Пожелай мне удачи

Хаос цветастых тряпок раздражал. Том невольно морщился, наблюдая как пара девочек носятся по комнате, что стала пару дней назад импровизированной гримеркой. Они клеили бумажные звезды и снежинки на занавес, что закрывал сцену, поэтому их силуэты то появлялись, то пропадали из виду. Он ненавидел постановки, которые ставило руководство приюта для привлечения спонсоров и потенциальных родителей. Никто и никогда не спрашивал его, хочет ли он участвовать в этом цирке, а вот Гарри кажется был в восторге. Это его первое рождественское выступление и он с энтузиазмом помогал выставлять декорации. Рождественская история - Диккенса ставилась каждый год - это было традицией. Руководство арендовывало небольшой зал со сценой в местной городской церкви, куда дети ходили на воскресную службу. Мест там едва бы хватило на три десятка человек. Том и еще несколько детей помладше перебирали елочные игрушки, выкидывая то, что успело разбиться или требовало ремонта. Двое мальчишек в праздничных костюмах эльфов отвратительного бордового цвета украшали высокую ель в самом центре импровизированной сцены, иногда нехотя прибегая к помощи старшего товарища, ведь он был самым высокий из них. Репетиция в соседней комнате шла полным ходом. Гомон детских голосов периодически разбавляли воспитатели, пытаясь приструнить разбушевавшихся ребят. Новогодняя суета так не кстати застала Тома врасплох. Это последнее, о чем ему хотелось сейчас думать, но как бы он не возмущался, Гарри настоял на его помощи в организации. "О, да не будь ты таким занудой, это ведь Рождество! Может именно в этом году твое желание исполнится" Ну да, как же. Его желание исполнилось еще год назад, когда судьба отправила наглого мальчика в смешных круглых очках в самую дальнюю комнату на последнем этаже старого послевоенного приюта. - Эй, Том, я не могу открыть этот чемодан с украшениями! Мальчик в противном желтом костюме тряпичной рождественской звезды выглядел до ужаса комично. Сидя на полу и дергая за все замки на чемодане, он продолжал строить самую жалостливую мордашку. - Как ты дожил до своего возраста, если элементарный чемодан вызывает у тебя такие трудности. Ехидство так и витало в воздухе, однако мальчик все же поднялся с насиженного места и резким движением ноги пнул чемодан по самому замку. Тот с громким стуком открылся. Являя на свет огромное количество разноцветных гирлянд. - Ну до такого я бы точно не додумался. – Насупился Гарри, доставая стеклянные лампочки и проверяя их на целость. - Не знать того, что каждая христианская душа, творя добро, пусть на самом скромном поприще, найдет свою земную жизнь слишком быстротечной для безграничных возможностей добра! Не знать того, что даже веками раскаяния нельзя возместить упущенную на земле возможность сотворить доброе дело. Гарри глупо уставился на серьезное лицо друга, на пару минут все звуки вокруг стихли и даже старые часы, казалось, остановились. Том неотрывно смотрел на смешного парня в желтом костюме и на его отстраненном лице промелькнула тень ухмылки. О да, ему определенно нравилось это озадаченное и, несомненно, смешное выражение лица. После чего он не выдержал и все же неслышно хмыкнул приподнимая уголки губ. Гарри словно вышел из транса и расхохотался, так лучезарно и открыто, что Том невольно залюбовался. - Ну ты даешь, сама скромность. – Мальчик вытирал выступившие от смеха слезы длинным рукавом костюма, переводя дыхание. – А говорил, что ненавидишь эту пьесу. - Это не относилось к самой истории. Просто весь этот балаган меня раздражает. Дальше вечер протекал как обычно. Шумные дети, суетящиеся воспитатели. Красиво украшенный зал не компенсировал упадочность этого места, однако вечер все равно прошел не так плохо. Им даже подарили по паре новых перчаток после окончания выступления. Тепло медленно разливалось по телу от этих воспоминаний, но холод подземелий все равно пробирал до костей и Том посильнее укутался в тонкое одеяло, в очередной раз жалея, что кровати в школе настолько непривычно огромные, он казался в них просто ничего не значащей букашкой. Он бы никому не признался, что скучал по этой предрождественской суете. По искренней радости Гарри во время украшения зала, по тем крохам подарков что они получали после долгой работы. Шорох за пологом и тихие голоса становились все громче. И, к огромному сожалению, это означало, что приближалось время выбираться в холодный каменный замок.

***

Приближалось Рождество. В середине декабря, проснувшись поутру, все обнаружили, что замок укрыт толстым слоем снега, а огромное озеро замерзло. В тот же день близнецы Уизли получили несколько штрафных очков за то, что заколдовали слепленные ими снежки, и те начали летать за профессором Квирреллом, врезаясь ему в затылок. Те немногие совы, которым удалось в то утро пробиться сквозь снежную бурю, чтобы доставить почту в школу, были на грани смерти. И Хагриду пришлось основательно повозиться с ними, прежде чем они снова смогли летать. Все школьники с нетерпением ждали каникул и уже не могли думать ни о чем другом. Может быть, потому что в школе было ужасно холодно и всем хотелось разъехаться по теплым уютным домам — всем, кроме Гарри и Тома, разумеется. Нет, в Общей гостиной Гриффиндора, в спальне и в Большом зале было тепло, потому что ревущее в каминах пламя не угасало ни на минуту, в отличии от холодных подземелий. Зато продуваемые сквозняками коридоры обледенели, а окна в промерзших аудиториях дрожали и звенели под ударами ветра, грозя вот-вот вылететь. Хуже всего ученикам приходилось на зельеварении, занятия проходили в подземелье. Вырывавшийся изо ртов пар белым облаком повисал в воздухе, а школьники, забыв об ожогах и прочих опасностях, старались находиться как можно ближе к бурлящим котлам, едва не прижимаясь к ним. Рассматривая заснеженный лес через небольшое окно в одном из пустующих коридоров Хогвартса Гарри был полностью поглощён нескончаемым потоком мыслей. Он видел, как третьекурсники под предводительством близнецов Уизли вновь выстраивали с помощью магии снежные крепости из которых вели обстрел по, ничего не подозревающим, студентам, а пара зачарованных снежков даже умудрялись гоняться за профессором ЗОТИ. Тот лишь в шоке оглядывался назад, пытаясь понять откуда ведется атака. Один шальной магический снежок даже угодил ему прямо в затылок, отчего профессор Квирелл начал защищаться уже с помощью палочки, просто взрывая все снаряды вокруг себя так яростно, будто от этого зависела его жизнь. Но Гарри это было мало интересно, просто данное занятие оказалось не таким скучным, как все остальные. Он даже не заметил, когда к нему со спины подошли однокурсники. - Эй, Гарри, ты уже написал свое имя в список на каникулы? - Поттер лишь спело моргал, смотря на подругу уж слишком недоуменно. - В гостиной весит список студентов которые хотели бы остаться в замке на время праздника. - Девушка неловко переминалась с ноги на ногу. - Ну, знаешь, я подумала, что ты захочешь остаться в школе на Рождество. - Я тоже останусь! - Рон выглядел весьма воодушевлено, в отличии от Невилла, который по всей видимости от перспективы провести все праздники с родственниками был просто в ужасе. - Родители решили навестить моего брата Чарли в Румынии, он получил работу в самом крупном заповеднике драконов. Я бы тоже поехал, но они были против, видите-ли это очень опасное место. - Я пока не решил, до какого момента можно дать ответ? - До конца недели, но лучше написать заранее. - Гермиона выглядела очень странно, словно ей было стыдно, что она не смогла остаться. Уроки протекали в обычном темпе и уже к концу недели окончательные списки были составлены и переданы директору. Том охотно согласился остаться, единственный со своего факультета, все остальные Слизеринцы предпочитали провести праздники дома и на званных ужинах в благородных домах чистокровных волшебников. - Поверить не могу, что кто-то останется в школе на рождественские каникулы, потому что дома их никто не ждет. - Громко произнес Драко Малфой на одном из занятий по зельеварению. - Бедные ребята, мне их жаль… Гарри, отмеряющий на своих крошечных и необычайно точных весах нужное количество порошка, в этот раз это был толченый позвоночник морского Льва, сделал вид, что ничего не слышит. Том даже бровью не повел, мерно помешивая зелье по часовой стрелке заледеневшими руками. К похожим выпадам он давно привык, мало кто на его факультете считал, будто «грязнокровки» достойны уважительного к себе отношения. После памятного матча, в котором Гриффиндор победил благодаря Гарри, Малфой стал еще невыносимее. Уязвленный поражением своей команды и отсутствием себя в ней, он пытался всех рассмешить придуманной им очередной шуткой. Она заключалась в том, что в следующей игре вместо Гарри на поле выйдет древесная лягушка, у нее рот шире, чем у Поттера, и потому она будет идеальным ловцом. Однако Малфой быстро осознал, что его шутка никого не смешит, возможно, Гарри поймал мяч очень своеобразным способом, но тем не менее он его поймал. И, более того, всех поразило, что ему удалось удержаться на взбесившейся метле. Малфой, еще больше разозлившись и сгорая от зависти, вернулся к проверенной тактике и продолжил поддевать Гарри, напоминая ему и окружающим, что у него нет нормальной семьи. Все его уважительное отношение к Мальчику-Который-Выжил улетучилось ровно в тот момент, когда Гарри признал Уизли и Гермиону своими друзьями. Малфой просто не мог вынести такого унижения, хоть прямых конфликтов между ними и не возникало. Большой зал выглядел потрясающе. В нем стояло не менее дюжины высоченных пихт: одни поблескивали нерастаявшими сосульками, другие сияли сотнями прикрепленных к веткам свечей. На стенах висели традиционные рождественские венки из белой омелы и ветвей остролиста. Профессор Флитвик держал в руках волшебную палочку, из которой появлялись золотые шары и отвести взгляд от этого чарующего действия было практически невозможно. Повинуясь ловким движениям волшебной палочки, шары всплывали вверх и оседали на ветках только что принесенного Хагридом дерева. После обеда Рон, Гермиона и Невилл потащили Гарри в библиотеку, хотя тот ужасно сопротивлялся, но сдался под их напором после очередной лестницы. Как в их компанию затесался самый трусливый мальчик всего первого курса Поттер так и не понял, но тот видимо уже был посвящен в тайну скрывающуюся за закрытой дверью третьего этажа. С того самого дня, как Хагрид упомянул имя Фламеля, ребята действительно пересмотрели кучу книг в его поисках. Проблема заключалась в том, что они не представляли, с чего начать, и не знали, чем прославился Фламель, чтобы попасть в книгу. В «Великих волшебниках двадцатого века» он не упоминался, в «Выдающихся именах нашей эпохи» - тоже, равно как и в «Важных магических открытиях последнего времени» и «Новых направлениях магических наук». Еще одной проблемой были сами размеры библиотеки - тысячи полок вытянулись в сотни рядов, а на них стояли десятки тысяч томов. Гермиона вытащила из кармана список книг, которые она запланировала просмотреть, Рон пошел вдоль рядов, время от времени останавливаясь, наугад вытаскивая ту или иную книгу и начиная ее листать. А Гарри побрел по направлению к Особой секции, раздумывая о том, нет ли там чего-нибудь о Николасе Фламеле. Все книги, которые без него просмотрела подруга не дали никакого результата. Укол обиды все равно заставлял его отводить расстроенный взгляд в сторону, ему было обидно что они не посвятили его в свои поиски раньше. К сожалению, для того чтобы попасть в эту секцию, надо было иметь разрешение, подписанное кем-либо из преподавателей. Гарри знал, что никто ему такого разрешения не даст. А придумать что-нибудь очень убедительное ему бы вряд ли удалось. К тому же книги, хранившиеся в этой секции, предназначались вовсе не для первокурсников. Гарри уже знал, что эти книги посвящены высшим разделам Темной магии, которые не изучали в школе. Так что доступ к ним был открыт только преподавателям и еще старшекурсникам, выбравшим в качестве специализации защиту от Темных сил. Блуждая между нескончаемых рядов с книгами и пергаментами, он думал лишь о том, что бы сказал его друг, узнай, что он уже по уши погряз в этой истории. Проводя кончиками пальцев по ветхим корешкам старых книг, он чувствовал теплые покалывания магии. Это безусловно завораживало. - Вы ведь будете продолжать искать, когда я уеду на каникулы? - С надеждой спросила Гермиона, стоя в проходе между рядами столов и стеллажами по истории. — Если что-то найдете, сразу присылайте мне сову. - Между прочим, ты вполне можешь поинтересоваться у своих родителей, не знают ли они, кто такой этот Фламель. - Заметил Рон. - Это ведь родители - так что риска никакого… - Абсолютно никакого. - Согласилась Гермиона. - Особенно если учесть, что мои родители — стоматологи и ничего не знают о магии и магическом мире, Рон. Гарри готов был рассмеяться, если бы это не было так грустно, Рон постоянно забывал, что их подруга - маглорожденная. В его парадигме жизни не было места маглам, ему казалось, что нет ничего элементарнее, чем утром заправить свою кровать одним взмахом волшебной палочки, при этом, обычная статичная фотография вызывала в нем бурю эмоций от непонимания до негодования.

***

Когда каникулы наконец начались, Гарри и Рон слишком весело проводили время для того, чтобы думать о Фламеле. В спальне их осталось только двое, да и в Общей гостиной было куда меньше народа, чем во время учебы. Поэтому они придвигали кресла как можно ближе к камину и сидели там часами, нанизывая на длинную металлическую вилку принесенные из Большого зала кусочки хлеба, лепешки и кругляши зефира, поджаривая их на открытом волшебном огне и с аппетитом поедая. Партии в волшебные шахматы шли одна за одной, при этом Гарри всегда с треском проигрывал, но даже и не думал обижаться на это. Это были практически те же самые шахматы, в которые играли маглы. Разница заключалась лишь в том, что фигурки были живые, и игрок ощущал себя полководцем, направляющим свои войска на противника. Шахматы Рона были очень старыми и потрепанными временем. Как и все его вещи, они когда-то принадлежали кому-то из его родственников, в данном случае дедушке. Однако тот факт, что фигурки были древними, вовсе не мешал ему хорошо играть. Рон так отлично их изучил, что у него никогда не было проблем с тем, чтобы заставить их выполнить то, что он хочет. Гарри играл фигурками, которые ему одолжил Симус Финниган перед отъездом, и они очень плохо его слушались, абсолютно не доверяя временному хозяину. К тому же Гарри был не слишком хорошим игроком, и фигурки постоянно давали ему советы, сбивая его с толку: «Не посылай меня туда, разве ты не видишь вражеского коня? Лучше пошли вон того, его потеря не будет иметь никакого значения». Так они провели первые два дня, вылезая из теплой гостиной только на завтраки, обеды и ужины. Сугробы за окном росли в геометрической прогрессии, а каменные стены покрывались инеем возле каждого окна в темных коридорах. Во время очередной игры в шахматы Гарри был сосредоточен совершенно на другом. Уже через пару дней Рождество, а он так и не придумал что подарить Тому. Да, теперь у него были деньги, которые ему оставили родители, но находясь в школе он совершенно не представлял как выбраться в магазин. - Ага! Шах! – Рон самодовольно наблюдал как его конь уничтожает черного ферзя, но Поттер на это абсолютно никак не отреагировал, продолжая смотреть на волшебный камин словно находился в трансе. – Я снова выиграл. Уже начинает казаться что ты мне подыгрываешь, Гарри? Гарри же продолжал думать о своем, не зная как быть в такой ситуации. С одной стороны они никогда друг другу ничего не дарили на Рождество, но с другой стороны, ему безумно хотелось удивить друга. Может хоть так получится его развеселить. В последнее время он не вылезал из библиотеки, и словно избегал Гарри. Разумеется, Том был очень занят, взяв дополнительные занятия по зельеварению чтобы улучшить свои навыки. Оказалось, почти все чистокровные до прибытия в школу получали образование на дому и на их фоне все остальные студенты выглядели жалко. Гарри отмер только когда рыжеволосый парень начал трясти его за плечи, привлекая внимание. - Да что с тобой? - Просто задумался. – Прикинув что-то в голове Гарри поднял растерянный взгляд на парня перед собой. – А как можно купить что-то не выходя из школы? - О, так вот о чем ты так усердно думал последний час! – Рон словно просиял, выуживая из растянутых карманов брюк сложенный пополам буклет и протянул его Гарри. – Это буклет, ты можешь выбрать что-то из него, отправить совой список того что бы ты хотел купить и приложить к письму деньги. Обычно они присылают покупки на следующий день. Гарри вертел в руках буклет, не понимая почему раньше ничего о нем не слышал. Он с жадностью просматривал ассортимент подмечая для себя некоторые вещи. Оказалось, что этот магазин находился в Хогсмиде, куда до третьего курса они не могли попасть. - Могу я взять его на время? – Поинтересовался Поттер, уже зная что хочет заказать, но следовало подумать еще немного, чтобы точно не ошибиться. – А как я отправлю письмо, если у меня нет совы? - О, конечно, в школе есть совятня, там должна быть пара школьных сов, но Фред говорил они кусаются если ты им ничего не принес. Жадные создания.  Гарри до самого вечера просидел один в комнате, изучая буклет и составляя письмо для магазина. Перед самым ужином он отправил это письмо вместе с школьной совой и надеялся, что все успеет прийти до Рождества.

***

В канун Рождества Гарри лег спать, предвкушая праздничный завтрак и веселье, но, естественно, не рассчитывая ни на какие подарки. Однако, проснувшись наутро, он первым делом заметил свертки и коробочки у своей кровати. - Доброе утро. - Сонно произнес Рон, когда Гарри выбрался из постели и накинул на пижаму халат. - И тебе того же. - Автоматически ответил Гарри, уставившись на то, что лежало у его кровати. Такого количества подарков он ни разу в жизни ни видел, детство его было далеко от того, что было у других детей. - Ты только посмотри - это же подарки! - А я-то думал, что это тыквы. - Пошутил Рон, свешиваясь со своей кровати. Подарков около нее стояло больше, чем у Гарри. Гарри с восторгом распаковал верхний сверток. Подарок был завернут в толстую коричневую оберточную бумагу, на которой неровными буквами было написано: «Гарри от Хагрида». Внутри был толстый альбом, в обложке из кожи какого-то животного, Гарри, не зацикливая на ней внимания, быстро открыл альбом прямо посередине. На него смотрели двое счастливых людей, фотография двигалась и мужчина в круглых очках кружил женщину на руках, а та, судя по всему, заливисто смеялась. Перевернув еще несколько страниц, он все так же натыкался на этих людей, на некоторых фотографиях были и другие люди. Вот мужчина в очках крепко сжимал метлу в окружении таких же счастливых людей, по всей видимости, это был старый состав гриффиндорской команды по квиддичу. Рон уже распаковал самый большой подарок и жадно поедал одну шоколадную лягушку за другой. Гарри открыл самую первую страницу альбома и прочитал корявую надпись, которая по всей видимости была делом рук Хагрида. «С Рождеством, Гарри! Я собрал все фотографии твоих родителей.» Гарри еще раз пролистал альбом, теперь еще внимательнее, но сердце все равно предательски сжалось. Он никогда не знал своих родителей, а Дурсли все время говорили, что они были ужасными людьми, которые умерли бросив его им под дверь как котенка. Слеза предательски скатилась по щеке, но он быстро вытер ее рукавом халата, откладывая альбом подальше, принимаясь изучать следующие свертки. - Интересно, кто еще мог прислать мне подарок, кроме Хагрида? - Кажется, я знаю, от кого это. - Рон слегка покраснел, тыча пальцем в объемистый сверток. - Это от моей мамы. Я написал ей, что некому будет сделать тебе подарок, и… Рон вдруг густо залился красной краской. - О-о-о. - Простонал он. - Как же я раньше не подумал. Она связала тебе фирменный свитер Уизли… Гарри разорвал упаковку, обнаружив внутри толстый, ручной вязки свитер изумрудно-зеленого цвета и большую коробку с домашними сладостями. - Она каждый год к Рождеству вяжет нам всем свитеры. - Недовольно бормотал Рон, разворачивая подарок от матери. - И мне вечно достается темно-бордовый. - Твоя мама просто молодец. - Заметил Гарри, пробуя сладости, которые оказались очень вкусными. В следующем подарке тоже было сладкое - большая коробка «шоколадных лягушек», присланная Гермионой. Точно такую же Рон уже доел. Видимо она выбрала всем друзьям одинаковые подарки. Дальше был небольшой сверток, перевязанный аккуратной зеленой лентой, развернув его, Гарри невольно заулыбался, в тканевом мешочке изумрудного цвета лежала черная перьевая ручка с серебряным наконечником. Взяв ее в руки он вдруг ощутил приятные покалывания в пальцах. Ручка определенно была зачарована. Так же в этом мешочке лежало два небольших свернутых пергамента, тот что поменьше оказался запиской от Тома с инструкцией к данному набору. «С Рождеством, Гарри. У меня получилось зачаровать пергамент, так что теперь мы сможем общаться. А ручка просто приятное дополнение, писать ей будет куда удобнее, чем пером, на нее наложены чары, которые не требуют использования чернил. Хотел бы я сказать, что сам их наложил, но врать друзьям не хорошо, мне помогли. Надеюсь, ты не разочаруешься» - Фто это? – Рон с набитым ртом попытался дотянуться до ручки, но под тяжелым взглядом Поттера быстро передумал, так что проглотив остатки последней лягушки переспросил. – От кого это? - От друга, просто перьевая ручка. - Оооо, как скучно. А Это что? – Рон тыкал пальцем в последний сверток, мгновенно потеряв интерес к предыдущему подарку. Оставался еще один сверток. Гарри поднял его с пола, отметив, что он очень легкий, почти невесомый. И неторопливо развернул его. Нечто воздушное, серебристо-серое выпало из свертка и, шурша, мягко опустилось на пол, поблескивая складками. Рон широко раскрыл рот от изумления. - Я слышал о таком. - Произнес он сдавленным голосом, роняя на пол присланную Гермионой коробочку с леденцами и даже не замечая этого. - Если это то, что я думаю, то это очень редкая вещь, и очень ценная. - А что это? Гарри подобрал с пола сияющую серебристую ткань. Она была очень странной на ощупь, как будто частично состояла из воды. Невесомая и очень мягкая ткань словно стекала по руке. - Это мантия-невидимка. - Прошептал Рон с благоговейным восторгом. - Не сомневаюсь, что это она, попробуй сам. Гарри набросил мантию на плечи. - Это она! - Неожиданно завопил Рон. - Посмотри вниз! Гарри последовал его совету и не увидел собственных ног. Он молнией метнулся к зеркалу. Лицо его, разумеется, было на месте, но оно плавало в воздухе, поскольку тело полностью отсутствовало. Гарри натянул мантию на голову, и его отражение исчезло полностью. - Смотри, тут записка! - Окликнул его Рон. - Из нее выпала записка! Гарри снял мантию и поднял с пола листочек бумаги. Надпись на нем была сделана очень мелким почерком с завитушками - такого Гарри еще никогда не видел.

"Незадолго до своей смерти твой отец оставил эту вещь мне.

Пришло время вернуть ее его сыну.

Используй ее с умом.

Желаю тебе очень счастливого Рождества"

Подписи не было. Гарри изучал странную записку, написанную неизвестно кем, а Рон все восхищался мантией. - Да, за такую я бы отдал все на свете. - Признался он. - Все, что угодно. А от кого она, там не написано? Эй, да что с тобой? - Ничего. - Мотнул головой Гарри. На самом деле он чувствовал себя очень странно. Он никак не мог понять, кто прислал ему мантию и эту записку. И все время спрашивал себя, неужели она на самом деле принадлежала его отцу? Прежде чем он успел что-то сказать или подумать о чем-то другом, дверь в спальню распахнулась, и в нее ворвались Фред и Джордж Уизли. Гарри быстро спрятал мантию под одеяло. Ему не хотелось, чтобы ее надевал кто-нибудь другой, кроме него. Даже не хотелось, чтобы кто-нибудь просто до нее дотрагивался. - Счастливого Рождества! - Прокричал с порога Фред. - Эй, смотри! - Воскликнул Джордж, обращаясь к брату. - Гарри тоже получил фирменный свитер Уизли! На Фреде и Джордже были новенькие синие свитеры, на одном была вышита большая желтая буква «Ф», на другом, такого же цвета и размера буква «Д». - Между прочим, свитер Гарри выглядит получше, чем наши. - Признал Фред, повертев в руках подарок, полученный Гарри от миссис Уизли. - Он ведь не член семьи, так что она вязала его куда старательнее. - А ты почему не надел свой свитер, Рон? - Возмутился Джордж. - Давай-давай, они ведь мало того что красивые, так еще и очень теплые. - Ненавижу бордовый цвет. - То ли в шутку, то ли всерьез простонал Рон, натягивая на себя свитер. - А на твоем никаких букв. - Хмыкнул Джордж, разглядывая младшего брата. - Полагаю, она думает, что ты не забудешь, как тебя зовут. А мы ведь тоже не дураки, мы хорошо знаем, что нас зовут Дред и Фордж. Близнецы расхохотались, довольные шуткой. - Что тут за шум? В дверь протиснулась еще одна рыжая голова, принадлежавшая Перси Уизли, вид у него был не слишком счастливый. Судя по всему, он уже успел распечатать свои подарки, по крайней мере частично, потому что держал в руках свитер грубой вязки, который тут же выхватил у него Фред. - Ага. Тут буква «С», то есть староста. Давай, Перси, надевай его - мы все уже надели наши, и Гарри тоже. - Я… не… хочу. - Донесся до Гарри хриплый голос Перси, которому близнецы уже успели натянуть свитер на голову, сбив с него очки. - И запомни: сегодня за завтраком ты будешь сидеть не со старостами, а с нами. - Поучительно добавил Джордж. - Рождество - семейный праздник. Близнецы натянули на него свитер так что руки не попали в рукава, а оказались прижатыми к телу. И, ухватив старшего брата за шиворот, вытолкали его из спальни. Рон вылетел из спальни следом, не желая пропускать это представление и Гарри остался один, в окружении подарков и упаковочной бумаги. Развернув пергамент, Гарри старался выводить ровные буквы новой ручкой и те, через какое-то время пропали с листа, после чего появились другие. «И тебя с Рождеством, Гарри.» Гарри счастливо заулыбался, глядя на ровный ряд букв, его собственный почерк все еще оставлял желать лучшего. Благо данная ручка не требовала чернил, иначе его друг вероятно получал бы на своем пергаменте одни кляксы и палочки. «Это был очень крутой подарок, спасибо! И ручка очень удобная. Так вот почему ты все время пропадал, я прав?» Спустя почти минуту ему все же ответили. «Да. Хотел успеть до Рождества. Ты не собираешься спускаться на завтрак?» Гарри подскочил так быстро, что ударился головой о деревянные подпорки для балдахина. Ему не терпелось поздравить друга лично, а с этими подарками он начисто забыл про завтрак. Сложив все подарки в чемодан и аккуратно убрав зачарованный пергамент в сумку, он начал одеваться. Натянув новый свитер и спустившись в гостиную Гарри застал очень смешную картину. Перси пытался снять свой свитер, в то время как близнецы кружили вокруг, причитая и натягивая свитер обратно. - О, Гарри! А тебе идет зеленый. – Начал один. - Да, да! Прям под цвет глаз. – Подхватил второй. - Все, у меня от вас голова закружилась! Не буду я его снимать. – Близнецы победно улыбнулись и первыми вышли из гостиной, направляясь на завтрак. Остальные последовали за ними. Недовольный Перси старался выглядеть как можно серьезнее, но староста в голубом свитере выглядел до нелепого смешно. Очевидно, даже праздник не мог вызвать в нем положительных эмоций в данный момент. Войдя в большой зал Гарри невольно остановился, в центре зала стоял один единственный большой стол, за которым сидели и преподаватели и студенты. На всех были красные колпаки с помпоном и только Снейп выглядел так, будто готов испепелить его прямо на своей голове. Голубая мантия директора переливалась и искрилась, словно мерцающее звездное небо на рассвете. Парочка Когтевранцев со старших курсов уткнулись в свои книги, не обращая внимания ни на что вокруг, Пуффендуйци же с восторгом следили за тем, как Флитвик наколдовал еще несколько колпаков и надел их на, только что пришедших, последних студентов. Гарри еще раз окинул стол восхищенным взглядом и занял место между Томом и Роном. На праздничном завтраке было не больше двадцати человек, поэтому выбирать места не приходилось. Гарри пытался незаметно поговорить с Томом, но из-за рыжего парня по правую руку это оказалось практически невозможно сделать без посторонних глаз. Однако его глаз зацепился за тонкую цепочку, что выглядывала из под обычного серого свитера, это был не тот медальон, что они нашли летом в пещере. Том проследил за его взглядом и вытащил амулет наружу, на нем висел небольшой прозрачный камушек в платиновой оправе. Это был тот самый подарок, который ему выбрал сам Гарри, на амулет были наложены чары согревания и обнаруживающие чары, если кто-то попытается наложить проклятье или сглаз, то камень станет красным или черным, в зависимости от степени опасности для носителя. Гарри знал, что Том вечно мерзнет, в особенности в подземельях, ходить туда без теплой мантии было все равно что выйти на улицу голым в сильный мороз. - О, выглядит потрясающе, тебе понравилось? – Гарри говорил настолько тихо, что даже он сам еле себя слышал. - Разумеется, он действительно хорошо согревает. - Рад это слышать. – Гарри счастливо улыбнулся, принимаясь за праздничный пир. На столе красовались десятки жирных жареных индеек, горы жареного и вареного картофеля, десятки мисок с жареным зеленым горошком и соусников, полных мясной и клюквенной подливки и башни из волшебных хлопушек. Эти фантастические хлопушки не имели ничего общего с теми, которые производили маглы. Дурсли обычно покупали эти жалкие подобия, на которых сверху было надето нечто вроде убогой бумажной шляпы, а внутри обязательно лежала маленькая пластмассовая игрушка. Хлопушка же, которую опробовали близнецы, не просто хлопнула, а взорвалась с пушечным грохотом и, окутав их густым синим дымом, выплюнула из себя контр-адмиральскую фуражку и несколько живых белых мышей. Дамблдор сменил свой волшебный красный колпак на украшенную цветами шляпу и весело посмеивался над шутками профессора Флитвика. Вслед за индейкой подали утыканные свечками рождественские пудинги. Пудинги были с сюрпризом. Перси чуть не сломал зуб о серебряный сикль, откусив кусок пудинга. Все это время Гарри внимательно наблюдал за Хагридом. Тот без устали подливал себе вина и становился все краснее и краснее, и наконец он поцеловал в щеку профессора МакГонагалл. А она, к великому удивлению Гарри, смущенно порозовела и захихикала, не замечая, что ее колпак сполз набок. Когда Гарри наконец вышел из-за стола, его руки были заняты новыми подарками, вылетевшими из хлопушек, среди них были упаковки никогда не лопающихся и светящихся надувных шаров, набор для желающих обзавестись бородавками и комплект шахматных фигурок. А вот белые мыши куда-то исчезли, и у Гарри было неприятное подозрение, что они закончат свою жизнь на рождественском столе миссис Норрис. - Через час на месте. – Еле слышно бросил Том, выходя первым из большого зала. В отличии от всех остальных, его хлопушки абсолютно не заинтересовали. Преподаватели начали покидать большой зал вслед за директором, близнецы пытались утащить всех на улицу для очередного эпического сражения и Дамблдор охотно согласился возвести два огромных замка, чтобы дать студентам крепости для ведения боя. Практически все студенты с блеском в глазах поддержали эту идею. Пока Рон натягивал вторую пару брюк, поверх уже надетых, Гарри изображал страдальческое метание по кровати в связи с разболевшейся головой. Как бы ему не хотелось пойти вместе со всеми, он понимал, что такой возможности остаться без присмотра кучи рыжих волшебников может больше не представиться. А значит сейчас надо было как можно натуральнее симулировать плохое самочувствие, но не настолько, чтобы его отправили в больничное крыло. - Может все же сходишь за бодроперцовым? – Раскрасневшийся Рон уже с головой укутался в теплый гриффиндорский шарф, и готов был в любой момент вылететь из спальни. Было видно как ему не терпелось поучаствовать в таком грандиозном событии. - Я уверен, что хороший отдых точно поможет. Расскажешь потом как все прошло. – Гарри впервые за последнее время надеялся, что его улыбка выглядела не слишком натянуто, хотя руки уже мелко потряхивало от нетерпения. - Ну разумеется! Я уделаю этого нахала, Захарию Смита и закопаю его в сугроб! Дверь с тяжелым грохотом захлопнулась и из гостиной послышался гомон возбужденных голосов, который, впрочем, быстро стих. Гарри вскочил с мягкой постели через пару минут после того, как все звуки стихли, затолкал свою подаренную мантию в сумку и вылетел из гостиной так быстро, что Полная Дама даже не успела возмутиться такому нахальству.

***

Том стоял в самом центре заброшенного дуэльного зала и задавался одним единственным вопросом – как это огромное зеркало сюда попало и почему он не заметил этого раньше. Вероятно, в куче длинных коробок и разного рода хлама могло находиться все что угодно, но такую махину он определенно заметил бы. Том мог поклясться, что до каникул его тут не было. От зеркала буквально разило магией, не очень приятной, тягучей и мрачной, как такой темный артефакт мог оказаться в школе было загадкой, однако, даже не смотря на это, Тома все равно тянуло к нему. Гарри ворвался в комнату, ровно в тот момент, когда его друг стоял с протянутой рукой к съехавшей до середины ткани, которая скрывала огромных размеров зеркало. - Это еще что такое? – Парень скрестил руки на груди, подходя ближе к другу. - Очевидно какой-то темный артефакт. – Том опустил протянутую руку, словно его подловили на чем-то противозаконном. - И ты, разумеется, решил вначале его потрогать. А если оно проклято, а если оно высасывает душу или работает как зеркальная тюрьма? - Не преувеличивай. Ты не знаешь как оно работает. - Как и ты. – Гарри вынул из кармана брюк палочку и элементарными чарами левитации стянул ткань на пол. И пораженно замер. Из зеркала на него смотрело два взрослых мага, его родители, которых он уже видел на фотографиях, и статный юноша с аккуратными черными волосами в дорогой мантии, похожую он видел в одном из магазинов на Косой Аллее. Родители его приветливо улыбались, но глаза их выражали вселенскую боль и отчаяние, а вот юноша ему охотно подмигнул, замечая на себе пристальное внимание. - «Я показываю не твоё лицо, но желание твоего сердца» - Том внимательно наблюдал как его друг замер перед зеркалом. На самом верху были выгравированы ровные ряды букв, только в обратном порядке. Услышав друга Гарри нехотя отвернулся от зеркала, замечая явные сходства между другом и тем красивым юношей в зеркале, это точно был он, но в зеркале ему, наверное, было около двадцати. - Желание сердца? Значит зеркало показывает одно из вероятных будущих? - Не думаю. А что ты видел? – Том старался не смотреть в зеркало, он боялся увидеть в нем свое будущее. Он был уверен, что ничего хорошего там не будет. - Я видел своих родителей. Но они умерли, значит это все лишь плод моего воображения. – Гарри нервно теребил лямку от сумки, что оттягивала ему плечо, не зная должен ли делиться чем-то настолько личным. – И я видел тебя, но взрослого, лет двадцати, наверное, в дорогой мантии и с идеальной укладкой, словно на прием к министру собирался. – Гарри нервно хихикнул, отводя взгляд в сторону, не в силах сейчас смотреть на друга, он не мог признаться даже себе, что этот юноша ему понравился. - Думаю зеркало показывает твои самые сокровенные желания. Ты ведь не знал своих родителей. – Том проигнорировал часть с упоминанием себя, не в силах больше сопротивляться зеркалу и взглянул в него. Он видел себя старшекурсника, в слизеринской мантии и значком старосты школы, с аккуратной укладкой, только вот сидел он в красивом изумрудном кресле крутя в руках палочку, не ту, которая у него сейчас, а другую, белую. За его спиной стоял юноша в очках, с небрежно переброшенной через плечо мантией, рубашка его была расстегнута на две пуговицы, а вторая рука оттягивала узел галстука, ослабляя его. Волосы взрослого Гарри находились в еще большем беспорядке, чем обычно. Но оба парня довольно ухмылялись, глядя на маленького Тома. - Ну что там, что? Дай угадаю, ты устроил вселенский апокалипсис? Армагедон? Отыскал утерянную Александрийскую библиотеку? Завоевал всю магическую Британию и нацелился на Америку? Когда Том в шоке обернулся к парню, тот лишь лучезарно улыбался, словно не он только что приписывал школьнику завоевание магической Британии. - Ну а что? Уверен ты мог бы все это воплотить в жизнь. – Гарри лишь нервно посмеивался, не в силах больше терпеть. – Так что там? - Ты. Глаза Гарри в неверии расширились. - Я? - Да. Все такой же наглый с гнездом на голове. – Том наблюдал как Гарри пытается пригладить торчащие в разные стороны непослушные волосы явно краснея. – И я староста школы. Расстроен, что твои догадки не оправдались? - Да что ты! Староста школы - это же как раз в твоем духе. Ты наверное бы снимал баллы даже за неправильное дыхание. Но я думаю нам не стоит сюда больше возвращаться, ведь не просто так же оно тут появилось. - Не могу не согласиться, похоже нам придется найти другой пустой кабинет. Пока Том собирал немногочисленные книги и пергаменты, Гарри вернул ткань на зеркало, в последний раз смотря в знакомые карие глаза. Ему отчего-то захотелось вернуться сюда позже, но он быстро отогнал эти мысли. Оставаться наедине с темным артефактом было ужасно глупым решением, к тому же, тот кто принес его сюда, вероятно вернется за ним снова и сталкиваться с этим человеком не хотелось. Оставшиеся каникулы проходили в обычном темпе. Том с Гарри изредка встречались в библиотеке, выполняя домашние задания, и немного больше, продолжая углубляться в культуру магической Британии, а вечерами держали связь через зачарованный пергамент. Гарри жалел лишь об одном – что не рассказал о мантии невидимке.