Пожелай мне удачи

Светлая спальня в одно мгновение погрузилось во тьму и лишь свет уличных фонарей пробивался сквозь голубые шторы. На первом этаже послышался мужской крик. Молодая рыжеволосая девушка выронила книгу, которую читала, и вскочила со стула, хватая палочку с пеленального столика неподалеку, зажигая Люмос. Стены неистово потряхивало и весь дом ходил ходуном. Дверь с грохотом распахнулась и человек в черных одеждах и безразмерной мантии с глубоким капюшоном прошел в комнату, переступая через детские игрушки, что попадали с полок минутой ранее. Девушку трясло, но она упорно заслоняла собой ребенка, выставив мерцающий щит. - Не трогай моего сына! Возьми меня, но не трогай Гарри, он же совсем еще ребенок! Мужчина, скрывая лицо в тени капюшона одним резким движением волшебной палочки пробил щит и связал девушку. Рыжие волосы прилипали к влажному от слез лицу, но она продолжала что-то кричать ему. - Играть. Палочка. Мужчина не слышал ее, он разглядывал мальчика, который держался за края кроватки и без страха смотрел своими огромными изумрудными глазками на вошедшего. Девушка в ужасе уставилась на ребенка, перестав биться в истерике. Под редкими непослушными волосами ребенка красовался едва заметный зигзагообразный шрам. Алые глаза жадно сверкнули во тьме капюшона, и мужчина взмахнул своей палочкой прямо над лицом ребенка, отчего шрам засветился изнутри. - Интересно. - Гарри… - Мальчик отмечен самой магией, ты понимаешь, что это значит? – Мужчина взглянул на волшебницу и его алые глаза словно светились изнутри, заставляя ее сердце биться в бешеном ритме. - Я не… не знаю. Изумрудные глаза внимательно наблюдали за людьми в комнате. - Предлагаю заключить магический контракт. Твой сын отмечен руной Сигел, такие вещи не происходят просто так, это настоящее благословление, чудо, если тебе так будет угодно. - Что… - Девушка в шоке уставилась на Темного Лорда, не понимая, серьезны ли его слова. В школьные годы Лили не очень-то интересовалась рунами, поэтому не стала уточнять ничего, вдруг Воландеморт передумает, однако она сможет все разузнать об этом позже самостоятельно. По всей видимости ее муж уже был мертв. Она прекрасно понимала, что нельзя соглашаться, но магические контракты нерушимы и это действительно могло спасти жизнь ей и маленькому Гарри. Лилии никогда не была глупа, если она откажется сейчас, вероятно, они погибнут вслед за Джеймсом. - Да… да, хорошо, я согласна. – Девушка, освобожденная от волшебных пут, поднялась и протянула руку мужчине напротив. Зеленый луч смертельного проклятья врезался в грудь волшебницы и она бездыханным телом рухнула на пол. Темный Лорд вскинул палочку на темный дверной проем уже готовый произнести проклятье, но его тело одеревенело и он не в силах был пошевелить даже кончиком мизинца. Внутри вскипала самая настоящая ярость, он заявился в этот дом не убивать чету Поттеров, а всего лишь договориться на пакт о ненападении, однако ситуация в корне изменилась, как только он увидел руну на лбу ребенка. Подумать только, ребенок действительно дитя света, благословленный самой матерью – Магией, одно его существование уже говорит об огромной магической воле и благотворном влиянии на окружающих. И получив такой подарок судьбы он оказался скован по рукам и ногам одним из непростительных, какая же мерзость. - Мама! Дядя! – Крохотные бусинки слез наполнили глаза мальчика и он схватил мужчину за край мантии, до которой мог дотянуться через деревянные прутья кроватки. - Том, твоя самонадеянность всегда мешала тебе трезво мыслить. Так не пойдет, миру нужно спокойствие, нужно падение Темного Лорда, нужна победа, нужен ребенок света, нужна вера, его судьба была решена давно, он Избран самой Магией. Темный Лорд развернулся к кроватке ребенка и вскинул на него палочку, рука, с крошечным шрамом вдоль запястья, дрожала под пристальным взглядом мальчика, который успел затаить дыхание, растирая слезы по лицу крохотным кулачком. - Нападение на благословленную душу. – Мужчина так и не появился из тьмы коридора, однако Темный Лорд отчетливо ощущал его своей спиной. Он понимал, чем может грозить такое преступление. Раздался холодный скрипучий смех. – О, мне действительно жаль, что даже после смерти тебе не обрести покой. Лицо мужчины в черной мантии было непроницаемо, но палочка продолжала дрожать, на ее кончике уже загорелся знакомый мрачно зеленый огонек. Ребенок лишь хлопал глазками, продолжая одной ручкой тянуть край чужой мантии. - Авада Кедавра… Комнату наполнил зеленый свет, нечеловеческий рев и боль. Много боли. И ребенок закричал. Вся его магия резко вырвалась из тела огромным магическом выбросом, разрушая все здание до основания. Неизвестный мужчина скрылся за секунду до выброса, досадливо цокнув языком. Не могло все пройти настолько гладко, как он полагал.

***

Гарри подскочил на своей кровати не сразу осознав, что кричит. По его щекам стекали слезы, а шрам впервые за последнее время неистово жгло до белых пятен перед глазами. Комната была погружена во тьму и первым делом он зажег Люмос, освещая не до конца задернутый полог своей кровати. - Гарри? Все нормально? – Сонный голос Рона казался очень далеким, в ушах стоял звон. - Да, да, просто кошмар приснился. – Хриплым голосом отозвался Гарри. Но Рон уже спал. Растерев лицо трясущимися руками Гарри облокотился на изголовье кровати, осознавая, что не сможет заснуть после такого потрясения. Моменты из ночного кошмара постепенно тухли в его сознании, в то время как дыхание приходило в норму. Он отчетливо помнил трясущуюся палочку, зеленый луч проклятья и нечеловеческий крик вперемешку с болью и отчаянием. Как только шрам перестал разрезать черепную коробку и боль из резкой превратилась в ноющую, он, на негнущихся ногах направился в ванную. Плеснув ледяной водой в лицо пару раз, Поттер двумя руками оперся о края раковины. Дыхание действительно пришло в норму, но легче от этого не становилось. Уже вечером этого дня должны были вернуться остальные студенты с Рождественских каникул. Оставаться в комнате казалось самой настоящей пыткой и он, схватив сумку с пола и вынимая из кармана мантию двинулся на выход из башни гриффиндора. В данный момент ему было глубоко плевать на школьного завхоза, на его кошку и на спящие картины. Размашистыми шагами Гарри спускался все ниже и ниже в самые глубины подземелий школы. Ноги сами привели его в заброшенный дуэльный зал, зеркала там уже не было и парень с облегчением скинул с себя мантию-невидимку проходя к знакомым пыльным скамейкам. Глупо гоняя пыль по поверхности одной из коробок мысли приходили в относительный порядок. Пергамент в его руках слегка нагрелся, оповещая о новых сообщениях и Гарри с трудом оторвался от увлекательнейшего занятия, разворачивая желтоватый листок.  «У тебя все нормально?» Впервые с момента их приезда в Хогвартс Гарри жалел, что трухлявая шляпа отправила его на этот чертов «геройский» факультет. Он смотрел на ровные завитки букв и словно не видел их. В нем поднимался целый спектр неоднозначных эмоций и, наверное, впервые в жизни он действительно желал быть просто обычным мальчиком с обычной жизнью, пусть и в приюте, но зато без всех этих магических проблем. «Я знаю, что ты не спишь. Хватит меня игнорировать.» Гарри рассеяно достал из кармана перьевую ручку и неловко пытался вывести читаемые буквы. «Не сплю. Как ты угадал?» «Почувствовал.» Невольно теплая улыбка тронула его губы. «Не переводи тему. Так что случилось?» «Просто кошмар приснился, ничего такого.» Некоторое время ответа не было и Гарри даже начал думать, что друг решил дальше не развивать эту тему и с сожалением свернул обратно пергамент. Однако тот вновь слегка нагрелся и парень заледеневшими руками вновь его развернул. «Где ты?» Поттер в недоумении уставился на вопрос, понимая, что, вероятно, друг уже покинул свою спальню. Поэтому он не стал отговаривать его и просто сдался, черканув пару слов и оперативно получая емкий ответ. «Сиди там.» Холод пробирал до костей и до парня только дошло, что он выскочил из теплой спальни прямо в пижаме. Пальцы на руках слегка покраснели, а изо рта вылетали невесомые облачка пара. Подняв палочку и покрутив ее в руках он наколдовал очередной Люмос. Тепло от заклинания было едва уловимым, но Гарри все равно поднес замерзшую руку к самому кончику палочки. Парень попеременно грел руки и никак не мог понять, какого черта за последние пол года он успел набрать такой багаж приключений на собственную задницу. Всю сознательную жизнь он просто хотел обычной жизни как у любого нормального человека, спокойной жизни. Но сейчас Гарри сидел и пытался сопоставить факты по легендам о его чудесном спасении магической Британии от Темного Лорда и этому чертовому сну, вместе с треклятым шрамом, который временами выжигал сознание до звездочек перед глазами. За всеми этими мысленными терзаниями его и застал Том, накидывая на друга теплую школьную мантию. Тот не спешил начинать разговор и лишь наблюдал как напряженные плечи постепенно расслабляются, а дрожь отходит. В неотапливаемом кабинете действительно было безумно холодно. - Отогрелся? – Безучастно спросил Том держа в тонких пальцах подаренный артефакт, но его цепкий взгляд пристально изучал друга, пытаясь уловить малейшие изменения. - Наверное. Так определенно лучше. – Гарри горько усмехнулся, впервые поднимая взгляд от светящегося кончика собственной палочки на пару коробок, что скрывали их от входа. – Я видел, как волшебник направил палочку прямо мне в лицо, и произнес убивающее проклятье, а потом была ослепительная вспышка и он рассыпался с ужасающим криком. Гарри поднял полные боли глаза на друга, тот лишь выжидающе наблюдал, не говоря ни слова. - Там было что-то еще, но сознание словно стирает эти воспоминания, отставляя лишь вспышку боли и зеленый луч проклятья. – Гарри невесело хмыкнул, продолжая нервно крутить палочку в руках. – Чувствую себя как в паршивом спектакле, словно ответ у меня прямо на ладони, но я его в упор не вижу. И шрам, его жгло так будто кто-то пытался воткнуть мне в череп раскаленный нож. – Голос невольно сорвался на хрип к концу фразы. На пару минут воцарилась напряженная тишина, ночь была в самом разгаре, а они сидели в пижамах в заброшенном классе где-то в подземельях тысячелетней школы черт знает где и пытались осознать в каком дерьме оказались и что с этим теперь делать. Гарри не знал, вероятно это были его собственные воспоминания, да, он вроде как победил Темного Лорда, но чертов шрам похоже был другого мнения и давал о себе знать не самым приятным образом. В больничном крыле медиведьма не нашла никаких проблем, обычный шрам, как если бы он разбил лоб об дверной косяк и тот не шибко хорошо зажил. Никаких проклятий в нем не было. Отчаяние накрывало парня с головой, с каждым разом боль становилась все невыносимее, но он не имел ни малейшего представления, что же с этим делать. Наклонившись, он почти доставал растрепанными волосами до собственных колен, неимоверным усилием воли сдерживая слезы. Меньше всего ему хотелось сейчас расплакаться перед другом. - Гарри. – Том осторожно коснулся плеча друга. – Пойдем. Словно на автопилоте они шли по пустым коридорам, петляя между разными поворотами. Картин в подземельях почти не было, все они располагались на верхних этажах, сырость очевидно им не сильно нравилась. Гарри отрешенно переставлял ноги, слепо пытаясь сосредоточиться на спине друга, на его крепкой хватке в районе предплечья. Очнулся он только когда его усадили на кровать. Поттер пару раз моргнул, осматривая комнату, сознание медленно возвращалось к функционированию. - Том? – Гарри наблюдал как друг обходит кровать с другой стороны и ложится, задергивая полог со своей стороны. В спальне первого курса слизерина. - А ты хотел пойти к Уизли? – Усмехнулся Том, дергая друга за руку, утягивая в мягкую кровать. – Если ты думал, что я отпущу тебя, то очевидно шляпа была права, отправляя тебя на львиный факультет. Но если действительно хочешь уйти, то отговаривать не буду. - Нет, я… определенно не собирался возвращаться туда. – В голове было абсолютно пусто и парень просто прикрыл глаза, расслабляясь. – Спасибо. Сон накрыл незамедлительно, такие эмоциональные потрясения были непривычны и безумно его вымотали. - Идиот. Натянув одеяло почти до самой макушки друга, парень задумчиво уставился на деревянный потолок кровати. Он чувствовал, как рядом с ним мерно дышал Гарри. Том так и не смог сказать, что тоже чувствовал эту нестерпимую боль, похоже их связь оказалась намного серьезнее, чем он предполагал.

***

Появились в большом зале они только к обеду. Гарри безумно не хотел вставать, нежась в кровати, пока его друг пристроился рядом с очередным учебником по зельям и перебирал его растрепанные во сне волосы свободной рукой. Однако вставать все равно пришлось. К ужину должны были вернуться остальные студенты и Том очень не хотел оказаться в очередном эпицентре факультетской ненависти. Идти в башню гриффиндора в пижаме было бы очень глупо, поэтому, придумав очередную легенду про библиотеку и натянув чужую одежду парни нехотя спустились в большой зал. Рон долго возмущался что Гарри ушел утром ничего ему не сказав, по всей видимости забыв ночное пробуждение от кошмара. Остаток времени до ужина ребята дружно провели в библиотеке, заканчивая оставшуюся домашнюю работу. Рыжий взглядом метал молнии в Тома пока тот объяснял Поттеру важность точного добавления слизи Флоббер-червя чайными ложками, а не всей пиалы разом. --- Гермиона вернулась с каникул невероятно разочарованный, она долго мучала ребят расспросами об их поисках, и долго сокрушалась их же безответственности, на что Гарри лишь закатывал глаза. На данный момент его больше волновал шрам, который продолжал каждую ночь мучать его кошмарами о родителях и той самой ночи. Но больше всего его раздражало то, что после пробуждения он помнил лишь эмоции и отдельные фрагменты, разумеется, он был тогда совсем маленьким ребенком, однако его раздражение было очевидно всем. Парень начал часто срываться на друзей, даже на Тома, который, впрочем, отлично понимал причины такого поведения в отличии от гриффиндорцев и старался собрать всю свою сдержанность в кулак. Они уже почти утратили надежду отыскать имя Фламеля в одной из библиотечных книг. Хотя Рон по-прежнему не сомневался в том, что уже встречал это имя. Когда начался семестр, они стали снова забегать в библиотеку в перерывах между уроками и в течение десяти минут лихорадочно листали первые попавшиеся под руку книги. Конечно, можно было бы ходить в библиотеку после занятий, но Гермиона все свободное время посвящала домашним заданиям и внеклассному чтению, а у Гарри свободного времени вообще почти не было, потому что возобновились тренировки по квиддичу. Вуд заставлял своих подопечных тренироваться на пределе возможностей. Он увеличивал продолжительность тренировок и их частоту, и даже бесконечные дожди, пришедшие на смену снегу, не могли остудить его пыл. Близнецы Уизли жаловались, что Вуд стал настоящим фанатиком, но Гарри был на стороне своего капитана. Бесконечные тренировки помогали отвлечься и выплеснуть все негативные эмоции на квиддичном поле и после таких тяжелых, изматывающих вечеров ему почти не снились кошмары. Во время очередной тренировки, в тот день шел сильный дождь, и стадион превратился в грязную лужу, Вуд принес команде плохие новости. Возможно, он и держал бы их при себе, боясь уронить боевой дух своих игроков, но вышло так, что он жутко разозлился на близнецов Уизли, которые, поднявшись в воздух, бомбардировали друг друга мячами и делали вид, что вот-вот упадут со своих метел. - Да хватит вам дурачиться! - Внезапно заорал Вуд. - Вот из-за такой ерунды мы вполне можем проиграть матч! Чтобы вы знали, судить игру будет Снейп, а уж он использует любой повод для того, чтобы записать на наш счет штрафные очки! Услышав это, Джордж Уизли на самом деле свалился с метлы. - Судить будет Снейп? - Невнятно пробормотал он, поднимаясь с земли и выплевывая забившуюся в рот грязь. - Что-то не припомню, чтобы он когда-нибудь судил игры. Да, от него справедливого судейства ждать не придется, он ведь понимает, что в случае победы мы обойдем его любимчиков. Остальные игроки приземлились рядом с Джорджем и тоже начали возмущаться. - А что я могу поделать? - Развел руками Вуд распаляясь еще больше. - Теперь мы просто обязаны играть так, чтобы у него не было ни малейшего повода к нам прицепиться. Иначе не видать нам кубок школы! Гарри молча кивал головой. Джордж и остальные были правы, но вдобавок ко всему, у Гарри были свои причины, по которым он не хотел, чтобы Снейп оказался поблизости, когда он будет играть в квиддич. После тренировки игроки, как обычно, задержались в раздевалке, чтобы поболтать, но Гарри направился прямиком в общую гостиную гриффиндора, где застал Рона и Гермиону за партией в шахматы. Гермиона всегда всё знала лучше, чем другие, но вот в шахматы она часто проигрывала. - Пожалуйста, подожди, не отвлекай меня. - Попросил Рон, заметив краем глаза Гарри. - Мне надо сконцентрироваться, потому что… Рон поднял глаза на Гарри. - Что с тобой? - С интересом спросил он. - Вид у тебя просто жуткий. Прикинув пару отговорок в собственной голове, он выдал единственную версию, которая могла бы убедить друзей не лезть дальше. Тихим, спокойным голосом, чтобы никто не услышал, Гарри рассказал им о внезапном желании Снейпа судить матч по квиддичу. - Тебе нельзя играть. - С ходу заявила Гермиона. - Скажи, что ты заболел. – Рон внезапно потерял всякий интерес к шахматам и переключил все свое внимание на мокрого и потрепанного друга. - Сделай вид, что сломал ногу. - Или сломай ее на самом деле. -Заявил Рон, по всей видимости уже готовый воплотить свое предложение в жизнь. - Я не могу. – Гарри невольно попятился назад, но был пойман цепким хватом подруги и та усадила его в ближайшее кресло. - У нас нет запасного ловца. Если я не выйду на поле, то и вся команда не выйдет. В этот момент в комнату ввалился Невилл, ввалился в самом прямом смысле слова. Непонятно было, как ему удалось пробраться сквозь дыру за портретом Полной Дамы, потому что его ноги прилипли одна к другой, словно на Невилла наложили специальное заклинание. Должно быть, ему пришлось прыгать всю дорогу до башни Гриффиндора. Все дружно расхохотались, кроме Гермионы, которая подскочила к Невиллу и произнесла формулу, снимающую заклятье. Ноги Невилла тут же разъехались в разные стороны и парень мешком рухнул на пол, поднимая очередной всплеск хохота в гостиной. - Что случилось? - Спросила Гермиона, подводя его к Гарри и Рону. - Малфой случился. – Голос Невилла дрожал, будто Малфой мог его сейчас услышать. - Я встретил его в коридоре у библиотеки. Он сказал, что ищет кого-нибудь, на ком можно попрактиковаться. - Немедленно иди к профессору МакГонагалл! - Подтолкнула его Гермиона, готовая сама отвести его к декану. - И расскажи всё, как было! Невилл покачал головой. - Хватит с меня неприятностей. - Пробормотал он, усаживаясь рядом с Гарри. - Но ты должен это сделать, Невилл! - Возмутился Рон. - Он вечно пытается втоптать всех в грязь, а ты сам в нее ложишься и облегчаешь ему работу! - Не надо объяснять мне, что я недостаточно смел для того, чтобы быть членом Гриффиндора. - Невилл всхлипнул. - Малфой мне уже это доказал. Гарри запустил руку в карман и вытащил оттуда «шоколадную лягушку», последнюю из тех, что прислала ему на Рождество Гермиона. Он протянул её Невиллу, у которого был такой вид, словно он вот-вот расплачется. - Ты стоишь десяти Малфоев. - Произнес Гарри. - И ты достоин того, чтобы быть в Гриффиндоре. - Павильно! Ведь Волшебная шляпа сама отобрала тебя на наш факультет. Ну а где оказался этот Малфой? В вонючей дыре под названием Слизерин — вот где. – Гордо заявил Рон с видом бывалого мудреца. Невилл слабо улыбнулся и развернул «лягушку». - Спасибо, Гарри. - С благодарностью произнес он. - Наверно, я пойду посплю… Да, вот карточка - ты ведь их собираешь, верно? Проводив взглядом Невилла, Гарри опустил глаза на карточку, которую он держал в руке, с карточки на него смотрели лукавые глаза из-под очков половинок. Он передал ее Рону, собирать коллекцию не сильно хотелось, но сладость действительно была вкусной. - Дамблдор, как раз он был на моей самой первой ка… Рон вдруг задохнулся от волнения. Он смотрел на карточку, словно не в силах был отвести от нее глаз, а потом поднял их на Гарри и Гермиону. - Я нашел его! - Прошептал он. - Я нашел Фламеля! Я же говорил вам, что уже видел это имя. Слушайте! «…Профессор Дамблдор прославился, помимо всего прочего, победой над темным волшебником Грин-де-Вальдом в 1945 году, открытием двенадцати способов применения крови дракона и работами по алхимии, проведенными совместно с его партнером Николасом Фламелем…» Гермиона вскочила на ноги. Она не выглядела такой взволнованной с тех пор, как им объявили оценки за самое первое домашнее задание, которое Гермиона, разумеется, выполнила на «отлично». - Ждите здесь! - Приказала она и рванула к лестнице, ведущей в спальню девочек. Гарри и Рон едва успели обменяться ошарашенными взглядами, а Гермиона уже возвращалась к столу с тяжеленной древней книгой в руках. - Мне даже никогда не приходило в голову искать его здесь! - Взволнованно прошептала она. - А ведь я взяла ее в библиотеке еще несколько недель назад! Специально, чтобы отвлечься от учебников, для легкого чтения. - Легкого? - Переспросил Рон, рассматривая огромных размеров древний фолиант. Гермиона вместо ответа посоветовала ему помолчать, пока она не найдет то, что надо, и начала лихорадочно переворачивать страницы, что-то бормоча себе под нос. - Я так и знала! - Воскликнула она, найдя то, что искала. - Я так и знала! - Нам уже можно говорить? - Раздраженно поинтересовался Рон. Гермиона сделала вид, что не слышала вопроса. - Николас Фламель. - Прошептала она таким тоном, словно была актрисой, исполняющей драматическую роль. - Николас Фламель - единственный известный создатель философского камня! Ее слова не произвели на Гарри и Рона того эффекта, на который она рассчитывала. - Создатель чего? - Переспросили они в один голос. - Ну, это уж слишком. Вы что, книг не читаете? Ладно, тогда прочитайте хоть этот кусок… Она подтолкнула к ним книгу. «Древняя наука алхимия занималась созданием Философского Камня, легендарного вещества, наделенного удивительными силами. По легенде, камень мог превратить любой металл в чистое золото. С его помощью также можно было приготовить эликсир жизни, который делал бессмертным того, кто выпьет этот эликсир. На протяжении веков возникало множество слухов о том, что Философский Камень уже создан, но единственный существующий в наше время камень принадлежит мистеру Николасу Фламелю, выдающемуся алхимику и поклоннику оперы. Мистер Фламель, в прошлом году отметивший свой шестьсот шестьдесят пятый день рождения, наслаждается тишиной и уединением в Девоне вместе со своей женой Пернеллой (шестисот пятидесяти восьми лет)». - Поняли? - Спросила Гермиона, когда Гарри с Роном закончили чтение. - Должно быть, собака охраняет философский камень Фламеля! Я не сомневаюсь, что он попросил об этом Дамблдора, потому что они друзья и еще потому что Фламель знал, что кто-то охотится за его камнем. Вот почему он хотел, чтобы камень был в самом защищенном месте в мире, в Хогвартсе! - Камень, который всё превращает в золото и гарантирует тебе бессмертие! -Воскликнул Рон. - Неудивительно, что Снейп хочет его украсть. Любой бы захотел иметь такой камень. - И еще неудивительно, что мы не могли найти имя Фламеля в «Новых направлениях в современной магической науке». - Заметил Гарри. - Современным его не назовешь, ведь ему шестьсот шестьдесят пять лет. На следующее утро, на уроке по защите от Темных искусств, записывая различные способы исцеления от укусов волка-оборотня, Гарри и Рон все еще обсуждали, что бы они сделали с философским камнем, попади он к ним в руки. И только когда Рон сказал, что купил бы себе команду высшей лиги по квиддичу, Гарри вспомнил про Снейпа и предстоящий матч. Начисто игнорируя ноющий шрам и пристальный взгляд профессора в смешном тюрбане. - Я обязательно буду играть. - Твердо заявил он после урока, когда они с Роном и Гермионой вышли из класса. - Если я не появлюсь на поле, все подумают, что я испугался. Я им всем покажу… Я сотру с их лиц улыбки, если, конечно, мы выиграем. - Разумеется, если, конечно, кому-нибудь не придется соскребать с поля то, что от тебя осталось. - Пессимистично заметила очень переживающая за Гарри Гермиона.

***

Однако, несмотря на свое смелое заявление, по мере приближения игры Гарри нервничал все больше и больше. Да и другие игроки команды были не слишком спокойны. Мысль о том, что они могут обогнать Слизерин в школьном чемпионате, грела всем душу, ведь за последние семь лет это никому не удавалось. Но шансы на то, что такой пристрастный судья, как Снейп, позволит им это сделать, были не слишком велики. Возможно, Гарри это просто казалось, или он сам это придумал, но он натыкался на мрачного профессора повсюду, куда бы ни направлялся. Иногда он даже спрашивал себя, не следит ли Снейп за ним, пытаясь подловить его на чем-нибудь или сделать ему что-нибудь плохое? Во всяком случае, уроки Снейпа превратились в ежедневную пытку. Он придирался к Гарри по любому поводу и вел себя просто омерзительно, однако последнее эссе все же оценил не на «выше ожидаемого», а на «отлично». Несомненно, профессор понимал, что его сосед по парте помогал с этим заданием, но ничего не сказал по этому поводу. Может быть, он каким-то образом догадался, что они узнали о философском камне? Гарри не представлял, как такое могло произойти, но иногда у него появлялось очень неприятное ощущение, что Снейп может читать чужие мысли. Погода была просто отвратительная, холодный пронзительный ветер и мелкий дождик, грозящий превратиться в настоящий ливень. Рон и Гермиона проводили Гарри до раздевалки и ушли, пожелав ему удачи, он не сомневался, что друзья гадают, удастся ли им увидеть его живым после матча. Все это, признаться, не слишком обнадеживало. Натягивая спортивную форму, он даже толком не слышал, о чем говорил Вуд. Пока Гарри переодевался, Рон и Гермиона нашли свободные места на трибуне и сели рядом с Невиллом. Тот никак не мог понять, почему у них такой мрачный и озабоченный вид и зачем они принесли с собой на игру свои волшебные палочки. Гарри не знал о том, что они тайком от него ежедневно практиковали Обезноживание - то самое заклятие, которое наложил на Невилла Малфой. Эта прекрасная идея пришла им в голову одновременно как раз в тот день, когда Гермиона расколдовала Невилла. Они были готовы наслать проклятие на Снейпа в тот самый момент, когда им хоть на мгновение покажется, что тот хочет причинить вред Гарри. - Значит, не забудь, надо произносить «Локомотор Мортис» - Прошептала Гермиона, когда Рон спрятал свою палочку в рукав. - Я помню. - Отрезал Рон. - Не будь занудой! Тем временем в раздевалке Вуд отвел Гарри в сторону. - Не хочу давить на тебя, Гарри, но сегодня нам, как никогда, нужно, чтобы ты поймал снитч как можно раньше. Нам надо закончить игру прежде, чем у Снейпа будет шанс нас засудить. - Там вся школа собралась! - Высунувшись за дверь, прокричал Фред Уизли, натягивая ботинок на ногу, а второй ногой в носке скакал по раздевалке. - Даже… Будь я проклят, если это не сам Дамблдор пожаловал на игру! Сердце Гарри подпрыгнуло в груди и сделало двойное сальто. Он чуть не расхохотался во весь голос, два самых неприятных человека в школе сейчас будут смотреть как он позорится на пару сотен человек. Настроение рухнуло еще ниже. - Никогда не видел его таким злобным. - Прошептал Рон, обращаясь к Гермионе. - Смотри, они начинают. Ой! Кто-то сзади ударил Рона по затылку. Разумеется, это оказался Малфой со своей свитой. - О, Уизли, извини, я тебя не заметил. На лице Малфоя была издевательская усмешка. Стоявшие рядом с ним Гойл и Крэбб тоже ухмылялись. Гастрелл, Нотт и Забини же шли с такими постными лица, будто им отключили все эмоции разом. - Интересно, как долго Поттеру удастся удержаться на метле на этот раз? - Громко спросил Малфой, зная, что Рон, Гермиона и Невилл прекрасно его слышат. - Кто-нибудь хочет поспорить? Может, ты, Уизли? Хотя да, спорить-то тебе не на что… Рон не ответил, он внимательно смотрел на поле, где Снейп только что наказал Гриффиндор штрафным очком за то, что Джордж Уизли отбил бладжер в его направлении. Гермиона, которая сидела, положив руки на колени и скрестив все пальцы, не сводила глаз от Гарри. Тот кружил над остальными игроками, оглядываясь по сторонам в поисках своего мяча. - Кажется, я понял, по какому критерию в Гриффиндор набирают сборную по квиддичу. - Громко заявил Малфой несколько минут спустя, когда Снейп снова наказал Гриффиндор штрафными очками, причем абсолютно без повода. - Жалость - вот чем они там руководствуются. Вот возьмем Поттера - он сирота. Возьмем близнецов Уизли - они абсолютно нищие. Так что странно, что они не взяли в команду тебя, Лонгботтом, ведь у тебя начисто отсутствуют мозги. Собрали бы идеальную команду для подметания поля своими грязными тушками. Вы вышли бы в учебники как самая худшая команда в истории! Невилл густо покраснел, но все-таки нашел в себе силы повернуться к Малфою. - Я стою десятка таких, как ты, понял? - Пробормотал он, запинаясь. Малфой, Крэбб и Гойл покатились со смеху. Невилл неуверенно посмотрел на Рона. Рон почувствовал его взгляд, но просто не мог отвести глаза от происходившего на поле. - Разберись с ним сам, Невилл. - Шепнул он. - Знаешь, Лонгботтом, если бы мозги были из золота, ты бы все равно был беднее Уизли, а это показатель. - Не успокаивался Малфой. Рон так переживал за Гарри, что нервы его были напряжены до предела. - Я предупреждаю тебя, Малфой. - Прорычал он, на секунду отворачиваясь от поля. - Еще одно слово… - Рон! - Вдруг воскликнула Гермиона. - Смотри на Гарри! Гарри внезапно устремился вниз, красиво войдя в пике, на которое зрители отреагировали аплодисментами, восторженными воплями и изумленными криками. Гермиона вскочила с места, не понимая, что происходит, а Гарри пулей несся к земле. - Тебе повезло, Уизли, кажется, Поттер заметил на поле мелкую монетку! - Растягивая слова, произнес Малфой. Рон не выдержал. И прежде, чем Малфой понял, что происходит, Рон уже сидел на нем, придавливая к земле. Невилл несколько мгновений колебался, а лотом кинулся ему на помощь. - Давай, Гарри! - Завопила Гермиона, глядя, как Гарри летит, набирая скорость, прямо на Снейпа. Она уже поняла, что это он сам направил метлу вниз, и нервное напряжение сменилось ликованием. Она даже не замечала, что позади нее идет ожесточенная борьба и по трибуне катается клубок из пяти тел, из которого беспрестанно вылетают поднятые кулаки и доносятся звуки ударов и вскрики. А там, в небе над полем, Снейп как раз разворачивал свою метлу, в последний момент заметив что-то золотое, просвистевшее мимо его головы, а в следующую секунду пролетевший мимо профессора Гарри вышел из пике, победно вскинув руку, в которой был зажат золотой снитч. Трибуны взорвались криками и аплодисментами: они никогда не видели, чтобы снитч поймали в самом начале игры. Похоже было, что Гарри Поттер установил рекорд. - Рон! Рон! Где ты?! Игра закончилась! Гарри выиграл! Мы выиграли! Гриффиндор вышел на первое место! - Радостно вопила Гермиона, подпрыгивая на сиденье, а потом кинулась обнимать сидевшую перед ней Парвати Патил. Том вместе с Ноттом наблюдал за набирающим оборотом представлением. Малфой верещал как девчонка, когда в пылу битвы Рон заехал ему прямо в нос ногой, отбиваясь от двух огромных туш его телохранителей. Отвращение от этого звука заставило остальных слизеринцев спешно покинуть трибуну. Никто не хотел вмешиваться, Малфой в последнее время словно с цепи сорвался, выводя даже своей родной факультет. Немного спуститься с небес на землю ему не помешало бы. Гарри спрыгнул с метлы прямо в жидкое месиво, не обращая внимания на, набирающий силы, ливень. Он никак не мог поверить в то, что произошло. Ему все удалось, и игра закончилась, не продлившись и пяти минут. Гарри оглянулся, услышав позади крики: на поле выбегали болельщики Гриффиндора. И тут он заметил приземляющегося неподалеку Снейпа. Лицо его было белым, а губы плотно сжаты, он быстрым шагом направился в сторону трибун. Гарри ощутил, как на его плечо опустилась чья-то рука, и, обернувшись, увидел над собой улыбающегося профессора Дамблдора. - Великолепная игра. - Негромко, чтобы его мог слышать только Гарри, произнес Дамблдор. - Рад, что ты не переживаешь из-за этого зеркала… Что ты продолжаешь жить и радоваться жизни… Прекрасно… Сердце Гарри пропустило удар. И по всей видимости даже не один, поскольку радостные крики вокруг стихли, а вся кровь отхлынула от лица. Он смотрел в спину удаляющегося директора и не в силах был собрать мысли в кучу и двинуться к раздевалкам. Это директор принес то зеркало в заброшенный класс. И, вероятно, он видел их с Томом в тот день. Он видел и слышал все, о чем они говорили. Настроение упало ниже плинтуса, хотя, казалось бы, куда хуже.

***

Некоторое время спустя Гарри в одиночестве вышел из раздевалки, собираясь отнести свой «Нимбус-2000» в специальное помещение, предназначенное для хранения метел. Кажется, он никогда в жизни не чувствовал себя таким разбитым, не смотря на феерическую победу. Сегодня он сделал то, чем мог гордиться, и никто больше не мог сказать, что Гарри Поттер — это всего лишь известное имя. Но радости не было. Хотелось побиться головой о что-нибудь твердое и выбить этот лукавый взгляд из своей памяти. Ему даже не хотелось думать, видел ли директор только тот вечер или он периодически захаживал в этот класс. Почему они его не заметили? Мог ли он находиться там в ту ночь после кошмара? Сколько вообще знал директор? Мозг просто взрывался от количества вопросов, ответы на которые Гарри не знал. Вечерний воздух никогда не пах так кисло. Гарри шел по мокрой траве, прокручивая в голове события последнего часа, слившиеся в одно гневное отчаяние. Он видел, как все бросаются его поздравлять, как он взлетает в воздух, подбрасываемый десятками рук, как вдали радостно прыгает Гермиона, как машет ему Рон, у которого почему-то идет из носа кровь. Видел как Том бросает на него мимолетный взгляд, выходя с поля в сопровождении остальных слизеринцев. Гарри дошел до домика на холме, в котором хранились метлы. Ему некуда было торопиться, и он стоял там, глядя по сторонам, а затем посмотрел на замок, окна которого отсвечивали красным в лучах заходящего солнца. Из замка быстро выскользнула темная фигура, лицо ее было закрыто капюшоном. Некто, кто очень не хотел, чтобы его видели, быстро шел в сторону Запретного леса. Мысли о квиддиче и директоре вылетели у Гарри из головы. Он узнал эту хромающую походку. Это был Снейп, он тайком пробирался в лес, пока вся школа ужинала в Главном зале. Пробирался с какой-то целью… Гарри одним прыжком оказался на метле и поднялся в небо. Бесшумно скользя над замком, он заметил, как Снейп переходит у опушки леса на бег и исчезает среди деревьев. И Гарри устремился вслед за ним. Лес был такой густой, что Гарри не видел, куда именно пошел Снейп. Он летал над лесом кругами, постепенно снижаясь, едва не касаясь верхних веток деревьев, как вдруг услышал голоса. Гарри спланировал туда, откуда они доносились, и бесшумно приземлился на верхушку бука. Он аккуратно спустился, уселся на толстой ветке и, крепко сжимая в руках метлу, уставился вниз, пытаясь разглядеть профессора. И наконец увидел его. Снейп стоял прямо под ним на темной поляне, но он был не один. С ним был профессор Квиррелл. Гарри не видел выражения его лица, но слышал, что Квиррелл заикается еще больше, чем обычно, а значит, он ужасно нервничал. Гарри напряг слух и затаил дыхание. - …Н-н-не знаю, п-почему вы ре-ре-решили в-встретиться именно здесь, С-С-Северус? - О, я просто подумал, что это очень личный разговор. - Произнес Снейп ледяным тоном. - Ведь никто, кроме нас, не должен знать о философском камне, уж по крайней мере школьникам слышать наш разговор совсем ни к чему. Гарри нагнулся: он никак не мог разобрать, что лопочет в ответ Квиррелл. Но тут Снейп снова оборвал его. - Вы уже узнали, как пройти мимо этого трехголового зверя, выращенного Хагридом? - Н-н-но, С-С-Северус… - Вам не нужен такой враг, как я, Квиррелл. - Угрожающе произнес Снейп, делая шаг к заикающемуся профессору. - Я… Я н-не п-понимаю, о ч-чем в-вы… - Вы прекрасно знаете, о чем я говорю. - В голосе Снейпа звучала холодная ирония. Внезапно поблизости громко заухала сова, и Гарри от неожиданности чуть не упал с ветки. Он изо всех сил пытался удержаться на ней и явно пропустил часть разговора, потому что, когда Гарри снова обрел равновесие, Снейп уже заканчивал свой, судя по всему, продолжительный монолог. - …насчет ваших фокусов. Я жду. - Н-но я н-не… - Запротестовал Квиррелл. - Очень хорошо. - Оборвал его Снейп. - В ближайшее время мы снова встретимся, когда вы все обдумаете и наконец решите, на чьей вы стороне. Снейп закутался в мантию, накинул на голову капюшон, повернулся и ушел. Было уже почти совсем темно, но Гарри отчетливо видел Квиррелла, застывшего посреди поляны. Профессор, резко выдохнул и рассмеялся. Холодно и до безумия жутко. Гарри даже на секунду показалось, будто профессор сквозь густой лес смотрел прямо на него. Не желая оставаться там ни секунды дольше, Поттер перехватил метлу поудобнее и взмыл в воздух, надеясь как можно быстрее оказаться в теплой и уютной спальне, и, разумеется, пересказать все события Тому. Проблемы нарастали как снежный ком.