Doberman

— Куда это ты собралась? Облокотившись на машину, Чимин спустил очки почти на кончик носа внимательно уставившись на меня. — Я не поеду в отель. Поживу у отца. Не хочу жить с ним в одном отеле, где каждый день буду видеть его самодовольную рожу. Мне хватит нескольких часов день, когда я буду выполнять свои рабочие обязанности и так же помогать ему искать лучшую партию. Всё же остальное время я намеренна потратить на себя и папу. Я безумно хочу увидеться с ним, чтобы заобнимать и рассказать всё, что произошло за последнее время. О моём приезде папина жена Ын Рён уже знает. Как только я собралась ехать на Чеджу, сразу набрала её номер, чтобы спросить не будет ли она против, если я приеду на неделю. Женщина была в не себя от радости, когда я попросила пожить у них и сразу начала лепетать о местах, куда нужно сходить и заодно захватить папу. Мне всегда нравилась эта добродушная особа с сердцем больше, чем весь Сеул. В детстве она присылала мне пянсе и красивые открытки, где были различные фотографии Чеджу и их с отцом. Время идёт, а её отношение ко мне никогда не меняется. Иногда мне кажется, что она больше подходит на роль моей любящей матери, что заботится и дорожит мной. — Не глупи. Ты же говорила, что у твоего отца новая жена, — недовольно цокнув, Чимин махнул рукой, — Поехали. — Директор Пак, — слегка повысив голос, я вздёрнула подбородок, — Мы в деловой поездке, поэтому прошу вас соблюдать рамки дозволенного. — Решила на моих нервах поиграть? — Я? На ваших нервах? Вам кажется. — Если мне кажется, то ты Венера Милосская, — смерив меня серьёзным взглядом, он открыл переднюю дверь солона всё так же глядя на меня, — Ладно, не буду с тобой спорить. Делай что хочешь, но, чтобы завтра в 9 была на месте. — Не волнуйтесь. Дождавшись, пока этот доходяга сядет за руль, я как маленький ребёнок взглянула на него через зеркало, показывая язык. Видя, как тот мигом нахмурился я постаралась поскорее скрыться с парковки аэропорта выискивая взглядом такси. Оказавшись у самого входа в главное здание, я заметила три свободные машины, две из которых заняли семья с детьми и две девушки. Не дожидаясь, пока третье авто займут так же, как и предыдущие я поспешила оказаться рядом с такси, сразу же называя адрес отца. Расположившись в машине, я нервно выдохнула, когда на экране мобильного высветилась надпись о новом сообщении мамы. Я не сказала ей сразу о своей поездке, чтобы она не начала меня отговаривать и убеждать в том, что на Чеджудо мне делать нечего. Так уж вышло, что после развода мама стала яро ненавидеть любое проявление отца в моей жизни. Да, она отпускала меня к нему, разрешала видеться и говорить по телефону, но каждый раз это сопровождалась руганью. Ей хотелось, чтобы своим отцом я считала отчима, который мне сразу не понравился. Она всеми способами старалась сблизить нас и сделать семьёй, но по итогу вышло всё совершенно наоборот И сейчас, стоило мне по прилёту отправить сообщение о том, что я неделю пробуду на острове, мой телефон стал разрываться гневными сообщениями: Мама: Что ты там забыла? Мама: Почему не сказала мне о своей поездке? Мама: Надеюсь, директор поселит тебя в отеле, чтобы ты не шлялась по городу со всякими личностями. Я не буду ей отвечать, по крайней мере сейчас. Не хочу с ней ругаться и выяснять отношения на пустом месте. К тому же я надеюсь, что она остынет и поймёт, что так себя вести нет никакого смысла. Я взрослый человек и могу самостоятельно принимать решения и мне без разницы, как они отразятся на окружающих людях. Мы живём один раз и глупо переживать за других, когда у тебя есть собственная жизнь. — Благодарю. Заплатив таксисту, я забрала свои вещи оказавшись прямо напротив дома отца. Высокие белые стены, как и многие на улице заканчивались серой покатой крышей. Большая часть окон всех здешних домов выходит на дорогу: там, через улицу виднеется Японское море с высоты невысокого утёса. Здесь пахнет солью и свежестью вперемешку с цветочным ароматом из магазинчика Ын Ран находящегося точно на углу за домом. Семейное гнездо папы двухэтажное, с небольшим тётиным садом, густо засаженным цветами всех мастей, что она смогла найти. Здесь как не странно тихо. Блаженное место без проблем и суматохи, когда ты стоишь на месте и время останавливается, оставляя тебя один на один со своими мыслями и желаниями. В окне на втором этаже, где находится моя комната я вижу Ын Ран. Эта женщина младше моей матери на 10 лет, но несмотря на это её речи куда богаче тех, кто прожил по 70 и 80 лет с лишним. Она до жути красивая, особенно когда тётя убирает свои волосы в высокий хвост, украшая их заколками с цветами или бабочками. Заметив меня, она начинает широко улыбаться и в следующую секунду входная дверь дома отворяется, а мне на встречу идёт улыбающийся отец. Он постарел. Не настолько сильно, как, казалось бы, но под глазами заметно несколько морщинок, а в волосах видно немного седины. — Милая моя, — обхватив меня за плечи, папа почти что до хруста костей обнял моё хрупкое тело, чуть ли не кружа на месте, — Как ты выросла. Оглядывая меня с ног до головы, папа смотрел с такой любовью и обожанием, будто бы я единственная на этом свете. Каким бы не был развод моих родителей, больше всех меня обожал отец. В его глазах я была самым драгоценным камнем, чья цена перевешивала самый дорогой бриллиант в несколько карат. — Как давно я тебя не видела, — следом за папой вышла и Ын Ран. Улыбаясь нежной улыбкой, она заключила меня в крепкие объятья, покачивая точно маленького ребёнка, — Ты обязана всё рассказать! — Она только с дороги. Дай ей отдохнуть, — взяв мои вещи в руки, папа мягко улыбнулся, — У тебя целая неделя впереди, Ын Ран. — Я не видела это чудо слишком долго. Ворчи, не ворчи, а я всё равно расспрошу! Меня так умиляла эта картина: два взрослых спорят из-за меня и того, что одна хочет поговорить, а второй против и говорит об усталости. Как же мне этого не хватало! Может переехать на Чеджудо? — Я всё расскажу, как поем. В самолёте я успела вздремнуть, — приобняв тётю за плечи, мы медленно пошли в дом, — Как у вас дела? — Ох, всё чудесно. Хотя твой отец частенько ворчит из-за того, что я много работаю, — удручённо вздохнув тётя метнулась на кухню, тут же раскладывая еду на стол, — Я помню, как ты обожаешь твенджан ччигэ и яккву. Поэтому приготовила всего побольше Я застыла на пороге кухни пустым взглядом смотря на еду, разложенную передо мной. На меня вдруг накатили слёзы. Они буквально душили меня изнутри перекрывая кислород в лёгких и горле, словно бы ком мешает дышать. — Что случилось? — Прости, просто мама такое не готовит. Лихи и отчим это не любят, а ради одной меня никто готовить не будет, — стерев непрошенную слезу со щеки, я улыбнулась, — Спасибо. — Ты не говорила с матерью? Присев за стол напротив меня, Ын Ран налила себе чая слегка разбавив молоком. — А когда? Я живу одна, домой не езжу, работаю. У меня нет времени на выяснение отношений, — мотнув головой, я положила в рот кусочек анчоусов расплывшись в блаженной улыбке, — Она хотела, чтобы Лихи жила со мной, потому что одна комната у меня свободна. — Это неправильно, — хмуро покачав головой, она сделала глоток чая, — Ты купила квартиру на свои деньги, всё обустроила и теперь, когда никто тебе не помог, в том числе и семья, она хочет, чтобы ты забрала сестру. Это неправильно, когда ребёнка заставляют против воли. К тому же она не хочет участвовать в твоей жизни. — Мама пытается меня контролировать. — Мне кажется, это слишком. Кстати, — вдруг расплывшись в озорной улыбке она понизила голос, — как там твой парень? — Мы расстались с Сэ Чаном. Он оказался паршивой овцой в стаде. Меня бросила в холод, стоило мне вспомнить о этом козле. Одно только имя вызывает во мне рвотные позывы, а от его лица хочется ослепнуть, лишь бы только не видеть его смазливой физиономии, которую хочется испинать до мяса и крови. — Неужели всё так плохо? — Я встретила друга со школы, — набрав в ложку побольше овощей, я положила их в рот тщательно всё переживав, — Того симпатяшку Пак Чимина. — Да? — воодушевлённо хлопнув в ладоши, тётя придвинулась ближе настолько, насколько позволял обеденный стол, — Мне он всегда нравился. Я даже думала, что вы прекрасно смотритесь вместе. — С кем? В этот момент на первый этаж спустился папа, присоединяясь к нашему девичьему разговору. — С Чимином. Он директор моей компании, — закончив с твенджан ччигэ, я пододвинула яккву. — Да ладно? — округлив свои глаза, тётя подняла голову обращаясь к папе, — Помнишь того милашку, с которым дружила наша Ха На? — Конечно помню, — обойдя стол он подошёл к кухонной гарнитуре, наливая в две чашки горячий кофе. — Он твой директор? — Угу, — кивнув, я откусила кусочек медового печенья, буквально таявшего на моём языке, — Я здесь по работе. — Постарайся не перетрудиться, пока ты здесь. Как бы мне хотелось пообещать тёте, что буду я чередовать работу и отдых, если бы не одно маленькое но — моим временем заправляет Пак Чимин. — Если ты так на меня смотришь, значит нет, — подперев голову рукой я устало проводила взглядом очередную девушку, что не пришлась Чимину по душе, — Обоснуй. — У неё взгляд слишком злой. Пак попросту не смотрел. Развалившись на шезлонге под палящим солнцем, он даже головы не повернул, когда я указала в сторону красивой девушки, некогда бывшей брюнетки. Она была высокая, стройная и с округлыми формами, но он даже взглядом её не одарил, предпочитая не двигаться и валяться под огромным зонтом. — Ты даже не посмотрел, — недовольно фыркнув, я вновь пробежалась взглядом выискивая одиноких девушек, что были на пляже абсолютно одни. Мне на глаза попалась миниатюрная китаянка с длинными чёрными волосами что грелась на солнце в нескольких метрах от нас, — Может та? — Формы не те, — подложив руки под голову Чимин продолжил игнорировать мои попытки помочь. “Боже, прошу, дай мне сил не убить его на месте! Я же за такого придурка срок получу!”. Схватившись за голову, я ещё пыталась найти в себе силы, чтобы не наговорить лишнего. Я продолжала предлагать, а он в свою очередь выискивал кучу причин для того, чтобы не согласиться, замечая даже цвет лака на ногтях. Я уже не говорю о том, как он выжидающе на меня смотрел, пока я искала глазами за что можно зацепиться. — Хочешь дам подсказку? — перевернувшись на живот, Чимин подложил руки под свой подбородок с улыбкой уставившись на меня, — Для меня идеал, если соединить тебя и Сунан. Чтобы красивая как она, а мозгами как ты. “Он сейчас меня страшной назвал?”. — С такими запросами сам и ищи, — встав с шезлонга я разгладила складки на своей юбке. Поправив сумку на плече, я в последний раз взглянула на Чимина, — Не могу понять, ты специально так себя ведёшь, или ты и раньше был таким противным? Развернувшись, я направилась прочь с пляжа отеля. Не хочу видеть его рожу и слышать, как ему не нравится абсолютно всё на этой планете кроме конечно же Сунан. Он говорит, чтобы я помогла, но при этом не делает каких-либо телодвижений, чтобы облегчить мою задачу. Если бы он действительно хотел помощи, он бы сделал всё, чтобы я поскорее закончила свою задачу. Но этот придурок даже нормальный ответ дать не может, не говоря уже о тактичности. Выйдя на небольшую аллею, я медленно шагала в сторону дома бросая взгляды на прохожих. Несколько парочек, идущих мне на встречу, крепко держались за руки друг друга. В их глазах светилась пылкая влюблённость, когда они ловили взгляды друг друга. Девушки мило смущались, пока парни широко улыбались, называя свои половинки ласковыми прозвищами. Грустно осознавать, но такая идиллия была и у меня в самом начале наших с Сэ Чаном отношений. Конфетно-букетный период прошёл нас стороной, хотя прогулки за ручку происходили каждые выходные. Я испытывала ощущение бабочек в животе предвкушая момент наших свиданий. Уже тогда я должна была понять, что эти ощущения не нормальны и не должны быть в здоровых отношениях, но будучи влюблённой в этого молодого человека моя голова абсолютно не работала. Влюблённая дурочка, что слепо верила его словам, надеясь, что он исправиться. На половине пути до дома резко пошёл дождь. Тяжёлые капли быстро падали с небес и уже через несколько секунд простой дождик превратился в ливень, когда на лужах появляются пузыри. Моя одежда в одно мгновенье промокла до самой нитки, а волосы стали неприятно липнуть к лицу. Оглядываясь в поисках убежища, я забежала под крышу многоквартирного здания, куда дождь не мог забраться. “Могло быть и хуже”. — Тебя и на 5 минут нельзя оставить. “А нет, я ошиблась”. Передо мной остановилась дорогущая машина Чимина, одна из коллекции этого богатого мальчика. Стоя под зонтом, он встал прямо напротив стоящей меня, что выглядела слишком жалко по сравнению с этим парнем. — Поумерь своё упрямство. Я отвезу тебя к себе, — протянув свою руку Чимин слегка напрягся, стоило его взгляду пробежаться по моему телу. Он вдруг заметил, как я дрожу от холода и липкой одежды на моей коже, — Идиотка, заболеешь ведь. Тебе на работу завтра! Его голос походил на звериный рык. Оскалившись, он резко схватил моё запястье с силой потянув на себя. Чуть не полетев с небольшой лесенки, я врезалась прямо в его горячую грудь уцепившись кончиками пальцев за хлопковую рубашку. Его тяжёлое дыхание касалось моей шеи, а его руки крепко сжали мокрые тряпки, которые в данный момент трудно назвать нормальной одеждой. — Ты сам то головой думаешь? Ты сейчас весь промокнешь из моих вещей, — я хотела отстраниться, но парень мне не позволил. — Тебя забыл спросить. Не отпуская меня из своей хватки, он свободной рукой достал с заднего сиденья своё огромное полотенце, которое он брал с собой на пляж. Я удивлялась тому, как он ловко удерживал зонт и меня в своей одной руке, пока второй пытался закутать моё тело в махровое блаженство (обожаю такие полотенца). Когда же он закончил, он слишком резко открыл дверь пассажирского сиденья впереди почти что, втолкнув меня внутрь. Оказавшись в авто, мне хотелось попросить его отвезти меня домой, но Чимин мигом оббежал машину, чтобы в следующую секунду уже сидеть за рулём, выезжая на проезжую часть. — Больше не шляйся под дождём, — поставив чашку горячего чая перед моим носом, Чимин занял диван ровно напротив меня. — Я и не собиралась, — ухватившись озябшими пальцами за тёплую чашку, я чуть не выронила её из рук не рассчитав, что посуда нагреется из-за воды, — Я выпью, когда остынет. — Вот смотрю на тебя, а ты совершенно не меняешься. — Вот давай только без этих речей, ладно, — отмахнувшись от него, я подобрала под себя ноги прикрыв всё тело кроме головы тёплым одеялом, — И без тебя паршиво. — Из-за дождя? Заболеть успела? — вскочив со своего места Чимин оказался около моего дивана. Приподняв мою голову за подбородок, он положил ладонь сначала на лоб, убеждаясь, что у меня нет температуры, а после проверил щёки, уложив свои руки на них. — Нет у меня никакого жара, — убрав его руки со своего лица, я отвернулась от его испытующего взгляда, — Тебе то какое дело? Ведёшь себя, как высокомерный идиот. — Если я выслушаю тебя, ты не будешь больше так думать? Присев передо мной на корточки, Чимин просунул свои руки под тёплое одеяло, обхватывая мои холодные ладони. Глядя на меня снизу вверх, он стал медленно растирать кожу на моих руках, чтобы те хоть немного согрелись. — А ты как думаешь? — Я заслуживаю шанса. — Расскажу с условием, если ты присмотришься к тем, кого я тебе предложу. Согласен? Пак кивнул головой. — Я вспомнила свои прошлые отношения с тем парнем, которого ты остановил на улице. Так вышло, что у меня были весьма токсичные отношения, про которые я узнала лишь через два года, слепо веря в то, что он таким образом показывает свою любовь. Чимин внимательно слушал то, что я ему рассказывала. Он не перебивал и ничего не говорил, лишь только наблюдая за эмоциями на моём лице, когда мне с особым трудом давались слова о бывшем. Я ощущала себя в подростковом сериале, когда девушка рассказывает о своих проблемах с парнем, а её лучший друг, влюблённый в неё с детства внимательно выслушивает каждое слово девушки давая различные советы. Разница здесь не велика — Чимин не влюблённый друг детства, а я не дурочка, что терпит такое отношение к себе. — Я не думал, что именно это у тебя на уме. Мне казалось это снова проблемы с семьёй. — У меня больше нет сил плакать или переживать из-за семьи. Я пережила этот период жизни. Теперь я просто злюсь. — Когда ты злишься, у тебя взгляд некрасивый становится, — надув свои пухлые губы он вдруг вытянул мои руки из тёплого укрытия, опаляя те горячим дыханием, — Ты больше не встречала его? —Нет. Качнув головой, я покрылась мурашками, стоило Чимину едва заметно коснуться губами моей кожи. Присев на край столика передо мной, он протянул чашку слегка остывшего чая в мои руки, обхватив те своим ладонями чтобы я не уронила чай. Недолго думая, я потянулась чашкой к своим губам и в следующую секунду по моему горлу разлилось приятное тепло, стекающее прямо в желудок. Горячий чай с мёдом немного поднял мне настроение и теперь будучи под одеялом не было не холодно. Наслаждаясь этим блаженством, я совершенно не замечала, взгляд Чимина обращённый на мои сжатые вокруг чашки ладони. Он всё так же удерживал их в своих, изредка покусывая свою нижнюю губу. Он всегда так делает, когда волнуется или думает. У него это выходит спонтанно и неосознанно, от чего поверхность его губ частенько кровоточила и выглядела слегка припухшей. — Чимин, ты опять это делаешь. — Что? — подняв свой взгляд на меня, парень слегка округлил свои глаза. — Когда ты думаешь, кусаешь нижнюю губу. Лучше не делай так, иначе все подумают, что тебя кто-то бьёт. Ты же сам говорил, что тебе это не нравится. — Ты помнишь это? — Конечно. Утвердительно кивнув, я аккуратно поставила чашку обратно на невысокий столик, где сейчас сидит Чимин. Мне хотелось вернуть руки обратно под тёплое одеяло, но Чимин продолжал упираться, не отпуская мои ладони из своих. — Как ты смогла пережить расставание? — Это трудно. В начале больно. Потом начинаешь искать причины и ищешь их конкретно в себе. В моём случае я не понимала, как же раньше не увидела в нём плохое, — с каждой моей фразой руки Чимина только сильнее сжимали мои ладони, а его глаза пытались прожечь во мне дырку, — В конце концов у меня осталась только ярость. Я направила всю свою злость на него, решила для себя, что я его не стою и меня отпустило. Со временем всё всегда проходит. Главное не наступить на те же грабли снова. — У тебя не было желания вернуться? — А зачем? Он на следующий день объявил об отношениях с другой. Зачем возвращаться к тому, кому я не нужна? Тем более будто один парень на весь Сеул. Чимин продолжал неотрывно смотреть в мои глаза, выискивая там нечто понятное только ему. Он вдруг встал на ноги, отпустил мои руки и прошёл к небольшому бару, доставая оттуда бутылку виски. Откупорив горлышко, он без особых церемоний сделал несколько глотков из горла бутылки, даже не морщась от терпкости вкуса. Взглянув на зеркало, висящее рядом с баром, он так же резко поставил бутылку на барный стол порывно поворачиваясь в мою сторону. Преодолев расстояние в несколько шагов, он останавливается ровно напротив меня, из-за чего мне приходится вскидывать голову вверх. Стоит мне только раз взглянуть в его ошалевшие глаза, как он обхватывает мою голову двумя руками и в следующую секунду я чувствую его горячие губы на своих. На языке появляется слегка горьковатый и терпкий вкус алкоголя, пока Чимин слишком грубо закусывает мою нижнюю губу, совсем не думая о той боли, которую я могу чувствовать. В этот момент у меня пролетает только одна мысль: почему парням нужно выпить, чтобы просто меня поцеловать? Меня это не устраивает. Я не хочу, чтобы меня целовали только по пьяни и из жалости к моим чувствам, когда я рассказывала, как же плохо со мной поступил мой бывший. Это неправильно и меня это ранит сильнее, чем слова Сэ Чана, которые я услышала в день расставания. Положив свои руки ему на живот, я попыталась оттулкнуть парня. Его руки мёртвой хваткой держали мою голову, пока он со слишком сильной жадностью целовал мои губы. Он больше не кусался, но теперь в ход пошёл его язык, который он смог просунуть мне в рот. В этом поцелуе не было никакой нежности, только страсть, которая непонятно как накрыла его голову. — Чимин, отпусти! — тяжело дыша, мне удалось вырваться, чтобы отстраниться, — Совсем крышу снесло? Глядя на меня потемневшими глазами, он провёл большим пальцем по моим припухшим губам. Наблюдая, как он медленно скользит по розовой, почти красной коже Чимин вдруг облизнулся и его взгляд немного прояснился. — Мне понравилось. — Что? Какой к чёрту понравилось? Выпав от его слов, я отстранилась от его руки. — С тобой безумно классно целоваться. Поддавшись вперёд, он поставил колено между моими бёдрами нависнув надо мной сверху. Не понимая, что же задумал этот придурок, я выставила свои руки вперёд, но ему не составило особого труда притянуть меня за шею обратно к себе, чтобы вновь вовлечь в жаркий поцелуй. Ему точно крышу снесло от эйфории, которую он получал. Положив свою руку мне на спину, он сильнее углубил свой поцелуй, давая мне понять, что не отступится. Моё сердце застучало как бешеное, когда он сильнее прижал меня к своему телу. Хватая ртом воздух между перерывами, я не могла понять почему не отталкиваю его. Мне вдруг стало безумно приятно от поцелуя с привкусом виски на языке и тем, с каким напором он преподносил этот поцелуй, словно бы я глоток холодной воды в пустыне. И наверняка я сильно пожалею, когда это всё закончится.