Я ненастоящий

💧

- Тэхёни, пожалуйста! Я так хочу чтобы ты тоже был! Это же мой юбилей, в конце концов! Ну, пожааааалуйста! - канючит Хосок в трубку. Чонгук даже немного подвисает в дверях. Чон Хосок знает толк в вечеринках и ещё ни разу Гук не слышал, чтобы его брату приходилось кого-то уговаривать их посетить. Но именно это сейчас и происходит, судя по всему. Интересно, кто же так сопротивляется? Подслушивать нехорошо, но запонки сами собой не застегнутся, а у Гука травмирована кисть после очередного покушения, он сам не справляется с такой задачей. Вот и ждёт, когда брат закончит разговор и соблаговолит ему помочь. - Тэхёни, это будет самая тихая занудная вечеринка, честно - честно! Да почему «нет»?! Ну, хочешь мы отметим чисто в семейном кругу? - по кислой морде брата можно прочитать, что аргументы кончаются, а упрямый визави всё никак не соблазнится предложением, - Какая ж ты зараза социофобная, Тэ! - теряет терпение Хоби, - Я что, так много прошу? Мы с твоим братом за тобой присмотрим, ничего с тобой не случится. Хоть на полчаса! - и, видимо, уговоры возымели результат, - Да, да, да! Детка, я тебя люблю! Не вздумай слиться. - пригрозил напоследок и завершил звонок. -Что, строптивый дружок? - хитро прищуривается Чонгук, протягивая Хоби запонки. -Ох, строптивый - не то слово, Гуки, - смеётся Хосок, застёгивая рукав рубашки брату, - вытащить его куда-либо - та ещё задача. Мой ДР - это единственный стоящий предлог, похоже. Да ты должен его помнить - это брат Намджуна. Один из, точнее. Кстати, со вторым я тоже хочу тебя познакомить, надеюсь, вы найдёте общий язык. -Я заинтригован. Что-то я не припомню у Намджуна никаких братьев… -Не помнишь? Опять двадцать пять… - почему-то раздосадовано мотает головой Хоби, - Тэхён же тусил с нами, когда нам было лет по пятнадцать! -Ага, кто-то тусил с Джуном, а кто-то разрывался между художкой, танцами и сольфеджио. - дует губы Чонгук. -Ай! Просто кто-то хотел быть хорошим мальчиком, чтобы его больше любили, - парирует Хосок, - Нужно было расставлять приоритеты правильно. Так, всё, вали на работу. Когда ты уже съедешь от меня? Я тебя, конечно, очень люблю, но личной жизни из-за тебя никакой. -А она у тебя есть? - хохотнул Чонгук. -Вообще-то, да, Мелкий. -И кто же… -Вот послезавтра и узнаешь, - Хосок впихивает ему в руки куртку и подталкивает к двери.

🩸

Чонгук даже присвистнул немного, когда подъехал к огромному особняку в стиле хай тек. Да, Хоби решил отметить двадцатипятилетие с размахом: три этажа, панорамные окна по периметру, огромный крытый бассейн и, главное, никаких соседей в радиусе десятков километров. Можно пошуметь как следует. Чем гости, собственно, и пользуются. А их здесь точно больше сотни: знакомые и незнакомые, знаменитости и просто друзья. Ад интроверта. Чонгук, в отличие от брата, не любитель таких сборищ. Возможно это профессиональное: Чон - довольно востребованный телохранитель и в такой толпе чувствует себя напряжённо, борется с желанием контролировать все «входы и выходы». А если отбросить шутки, то тут скорее говорит его прошлое. Когда-то он тоже был «почти звездой». Они с братом прошли тяжёлый путь трейни и даже дебютировали в составе довольно неплохого бойзбенда. Но их маленькое агентство не смогло конкурировать с серьёзными корпорациями и всё как-то само собой заглохло. Чон старший не оставил попыток пробиться в шоу-бизнесе. Зря что ли он столько лет этому отдал? Но снова агентствам доверился не сразу - сначала со своими парнями создал неплохую команду. И когда они начали что-то из себя представлять, вот тогда уже и нашли себе продюсера. Парни были башковитые - один Намджун чего стоил. Продюсерскую компанию выбирали тщательно, контракт читали вдумчиво. И вот он, Чон Хосок, альфа двадцати пяти лет, празднует свой день рождения в шикарном особняке (с бассейном - это важно. Пусть и крытым - на улице всё-таки февраль) и приглашёнными звёздами. Младший же из семейства Чон - Чон Чонгук - не то, чтобы уж очень сильно разочаровался, когда их надежды прославиться в составе бойз бенда рухнули. Просто однажды он понял, что счастливая семейная жизнь и успешная карьера певца - это две непересекающиеся прямые. А семейной жизни хотелось почему-то. Может потому, что трейни стал слишком рано, а может потому, что характер у него не самый подходящий - излишне интровертивный. Не мог он быть как старший брат вечной зажигалкой. Был ещё один момент, который заставил младшего брата свернуть со звездной дороги на более приземленную: оказалось, что не все поклонники одинаково адекватные. Были инциденты, когда обезумевшие фанаты кидались с ножом, стреляли или даже обливали кислотой своих кумиров. Один эпизод, произошедший ещё во времена, когда он был трейни настолько сильное впечатление произвёл на парня, что он решил встать по другую сторону кулис - защищать знаменитостей от неадекватных обожателей. И вот тут-то он оказался нарасхват: высокий, красивый, фактурный и, что немаловажно, в деле своём действительно хорош. Здесь, на вечеринке, он вроде как и «в своей тарелке» среди всех этих людей: с кем-то работал, с кем-то просто пересекался на мероприятиях, но… Но лучше бы дома, в кругу друзей, честное слово. Вот в этом он был согласен с этим загадочным «Тэхёни», которого должен помнить, но не помнит. Так что лучше побыстрее найти именинника немного потусить с ним для приличия и свалить в свою нору. Руки почти зажили, пальцы двигались (было бы обидно сломать их об мерзкую рожу альфы, что пытался облапать его подопечного прямо под носом Чона). И значит помощь Хосока ему уже не требуется - можно перемещаться обратно в свою квартиру. Да, найти именинника - это самое важное. Чон приехал в самый разгар вечеринки и теперь вынужден продираться сквозь разгоряченную толпу в холле. Его без конца цепляют чьи-то шаловливые руки и сальные взгляды. Пьяное «потанцуй со мной, красавчик» то и дело прилетает ему в затылок. Противно. -Джун-хён, привет! - Чонгук наконец-то нашёл хоть одного нормального человека, - Ты не видел Хоби? -Привет, Мелкий! Он в бассейне, - махнул рукой в нужном направлении Намджун, - Он про тебя уже спрашивал. А ты, я смотрю, не торопился. -А чего мне торопиться? Кого я тут не видел? Ладно, пойду поздравлю. -Да уж, есть с чем поздравлять, - улыбка как-то резко сползла с лица друга, - Ну ладно, ты, давай иди. Я тоже пойду пока, братишку своего встречу, что-то он подзадержался. Дикий он у меня, чувствую либо не доедет, либо сбежит. Чон проводил сочувствующим взглядом друга, продирающегося, как и он сам минутой ранее, сквозь пьяную толпу и вернулся к первоначальной миссии - найти Хоби. В бассейне народу оказалось значительно меньше, но не менее шумно. Хосок обнаружился прямо посередине, восседающим на надувном единороге. Гук окликнул его пару раз, но безрезультатно: во-первых, долбящие басы сложно было перекричать. А во-вторых… Он проследил взглядом туда, куда был направлен взор не только его брата, но и практически всех присутствующих. На трамплине для прыжков в воду, на высоте 3 метра застыл в нерешительности поразительной красоты омега. Чонгуку был хорошо знаком этот тонкий силуэт, капризно очерченные губы, лисьи глаза, чёрные с красными всполохами вьющиеся локоны… Сколько раз он сжимал и пропускал их сквозь пальцы… в своих мечтах. Хоби призывно раскинул руки и омега, тепло ему улыбнувшись, изящно повёл плечиком, словно смущаясь. Затем сделал несколько робких шагов назад, хитро улыбнулся и с воплями «бомбочкой», перекрывая даже басы, стрелой пронёсся по трамплину и сиганул в воду. Бомбочкой, как и обещал. Хосок, заливаясь смехом, обхватил вынырнувшего счастливого парня, затащил на своё надувное плавсредство и поцеловал. По-взрослому… Так, как когда-то мечталось Чонгуку целовать эти губы. Гуку резко поплохело. От звонкого смеха брата и его омеги, от их горящих взглядов, от жаркого поцелуя, которого Чонгук с удовольствием бы не видел никогда. «Нужно позвать Хоби, отдать ему подарок и валить домой» - проносилось в голове у Чонгука с завидной периодичностью, но он продолжал стоять, как статуя, не в силах пошевелиться или выдавить из себя хоть звук. Первым его заметил омега, шепнул брату и они оба со счастливыми улыбками начали подгребать к застывшему Чону на своём дурацком надувном единороге. Под какую-то идиотскую романтическую песню. Более глупой сцены и не придумать, но чё-то не смешно нифига. Хотелось плакать. -Чонгукки, - догребли таки, чтоб им провалиться, - Познакомься, это Тэ - мой омега, - и что то там «бла-бла-бла», «ля-ля-ля» - Чонгук перестал воспринимать человеческую речь. Он только мог легко пожать протянутую ладонь и переводить ошарашенный взгляд с одного на другого. -…Ви? - зачем-то произнёс Гук где-то посередине пламенной тирады брата Гук. -Да, представляешь, такая забавная история… - и дальше снова вещание за пределами человеческого восприятия. -Тебе нехорошо? Что-то случилось? - удивительная проницательность от Ви, который Тэ… Глубокий голос пробирается под кожу. Внимательные глаза ощупывают каждый сантиметр лица напротив. -Да… Я, пожалуй, пойду, что-то мне как-то дерьмово… Бежать, пока не стало ясно. Ви догадается, как пить дать. Если ещё не догадался… -Подожди, Гуки, я хотел тебя кое с кем познакомить, - пытается его остановить Хосок. -Мне на сегодня достаточно, наверно, прости. - ровным тоном выдаёт Гук. Молодец, справился. И голос не дрожит. Теперь валить и не разреветься. Гук разворачивается вокруг своей оси и не обращая внимание на Хосоково «но Гукки!» покидает покидает помещение. Недалеко от основного здания нашлась укромная беседка. Очень вовремя. Потому что садиться за руль в таком раздрае - плохая идея. Главное - не реветь. Но хочется. Обидно. Хоби ведь знал, что Ви очень нравится Чонгуку. Много лет нравится. Он пытался к нему подобраться, но безрезультатно. Ну, конечно: где Ви и где Чон Чонгук. Ви - звезда, а Гук… он никто. Какой-то дурацкий охранник. То ли дело Чон Хосок. Восходящая звезда. Он сумел пробиться. Не сдался. Да, он гораздо более подходящая партия. Нужно порадоваться за брата, но не получается почему-то пока. Предательские слёзы всё-таки скопились в уголках глаз, а через пару минут они уже агрессивно размазывались по щекам, вперемешку с соплями. -Вот ты где! - хриплый голос выдернул Гука из плена самокопания, - Привет, красавчик! Незнакомый альфа присел на корточки перед Чоном. «Мы знакомы?» хотел спросить Гук, но резкая боль прошила левую сторону туловища, прямо под сердцем. А затем и правую. И снова… «Я испортил брату праздник» - последнее, что пронеслось в голове, прежде чем он отключился.