Тихий убийца

Арлонг

      Сам не знаю, отчего я проснулся — то ли от света маленькой прикроватной лампы, которая почему-то начала бить мне в глаза сквозь закрытые веки, то ли от воя волков за окном, то ли от жара диаля, то ли от раскатистого храпа Магеллана прямо мне на ухо. Сначала я поморщился, но потом умиротворенно завозился, нежась щекой о покрытую чёрной шерстью грудь. Довольно улыбнулся, рассеянно погладил его, закрыл глаза, все еще чувствуя лёгкую сонливость. Накануне вечером мы с Магелланом так натрахались, что оба устали, как шахтеры, и почти сразу вырубились.       После возни с камином я поспешил в душ. Шипя от холода, я быстро разделся и включил воду. Вода прогрелась плохо, мы ведь не так давно пришли, так что я порядком замерз, но все равно не спешил выходить.       Мне не хотелось, чтобы от меня пахло тюрьмой. Пахло другими заключёнными. Поэтому я старательно оттирался мылом, особенно налегая на места, которым сейчас — как я надеялся — перепадет.       Хм… Неужели… Даже не верится… Магеллан решился!       Я задумался и сел в тесной кабинке, подставляя спину и плавник прохладным струям.       Таю никогда не нужно было время на раздумья. Неважно, кто начинал первым — я ли втихаря гладил его по бедру во время очередной пьяной пирушки, продвигаясь выше, к ширинке, или же раздавалось привычное «Арлонга в каюту, ко мне! " Короткий обмен фразами, касание сильных рук моего плеча, затем боков, несильное нажатие на них — намёк, что я должен опуститься на колени. Иногда другое — касание молнии на моих шортах. Я послушно наклонялся, слыша, как Тай шуршит сзади.       Сильные руки везде — то на моем горле, то над задницей, грубо разминают её или навешивают звонкие шлепки, от которых мое тело возбужденно дрожит. Если я пытаюсь стонать или вскрикивать — на губах. Пальцы сдавливают лицо, проникают в рот. Хриплый, почти рычащий шепот в ухо. Но меня возбуждает только сильнее.       А заканчивается все всегда примерно одинаково. Я вытираюсь от кончи и спешу свалить, пока Тай в расслабленном состоянии.       Интересно, как будет с Магелланом? Так же?       Когда я вышел из душа, он лежал на кровати, закрыв глаза, и начал поддрачивать. Вот еще новости!       — Эй, ты сейчас спустишь, а потом что делать будем?       Он смутился и пробормотал что-то в ответ. Я присел к нему рядом, и, слегка завороженный видом его прибора, пару раз потер, жадно лизнул, попробовал заглотнуть. Закрыв глаза, я слышал, как Магеллан шумно дышал, иногда охая, и это возбуждало меня сильнее.       Наконец он позвал меня и стал гладить. У меня сбилось дыхание. Я замер, ожидая шлепков, жестких пальцев в моих волосах, привычных резких, но приятных толчков. Однако Магеллан продолжал гладить, и его движения для такого огромного демона были непривычно лёгкими и мягкими.       Я хочу… Невозможно его хочу… Но просить так унизительно.       Я инстинктивно выставил задницу, отчаянно желая ощутить его внутри. Мягкие, теплые руки Магеллана плавно закатали полотенце. Я почувствовал его дыхание кожей и не выдержал, застонал, ощутив сначала его пальцы, потом губы и язык.       Что он… Твою мать! Мне ещё никто никогда так!..       У меня сбилось дыхание, я не выдержал и застонал. Язык надавил чуть сильнее, губы плавно смялись. По моему телу пробежала дрожь. Один из членов слегка дрогнул, и я ощутил, как по нему потекла смазка.       Щекотно, влажно и… Черт, так приятно… Я ведь могу раньше времени слить…       Руки Магеллана держали меня за задницу, слегка раздвигая булки, он неумело, но жадно лизал мне, заставляя выгибаться и издавать стоны. Шерсть на его лице щекотала меня, добавляя новых ощущений.       Может, с ним будет не стыдно, если я попрошу?.. Он так. Так лижет, что я могу вот-вот кончить… И тогда все испорчу…       Он не прекращает, нет… Напротив, его навык становится чуть лучше, и он уже действует не так неловко. Я со стоном выдохнул, ожидая, что сейчас он вцепится в мои волосы, запрокинет мне голову и как следует засадит, быстро, резко, но он продолжал ласкать меня этим непривычным способом.       Я был уже на пределе, когда он надавил чуть сильнее, но ту же ослабил нажатие, стал двигать языком едва касаясь. Оба моих члена болезненно ныли, и мне казалось, что они буквально взрываются Изнутри от прилива крови.       — Маг… Я не могу больше терпеть… — я не выдержал и признался, кое-как, намеками, и, чувствуя себя последней портовой шалавой, приподнял задницу.       Его горячая рука скользнула между моих бедер, провела по членам, собирая смазку. Когти слегка царапнули кожу. Я почувствовал смазку на самой тонкой коже и взволнованно сглотнул.       Магеллан осторожно коснулся меня пальцем, размял и медленно ввёл. Я изогнулся, поддаваясь. Он медленно и осторожно стал трахать меня рукой, двигал ей так, будто нажимал на какие-то кнопки, вынуждая дрожать, мычать в простыню, растягивая удовольствие.       Мурашки от наслаждения. Стон. Ещё один.       — Да, пожалуйста! — не выдержал я. Маг плавно вставил второй палец. Внутри стало плотнее, и я прикусил губу. Его движения ускорились.       — Если хочешь, чтобы я остановился, или наоборот, просто попроси, ладно?       Разве я могу сейчас просить остановиться? После того, как я так долго этого ждал! И… Зачем он предлагает мне что-то просить? Почему просто не делает то, что хочет?       Меня трясло от возбуждения, особенно, когда Магеллан потрогал оба моих стояка свободной рукой. Я вздрогнул.       — Арчи?       Надо сказать, потому что это уже невозможно терпеть. Пусть, пусть потом обзовет меня шалавой, но наконец отдолбит меня, я не могу больше…       — Я хочу… Ах… — он продолжал трахать меня пальцами, так что я был вынужден заткнуться.       — Ты хочешь… Хочешь, чтобы я делал это не рукой?       До него дошло наконец!       Меня хватило только на кивок. С губ снова против воли сорвался стон, когда он опять двинул рукой в последний раз, прежде чем вынуть пальцы. Я напрягся, ожидая, что мою шею грубо стиснут сильные пальцы, а в зад вонзится раскаленный член, но Магеллан лег на спину, расправив крылья, снял с меня полотенце и усадил меня к себе на колени.       Магеллан действовал так… Бережно, будто я был хрупкой игрушкой, которую он очень боялся сломать. Он погладил меня по груди, улыбаясь и довольно щуря глаза. Лапища у него больше моей башки, но почему-то мне совсем не страшно, наоборот, приятно, когда он так… За бока берёт аккуратно.       Я пересел выше и нетерпеливо поерзал жопой по его стояку, наклонился и пожамкал его мощную грудь. Зажмурился, в ожидании привычных болезнно-сладких шлепков, но нет, руки демона гладили мои бедра, слегка пожимали.       Рука Мага прошлась по моим членам, слегка сжимая их. Я зашипел, наблюдая, как вытекло ещё больше смазки.       — Приподнимись, Арлонг.       Я послушно встал на колени. Вздрогнул, когда ощутил влагу смазки на тонкой коже.       Магеллан прижался ко мне, и я почувствовал, как его член упирается в мою задницу.       — Медленно опускайся.       Я стал плавно двигаться вниз, придерживая его ствол.       — Черт… — простонал я, закрывая глаза и чувствуя, как он медленно входит в меня.       Сначала проникла головка, потом — чуть больше. Я на секунду замер, зашипел, но потом решил разом впустить до конца.       — Арлонг, не спеши.       Я все равно попытался насадиться, но Магеллан поймал меня за бока и удержал.       — Не спеши, кому говорю. Ты же себя травмируешь. Потерпи немного, привыкнешь, и можешь продолжать.       Я с неохотой послушался. От возбуждения мне не хотелось ждать, но я все-таки замер, тяжело дыша и рассматривая лежащего по мной Мага. Он смущен, но сосредоточен, все еще держит меня, не дает резко скользнуть вниз. Шерсть вся взъерошена, сам он взволнованно облизывает губы. Я не мог не дрожать, кусая губы.       Постепенно мое дыхание выровнялось, я привык к ощущениям, и тогда Магеллан, заметив это, перестал меня удерживать. Я скользнул ниже.       Его член проникал медленно, словно стараясь растянуть во мне каждый миллиметр. Я застонал, когда демон вошел до половины. Наконец, Магеллан вошел полностью, и замер, давая мне передышку. Какое-то время мы оба шумно дышали, глядя друг на друга, а потом он погладил меня по животу и сделал несколько первых толчков, совсем едва ощутимых. Я приподнялся, чтобы было удобнее.       Его рука лежала на моем бедре, а вторая медленно гладила мои члены. Я застонал, чувствуя, что он начал двигаться во мне. Медленно, осторожно. Как будто делал первый раз. Его член скользил внутри меня, задевая простату. От этого становилось еще приятнее. Я закусил губу, стараясь не вскрикивать. Пальцы вцепились в его живот. Я чувствовал, как он медленно движется во мне, и начал подмахивать. В такт моим движениям, Магеллан то ускорял темп, то замедлялся, но все еще действовал довольно плавно. Я выгибался, стараясь принять его как можно глубже. Не знаю, что чувствовал он, но я чувствовал, что задыхаюсь.       С губ снова против воли сорвался стон, и я неуклюже попытался подавить его.       — Не сдерживайся, Арлонг. Если хочешь кричать, то ты можешь, — хрипло сказал Магеллан, придержав мою талию. Я наклонился к нему, и он запустил руку мне в волосы, играя с длинными прядями. Я замер, ожидая, что сейчас он вцепится в них, прижмет меня к себе плотнее и начнет яростно, грубо долбить. Однако он лишь откинул мои волосы назад и провел рукой по шее, касаясь губами подбородка. Я невольно выгнулся ему навстречу, подаваясь вперед, пытаясь прижаться к нему как можно сильнее.       — Хочешь побыстрее? — Магеллан облизал пересохшие губы. Я залип на это его движение и отчаянно захотел, чтобы он снова меня поцеловал.       — Ну чего ты? Ты себя нормально чувствуешь?       Я на миг остановился, озадаченный, но кивнул. Странное чувство шевельнулось во мне, царапая маленькими коготками, но Магеллан гладил так приятно, нежно и немного настойчиво, что я задышал ровнее, выпрямился.       Я не должен отвлекаться. Я не должен думать о том, что раньше было. Сравнивать. Иначе я все испорчу.       Я начал быстро подниматься и опускаться, стимулируя его, но Магеллан жестом остановил меня, и стал поддавать бедрами быстрее. Мне захотелось застонать, громко, почти вскрикивая, но я в последний момент заткнулся, закусил губу и закатил глаза. Пальцы демона сплелись с моими, сжали немного сильнее.       Блин, так плотно внутри, но так кайфово… Немного больно, как обычно бывает, когда с непривычки берешь размер побольше.       Магеллан стал толкаться ещё активнее.       — Если хочешь кричать, то ты можешь, — вспомнил я и все-таки позволил себе издать громкий, протяжный и пошлый стон, которого так стыдился. По телу прошла дрожь. Я замер, ожидая, привычного: «Не ори, придурок, запалят! Ты что, шлюха?» Но нет, ничего такого. Начальник продолжил трахать меня, приятно и глубоко, и я позволил себе вскрикнуть от удовольствия снова. После первого раза было легче.       — Ещё… Пожалуйста… Да… — я просто не выдерживал его напора, не выдерживал волну кайфа и позорно скулил, но остановиться не мог. У меня слезились глаза и мелко дрожали бедра, я инстинктивно стискивал кожу Мага и пытался ему подмахивать. Магеллан замирал, когда я начинал скользить задницей вверх-вниз, но иногда он придерживал меня в приподнятом состоянии и долбил. Я отвечал ему низкими, протяжными полу-криками, полу-стонами, желая, чтобы он продолжал. Когда он двигался, я чувствовал, как он головкой задевает что-то внутри, и мне становилось еще приятнее. Я нащупал его яйца и стал медленно жамкать их, краем уха слыша, как он страстно отзывается на это хриплыми выдохами.       — Я скоро… Можно я… Внутрь… — сбивчиво попросил он. Я рвано кивнул.       Я все-таки слил первым. Достаточно быстро, обычно меня на дольше хватало. Тело инстинктивно выгнулось, я задрожал и кончил Магеллану на живот, заляпав шерсть. Тот не среагировал, сделал ещё несколько рывков, вдруг откинулся назад и издал характерный рычащий стон. Я почувствовал, как внутри толчками выплескивается горячая жидкость.       Мы постепенно расслабились, шумно дыша. Я посмотрел на Магеллана — его взгляд был ещё затуманен, грудь часто-часто поднималась и опускалась. Я ждал, что сейчас он придет в себя и толкнет меня в грудь, намекая, чтобы я свалил из комнаты. Но он только погладил меня по бедру, шептал что-то тихое. Я уставился на него, изучая.       Первый раз вижу такую реакцию… Может, он просто не хочет выгонять меня сам?       Я привычно слез, перекинув ногу, и двинулся в сторону душевой.       — Куда ты? Салфетки у меня в сумке, если надо вытереться.       Я замер в замешательстве.       — Арлонг? — Магеллан недоуменно смотрел на меня, приподнявшись на локтях. — Далеко собрался? Иди сюда, вместе с салфетками.       Совсем сбитый с толку, я подчинился. Магеллан прижал меня к себе и принялся бережно вытирать, отвлекаясь на то, чтобы чмокнуть в ухо, в висок или в лоб. Покончив с этим, он лег и слегка потянул меня на себя.       Что происходит?       — Иди сюда, Арчи. Вот так, — он обнял меня и прижал к себе. Я растерянно смотрел в пустоту.       — Ну как ты? Не больно было?       — Я… нет, нормально…       Я чувствовал совершенное смятение и не знал, как мне себя вести. Магеллан рядом, он не хочет, чтобы я уходил… И он сказал тогда, что любит меня… Я не понимаю… Разве я не должен сейчас быть в другой комнате?       — Чего ты нервничаешь, возишься?       Мне вдруг отчаянно захотелось, чтобы он меня поцеловал. Я провел рукой по покрытой шерстью мощной груди, пожамкал ее, пытаясь сформулировать, что меня тревожит, но не смог.       — Не переживай, — он истолковал мои метания по-своему. — Я с тобой, я рядом.       Магеллан опять зашептал мне что-то ласковое, касаясь губами линии роста волос. Он гладил так приятно, что я постепенно начал расслабляться. Выгонять он почему-то меня не собирается, по крайней мере, пока, так что я с чистой совестью и наглой улыбкой облапал его сиськи.       — Арлонг, — Магеллан фыркнул. — Мне немного щекотно.       — А так? — я тронул его соски, осторожно потер и с удовольствием увидел, как он покраснел. Это взбудоражило меня, и я стал рукой гладить один его сосок, А ко второму припал губами, стараясь не поранить грудь Мага острым носом.       — Черт! — он шумно выдохнул и облизнул губы. Я почувствовал, что опять завожусь.       Моя рука взметнулась, накрыла его ляжку, скользнула ниже. Пальцы сжали начавший затвердевать член.       — Ох, Арчи…       Я хищно улыбнулся. Поддрочил ему, уселся на него сверху снова, и, играя, схватил его за запястья, завел руки за голову и прижал.       Глаза Магеллана вдруг в ужасе расширились, он часто задышал, пальцы его стали сжиматься. Взгляд стал невидящим, будто он смотрел не на меня, а куда-то в иное измерение. Он оскалился, и мне показалось, что клыки его стали чуть больше. Он прохрипел что-то вроде «Не трогайте меня!» и стал дергаться, биться, как пойманная рыба.       Я на пару мгновений в ужасе уставился на него.       Че это с ним?!       Я поспешил слезть с него, отчасти ещё и потому, что все равно бы не удержал.       — Мага?! Маг! Ты чего?! — я лег рядом и погладил его по груди. Магеллан продолжал тяжело и прерывисто дышать, руки упали на простыню, смяли ее. У него все еще были дикие глаза, как у животного, которого прижали в углу охотники с копьями. Дыхание рваное, он нервно облизал губы. А если он сейчас умрет?!       — Мага?! Я тут, я с тобой… Маг! — я коснулся его кисти, погладил её, лихорадочно поцеловал его в висок. Мне было реально страшно, потому как я нихрена не понимал, что происходит, почему это началось и как вывести его из этого состояния.       — Магеллан… — я коснулся рукой его потного лба. Он дрожал. — Ты чего, это же я…       Я в отчаянии обнял его, стал извиняться. Он постепенно стал спокойнее дышать, взгляд стал осмысленным.       — Арлонг… Арчи, — он слабо улыбнулся мне, когда совсем пришёл в себя. — Ты… Как хорошо, что ты здесь…       Он потянулся за поцелуем, и я растерянно ответил.       — Я так переживал, — признался я и почему-то покраснел. — Мне показалось, у тебя сердечный приступ или что-то вроде того… Я не знал, что делать и…       Я замер, не зная, как подобрать слова, чтобы они не звучали глупо и нелепо.       — Маг… Я испугался, что потеряю тебя.       — Ну что ты, глупый, — он снова улыбнулся мне. — Не потеряешь, я еще надоем тебе.       — Почему ты так… Среагировал?       Магеллан помрачнел. Серо-голубые глаза потемнели. Он отвернулся, и мне стал виден только его хмурый профиль.       — Арлонг, просто не фиксируй меня больше без спроса, пожалуйста. И за шрамы внезапно тоже не хватай. Договорились?       Я кивнул, но все еще чувствовал себя не в своей тарелке, тем более, что Магеллан не объяснял причину. Я хотел поинтересоваться, но решил, что сейчас не время. Даже если я подам это под соусом помощи.       — Маг… — я потянулся и нерешительно коснулся его губ, боясь, что сейчас он оттолкнет меня. Но он мягко ответил на поцелуй, ероша мне волосы сзади.       Мы снова завелись, и через какое-то время я оказался прижатым спиной к кровати, а надо мной нависал Магеллан. Я, уже не сдерживаясь, орал во весь голос от удовольствия, стонал прямо ему в рот, когда он целовал меня, нагнувшись. Прижимался к нему всем телом, иногда вонзал от страсти зубы в его кожу. Мне нравилось, как щекотала вспотевшее тело его жесткая шерсть, нравилось закидывать ему ноги на спину. Кровать опасно скрипела под нами, явно не рассчитанная на активные ритмичные движения огромного демона.       — Хорошо тебе?       Я проскулил что-то в ответ, не в силах сказать что-либо внятно. Я то терял бдительность, то напряженно рассматривал Магеллана, ожидая, когда он начнет играть жестче — жадно сомнет мое бедро, тиская, тяжёлой ладонью отвесит пару ощутимых шлепков, сдавит сильными пальцами горло…       И Магеллан все же взялся за него — но едва касался, только удерживал за край челюсти, касаясь шеи, и жадно целовал, а я кайфовал и сильнее возбуждался от ощущения его горячего, влажного языка у себя во рту.       Третий раунд был уже в душе, незадолго после второго. Магеллан собрался туда, жалуясь на то, что вспотел. Я отправился за ним — мне тоже не мешало бы побыть в воде лишний раз.       Душ здесь был идиотский — дырка в полу, на потолке лейка, и рядом унитаз с раковиной. Но все-таки это лучше, чем если бы была кабинка или ванная, куда с трудом влез бы я один, не говоря уже о Магеллане. Тот спокойно встал под струи воды и расслабил крылья, быстро сполоснулся. Потом снова, как тогда, опустился и стал намыливать меня, целуя то в шею, то в плечи. Улыбнулся, мягко посмотрел мне в глаза.       — Между прочим, я вижу, что ты еще не кончил.       Я смутился и неловко пошкрябал затылок.       — Да ладно, я подрочу, и все…       — Нет, Арлонг, — он ухмыльнулся и покачал головой. — Разве я могу лишить тебя удовольствия? Иди-ка сюда…       Я затупил, наблюдая, как он устраивается поудобнее.       — Ну, давай, не медли. Все еще слегка сбитый с толку, я подошел к нему. Он потерся лицом об мой живот и промурчал, щекоча дыханием кожу:       — Как же я хочу тебя…       По телу пошли мурашки. Маг обвил мощной лапой мою талию. Губы коснулись моего живота чуть ниже пупка, сминая, возбуждая сильнее.       — Ах… Блин… — он переместился еще ниже, приподнял меня за задницу и взял сразу оба моих члена в рот.       Я вздрогнул от неожиданности. Мою кожу обволокло что-то горячее и влажное, и мне стало так приятно, как ещё никогда не было. Я застонал.       Так вот каково это, когда тебе делают минет…       Я дрожал, задыхаясь, прижимался плотнее, чувствуя настойчивые движения губ и языка.       — О… Да… — шептал я, вцепившись в гладкие рога. У меня заслезились глаза. Язык Мага в очередной раз прошелся между обоих моих стволов, надавливая. С губ сорвался совсем уж позорный скулеж. Я не мог удержаться и начал просить его, умолять взять меня, быстрее, сильнее… Снова ощутил проникновение внутрь, нажатие пальцами… У меня дрожали бедра, я то запрокидывал голову, то опускал ее, стараясь не орать, то шептал, как хочу, чтобы он снова начал меня долбить. Я сходил с ума от того, как его губы скользили по моей коже, слегка сжимая.       Я кончил внезапно, застонал похабно и громко, чувствуя дрожь по всему телу, ощущая, как сперма заполняет ему рот.       Когда пелена спала с глаз, я осознал, что наделал, и замер. Это я должен был глотать, а не Мага, и сейчас он меня за это выгонит…       Я отстранился и поспешил отойти, насколько позволяло расстояние. Магеллан сплюнул, вытер губы и в изумлении уставился на меня.       — Чего это у тебя такие виноватые глазки? Ты же даже когда воруешь или врешь, смотришь так, будто накосячил не ты.       Я молчал, ожидая его реакции. Неужели не кинется?       — Арлонг… Ну что ты? Не понравилось?       Я продолжал мяться. Магеллан развернулся ко мне и поманил рукой.       Разве так может быть? Разве это правильно? Мы чпокались с ним уже четыре раза, если считать минет на пирсе, а он ни разу не ударил меня, даже играючи не шлепал…       — Магеллан, скажи… Че, все было так херово?       — Почему ты так решил?       Он не на шутку встревожился, и мне стало невыносимо видеть это в его глазах, и я отвернулся.       — Арлонг, иди сюда, поговорим. Почему ты считаешь, что все было плохо? Я сделал что-то не так?       Воспоминания начали наваливаться комом, но я отогнал их.       — Нет, давай не здесь поговорим. Например, в кровати, — я встал, надеясь выиграть время, чтобы сформулировать в башке, что меня смущает.       — Есть идея получше.       Мы спустились на кухню. Магеллан поставил чайник. Я завис, пялясь на языки пламени. Сильная рука демона обняла меня, привлекла к себе. Он привычно поцеловал меня в висок. Я продолжал пялиться куда-то в пространство. Воспоминания о выходках с Таем и Джимбеем обрушились на меня потоком, и я уже позволил себе погрязнуть в нем.       — Арлонг, — услышал я возле уха бархатистый голос и отвлекся, поднял глаза. Магеллан протянул мне кружку с чаем и нежно погладил по плечам.       — Арчи, я не хочу на тебя давить, но мне кажется… Будет лучше, если ты расскажешь, что тебя так беспокоит.       А глаза-то какие! Большие и печальные. Стоит такой, в розовых трусах, неловкий увалень.       Он реально за меня переживает?!       — Это нужно, чтобы я мог тебя понять, — Магеллан внимательно посмотрел на меня и коснулся рукой кружки, намекая, чтобы я пил. Я развернулся к нему и сделал несколько глотков.       — Хорошо, — я решился, но зайти нужно было издалека. — Только обещай не ругаться.       Он кивнул.       — До тебя у меня было двое парней.       Магеллан молчал после этого признания, но лицо его было спокойным. Ясно, этот факт его вообще не шокирует. Странно, если бы я сказал это кому-то из нашей команды, я бы уже получил ярлык шалавы. Про меня и так после истории с Джимбеем начали пошептываться, что я не пропускаю ни одного члена и коситься. Но в глазах Магеллана даже не было ничего похожего на возмущение и обвинение.       — …Ты че… не считаешь меня давалкой после этого?       — Я вообще не имею права осуждать тебя за то, что до меня у тебя кто-то был, — он потер мое плечо. — Это все? Мне казалось, тебя беспокоит что-то ещё.       — Ты вел себя так… не знаю… мягко, и я подумал… Что ты как будто не заинтересован.       В глазах Магеллана отразилась смесь возмущения и изумления, и он медленно выдохнул, стараясь говорить как можно спокойнее:       — Так… Арлонг, не подумай, что я ревную, докапываюсь до тебя или что-то в этом роде… Но я должен знать про твой предыдущий опыт. Можешь говорить об этом в третьем лице, если тебе будет легче, но я должен понять кое-что.       Я смутился.       — Ну че там рассказывать… Ну трахались и трахались…       — Мне нужно подробно знать все, что произошло хотя бы в твой первый раз. Понимаешь? — он погладил меня по локтям.       Я помедлил и все-таки заговорил.       Я своего добился. Многие месяцы моих воздыханий по Тайгеру были вознаграждены. А может, это Тай просто достаточно надрался, чтобы я показался ему привлекательнее обычного.       Оба пьяные, мы ввалились в его каюту. Я жадно облизывался — простого поцелуя и тисканий мне было явно мало.Оба члена больно упирались в резинку шорт, сладко поднывая от нетерпения.       Широким жестом Тай свалил со стола все барахло. Я почему-то вздрогнул, услышав, как звякнула разбившаяся чернильница. Сердце бешено заколотилось. Тайгер молча развернул меня и надавил на спину, вынуждая нагнуться и лечь на стол.       Я с нетерпением ощутил, как он развязал на мне пояс, с тихим звуком расстегнул ширинку. Широкие ладони скользнули под ткань и начали мять мою жопу. Я громко застонал.       — Не ори! — он шлепнул меня по заднице, скользнул вниз и стиснул яички. Я вскрикнул и получил ещё один шлепок. Но тогда меня это почему-то только возбудило.       Я продолжал стонать и получать, заводясь все больше и больше. Наконец я от не терпения выставил жопу.       — Что, любишь, когда тебя трахают? — он снова шлепнул, и я дернулся. Очередное касание там, внизу. Я уткнулся лицом в стол и заскулил.       — Не терпится тебе?       — Угу…       — Засранец!       — Я хочу… Ну… Давай трахаться, — выдохнул я, пытаясь поднять задницу ещё выше.       — Ах ты шлюшка, — он не стал долго себя упрашивать, видимо, потому что очень сильно завелся, и засадил мне. Глубоко, почти на всю длину, стал толкаться. Я закатил глаза от кайфа и стал вдохновенно стонать.       — Заткнись! — Тай схватил меня за волосы и приложил лицом об стол. Меня хватило на пятнадцать минут сдерживания, но потом я снова начал страстно вскрикивать, цепляясь пальцами за край стола.       — Тихо, кому сказал! — сильные пальцы стиснули мне шею. Сначала не так сильно, но у меня снова вырвался стон, и тогда мое горло сдавило сильнее. У меня мутнело в глазах, дышать было нечем, но я все равно балдел — каждой клеточкой внутри чувствовал парня, которого так давно хотел, улетал от его рывков и резких шлепков по заднице.       Когда все закончилось, я хотел остаться на всю ночь и даже двинулся в сторону кровати, но Тайгер слегка шлепнул меня по плечу.       — Нет, Арлонг, вали к себе. Не хочу, чтобы нас застукали.       Я вернулся в каюту и, чтобы кончить, надрачивал всем, чем только можно.       В дальнейшем он повадился сдавливать мне горло почти сразу после того, как присовывал. Иногда он просто звал меня к себе, иногда зажимал молча где-нибудь. Пару раз мы трахались прямо на корабле — ночью я стоял возле борта и крепко задумался о чем-то, а Тайгер подошёл ко мне сзади, жадно засосал шею и стал мацать задницу. Естественно, я не утерпел. Вторым разом было воронье гнездо, где я потом и уснул, прикрывшись плащом.       Ему нравилось меня шлепать. Мне, если честно, тоже это нравилось. Ему нравилось требовать, чтобы я просил его меня трахнуть, нравилось доводить до такой степени возбуждения, когда мне было уже невыносимо терпеть. Ему так много всего нравилось…       — Арлонг, а тебе? — Магеллан взял меня за руки и взглянул в глаза. У меня по коже пробежали мурашки. — Тебе самому что нравилось? Не бойся, я не буду ругаться, — зачем-то предупредил он и погладил мои кисти большими пальцами. Я смутился.       — Ну… Все, — я неопределённо подал плечами. — А что мне должно было не нравиться?       Магеллан вздохнул. Я неуверенно заерзал. Вообще пока я говорил, его выражение лица менялось с изумления, на возмущение и некоторую печаль, и так туда-сюда.       — Я вижу, ты не совсем понимаешь… Ладно, хорошо. А про твой опыт со вторым парнем?       Я быстро пересказал ему эпопею с Джимбеем. Исповедоваться мне уже начинало надоедать. Магеллан на какое-то время помрачнел, потом покачал головой.       — Ты че, ревнуешь? — я неуверенно ухмыльнулся.       — Нет. Просто мне неприятно, что они позволяли себе так с тобой обращаться.       — Как? Я не…       — Арлонг, смотри, — он выдохнул, и наши взгляды снова встретились. — Помнишь наш с тобой первый раз? Скажи, ты ощутил какую-то разницу? Ощутил, иначе у нас бы с тобой этого разговора не было. Что самое главное у нас было?       Я задумался. Его член, который был куда больше, чем у Тая? То, что я сидел сверху?       Блин, ну и вопрос… Да, это не похоже на мой обычный секс с кем-то, но все-таки…       — Не знаю… Типа то, что мы потом не разошлись по разным комнатам?       Я чувствовал себя откровенно полным дебилом.       — Согласие, — Магеллан закрыл глаза. — Внимание к партнеру.       А-а-а, блин…       — Погоди, но я ж тогда не против был…       — Всегда ли ты был не против, а, Арчи? — в голосе Магеллана мне послышалось нечто ядовитое. Я опустил голову.       — Ну… Я не знаю, просто иногда это так спонтанно начиналось, и… Да ладно, что в этом такого…       Магеллан шумно выдохнул, а потом медленно, с терпеливостью учителя перед тупыми учениками, произнес:       — Во время… Этого процесса… Неправильно думать только о себе и своём удовольствии. И то, как они… В общем, даже если ты любишь человека, это не значит, что можно подходить сзади и без спроса его покрывать, как скот. Или пользоваться тем, что он пьяный. Теперь понятно?       Я задумался и опустил голову.       — Скажи мне, — тихо заговорил он снова. — Тебе было хорошо со мной? Нравилось то, как я это делал? Только честно…       Я закусил губу, не зная, как ответить, чтобы он не обиделся, и как вообще описать, что я чувствовал.       — Я никогда раньше не говорил… Ни с кем об этом, — признался я. — Понимаешь, у нас просто не принято. Поэтому мне тяжело объяснить… Короче… Мне было непривычно, что все так по-другому. Из-за этого я и подумал, что сделал что-то хреново, и что…       — Нет, ты молодец, — он улыбнулся мне. Я поднял глаза.       — Арлонг, я люблю тебя, — сказал он уже чуть более серьезно. Я снова против воли ощутил неловкость, но вместе с тем внутри у меня завозилось приятное чувство, и я неуверенно улыбнулся. — И я хочу, чтобы ты знал — я никогда не буду с тобой так обращаться. Иди ко мне.       Я отставил кружку и поспешно бросился в его объятия.       Я закрыл глаза и уткнуться в него лбом, почувствовал его дыхание на своём затылке. Что-то странное происходит со мной, когда он так обнимает меня. Мое прошлое и настоящее борются во мне, одно не желает уступать место другому. Что-то колет внутри, и я не знаю, что.       — Мага, — меня хватает только на одно слово.       — Я с тобой, — он понизил голос до шепота. Мне обожгло глаза, и я попытался сдержать эмоции. Хватило уже одного раза…       — Дыши, дыши, — зашептал он, поглаживая меня по спине. Его нос уткнулся мне в шею. Я хотел сказать ему, как я не хочу, чтобы этот момент кончался, как мне странно от того, что это все происходит и как у меня внутри словно рвут друг друга бешеные волки, терзая все, что попадётся им на клыки, но я смог только снова позвать его по имени.       Че меня так колбасит, а?       Но выяснять отношения сейчас было бы ошибкой, и я решил не портить момент, насладиться им, сожрать весь без остатка. Я прижался к Магеллану настолько, насколько мне позволял нос, терся от него лицом, нежно бодал, показывал все приемы, которые я знал, чтобы дать ему понять, как я не хочу, чтобы он отлипал от меня хоть на секунду.       Я знаю, что придется. Рано или поздно. И хоть бы поздно.       — Пойдем наверх, мой хороший…       У меня внутри снова произошел переворот, и я опять едва удержался от взрыва эмоций. Но долго я так не протяну, это точно. Я отправился в туалет и уединился там минут на пятнадцать, сбрасывая напряжение. После чего вернулся в спальню.       Мы легли на кровать, Мага легонько играл с моими волосами. Я свернулся у него на груди, прижимаясь щекой к густой шерсти.       — Как ты?       — А ты? — вдруг спросил я и извернулся, чтобы посмотреть ему в глаза. Он улыбнулся одними кончиками губ.       — За тебя переживаю.       Я неловко улыбнулся и погладил его по груди, чтобы скрыть смущение. Мы еще немного поболтали, а потом вырубились — сказалась усталость как от жаркого секса, так и от этих разговоров.       Первый раз я проснулся сам, но потом, убедившись, что Магеллан рядом, и что мне никуда не надо деваться, я снова отключился, несмотря на его храп. А вот второй раз меня разбудил тихий стук в окно. Я поморщился, но даже не повернулся. Мало ли, опять эти долбанные белые волки лезут…       Стук повторился. Глухой, тихий. Похожий на те, которые издает брошенный в окно камушек, для того, чтобы тебя позвать.       Опять — тук…       Я недовольно обернулся и рефлекторно покосился в окно. Ничего, только чернота этажа, где ночью вырубали свет.       Вдруг в окне резко возникла бледная, перекошенная рожа, прижалась к стеклу, как рыба в аквариуме. Жёлто-зелёные глаза выпученные, волосы взъерошены. Челюсть распухла и слегка перекосилась, явно сломанная. Рожа мерзко улыбнулась и тут же исчезла.       Я заорал матом от неожиданности и испуга и грохнулся на пол. Несмотря на мои вопли, Магеллан продолжал храпеть и только поморщился во сне.       Внезапно внизу раздался грохот. Потом снова. Еще удар! Твою мать, это придурок что, собирается выломать дверь?!       — Мага! — заорал я, чувствуя себя крайне растерянным и беспомощным, и дверь на первом этаже страдальчески скрипнула.