«Черный отряд по Зоне идет...»

В каждом клане есть такие, как я. Выполняющие грязную работу по приказу начальства, машины, запрограммированные на выслеживание и убийство предателей. Не агитируемые и незаметные настолько, что пройдешь мимо и поздороваешься как с товарищем по оружию и не поймешь, что прошел мимо того, кто, возможно, завтра угостит тебя свинцом. Мимо убийцы. Я – Лик. Это сокращенное. Полностью будет – Ликвидатор. Нет, ничего общего эта кличка с теми, кто работал тут в далеком 1986 не имеет. И вообще, мне не нравится, но Зона такое место, где кликухи прилипают всерьез и до смерти. Служу в «Долге»… ну вы уже поняли кем. Но вот только не надо называть меня палачом, ладно? Палач – это уже другая профессия. Я мог бы объяснить разницу, да времени нет. Похоже, нарисовалась для меня работа – генерал вызывал. Соблюдая приличия, постучал и, услышав усталое «заходи», вошел в кабинет, плотно закрыл за собой дверь. Замер в постойке «смирно». – Здравия желаю, товарищ генерал. – Вольно, – отозвался Воронин. – Время не ждет, сразу к делу. – Кто? – сам того не замечая, перехожу на этот рубленый тон. Узнать имя, примерное местоположение и идти работать. А зачем иначе он меня вызвать может? – Хорь. – Кто, простите? – голос был спокоен, но в душе зародилось нехорошее чувство. Мне очень захотелось, чтобы я ослышался. – Ты не ослышался, Ликвидатор, – внимательно глядя мне в глаза, сказал Воронин. – Хорь выкрал кое-какую документацию из архива, убил двоих караульных и бежал. Направляется в сторону Милитари. Задача: ликвидировать предателя и вернуть документацию. – Есть, – с тем же видом, что мне все равно и это просто моя работа, отозвался я. – Разрешите идти? – Иди, – кивнул генерал. – Нет, стой… – я уже взялся за ручку двери, и голос лидера заставил меня замереть. – Я могу рассчитывать на тебя, Лик? – Так точно, – не оборачиваясь, произнес я и вышел. *** – Хорь, значит… Хорь, – пальцы сами быстро затягивали ремешки и застежки экипировки, а мысли были отнюдь не здесь. Думаю, стоит немного объяснить. Хорь – мне не друг. Я вообще так никого не называю и стараюсь ни с кем из клана не сближаться. Мне нельзя, потому что я – ликвидатор. А вот Хорь в какой-то момент стал исключением. Поговорив с ним один раз (если тот короткий диалог можно считать разговором) я понял, что нашел человека, которому могу банально выговориться, который поймет, не осудит, который и сам может чем-то поделиться. Нельзя было этого делать, но так вышло и теперь я виноват во всем сам. Не подпустил бы его к себе ближе служебных отношений, сейчас не испытывал бы этой непонятной горечи на душе. Мне будет тяжело его убить? Чушь! Мне приказали, и я должен это сделать. Иначе, зачем нужен человек с говорящим прозвищем Ликвидатор? Однако подумав, я оставил свой «Винторез» на месте. Сегодня внесу в свою работу кое-какие изменения. А именно задам один вопрос человеку, предавшему «Долг»... *** Он узнал меня сразу. Но не испугался. Во всяком случае, я не видел на его лице страха. Более того – Хорь выстрелил в меня, видимо надеясь, что это его спасет. Зря. Если действительно так думал, надо было в голову стрелять. Бронежилет честно принял на себя выстрел, не причинив кроме боли, которую можно было терпеть, никакого вреда. Лишь разочарование от осознания того, что я больше его никогда не увижу. Ведь всего один вопрос и машина для убийства по имени Ликвидатор выполнит приказ генерала. Сейчас тело действовало на автомате: уклониться от повторного выстрела, выхватить пистолет, выстрелить не целясь... Я попал ему в ногу, на что Хорь зашипел от боли и упал на радиоактивную землю Зоны. Удар ноги – пистолет, вырвавшись из пальцев предателя, отлетел и шлепнулся, судя по звуку в лужицу «холодца». Хана пистолету. Даже если умудришься вытащить, он уже никогда больше стрелять не будет. – Не ожидал, что Воронин натравит на меня именно тебя, – прижимая ладонь к ране, криво усмехнулся он. – Жестокий человек, правда? – Почему? – тот самый вопрос, ради которого я оставил «Винторез» на базе. Мой голос как обычно холоден и спокоен. – Да заколебло меня все! – на выдохе выдал Хорь. – Все эти идеи фанатичные на тему уничтожения Зоны. Как будто это можно сделать. Ты вот сам в этот бред веришь, Лик? Я промолчал. Бороться с Зоной – работа ребят из квадов, а у меня другая задача. Хотя если подумать, то в возможность уничтожения Зоны как таковой я не верил, но как-то не особо заморачивался по этому вопросу. – И только из-за этого предал всех и сбежал? – в голосе мелькнуло презрение. Как глупо. Как низко и гнилостно. Если надоело, неужели, черт возьми, нельзя было прийти к Воронину по-человечески поговорить и мирно уйти из группировки? Нахрена было убивать ни в чем не повинных зеленых пацанов из караула? Нахрена было красть документы клана? Бля…ну в семье не без урода. Воистину, пока в нашем клане есть такие придурки, я без работы не останусь. – Я домой хочу, Лик, – продолжал Хорь, глядя на меня внизу вверх. И вновь совершенно без страха. Он не боится смерти или надеется, что я не убью его? – А чтобы туда отправиться, нужны деньги. «Долг» воюет за идеи, а это, извини, не прибыльно. Ну и зачем ты тогда сюда пришел? Ради крутой экипировки и оружия? Согласен, не все идут сюда, искренне готовые воевать за идею. У кого-то, к примеру, просто не оставалось выбора как у Яка, который потерял память, попав в аномалию. Парня спас проходивший мимо квад. Очнулся бедняга только на базе и, прекрасно понимая, что с его провалами в одиночках делать нечего остался на «Ростке». Или же просто так складываются обстоятельства, как, например, у меня. А Хорь, насколько помню, пришел в «Долг» по своему желанию. – А тот же «Монолит», думаю, неплохо заплатит за некоторые сведенья о «Долге» и… Больше я его не слушал. Сволочь! Вот ты что задумал. Я молча смотрел, лишь сильнее стискивая рукоять пистолета. Мне все равно. Все равно, что совсем недавно я спокойно мог с ним общаться, все равно, что он болтает. Я просто должен выполнить приказ и не должен чувствовать в его отношении ничего. Убирать таких как Хорь – моя работа. – Все сказал? – негромко поинтересовался я, перебивая. Вдруг захотелось закончить со всем побыстрее. – Ты убьешь меня? – вдруг жалобно и растеряно спросил Хорь. Я не ответил, но по моему взгляду он понял ответ. – Почему? Ведь мы были друзьями. – Мне все равно. У меня приказ, – холодно произнес я, передергивая затвор пистолета. Хорь начал говорить что-то еще, но его прервал грохот выстрела. Я впервые закрыл глаза на те мгновения, что уходят на то, чтобы нажать на спуск, услышать выстрел и последний вздох того, кому эта пуля досталась. Вот и закончилась моя работа на сегодня. Хотя, нет, не совсем. Простояв пару секунд, не открывая глаз я тихо выдохнул свое обычное «цель уничтожена» и, нехотя «прозрев», подошел к трупу. Украденная документация нашлась в рюкзаке предателя. Я даже не заглядывал в бумаги. Ну-ка нафиг! Меньше знаешь – крепче спишь и больше вероятность проснуться утром. Пора возвращаться. Даже не глянув на уничтоженную цель, я пошел обратно. И все же, как бы это ненормально для долговца ни звучало, я люблю Зону. Люблю за то, что лишь тут люди становятся настоящими. Пусть не сразу, но становятся ведь. Несмотря на то, что это было всего-навсего моей работой, на душе у меня было погано. Теперь мне не с кем будет поговорить, некого выслушать. Больше никогда ни с кем сближаться не буду. Хватит! Потому что я – Ликвидатор. Тот, кто должен убивать по приказу командования. И чувствовать для меня – излишне… … В какой-то момент Ликвидатор почувствует, как по щеке бежит что-то теплое. Он остановится, снимет защитную маску и удивленно сотрет влажную дорожку, оставленную одинокой слезой. Что бы он себе ни внушал, глубоко в душе Лик остается обычным человеком. Но вряд ли он когда-то признается себе в этом и заставит реального человека вытеснить придуманную машину для убийства. Почему? Потому что он окончательно разочаровался в людях…