Doberman

— Не смей так больше делать! Зашипев от накатившей злости, я с силой толкнула Чимина в грудь, чтобы тот отошёл от меня как можно дальше. Проведя тыльной стороной ладони по своим губам, чтобы стереть любое наваждение и то, как сильно они горели, я скинула одеяло со своих плеч. Из-за нарастающей ярости в моей груди движения стали слишком резкие и рваные. Мне хочется избавиться от тех вещей, что купил Чимин. У него не было подходящей одежды за место той, что намокла и он вызвал в номер девушку, что принесла несколько вариантов дорогущих комплектов, на которые мне нужно не плохо так поработать. Взгляда на один только ценник хватило с головой, чтобы моя челюсть отвисла, а глаза забегали по лицу спокойного парня, что по очереди указывал на каждый наряд, лично оглядывая со всех сторон. Хочется сорвать дорогие шмотки со своего тела и кинуть в этого придурка, чтобы не видеть его обиженной физиономии. — Я не собираюсь быть той, кого используют чтобы забыть другую, — найдя взглядом свои вещи, так удачно высохшие в сушилке, я постаралась поскорее их забрать, — Я не шлюха, что по первому зову поскачет утешать тебя и твоё сердце, что так по ней тоскует. Меня уже не волновало, какими резкими могли оказаться мои слова. Мне было обидно и больно от того, что он так поступил. И я не хочу выслушивать его оправдания и то, как ему плохо, как трудно без его ненаглядной Сунан, что была единственной девушкой в Сеуле, что понимала его и поддерживала. Заменяя свою бывшую другими, он будет ранить не только себя, но и тех, кто окажется на его пути, и я не хочу быть в их числе. — Если выбрал такой путь, то удачи. Я не собираюсь тратить своё время на такого человека, как ты. — Ты даже не знаешь, почему я это сделал! — он вдруг опомнился, словно спал последние несколько минут, глядя неотрывно в одну точку. — Оправдываться будешь? Ну вперёд. Что придумаешь? Что я так на неё похожа? Что я понимаю, как тебе плохо и я тебе нравлюсь? Что выдумает твой мозг, который только и делает, что цепляется за воспоминания о той, которая тебя бросила? — Ты для меня … — Друг? — усмехнувшись, я ткнула указательным пальцем в его грудь, от чего он попятился, рухнув обратно на кофейный столик, — Недолюбовь по дружбе? Или “Я так её люблю. Как подругу”? Не смей играть со мной в игры, в которых не победишь. Наверняка со стороны я была похожу на тварь, что качает свои права. Эдакая девушка, чьи стандарты не умещаются на планете, а каблук выше члена бывшего, которого она кинула из-за того, что он не так на неё посмотрел. — Если бы ты знала всю правду обо мне, сейчас бы так не говорила, — развалившись на столе, Чимин с вызовом уставился на моё лицо, — Одно бы имя бросало в дрожь. Усмехнувшись, я ухватилась за край его выреза футболки, потянув того на себя. — Я не девочка—припевочка Ха На из старшей школы, что так верила в дружбу и хороших людей. Меня предавали и много раз, пока ты сидел за границей и учился. У меня было пять подруг, две из первой и три из второй школы. Первые две променяли меня на другую, более хорошую, по их мнению, девочку, что врала им в глаза и предавала, но всё равно была лучшей. Третья врала мне в лицо и настраивала против всех, обливая их грязью. Четвёртая забыла про меня променяв на других людей, а когда я рассказала ей об этом, оказалось, что вся дружба держалась на моём общении, и именно я не подходила к ней, чтобы поговорить. После я не разговаривала с ней три месяца, а когда померилась узнала, что она каждый месяц спит с разными парнями и забила на учёбу. Стоило мне сказать своё мнение, как она порвала все связи и перестала со мной дружить. Пятая же, подруга четвёртой просто в один день перестала со мной говорить, будто меня не существует. — И к чему это? — Будь хоть самим Папой Римским или Сицилийской мафией, мне будет абсолютно до фонаря. Отпустив край уже растянувшейся футболки, я забрала свой телефон, чуть ли не вылетая на всех парах из номера. После сегодняшнего я вряд ли смогу попасться ему на глаза ближайшие несколько дней. Лучше всего, если я буду выполнять свою работу подальше от мест, где могу его встретить и выходить в город тогда, когда он занят делами. — Тётя Ын Ран, я не могу найти свою вчерашнюю одежду! Заглянув в шкаф, я пробежалась взглядом по одежде, не найдя вчерашних вещей, которые я принесла в руках. Обойдя комнату и заглянув во все места, куда я по ошибке или невнимательности могла закинуть вещи, я не придумала ничего лучше, как спуститься до середины лестницы, чтобы спросить у тёти. — Ты не видела? — Видела и уже постирала, — она показалась из-за стены, разделяющей коридор и кухню. Энергично помешивая тесто в тарелке, она указала головой в сторону своей комнаты, — Я кое-что купила тебе. Отдать не успела, так как ты вчера очень быстро убежала. Сходи примерь. Спустившись вниз, я повернула в сторону спальни тёти и папы, заглядывая в просторную комнату. Оглядевшись по сторонам в поисках нужной вещицы, я заметила на шкафу с зеркалом вешалку в прозрачном чехле, что висела на уровне моих глаз. Подойдя ближе, я смогла разглядеть чёрно-белый сарафан на тонких бретелях из плотного материала, висящего поверх белой рубашки с высоким воротом и рукавами формы епископ. Аккуратно сняв полиэтиленовый чехол, я с особым трепетом провела рукой по этому наряду, что безумно приглянулся моему взгляду. Этот наряд был простой и не слишком нагруженный аксессуарами, но почему-то он настолько радовал мои глаза и сердце, словно бы это самая дорогая вещь на свете. — Нравится? — Очень, — не поворачивая головы я сняла вещи с вешалки. — У моей подруги есть небольшой бутик с такими вещами. Когда я была там последний раз, мне показалось, тебе будет приятно, если я что-нибудь тебе приготовлю. В Сеуле наверняка одежда намного красивей и лучше, но всё же.. Я прервала её на полуслове, кинувшись на женщину с объятьями. — Спасибо.

Чимин

— Да я смотрю, ты просто гуру в любовных делах! Захлёбываясь собственным смехом Хосок упал на мягкую кровать по ту сторону экрана. Его плечи содрогались от громкого хохота на всю комнату, а в уголках глаз появился намёк на несколько слезинок. — Заткнись, — недовольно буркнув, Чимин налил себя виски в гранёный стакан, — Это ничего не меняет. — Настолько сильно встал, что решил броситься на первую встречную? — Ты не видел её лица в тот момент. Сделав глоток терпкого напитка, Пак отвернулся от камеры ноутбука. Перед его глазами до сих как наяву была картина вчерашнего дня: Ха На, сидящая перед ним в одеяле, слегка помятая из-за дождя и с такими чистыми глазами, полными теплоты и благодарности за разговор, то он попросту не сдержался. Он не врал, когда сказал, что ему понравилось. Поцелуй не был похож на то многочисленное множество тех, что были между ним и Сунан, в самых разных местах и позах. Этот был совершенно иной, слишком лёгкий и какой-то простой, будто бы это обыденно, целовать её губы. — Эта девчонка права. Ты заигрался в любовь по вызову. Пора бы смириться с тем, что твоя невеста уже чья-то жена, — поменяв своё положение на кровати, Хосок лёг на живот, — Предлагая в кандидатки мою бывшую. С её формами ты забудешь о Сунан. — Ты в курсе, что похож на озабоченного кабеля? Допив содержимое стакана, Чимин налил ещё. Ему нужно забыть произошедшее чему бы ему не стоило. В какой-то степени Чон Ха На права — ему с ней не справиться. — Говорит мне хозяин одного из таких. — Не расслабляйся. Через неделю у нас крупная поставка из Японии, которую надо сбыть в ближайшее время. — Отец не передумал? — вмиг став серьёзным, Хосок выпрямился, сев почти на самый край кровати, — Я думал, что старик окончательно разорвал связь с тем шизиком. Его товар пусть и хороший, но крышу сносит с одной дозы, не говоря уже о его людях, что пропитаны этой дурью. — Мы договорились, что он не будет лезть в мои дела, если я выполню это, — сжав стакан до побеления костяшек, Чимин приподнял свой подбородок, выглядя более устрашающе чем обычно, — Этот старикашка ещё не знает, какой у меня план на его душу. — План не сработает, если мы не найдём своего человека в органах. Без этого мы в полнейшей заднице. — Я разберусь. Оставив стакан на столе, Чимин метнулся к кожаной куртке, накидывая ту на плечи. Захватив кепку и чёрные очки, Пак захлопнул ноутбук, оставляя номер в полнейшем одиночестве без присутствия людей. Ему нужно проветриться как можно скорее. Слишком много незначительных вещей, что затуманивают его разум и отвлекают от действительно важный вещей и планов. Нужно лишь избавиться от всего ненужного, чтобы мозг вновь начал здраво мыслить и искать выход из ситуации, в которой он же сам и виноват. Всё же, он не маленький, чтобы убегать от проблем, сотворённых его руками в странном для него же порыве, который до сих пор остаётся непонятным. Спустившись на первый этаж, Чимин покидает лифт попутно доставая ключи от иномарки. Нацепив очки на лицо, чтобы меньше привлекать к себе внимание, он свернул в сторону стеклянных лестниц, находящихся над небольшим квадратом, засаженным высокими растениями, вьющимися по палкам обвязанными бечёвкой. Он начал сбавлять шаг, стоило ему заметить предмет своих раздумий, что так искусно заняла его голову своим присутствием. Ха На стояла у высокой колонны, находящейся у дверей, ведущих на выход из отеля. Что-то гневно высказывая в трубку телефона она наматывала круги вокруг невидимой точки на полу вечно поправляя свои слегка взъерошенные волосы, что наверняка стали такими по вине девушки. Сегодня она выглядела по-другому. Взгляд Чимина скользнул по одежде девушки, что легла точно по её фигуре. Длинные волосы были завиты на концах и весь её внешний вид кардинально отличался от привычной одежды молодой особы, которая и без того неплохо наряжалась на людях. Ха На продолжала спорить и ругаться по телефону. Сдвинутые брови и закусанная нижняя губа выдавали нервозность девушки и Чимину вдруг захотелось подойти ближе. Он сделал шаг. Ха На сжала свою свободную руку. Ещё один шаг. Её глаза вдруг наполняются такой обидой и разочарованием, словно ещё секунда и девушка расплачется прямо на глазах других постояльцев, что проходят мимо. Последний третий шаг, который становится финальным. По щекам девушки начинают течь слёзы. Крупные стеклянные капли быстрым потоком текут по щекам падая на мраморный пол. Она пытается вытереть слёзы рукой, шмыгает носом, но ничего не помогает. У неё начинается истерика и Пак не выдерживает, срываясь с места.

Ха На

— Да? Отдав документы секретарше, что работала в отеле вместе с Чимином, я собрала свои вещи в сумку, чтобы покинуть место работы. Сегодня у меня было крайне паршивое и дерьмовое настроение, хотя подарок от тёти, что точно влитой сел на мою фигуру поднял шкалу состояния на несколько процентов. Я вообще подумывала забить на работу и прикинуться больной после прогулками под дождём, сообщив о небольшой температуре и кашле. Из этого могла выйти неплохая правдоподобная отмазка, способная спасти меня от Пака и его вездесущей личности. Но мне не позволила моя совесть или же просто не хотелось лгать начальству, поэтому собрав последнее мужество и задатки настроения в кулак, я оделась и добралась до отеля, чтобы разобраться с бумагами. — Почему не берёшь трубку? — Мам, я была занята, — улыбнувшись девушке за ресепшеном, я спустилась с небольшой стеклянной лестницы вниз, — Я хотела набрать как вернусь домой. — Не суть важно. Мне важно другое. — И? — Я ходила к шаманке. Рассказала о твоей ситуации и попросила сказать, что делать дальше, чтобы избежать проблем. — Мам, — тяжело выдохнув, я запустила руку в волосы оттягивая те у корней, — Думаешь, шаман реально что-то знает? Мы живём в 21 веке, а вы с бабушкой тратите деньги на ерунду. — Он сказал, что у тебя будет светлая полоса в жизни, если ты выйдешь замуж в ближайшее время, когда будет новолуние, как начало новой жизни. Если постараться, то к 26 ты сможешь родить мальчика. — Ну мам. — Послушай. Я записала тебя на несколько свиданий вслепую. Есть несколько мужчин, у которых есть деньги и связи. Они старше на 10 лет, но это совершенно не проблема, когда у них есть деньги. — То есть я разменная монета? — мои слова прозвучали слишком грубо и громко в зале, где отличное эхо и почти каждый может слышать мой голос, — Меня удачно замуж к богатенькому старику, да ещё без моего согласия? — Любовь будет, когда поживёте вместе. — Я тебе кто? Племенная кобыла? — поправив волосы, я стала наматывать круги на месте. Вся эта ситуация начинает меня сильно раздражать, из-за чего хочется накричать и бросить трубку, а лучше заблокировать номер, — Мам, шаман говорит лишь то, что нужно тому, кто к нему пришёл. Я не собираюсь из-за этих бредней выходить замуж. — Тебе пора остепениться. Сколько ты ещё будешь сидеть в девках и работать ради себя любимой? — Правильно, ради себя любимой, мам. Я получаю деньги и содержу себя сама. Я покупаю что хочу, хожу куда хочу и делаю то, что хочу. Я не собираюсь менять это на старого мужа, что будет мне всё запрещать и следить за мной. Почему моя мать так яростно пытается выдать меня замуж? Неужели ей плевать на мои чувства и то, что я хочу? Я понимаю, что возможно ею движет желание мне помочь и устроить в жизни самым логичным способом, но она не думала, что у меня тоже могут быть желания, которые я хочу воплотить? Я сама хочу решать, когда мне выходить замуж и за какого человека. Не хочу быть привязанной к тому, кого я не знаю и кого выбрала именно она. Я знаю её вкус и мне не нравится мысль о том, что я попаду в рукотворный ад, созданный её руками, где главным бесом будет мужчина, так похожий на моего отчима. — Ты глупая, если думаешь, что сможешь найти кого-то лучше. С твоим вкусом на парней тебе лучше вообще умереть одинокой. — Серьёзно? Вот такое у тебя мнение обо мне? — по щеке потекла первая слеза. Я больше так не могу. — Ты всю жизнь не слушаешь меня. Делаешь что хочешь, а потом винишь всех в своих проблемах. Думаешь, я желаю тебе зла? Я твоя мать, а не левый человек, как ты понять не можешь? Следом за первой слезой потекла и вторая, третья, а затем беспрерывный поток, что я не могла больше удерживать в себе. Каждое её слово ранит сильнее ножа, оставляя глубокие раны на моём сердце. Мамино отношение с каждым годом становится только хуже, а мои круги под глазами из-за слёз только темнее. Говорят, что чем больше человек плачет, тем сильнее его глаза выцветают и становятся безжизненными. Мои глаза перестали светиться от счастья много лет назад, когда я поняла, что теперь никто не будет обращать на меня внимания. Мои слёзы, одна за другой начинают собираться в ручейки, чтобы мелкими камушками упасть на холодный серый пол. Я не могу перестать хвататься за край юбки, ткань которой сжимаю в своей ладони. Мне нужно за что-то схватиться, чтобы не упасть и не разрыдаться окончательно. Все её слова, что ножом резанули по мне из трубки телефона запустили цепную реакцию, что давно перестала работать. — Вместо того, чтобы рыдать в трубку, возьми себя в руки и пойми, что так нужно. Забудь слова “не хочу” и “не буду”. Ты не маленькая и должна понимать. С каждым её словом мои слёзы льются только сильнее. Теперь я вряд ли смогу успокоиться и прийти в себя, словно бы ничего и не было. Я не могу быть сильной с ней. Не сейчас и никогда. Мой телефон неожиданно вылетает из моей руки. Растерянная и заплаканная, мутными от слёз глазами я смотрю на Чимина. Проведя пальцем по экрану мобильного, Пак убирает мой телефон обратно в сумку, стоящую на небольшой скамейке, чтобы в следующую секунду притянуть меня к своей груди. Крепко обняв за плечи, он что-то шепчет мне на ухо, но я совершенно не слушаю. Крепко прижимаясь к его телу, я даю волю своим слезам, что тонут в его одежде. От него пахнет приятным одеколоном, а его объятья слишком уютные и приятные, будто бы я оказалась там, где нужно. Его крепкие руки обнимают меня за плечи и прижимают голову к груди, от чего я слышу стук его сердца под моим ухом и пульсирующие вены под пальцами. Хочется зарыться в его одежду и стоять тут вечно, лишь бы больше не слышать тех слов, льющихся из уст моей матери. — Отвези меня домой, пожалуйста. Я не смогу дойти сама. Мой голос неестественно охрип, будто я провела в истерике несколько часов. Всё так же цепляясь за Чимину, я приподняла свою голову, чтобы видеть его лицо. — Ты точно хочешь домой, а не куда-то ещё, где тебя никто не увидит и не услышит? Чимину было плевать на мимо проходящих людей. Проведя рукой по моей щеке, он стёр дорожку из слёз, что неприятно щипала кожу. Мне хотелось сказать о том, что я хочу к морю. Не знаю, почему туда, но мне необходимо увидеть волны, набегающие на берег, что холодят ноги, если зайти чуть дальше. Раскрыв губы, чтобы произнести просьбу я вдруг натыкаюсь на его мрачный взгляд, что смотрит сквозь меня. Он словно бы задумался о какой-то важной вещи, которая волновала его голову. — Я отвезу тебя в одно место.