Пожелай мне удачи

- Поттер, паршивец! Только попадись мне на глаза, неделю будешь сидеть в чулане без еды! – Дядя Вернон носился по всему первому этажу как ошпаренный, размахивая прожженной насквозь рубахой прямо на груди, в которой в скором времени должен был ехать на важную деловую встречу. Тетя Петунья и его кузен уже уехали покупать новую форму к школе, ведь Дадли быстро вырос из прошлогодней, по мнению Гарри ему нужно было просто меньше налегать на все содержимое холодильника разом, но свое мнение, слава богу, он пока держал при себе. В противном случае был вполне реальный шанс выплюнуть свои внутренности во время очередных избиений от брата. С этим вообще было тяжело, Гарри постоянно огребал и от приемных родителей, и от кузена и даже от его друзей, хотя их скорее можно было назвать шайкой малолетних хулиганов. Взрослые только и делали что списывали все на ребячество, ведь им всего по семь лет, дети еще, просто играют. Однако Поттеру было совсем не смешно, на нем живого места уже не было. То его случайно толкали с лестницы, то не замечали, что он стоит спиной и в голову парню прилетал баскетбольный мяч. Простыми словами жизнь его была не самой прекрасной. Вот и сейчас он прятался в шкафу, от разъяренного дяди, который грозился вышвырнуть его на улицу. Эта угроза была их самой любимой и звучала практический каждый раз, когда Поттер хоть немного косячил. К сожалению или к счастью эти слова все еще оставались лишь пустой угрозой. Спустя пол часа хлопнула входная дверь наступила тишина. Гарри наконец вылез наружу, мысленно гадая что же его ждет вечером. Обычно в такие дни его отправляли к мисс Фиг, но сегодня ее дома не оказалось, поэтому Поттер оказался предоставлен самому себе. Наконец он мог посидеть в тишине. Забравшись с ногами на матрас в чулане, он потянулся к шатающейся доске под лестницей и достал оттуда книгу, не очень толстую и совершенно без картинок, но она немыслимым образом манила его. Он приобрел эту книгу на одной из барахолок, куда его потащила мисс Фиг под предлогом легкой прогулки. В итоге мальчик тащил для нее целый цветочный вазон с каким-то засохшим деревом. И именно в тот день он увидел эту книгу в куче других таких же старых и потрепанных. Но она была другой, она манила его своей таинственностью и странным теплом. В доме тети Петуньи было много книг, целый шкаф в гостиной, однако он готов был поспорить что ни одну из них ни она, ни кто-либо другой в их доме даже не открывал. Однако ему было запрещено прикасаться к любым книгам, которые не относились к школьной программе, поэтому книги оставались нетронутыми и лишь изредка с них смахивали пыль. Однажды учительница подарила ему книгу с легендами древнего Египта, это была небольшая книжечка с кучей картинок, явно предназначенная именно для детей начальной школы. Книга тем же вечером была демонстративно сожжена в саду. Тогда случился первый магический выброс. Огонь резко поднялся на несколько метров вверх и сжег арку с плетистой розой, которой так гордилась тетя Петунья. Это был первый и единственный выброс маленького волшебника, тогда он три дня сидел в закрытом чулане. Тот раз произвел на мальчика сильное впечатление, он больше не светил книгами, да их у него и не было до недавнего посещения ярмарки антиквариата. Включив тусклый светильник, Гарри поправил погнутые очки и принялся рассматривать узорчатую обложку своего сокровища. Ему нравилось учиться, но к сожалению практически все к нему относились очень предвзято, даже новые учителя со временем подстраивались под всеобщее мнение. Была ли это заслуга его приемных родителей, внешнего вида или чего-то другого, мальчик не знал, да и не хотел если честно. Открыв первый разворот, он завороженно вглядывался в каллиграфичные буквы, написанные кем-то от руки, а самая первая заглавная буква была похожа на вензеля с розами и змеями. Название гласило что это краткий справочник по истории возникновения магии, написанный чуть более сотни лет назад. Справочник в итоге оказался черновиком для отправки книги в печать, правда пролистывая страницы Гарри мельком замечал небольшие заметки с проставленными датами, видимо автор рукописи так же вел тут личный дневник или просто делал какие-то записи, касательно личной жизни. Большинство слов оказались мальчику не знакомы, так же он пока не понимал к какому жанру отнести сие произведение, к историческим заметкам или к фантастике. Но здравый смысл упорно отгонял даже малейшие мысли о правдивости всего написанного. Его грела мысль о том, что это только его книга, и никто не узнает о ее существовании. Он готов просто любоваться ей, вчитываясь в незнакомые слова, и стараться понять, что именно хотел задокументировать автор. Так пролетело время до самого вечера, пока дверь с грохотом не раскрылась и в гостиную не влетел все еще злой как собака дядя вместе с женой и сыном. - Теперь я до тебя доберусь Поттер!

***

Гарри никогда не думал, что этот день когда-нибудь настанет. Мальчик был уверен в этом, даже при всей нелюбви его родственников к нему. Даже сейчас, уже сидя в машине он отказывался верить во все происходящее. Слез уже не осталось, они закончились пару часов назад, там, в гостиной, где Дадли вручил своим родителям не большую старую книгу, найденную в школьной сумке кузена. Он успел к ней привязаться. Очень. Только она поддерживала в нем желание не бросать стремление к самосовершенствованию, поддерживала надежду на лучшую жизнь, которая могла бы у него быть. - Все это чепуха для идиотов, никакого волшебства не существовало и существовать не может! Видимо одного раза было недостаточно, нужно повторить урок, для такого уродца как ты. – Вернон поднес потрепанную книгу к алеющему пламени и оно мгновенно перекинулось на ветхие страницы забирая их в последний танец. Дадли крепко держал братца с заломаными назад руками и при любой возможности старался дернуть на себя посильнее. Поттер кричал, плакал, вырывался, но все это приводило лишь еще большей боли. Лопатки и плечи невыносимо болели, а локтевые суставы грозились покинуть положенное им природой место. Книга же догорала дотла, прощаясь с последним хозяином. Гарри был в отчаянии, у него ужасно болело все тело, а кузен продолжал сильнее выламывать руки и без того побитому во всех смыслах парню. - Ты никчемен, Поттер, просто жалкий сопляк, ничего кроме как ныть не умеешь. Размазывать сопли и слезы по лицу, это же так круто. Прятаться за мыслью о том, что родители вернуться, они сдохли Поттер, и ты уйдешь в след за ними. – Дадли нашептывал ужаснейшие слова мальчику на ухо, ожидал какой-то реакции, но ничего в ответ не последовало. Только тишина. Такая неподходящая под обстановку. И хруст. Гарри вырвался из опасной хватки и воздух вокруг него раскалился до предела обжигая лицо кузена. Дадли держался за вывихнутое плечо и неистово кричал, в то время как Поттер пытался отдышаться. В это момент он ненавидел их, всей душой, так же как они ненавидели его. Тетя Петунья подбежала к своему сыну и начала кричать, причитать, только это она и умела. Вернон сделался еще краснее, он всегда становился таким когда был на пределе. - Поттер, ты малолетний ублюдок, что ты себе позволяешь?! Если бы не законы нашей страны ты бы уже был на том свете вместе со своими чокнутыми родителями. - Всегда знала, что у такой ненормальной как моя сестра просто не мог родиться нормальный ребенок! Лили была просто дурочкой, отказывающейся принимать взрослую жизнь, а когда она встретила Поттера, это был конец ее возможности стать нормальным человеком. Я думала, что у меня получится перевоспитать такое отродье как ты, и вырастить из тебя нормально человека, но я ошиблась. Ты такой же псих, как и твои родители, и умрешь ты в нищете как они, потому что ничего в жизни не добьешься. Я обещала воспитать из тебя человека, но ты испорчен. Пропавшая рыба будет вонять даже если ее положить в пирог и попытаться перебить другими продуктами. Это бесполезно, я не намерена больше видеть тебя в своем доме! Вон! Пошел вон из этого дома! - Но Туни, мы же обещали следить за ним. – Лишь ради приличия старший Дурсль задал этот вопрос, в глубине души надеясь избавиться поскорее от обузы в виде парня. У него был план, отправить сына в лучшую школу через пару лет, это выйдет ему в копеечку, и он будет не способен тянуть двоих мальчиков, себя, жену и дом разом. Вывод напрашивался один. - Мне плевать! Он не останется в этом доме ни на секунду более. Эта гниль в тебе будет расти, мы не собираемся страдать еще больше. Вернон! Увези его куда хочешь, хоть в поле высади. Мне плевать! – Она вновь отвлеклась на своего обожаемого сына и продолжила носиться вокруг него и его руки, паралельно звоня в больницу. Недолго думая, Вернон схватил мальца за ухо и потащил в двор к машине. Поттер сопротивлялся, но все попытки не увенчались успехом. Они остановились у неприметного каменного здания в три этажа, на самой окраине Лондона. Дядя не особо церемонился с воспитателями, лишь отдал парня вместе с документами, и, причитая как рад что наконец избавился от него, сел в машину и вжал педаль газа в пол, скрываясь за ближайшим поворотом. Солнце уже срывалось за горизонтом, а темное небо говорило о надвигающейся непогоде.

***

Том не помнит, когда в последний раз засыпал без страха быть задушенным во сне, ведь выбитый замок не способен удержать дверь закрытой. Он научился слышать сквозь сон малейшие шорохи, различать по стуку ботинок людей, и даже определять настроение окружающих лишь по мимолётному взгляду. Дети, живущие в нормальных семьях никогда его не понимали и не поймут. Им не познать того чувства, когда твою тарелку переворачивают тебе же на голову, издеваются, добавляя соль в чай или, в который, раз просто не оставляя еды, ведь он урод, неправильный, он просто жалок, даже по меркам этого паршивого приюта на окраине города. И никому из воспитателей нет до этого совершенно никакого дела, они и сами не прочь выпороть его за малейший проступок. Ведь он приносит несчастья. На улице все еще льет дождь, с огромной силой барабаня в окно, которое просто прибито гвоздями к деревянной раме. Легкое покрывало не спасает от холода, заплатки то и дело отходят, и сквозняк вновь проходится по, и без того окоченевшим, ногам. Парень смотрит в гниющий потолок, почерневший от плесени, и гадая, как скоро отвалится очередной кусок штукатурки в углу. Вся комната пропиталась стойким запахом затхлости и влаги. Через час проснутся воспитатели и этот ад начнется по новой, побои, издевательства, оскорбления. Солнце никогда не заглядывало в старое деревянное окно, ведь соседнее здание расположено всего в метре от приюта. Недочитанная книга так и осталась лежать на столе открытой с прошлой недели, и только легкий холодный ветерок перелистывает пожелтевшие странички. Шкаф практически пуст, ведь собственных вещей у него никогда не было, а если и появлялись, то товарищи одноклассники были рады испытать себя в роли дизайнеров, обкромсав их ножницами прямо на парнишке, не парясь о том, что могут его покалечить. В коридоре зажегся свет, но он лишь немного пробивался сквозь щель под дверью. Парню не было до этого дела, он все еще лежал, уставившись в потолок. Никто уже пару дней не заходил к нему, не желая вновь видеть странного мальчишку, все были только рады не видеть его побитого на каждом занятии, и пусть они сами были причастны к этому. С потолка отвалился здоровый кусок штукатурки и упал прямо посередине комнаты. Солнце впервые за последнюю неделю пыталось пробиться в темную комнату, отражаясь от окна здания напротив. Солнечный луч гулял по всей комнате, то исчезая, то появляясь вновь. Он несколько раз прошелся по открытому лицу мальчишки, но тому было все равно. От него отселили всех, ведь месяц назад таинственным образом повесился кролик последнего его соседа, после чего все наотрез отказывались жить с ним. Что было нелюдимому парню только на руку. Он мог днями не выходить из комнаты, буквально засыпая и просыпаясь с книгой, но в последнее время ему даже это не доставляло удовольствие. Он перестал выходить на приемы пищи, на прогулки, на занятия. Вот и сейчас, кутаясь в тонкое покрывало, он мечтал лишь о тишине. Его голова в последнее время просто раскалывалась, никаких причин для этого он не нашел, но так и не решил спуститься к директрисе за лекарством. В дверь неохотно постучали. Парень перевел расфокусированный взгляд на источник звука и в проеме появилась невысокая фигура мисс Коул, главной по приюту. За ее спиной переминался с ноги на ногу потрепанный мальчик, его Том раньше не видел. - Том, это твой новый сосед, Гарри Поттер, даже не вздумай выкидывать свои фокусы, мне все равно некуда будет его переселять, так что он в любом случае останется с тобой. Гарри, на двери висит расписание, подъем в восемь утра, опоздаешь на завтрак хоть на пару минут, можешь даже не приходить, твоя порция вряд ли доживет до этого момента. Не дожидаясь ответа, женщина удалилась, оставляя парней в гробовой тишине. Комната находилась на верхнем этаже, в самом конце коридора, сюда почти никто не заходил, ведь страшилки про сына дьявола гуляли не первый год в стенах этого приюта, пусть он и не был церковным, хотя службы проходили каждое воскресенье. Гарри нехотя опустился на кровать, которая находилась ближе к двери у противоположной стены, положил выданные вещи и постельное белье и сел рядом с ними. Как только мальчики встретились взглядами Поттер хотел было задать вопрос, когда его самым наглым образом перебили. - Мне не интересно кто ты, по какой причине сюда попал, не интересны твои жалобы или что-либо еще, просто заткнись и не нарушай тишину. – Не дожидаясь хоть какой-то реакции Том отвернулся к стене и накинул покрывало до самой макушки. - Спокойной ночи, Том. Мальчик лежал, вслушиваясь в шуршание за спиной, не сразу обратив внимание на то что головная боль, которая мучала его с обеда, пропала. «наивный домашний мальчишка, да его заживо сожрут даже глазом не моргнув» Шуршание стихло и Том перекатился на другой бок, чтобы не терять бдительность если что-то пойдет не так. Завтра будет еще один адский день, такой же, каким сегодня был его девятый день рождения, пусть он и не был настоящим. Никому все равно не было до этого дела.