лишь усилил атмосферу фестиваля, подливая масло в огонь. Подготовка идёт полным ходом, всё заселение собралось здесь, помогая друг-другу в делах. Женщины ткачи вышивали украшения и праздничную одежду для всех желающих, каждый хочет выглядеть особенно, начиная от малого до великих старейшин. Одна группа молодёжи собирала огромный костёр, а другая половина вешала на пальмовые деревья украшения из бисера, ракушек, растения с биолюминесценцией, делая из красивых рифовых островов настоящее превосходство. Воины таскали огромную сетку с мясом из улова, Ротско говорил правду, в этом году улов особенный. Остаток мяса должен коптиться в наземных стойках, сохраняясь на весь будущий год, но с его расчетом этого мясо будет даже излишне. На фоне всей этой суматохи Нетейам выглядел неудобно, ему буквально нечем помочь, да и никто об этом его не просит, все уже распределились, а Нетейам из-за опоздания даже не смог влиться. Обычно он легко находит общий язык с любой компанией, но из-за подавленного состояния он не в силах искать новые знакомства, да и больно надо. Во время ежегодной охоты Салли старший всегда был самым активным, таскал мясо, дробил дрова, прыгал через костер, на самой охоте он обгонял взрослых охотников, сбивая больше пяти Струмбистов. С момента отсутствия Аонунга в его жизни, клан Меткаийна будто снова стал чужим, и Нетейам задумался, как давно он не чувствовал себя настолько одиноко. В итоге он лишь наблюдал за всей этой суетой, сидя на упавшем корне пальмы. Семья Салли готовилась к празднику как всегда с полным энтузиазмом, несмотря на то, что это торжество празднуется ежегодно, они будто приветствовали что-то неизведанное с новой семьей, с кланом Меткаийна. Мать и отец отнеслись к подготовке с полной ответственностью, сохраняя все обычаи и традиции клана. Мать даже изготавливала новые украшения с морскими камнями вместе с Ца'хик Ронал, которая с радостью помогла женщине, показывая разные примеры и помогая с вышивкой. Теперь каждый из них одет празднично. Туктерей и вовсе была рада новым бисером, которыми украсила волосы мать, демонстрируя их каждому. Тем временем Нетейама пришлось украшать с силой, ведь он весь день избегал мать вместе с Ротско, желание участвовать у него совсем не было. Но мать его все-таки поймала, с недовольством затаскивая в дом. Его косички, которые были просто в ужасном состоянии, пришлось расплетать. От такого долгого и муторного процесса спина На’ви ужасно болела, но стерпев, он всё же пришел сюда. Нет ни Ротско, ни Циреи, Кири, а самое ужасное после утра он не заставал Аонунга от слова совсем. Нетейам надеялся что хотя бы за ним понаблюдать удастся, заодно и прощение попросит, столько готовился, но от него ни слуха, ни духа. Он ожидал что Аонунг как сын вождя, будет чуть ли не центром внимания, но тот опять разрушает стандарты в которых жил Салли старший. Этот На’ви занял все его мысли, и без зазрения совести Нетейам ему позволял, желая ощущать его рядом хотя-бы так. Интересно, думает ли морской о нём точно также? Или он по-настоящему забил на него, стирая из жизни? От таких домыслов стало не по себе, в области груди больно кольнуло. Нетейама будто предали, снова оставили одного на поле боя. Из мыслей вырывает голос отца, который звал его с берега. — Нетейам, помоги с грузом! — крикнул отец за приличное расстояние. Кажется он вернулся с катания на Скимвинге с другими мужчинами, они таскали огромную сетку, полную мелкими рыбешками. Нетейам растерянно встал со своего места, и тут же прибежал к воинам, прилагая усилия в таскании. — А ты чего такой простенький? — с лёгким смешком спросил Джейк, застава как сын даже ничего не налелил к празднеству кроме пару ракушек на повязке. Он и особо не напрягался тасканием груза, в отличии от сына. — Как-то не хотелось, извини! — через одышку ответил Нетейам. Сетка была скользкой, рыбки внутри агрессивно пытались выбраться наружу, многие из которых уже выпали из него по дороге. Нетейама подводили собственные руки, кажется от недосыпа все мышцы продулись, принося лишь новую порцию усталости. Хоть и с трудом, но он всё же дотащил улов вместе с воинами. Сетка мяса упала прямо перед старейшинами, которые собрались в общий круг и готовились пожарить мясо, ведь до начала фестиваля осталось совсем немного. Отец потрепал Нетейама за голову, делая комплимент что и без праздничного костюма он выглядит привлекательно. Лесной На’ви улыбнулся, слова отца хоть как-то подбодрили его. Через некоторое время Джейк Салли оставил его, уходя с воинами к Оло'эйктану. Перед уходом охотники попросили его убрать дорогу из рыбешек, которые провалились из сетки, обещая прихватить ему лишней кавы. Оматикайя лишь вежливо отказался, он и без этого выполнит просьбу. Пока Нетейам убирал рыбу в корзину, к нему из ниоткуда выскочил Ло'ак, и потянув его за хвост, обратил внимание старшего на себя. — zamuncko, tsmuk! — Ло’ак был в духе праздника, в отличий от старшего. Младшему пришлось навесить на себя выдающийся пояс из сетки, ведь украшать себя безделушками он не хотел. Этот образ дополняла его улыбка во все зубы, Цирея явно оценила. — Skxawng. — явно не оценил выходку брата Нетейам. — Не мешай мне выполнять работу. — Да что не так? — не понимающе спросил Ло'ак, наблюдая недовольство на лице брата. — Ты с утра огрызаешься, может хватит? После случившегося Нетейам стал немного чёрствым, особенно по отношению к Ло'аку. Они с утра нормально не разговаривали, Нетейам, который всегда проявлял защиту и заботу по отношению к младшему, даже не хотел с ним разговаривать. Когда тот пытался с ним поиграть с утра, Нетейам лишь огрызнулся, не выдерживая его гиперактивности. А после и толком не поел, а все попытки Ло'ака выдернуть из него хоть одно слово заканчиваются неудачей. Салли младшего это ненароком задевает, ведь он впервые видит чтобы брат к нему так похолодел. — Извини, что я не имею так много свободного времени, как у тебя. — едко прозвучало предложение. — Будь добр, хоть сейчас держи свою txim на месте. — Нетейам просто уверен, что Ло'ак обязательно что-то да выкинет, и лишний раз напомнить ему об этом не помешает. — Ты вечно думаешь о том, как бы меня опустить перед родителями. Хоть в канун праздника не веди себя как отец.— вскипел брат. Кажется слова Нетейама его задели, учитывая то как он старался соответствовать здешним ожиданием, то Нетейам просто не воспринимает его всерьёз. — Да пошёл ты... — Нетейам на него даже не взглянул, отчего он пнув песок, решил просто удалится с компаний брата, пусть сам остывает. — Эй, Ло'ак,— увидев как тот яростно зашагал, Нетейам уже хотел извиниться, но Ло'ак уже его не слушал, уходя куда подальше. Нетейам позволил собственным тараканам подпортить отношения и с братом. От осознания того что всё идёт через жопу, Салли старший лишь сильнее углубился в самокритику. Тяжело выдохнув от съедающих раскаяний, Нетейам вспомнил про своё дело, не желая портить и его, он быстрыми движениями приступил к работе. Корзина наполнилась добычей, и встав на весь рост, Нетейам пошагал в сторону старейшин. Корзину приняли с радостью, а самого Нетейама поблагодарили, и он с трудом улыбнулся, а после поспешил удалиться.

***

— Охота в этом году была весьма удачной, — голос Оло'эйктана слышался на весь остров, все жители На'ви замерли, внимательно слушая вождя и ждали, когда тот официально начнёт фестиваль охоты. — Это знак самой матери Эйвы, что приход Тулкунов всё приближается и возможно, нас ждёт пополнение рода Тулкунов... — глаза Тоновари упали на Ронал, и слова мужа заставили её широко улыбнуться и радостно заморгать. Её духовная сестра Роа давно ждала своего первенца, и она надеялась что они вместе встретят своих новорождённых. Нетейам сидел рядом с семьей, пока Оло'эйктан Тоновари произносил речь, после которой и должен начаться фестиваль охоты. Но голос вождя медленно утихал, ведь Нетейама волновал кое-кто другой, который расселся прямо против него. Аонунг. Единственное что сейчас разделяло их - огромный костёр, который пылает, как и конфликт между ними. Оба сидят по противоположным сторонам, не решаясь двинуться навстречу. Нетейам не сводил с него глаз с самого начала, но тот даже не оглянулся на него, максимально игнорируя любой контакт. На его шее и набедренной повязки виднелись большие ракушки, но на большее рифовый не решился, не изменяя своим принципам. В какой-то момент, Аонунг решил пойти навстречу, моментально сталкиваясь с янтарно пылкими глазами Оматикайя, которые от огромной искры что было в центре, горели ещё сильнее, не оставляя на коже принца ни одного живого места. Они смотрели неотрывно, Нетейам сначала чуть ли не дёрнулся, когда он всё же обернулся к нему, но с напряжённым хвостом всё также не отрывался, наблюдая, как Аонунг тоже не собирается сдаваться. Под искрами священного костра кожа Аонунга будто плавилась, как извержение вулкана, он и без слов показывает, как буря эмоций проходится по его телу точно также, как вулкан извергает дорожки горячего огня. — Да начнётся фестиваль taron! — громкий восклик вождя и крики вперемешку со свистами разрушили всю ту чудовищно жаркую атмосферу, принуждая вернуться в реальность. Аонунг тут же отрываясь от горячих очей лесного, мигом встал со своего места, уходя с компанией товарищей, пока Нетейам всё ещё приходил в себя. Он смотрел вслед Аонунгу, но тот скрылся в толпе, заставляя его встать. Ноги автоматически направились в его сторону, не желая останавливаться. В голове крутились тысячу мыслей, слов, которые Нетейам бы хотел сказать ему лично, эти мысли одурманивали голову. Нетейам забылся в толпе, не замечая ни одного прохожего. Но пока он выискивал знакомый хвостик, он осознал что и вовсе потерял его из виду. — Нетейам! — голос сестры заставляет Нетейам приостановить поиски. Обернувшись он увидел радостную Кири, на шее которой красовалось что-то неизведанное лесным. Он улыбнулся в ответ, но глаза продолжали бегать, кажется толпа стала гуще, и среди многих похожих причёсок Нетейам не мог сыскать ту самую. — Эх, Нетейам, — девушку позабавил вид старшего брата. Она задорно подошла к нему, по дороге хватая два мясных шарика на деревянных палочках, и протянула Нетейаму. — до сих пор витаешь в облаках. — Спасибо, — с неловкой улыбкой лесной принял угощение, пахнет неплохо. — что у тебя на шее? Выглядит прелестно. — Панцирь Ксенофоры, — сестра признательно удержала необычную раковину на шее, демонстрируя брату. — говорят её панцирь примета индивидуальности, мне дала её Ца’хик Ронал. — Она подобрала просто отлично. — поглядев на украшение несколько мгновений, Нетейам откусил кусочек мяса что вертелся в руках. Вкусно, нет претензий, но запихивать в рот насильно не хотелось, поэтому он отставил её назад. Нетейам сново оглянулся вокруг, кажется На’ви стало только больше, а их шум перемешался с музыкой из инструментов кошачьего уха Попытки поисков морского Нетейам отставил, с неким разочарованием возвращаясь к Кири, но та ловко воспользовавшись отвлеченностью брата, одевает на его запястье браслет с Рапаном большого рифа. — Это что? — с растерянностью спросил Оматикайя, оглядывая новое украшение с разных сторон. — Просто для создания атмосферы, — выдала та смешок. — хотя у тебя нету предвкушения праздника, да? — Ну, день как день, — такой маленький подарочек сестры поднял настроение На'ви, он даже был в некой степени смущён таким вниманием. — но спасибо, правда. — О Эйва, какой же ты унылый… — в привычной манере закатила глаза сестра, но всё же приняла его благодарность. — Чего стоим, лесные дети? — вмешался из ниоткуда появившийся Ротско, держа в обеих руках по несколько палочек с мясом. Он был одет в танцевальный костюм, видать решил быть готовым с самого начала, ведь по традиции танцы начинаются под самый конец. — Ва-ау, — протянула Кири, оглядывая товарища. — да ты готов к празднику с самого рождения, tanhi. Вид друга позабавил обеих Салли, что даже Нетейам выдал тихий смех. Нет, Ротско безусловно идёт, но с этими палочками которые от любого неправильного движения упадут на землю, он выглядел довольно забавно, если не смехотворно. — А кто не любит праздники? — озадаченно спросил Ротско, откусывая угощение. — За такоф пиф мовно и умерефт! — рот Меткаийна демонстративно заполнился мясом. — Нетейам не любит. — глаза Кири скользнули по брату, который пожал плечами на некое обвинение. — Skxawng, да не суй ты в рот столько! — Кири раздраженно побила по спине Ротско, когда тот подавился и начал непроизвольно кашлять. Ну, теперь сдержать смех Нетейаму ещё сложнее. — Давай, Аонунг! — от смехотворной ситуаций Нетейама отвлёк чьи-то громкие возгласы желаемого имени. Он машинально повернулся к источнику голоса, застава как вокруг высокой фигуры столпились молодые Меткаийны. Пытаясь разглядеть того что в центре, лесной сделал несколько шагов вперёд, напрочь забывая об сестре и друге. — Ну что, так и не верите? Тогда смотрите… — с удивлением Нетейам узнал Аонунга, у которого закружилась голова от веселья, и у компания вокруг него кажется тоже. Фигура принца еле виднелась через другие головы, и чтобы узнать что же он всё-таки вытворяет, Нетейам незаметно пробрался ближе, боясь что если Аонунг его увидит, тут же поспешит уйти прочь. Кажется начиналось состязание, где царит дух дружеского соперничества. Устраивать драку на празднике неприемлемо, но статус великого и сильного же должен кому-то принадлежать, и такие боевые состязания отнюдь не редкость. Аонунг был в центре внимания с незнакомым Меткайина, Нетейам их не слышал из-за громких возгласов рядом, но отчетливо видел как те ставили на своё, не желая уступать. После веселого спора те двое схватились за запястье друг друга, пока хрупкая девушка проводила между ними полосу на песке острым камнем, закончив она отошла в сторону. И когда она свистнула в ракушку, двое соперника машинально потянули друг друга, пока песок под ногами неистово скользил, мешая обоим тянуть. Обычное соревнование, а казалось будто игра насмерть, в попытке выиграть они даже прибегли к пощипыванию тонкой кожи. Никто друг-другу не уступал, все в ожидании и в ошеломлении наблюдали за происходящим, покрикивая имя желаемого победителя. Но Аонунг не зря же сын Оло'эйктана, через некоторое время болезненной схватки он смог заставить противника оказаться на противоположной линии. Сразу собравшиеся начали покрикивать его имя, бьют по своим туловищам, а сам он начал неистово смеяться и одним глотком выпил стакан кавы в честь своей победы. Н-да, кажется невесело от всей суматохи только ему. Аонунга будто вообще не волновал их вчерашний разговор, и по всей видимости он забыл об этом лесном также легко, как сейчас он глотал очередной стакан кавы. Но внутри Нетейам надеялся, что и в жизни Аонунга он имел хоть какое-то место, как и он в его жизни. Он тоже может его забыть, не думать об этой нелепой ссоре, Аонунг дал ему полную свободу действий, он даже никому не сказал, ведь если бы отец знал, он бы в ту же секунду отрезал сыну хвост за такие мысли. Но вот так вот заканчивать отношения с ним он попросту не хочет, он слишком навязчивый, прилип к нему как моллюск, без которого в раковине дует холодный ветер, и без него Нетейам здесь практически ничто, одинокий хребет. Оматикайя лишь втихую наблюдал за ним, даже если его лицо ничего не выражало, внутри он ликовал за его победу. Если Аонунг его увидит, то Нетейам испортит ему вечер одним лишь своим видом, и не желая ухудшать его праздник, Нетейам ушёл немного подальше, но всё же с украдкой глаз наблюдал за ним всё время. В один момент Аонунг подошёл к высокой барышне, которую раньше Нетейам не видал. Он попытался её пригласить в центр, но та тут же отдёрнула его руку, всем своим видом демонстрируя неприязнь к его компании, это было немного необычно, ведь Нетейам никогда не видел чтобы к Аонунгу местные относились не так. Нетейам лишь удивительно вскинул брови, наблюдая издалека, они перекинулись парой слов, которые он не слышал от слова совсем, и девушка недовольным видом поспешила отойти в сторону. По реакции принца видно, такой ответ ему явно не понравился, но он лишь разочарованно отмахнул рукой, приглашая двух других. Каждая из них села ему на плечи, и тот немного напрягся, но всё же поднял обеих, снова утопая в возгласах Меткаийна, пока девушки смеясь держались за его голову. "Ну и хвастун", пронеслось в мыслях, от такого зрелища Нетейам лишь обречённо поджал губы, качая голову в смирении. И теперь Нетейам начал смотреть на Аонунга не скрываясь, а желая, чтобы он его увидел, ощутил как на его спине снова рисуют рисунки, призывая оглянуться, обратить внимания и попросту вспомнить об существований Нетейама. И такое яркое действие не осталось незамеченным. К несчастью лесного, его прилипший взор обратил к себе не Аонунга, а ту самую девицу, которая недавно отказала принцу. Кажется, она смотрела на Нетейама не мало, и тот лишь сейчас заметил как она буквально впилась в него, изучая вдоль. Дернувшись, Нетейам тут же отвёл голову в другую сторону. Попытка показаться ничем не примечательным лишь усугубило ситуацию, он сделал это слишком неестественно, и теперь наблюдал за тем, как Меткаийна шагала в его сторону, не видя преград. — Oel ngati kame, ketuwong! — сделала акцент Меткаийна на существенное отличие лесного от толпы вокруг. Не успел Нетейам прийти в себя, как девушка оказалась прямо перед ним, и он неуклюже поздоровался в ответ. Её охотничий взгляд вперемешку с высоким ростом в неком смысле оказывали на Нетейама давление. Она была ему по росту, нет, даже выше, а выше были его только девицы старше по возрасту, но по её виду не скажешь что она старше, её молодые черты лица ярко говорили что она либо ему ровесница, либо старше максимум на два года. Попал. — Это сколько я не выходила из хижины, что у нас развелись лесные племена. — скользнула та глазами по хвосту Нетейама, который от переживания чуть-ли не дергался. Нетейам тяжело выдохнул, будто гора с плеч упала. Так она пришла узнавать про него самого, и слава Эйве. Он боялся что та расспросить об его странном поведении, и хорошо, что это были только его домыслы. — Мы из племен Оматикайя, в силу обстоятельств...так получилось. — неловко объяснил Салли старший изрядно надоевшей фразой, наблюдая как переносица девушки немного приподнялась в знак удивления. — Клан Голубой флейты, — с понимаем ответила она, и получив в ответ неуверенный кивок, протянула ему руку приветствия. — Сизенн. — Нетейам. — пожал ей руку лесной, и несколько раз покачавшись, оба оторвались от физического контакта. Её имя упоминал Аонунг во время охоты, но что более странно, зачем говорить имя той, которая в неком смысле привлекала тебя? Не зря ведь приглашал в самый разгар компаний. — Нетейам, — начала та уверенно, расставив руки по бокам. — Чего в стороне стоишь, как рыба на суши? — Что? Нет, всё отлично, правда. — нескладно ответил Оматикайя. Его немного смутило то, что барышня ни с того ни с сего начала расспрос. — Я просто немного не вдупляю, с чего ты ко мне пожаловала. — максимально мягко озвучил мысли Нетейам. Кто знает как она отреагирует, ведь по её виду не скажешь что характер у неё мягкий. — Вот как, — Сизенн отошла на несколько шагов, она развернулась к толпе откуда пришла, и с хитрым взглядом вернулась к лесному. — Мне виднелось ты очень хотел присоединиться, особенно к сыну Тоновари. Нетейам сконфуженно отвёл глаза, лишь бы не встречаться с Сизенн. Надо же, какой он палевный. — Эй, я что не права? — спросила та с удивлением. Она ловко выхватила у проходящего мальчика свежий плод, а после оперлась рукой об деревянную стойку поблизости. — Ты ничего такого не подумай, лесной, — начала Сизенн, откусывая сладость. — личных интересов у меня к тебе нет, просто знаешь, как странно когда кто-то косится куда-то определённо, ещё и кто-то такой синий. — из уст вышел ритмичных смех. Сизенн явно не та, кто держит весь интерес в себе. И не желая быть единственной добычей, Нетейам решил озвучить вопросы, которые тоже гложат в нём запретный интерес. — А ты чего решила уйти из компании? — разрушил маленькую тишину Нетейам, он тоже прихватил ананасовый фрукт из общей корзины и встал поближе к Меткаийна. — как рыба на суши. Сизенн лишь недовольно напрягла переносицу, но последнее предложение пропустила сквозь уши, возвращаясь к поеданию пищи. — Мне не интересно наблюдать за бойней мужчин, — кажется музыка играющая на фоне стала только громче. — в отличии от тебя. — от такого ответного удара Нетейам аж губу прикусил. — Я часто слышала от матери, что к нам пожаловала семья самого Турука Макто, просить uturu. — Сизенн отставила фрукт на потом. — Из-за долгого отсутствия я не смогла ничего застать. И сейчас наблюдать за всей этой суетой не моих интересах. Ты знаком с сыном Тоновари? Хотя это и так очевидно… — уже после вопроса втихую выдала Сизенн. — Да-а, Аонунг обучал меня tireafya’o Меткаийна. — даже как-то непривычно говорить о подобном, учитывая нынешний расклад событий, ну и чего же ему тут не сиделось. Такие мысли стали его посещать со вчерашнего вечера, хотя в тот момент он думал кардинально наоборот. — Советую не сближаться с ним до тесноты, без ног останешься. — резанула Сизенн. Одно резкое предложение напрягло обстановку. Нетейам, никак не ожидавший такого исхода событий, с изумлением смотрел на Сизенн, та в свою очередь смотрела куда-то в гущу, даже без намёка на смешной подтекст. — Ты что несёшь- — Сизенн. Голос Аонунга заставляет обеих обернуться в его сторону. Имя девушки произнеслось спокойно, но достаточно выразительно и чётко, прерывая вопрос Нетейама. От его резкого появления лесной весь напрягся, от рассеянной позы не осталось ни следа, На'ви тут же выпрямился, наблюдая за действиями морского. Шагнув к ним ближе, он остановился на расстоянии между ними, и одарив Нетейама лишь одним взглядом, Аонунг полностью переместился к Сизенн. — Аонунг, — в отличии от Нетейама, Сизенн не повела и бровью, сохраняя зрительный контакт. — Чего припёрся? Слава надоела? — Усмири свой нрав, ты чего ушла? — Аонунг сохранял спокойствие, но старался максимально игнорировать присутствие лесного На'ви, который в свою очередь молча наблюдал, бегая глазками то по нему, то по девице. Впервые за этот день Нетейам был на близком расстоянии с Аонунгом. Даже если это расстояние сложно назвать чем-то тесным, Нетейам затрепетал от его присутствия, охватила неловкость, элементарный страх. — Уши ноют слышать твои отмазки. — сжала та челюсть. — Знаешь, тратить время фестиваля на всяких...чудиков - не лучшая идея. — от такого звания Нетейам с удивлением уставился на Меткаийна, который в свою очередь отвёл взгляд куда подальше, будто сказанное было неприятно ему самому. — Не суй свой рыбий нос куда не просят. — не выдержав рыкнула та. Когда вся толпа начала шагать в сторону священного костра, Сизенн с быстрым шагом поспешила слиться вместе с ней, даже не оглядываясь. — Чудики... — повторил сказанное Нетейам, роя пальцами ног песок. Такое прозвище не самое приятное, вспомнились самые первые дни, когда прохожие Меткаийны отзывались о них подобным образом, хоть и шёпотом, но Нетейам всё прекрасно слышал. Сам Аонунг его так не называл, было пару раз, когда он говорил что-то обидное Ло'аку, но это быстро забывалось. А сейчас этот же Меткаийна вешал на него некое клеймо. "Чудики", так вот кто он для него теперь. — Ещё раз увижу рядом с Сизенн - пинай на себя. — уже вплотную приблизился Аонунг, с оголёнными клыками предупреждая На'ви. Его палец ударился об грудь Нетейама, который смотрел на него в ответ, но ничего не ответил такому предупреждению, а лишь напряженно подвигал хвостом. Поняв что физический контакт длится незаконно долго, Аонунг тут же осекся и пошёл в сторону костра, безжалостно пихая Нетейама в сторону. Непонятно что на него нашло, у Нетейама в помыслах и подобного не было, не говоря уже и о дружбе с ней. Либо причина заключается в том, что Аонунг не желает чтобы кто-то контактировал с семьей Салли, либо в другой причине, которую Нетейам не очень вдупляет. Как только Нетейам вышел из-за помыслов, он тут же осознаёт что остался у столов с едой совсем один, все остальные ушли к костру. Плюнув, Нетейам тут же несёт туда ноги, и застаёт картину того, как все морские На'ви, включая его семью расселись вокруг огромного костра. Все сидели молча. Глаза жителей устремлены к Вождю и Ца'хик, через несколько расстояний расселись и старейшины. Вместе с Нетейамом прибежало ещё несколько молодых На'ви и тут же уселись на свои места. Как догадался Нетейам, у Меткаийнов во время ритуальной песни все обязаны быть рядом с семьями. Аонунг и Цирея сидели возле родителей, как и Ротско среди своих, фигура Сизенн расселась рядом с одной старейшиной, возле неё сидел кто-то молодой, который Нетейам счёл за незнакомца. Пока Нетейам направлялся на своё место, он своей холодной кожей ощущал этот знакомый острый взор на них, который провожал его до самого конца. Но после слов принца, которые Нетей принял не самым приятным образом, отвечать ему тем же не было желания. Глазом сыскав свою семью, Нетейам с осторожностью обошёл хвосты морских, не желая причинять кому-либо неудобство. — Где тебя носило? — с шепотом спросила Нейтири, рассматривая приближающееся фигуру сына. — Я не расслышал, извини... — Нетейам стыдно почесал затылок. — Давай садись. — усадила мать рядом с Туктерей, садясь но своё место обратно. Тук лишь улыбнулась ему и устремила взор на пылающий костёр в центре, он был ей гораздо интереснее. Через несколько мгновений, когда все собрались окончательно, Ца’хик Ронал вместе с остальными женщинами начала напевать песню. Никто не вмешивался, полностью уплывая с потоком голосов женщин, и постепенно и медленно, жители подключались к хору, держа родных за руки. Голоса дошли и до Нетейама, он медленно и спокойно присоединился, напевая впечатанные в память строки, которые передаются от поколения к поколению. Его ладонь сжала руку сестры Тук, она тоже оперлась об его руку, будто готовилась к заветному сну. Когда все голоса собрались в унисон, а ноты стали громче, народ будто по течению, как волна, медленно двигалась в допустимом направлений. И в какой-то миг, спокойный хор поочередно превращался в что-то веселое, задорное, наполняя атмосферу радостью и духом фестиваля. В секунду ударили барабаны и включились флейты, наполняя каждого энергией, желанием бессмысленно плясать под эту дудку. Народ постепенно вставал со своих мест, юноши несли каву в специальных чашах, они мигом разлетались, заставляя взрослых недовольно охать. По обычаю кава должна выпиваться в кругу соплеменников. Мигом все собрались в своеобразные компаний и один Нетейам остался с Туктерей, но и та поспешила удалиться куда-то, как только завидела какую-то животинку. Родители присоединились к взрослым, а знакомые лица Нетейам не сыскал, поэтому он уселся на очередной корень, наблюдая за всем весельем. Аонунга он не видел, да и Сизенн не виднелась. Зато позже он опять присоединился к компании Ротско и Кири, которые находились немного далее от костра. Не сказать что Кири довольна происходящим, к пьяным традициям она не близка, тем временем Ротско лишь изредка выпивал из чащи напиток, по-малому корчась от резкости. — Ещё одна чаща и я уйду в палату. — прикрыла нос сестра, когда мимо прошёл подросток с очередной порцией. — Да ладно, ты даже не пробовала, — Ротско протянул Кири чащу на малое расстояние, та лишь отмахнулась и теперь чаща выдвигалась в лицо Нетейама. — А ты чего не пьёшь? — Мне не охота прыгать в костёр, — выдал смешок лесной, Ротско тут же кивнул, без объяснений понимая что Нетейам не лучший приятель для подобного. — ты случаем не знаешь где Нунг? — воспользовался мелким пьянством Меткайина Нетейам, это пока единственное что его интересует. — Не-е, если бы я знал, меня бы тут не было, — глотнул каву Ротско. — если мы с Аонунгом сейчас объединимся, тут такое произойдет… А я одной даме обещал выступление. А зачем тебе его искать? Вы же подрались. — заинтересовался Ротско, подозрительно косясь на Нетейама. — Что? Нет! — возразил Нетей. — Маленькое недоразумение, не более, — он попытался уверить товарища, но неуверенный тон его выдавал. Ротско косился на него долго и испытуемо, и в какой-то миг Нетейам пораженно выдохнул. — Ладно, не такая уж и мелочь. Но теперь кажется он меня ненавидит из-за общения с Сизенн… — Нетейам раздраженно скрестил руки, уводя глаза. — Ты знаком с Сизенн?! — подавился кавой Ротско, неимоверно кашляя. — О-о, наш братишка запал. — Кири, которую до этого не интересовал их разговор, тут же влилась в их компанию, лыбясь на все зубы. — Ничего подобного! — вспыхнул Нетейам, хмурясь от такого заявления. — Она сама ко мне подошла, за это Аонунг с меня чуть-ли не шкуру содрал… — Тебе никогда не везёт с дамами, та же Ри'ни! — посмеялась Кири, получая от него слабый толчок. — Я же не знал, что Нунг с ней встречается… — Нетейам обреченно выдохнул. Такую гипотезу он отрицать не мог. Реакция Аонунга говорит за себя, а поведение Сизенн можно объяснить тем, что те рассорились, возможно из-за вчерашнего Аонунг был не в себе, и снова в чужих страданиях виноват Нетейам. От таких мыслей ему стало несколько стыдно. — За такие слова они оба отрежут твой язык! — тут же вышел гортанный смех Ротско. Оба не понимающе обернулись к нему, у него аж слёзы вышли. Еле придя в себя, он усадил обеих растерянных Салли на корточки, и приблизив к себе, дабы никто не расслышал, тихо начал: — Всё как раз наоборот, они ну вообще не ладят, — начал тот, Нетейам слушал внимательно, изредка дергая ушами. — всё началось ещё до вашего прихода, когда Аонунг решил поплыть за рифы с Эйлтаном, это её брат. — разьяснил Ротско попутно. — Эйлтан вернулся оттуда еле живым, а Сизенн обвиняет во всем Аонунга. Она говорит что тот специально пустил её брата на корм Налютсе. — Да такое же невозможно, —сказанное не укладывалось в голове Нетейама. — Бред. Он бы подобного не сделал. Чтобы Нунг пошёл на такое? Да никогда. — максимально отрицал лесной, вставая на ноги. Сегодняшний день решил добить его подобным фактом. — От этого принца можно ожидать чего угодно. — недоверчиво выдала сестра, тут же получая возражения брата. — Нетей, мы не знаем что там случилось, остаётся только предполагать. — прервал споры Меткаийна, пожимая плечи. — А Эйлтан ничего не помнит, так пересрался что- Слабый удар деревянной палкой пришёлся морскому в голову. От такого он ойкнул, а Нетейам с Кири дрогнули от неожиданности. Их удивлённые глаза поднялись к высокой фигуре, которая от ног до головы обвешана украшениями и раскрашена танцевальной раскраской. — Ты чего расселся? Сам же обещал выступать с нами. — Сизенн грозно нахмурилась, держа за плечами длинную палку с фитилами в конце. Когда Ротско с удивлением обернулся к ней, то она вообще выпала. — А где sreuopin?! Мы же скоро выступать будем! — Забылся… — с нервным смехом почесал затылок Ротско. — leno..., — закатила та глаза. — хоть в ведро краски окунись, но чтобы было, tslam? — с усмешкой приказала девушка, наблюдая как Ротско никуда не всматриваясь, убежал в хижину подготовки. Когда он зашёл внутрь, её взор перешёл к двум лесным, которые кажется с самого начала не сводили с неё глаз. — Лесные, и как вам праздник? — ухмыльнулась она, наблюдая как Нетейам растерялся. — tam! — тот незамедлительно ответил, сам не понимая почему. Кажется сердце бешено стучало от страха того, что Сизенн могла услышать их разговор и воспользовавшись ситуацией, вынесет из него всю дурь этой длинной палкой в её руках. Кстати о ней, уж сильно она привлекла внимание Нетейама. — Ты фаерщик? — внезапно вышло из его уст, заставляя Сизенн вскинуть брови, она явно не ожидала что тот заинтересуется её снаряжением. — Ага, водные с огнём играют, смехотворно правда? — ответила она мигом. Её внимание привлекла Кири, которая в отличие от брата играла в молчанку, разглядывая песок. Она села перед ней на корточки, всё также держа палку за плечами. — А ты у нас кто? — заинтересованно спросила Сизенн, разглядывая лесную вдоль и поперёк. Кири лишь молча подняла свою голову от назойливого песка, и надолго задержав свой усталый взгляд на незнакомке, всё же соизволила ей ответить: — Кири. — быстро ответила девушка, снова возвращаясь к песку под её ногами. — Кири, Кири, Кири... — демонстротивно задумалась Сизенн, поглаживая свой подбородок. — напоминает... atrokirina'! — ударила кулаком та свою ладонь, когда слово что вертелось на кончике языка всё же вышло. От такого сравнения глаза Кири широко распахнулись, и на секунду она потеряла дар речи, но после покачала головой, поджимая губы. В яблочко. — atrokirina', atrokirina'! — за спиной Сизенн возник Меткаийна, чертами лица напоминающий её саму. Эйлтан. Он произносил слово с щелканьем, идеально управляя голосовыми связками. От его появления и странного поведения Оматикайя напряглись, наблюдая как он качал головой в такт музыки на фоне. — А ты чего нарядился? — оборачиваясь спросила Сизенн, замечая его танцевальный костюм. Кажется немного чудаковатое поведение брата её никак не напрягает. — Ой, это же парень с берега! — проигнорировав вопрос сестры, Эйлтан в ту же секунду оказался перед лицом Нетейама, изучая тёмные полосы на его коже. От такого действия Нетейам непривязчиво отводил голову назад, но Меткаийна не сдавал позиций. — Тебе пока рано выступать, рана ещё не зажила. — Сизенн немного прогнувшись, с легкой силой хлопнула по забинтованной поверхности бедра Эйлтана.   — Эй, t`ısraw! — вскочил тот, всё-таки отвлекаясь от своего занятия. — Я устал лежать в палате, дай порезвиться! Честное слово, ты уже копия матушки. — стиснув зубы, Эйлтан пригладил бедро, которое от действий сестры немного заныло. — Ты тоже фаерщик? — спросила Кири, оглядывая одеяние с красными оттенками. — Он факир, прошу не путать. — ответила Сизенн, застав как Кири мельком вынула язык. — Надо же, вблизи вы ещё синее! — с хихиканьем Эйлтан уже перешёл к Кири. И кажется лопнуло терпение не только у Оматикай, но и у Сизенн. Она схватила его за левое ухо, и безжалостно потащила за огромный костёр. — Тогда будешь maweypey. — пропуская сквозь уши ойканье родного, Сизенн лишь махнула тем двоим, скрываясь в толпе. — Тагда будиш мавейпэ-эй… — раздраженно повторила слова Сизенн Кири. — Вдруг услышат! — но и сам Нетейам еле держал смех из-за выходки Кири, и когда прошло достаточно времени с их ухода, он всё-таки выпустил тот неудержимый смех, которым заразилась и его сестра. После ухода Ротско и близнецов прошло достаточно времени. Всё это время Нетейам утопал в разговоре с сестрой, обсуждая всё что они видели. Начиная от Ло'ака, вплоть до причёски проходящих мимо юнош. Кстати о младшем брате, когда не смотри, он всё время был в компаний рифовой принцессы, и кажется в такие моменты они не видели никого вокруг, кроме друг-друга. Когда Кири шутила о них, Нетейам лишь умилялся со своего брата. Каким же он иногда бывает чутким и осторожным рядом с этой девицей, вот что творят с На'ви чувства, делают из тебя что-то кардинально отличающиеся. А Нетейама сейчас окружают лишь что-то негативное, меняют ли они его? Или же он просто не замечает этих изменений? Как бы то ни было, он надеялся что и этой буре придёт конец, и сейчас единственное что он от себя хочет, так это порезвиться и окунутся в праздник с головой. Рядом с Кири добиться этого легче простого, а когда к ним присоединилась Тук, то у троих мигом снесло голову. Что они только не делали, пили всякие напитки, бегали за медленно убегающими Туртапедами, соревновались с едой, а во время состязания поиска ракушек в огромных деревянных водоемов, они постоянно сталкивались с чужими рыбьими головами, заставляя Меткаийн раздраженно цокать. Сами же они с этого задорно смеялись, не беря во внимание их ворчание, самое главное весело им, остальное не важно. А позже костёр в центре зажёгся ещё сильнее, поднимая градусы, а с толпой жителей он превращался в настоящий котёл. Благо жители для подобного всегда готовили водоемы с холодной водой, и когда оттуда вышел освежённый Нетейам, его тут же встретила гипер активная Тук, которая молила брата пойти вместе с ней к представлению. Кири почему-то не виднелось, но Нетейам отставил её на потом, так как Туктерей уже таскала его за руку к костру и не сопротивляясь её энергичности, Салли старший последовал за ней. Когда они добрались, к удивлению лесного его сестра была здесь. Кири задумчиво осматривала пламя, а когда завидела их обеих, тут же выпрямилась и потащила ближе к сцене. Хоть многие уже ушли от сцены и развлекались в своих общинах, но и были те, которые стояли вокруг огня и что-то бурно обсуждали, включая вождя Тоновари и Ца'хик Ронал. В какой-то миг барабаны громко ударили, заставляя всех обратить внимание к центру. И кажется Нетейам понял к чему восторг её сестры. Начиналось огненное представление. На сцену вышли три знакомых лица, включая ещё несколько юношей. Эйлтан грациозно и игриво встал в самый центр, в то время как Сизенн, Ротско и другие встали на свои места вокруг него. Кстати о последнем, несмотря на некую спонтанность, краски на его лице были нанесены весьма неплохо. Нетейам с сестрами не сводили с них взор, Кири так вообще не моргала, осматривая каждый изгиб их движения. После того как все встали на свои места, танцоры обернулись к церемонному костру, и резким движением фитиля в конце их палок ударились в пламя, брызгая горячие искры. От такого резкого действия все Меткаийны, включая детей Салли испуганно зажали уши и заморгали, но через секунду выходили крики и возгласы восхищения, когда те вынули горящие концы фитиля. Зажглись настоящие искры фестиваля. Танцоры мигом задвигались в быстром темпе, кружась и вертясь с особо опасным инструментом в руках. Сопровождение музыки делало этот момент ещё эмоциональнее, заставляя всё тело онеметь и не отрывать взгляд. Каждое движение, такт, изгиб, круговорот делаются с особой силой и гибкостью. Как быстро и мастерски кружились в руках деревянные палки, их движение тяжело уловить, и каждое новое накладывалось на предыдущее, создавая иллюзию огненной спирали. Пока Сизенн с Ротско кружились с опасной стихией, изо рта Эйлтана в какой-то момент вышел целый огненный поток, зрелище настолько невероятное, что Нетейам забыл как двигаться. Будто перед глазами произошло извержение вулкана. Настоящий бой со стихией, единение с огнем. А после все они взялись за руки, возгласами и напеванием кружась вокруг костра, жители присоединились к их отклику, создавая настоящий котёл из голосов. Финальным движением стали высокие и напряженный прыжки через огромный костёр, после одного второй, а после второго третьи и так до тех пор, пока одним ударом барабана те не замерли в одурманивающих позах, пытаясь восстановить дыхание. Не успели все опомниться, как представление закончилось. Факелы танцоров угасли об песок, а сами они низко поклонились, оповещая об окончании. В ту же секунду все жители начали покрикивать их имена и хлопать ладонями, утопая участников в похвале и славе. Сам Нетейам хлопал не тише Кири, это было действительно завораживающее времяпровождение, от которого тело покрылось мурашками. Сизенн с остальными поднимала и махала руками в знак истинного благодарства, жестом она оповестила музыкантов о начале настоящих танцев, и те без сомнений начали играть настоящею энергетику. Меткаийны мигом сошлись вокруг священного костра, утопая всплесках эмоций. Танцы, песни, всё это заполнили их головы, вот оно настоящий праздник. На фоне всей это суматохи дети Салли растерялись, но вышедшая из зажигательной толпы Сизенн позвала Кири и остальных к себе рукой, на что она лишь смеясь с её вспотевшего вида, отрицательно качала головой, отходя назад. — Ну давай, atrokirina'! — выкрикнула Сизенн, и воспользовавшись её растерянностью от такого прозвища, потащила в гущу из На'ви, схватившись за её запястье. Кири, которая явно не ожидала подобной выходки со стороны девушки, в свою очередь держалась за запястье Нетейама, пытаясь устоять на одном месте. Но один сильный рывок в противоположную сторону, как они обе, включая Тук, потянулись за тянувшими их Ротско и двойняшкам. На лице троих Меткаийн виднелся веселый оскал, пытающейся втянуть троих Салли в их головокружение. Оматикайя не сдавались, тяня кнут из запястьев друг-друга, песок под ногами ужасно скользил, а Меткаийны стиснули зубы в перемешку с губой, желание стянуть этих троих в свою сторону превратилась в настоящую войну, где никто не собирался уступать. Но и войной это назвать трудно, несмотря на явный дух соперничества, всем им было до смерти весело и смешно, животы и щеки болели от порывов адреналина, а уши не ловили ничего кроме смешных рыков и смеха, которые перемешались с шумом праздника. Вся эта цепочка из На'ви в какой-то момент разорвалась, моментально отбрасывая всех её соучастников в разные стороны. Нетейама отбросило в неизвестное направление и он еле удержал ноги на привычном песке, пока не врезался в большую спину взрослого мужчины. Он лишь не понимающе оглянулся к лесному, а он в свою очередь растерянно извинился, почесывая затылок. Получив в ответ короткое ''nari si'', Нетейам с не уходящим головокружением решил сыскать свою компанию, но в отчаянных поисках затерялся ещё сильнее, плывя против течения толпы. Еле пробираясь через высокие фигуры, Нетейам обошёл все возможные места, от водоемов вплоть до церемониального костра, где он застал фигуру родителей, но никак не младших. Когда поиски не дали абсолютно никаких результатов, Нетейам с чашей кавы обречено прижался к деревянной колоне, которая находилась в самых краях населения, и ожидаемо народа здесь было намного меньше, отчего холодный, чистый воздух наконец охладил вспотевшее тело и засохшее горло. Морские украшения, которыми была обвешана одинокая пальма, неприятно вдавливались в кожу спины, но отрываться от деревянной поверхности Нетейам не собирался, особенно тогда, когда он своими ловкими ушами, уловил звук до смерти знакомых шагов. — Ты прячешься довольно неплохо. — Нетейам даже не обернулся в его сторону, он знает что это он. Единственное что он хочет знать, почему он решил всё-таки шагнуть к нему первым, или же это чистая случайность? — Решил тоску пойлом унять? — без шуточным тоном выдал голос Аонунг. Домыслы лесного подтвердились, хвост нервно захлестал по поверхности песка. От личного обращения принца рифов ему стало не по себе, а те дни, когда они проводили только вдвоём казались чем-то вымышленным, как давно он не слышал его неприязливый тон. — Нет… — сжал чащу с кавой в руках Нетей. Он не любитель выпивать, но когда он снова оказался в потоке мыслей совсем один, руки сами потянулись к чаще из общего стола, чтобы хоть как-то избавиться о них, даже если ему снесёт голову. Признаться, он ещё не сделал ни одного глотка. Дело опьяняющего напитка сделал Аонунг, оказавшись здесь и сейчас. Раньше Нетейама малость раздражала его навязчивость, детское любопытство, но за один день его отсутствия Нетейаму стало всего это не хватать, ни внимание сестры, ни любопытство родителей не стояли рядом с его любознательностью. Сестре и родным не расскажешь как тебя терзает чувство вины, а от Аонунга ты не получишь уже изрядно надоевшее отрицание чувств, с ним хоть цветы обсуждай, твоё мнение всегда будет учитываться, тебя не убедят в обратном, они имеют смысл. — Понравилось выступление? — прервал самобичевание лесного Аонунг, его тон был твёрдый, а сам вопрос прозвучал как риторический, но никак не заинтересованный. Так он видел, как ошеломленно наблюдал за танцами лесной. — Да, было прекрасно, — сразу уловил суть Нетей, понимая в какое русло идёт его допрос. — Она тебе нравится? —устало вышел вопрос с напряженных губ. Плевать на слова Ротско, уж лучше Аонунг отрежет ему язык, но всё что его волнует он выскажет. Если это одна из причин, которое мешает их взаимопониманию, он должен об этом знать. — Ты же так не думаешь? — ответил вопросом принц. Он выдал тихий нервный смех. Кажется, он хотел чтобы Нетейам сам догадался, обдумал всё до этого произошедшее, но услышав в ответ гробовую тишину, Аонунг тут же перестал смеяться. — Почему ты всё ещё здесь? — уже без ноток веселья вышел вопрос Аонунга. Лишь сейчас Нетейам обернулся в его сторону, тут же встречаясь с голубыми глазами Аонунга, в зрачке которых отражался свет огненных фонарей, висевшие прямо над ними. Как маленькая надежда, что Нетей всё же осёкся от безрассудного решения. Аонунг был весь вспотевший, кудрявые локоны больше не держались в пучке, а были разбросаны по области лица, шеи, сильных плеч. Они прилипли к его мокрому телу, как же он долго и утомляюще плясал, чтобы довести свои волосы до такого состояние? А красиво вшитые ракушки на повязке заставить мертво висеть, и некогда идеально-контролируемое дыхание быть сбитым усталостью? Когда Нетейам напрягал свои уши, он мельком мог слышать прерывистое дыхание рифового принца. Но Аонунг прервал этот кратковременный контакт, поворачивая голову в противоположную сторону. В свою очередь Нетейам застыл за разглядыванием его лица, как напряглись челюсть и скулы, и как нервно напрягалась и расслаблялась его переносица. — Я спрашиваю, почему ты ещё не улетел? — внезапно рыкнул Аонунг, не выдерживая пронзающий и напряженный взор лесного. — Решил нас всех доконать до предела? Нетейам не отвечал. Его лицо жалобно напряглось, один его вид напоминал лицо матери, которое потеряло дитя. Нетейаму неистово хотелось сократить расстояние между ними, придвинуться вплотную, дать понять что причина он и есть. Это из-за тебя, skxawng. Оматикайя от этого порыва удерживала лишь сила Великой Матери, и не найдя должного ответа, Нетейам утомительно перевёл взгляд на песок, а губы предательски опустились вниз. — Извини… — что это, Нетейам? Ты же весь день обдумывал свои слова, тысяча раз представлял своё раскаяние , и единственное что ты смог вымолвить, одно жалкое слово? — Прости меня… — повторил он в гробовую тишину. Целый придуманный текст застрял комом в горле, если и вовсе не забылся. Все давление сделало из Нетейама настоящею тряпку, ему нечего сказать, нечем оправдываться. Из-за глубоких мыслей, унесшие далеко за край дозволенного, Нетейам не замечает, что его уже давно оставили одного на побережье. Невыносимо.