.

Двигатель рыкнул, и машина плавно тронулась с места. Первые минуты Феликс постепенно расслаблялся — Хан вёл аккуратно, музыка лилась тихо, но всё изменилось, как только они выехали на ночную трассу. —Расслабился? - Джисон бросил на него хищный взгляд и вжал педаль в пол. Машина рванула вперёд, резко лавируя между потоками машин. Фары мелькали как в калейдоскопе. —Хан! Ты… - Феликс вцепился в ручку двери, костяшки побелели, —Остановись, немедленно! Придурок ещё один! —Ой, полегче, - Джисон лишь усмехнулся и добавил газу, —Не умрем, не ссы. В этот момент Аран мягко положила свою ладонь поверх его сжатой руки. Её прикосновение было удивительно спокойным. —Ты только дыши, - её голос прозвучал как якорь в этом хаосе, —У Хана инстинкт самосохранения отключен, но все заебись будет, честно. И странно — леденящий ужас отступил, сменившись почти иррациональным чувством безопасности. Может, дело было в её твёрдом взгляде, а может, Феликс просто начал сходить с ума вместе со всеми ними. Машина продолжала нестись по ночной трассе, но теперь Феликс смотрел на дорогу уже с другим чувством. Его пальцы всё ещё впивались в ручку, но паника сменилась странным возбуждением. —Видишь? Не так уж и страшно, - Аран с лёгкой улыбкой наблюдала за ним, —Джисон может и придурок последний, но он никогда не переходит черту. —Черту? - Феликс скептически поднял бровь, —А что, она ещё осталась? Хан громко рассмеялся, ловко обгоняя фуру: —Расслабься уже! Привезу в целости и сохранности. Юнхо, сидевший спереди, вдруг повернул голову: —Кстати, Феликс, а ты знаешь, что не так давно Хан выиграл нелегальные гонки? Феликс медленно перевел взгляд на Джисона: —Серьёзно? —Э-э... - Хан нервно почесал затылок, —Ну, показательные выступления с участием полиции. —Ну хоть удрал, - на огромное удивление усмехнулся блондин, —Прав то нет, ясное дело. Что у одного, что у второго. —Ага, прав нет, - Джисон самодовольно хмыкнул, вновь прибавляя скорость, —Зато опыт вождения с пятнадцати лет. Феликс почувствовал, как у него подкашиваются ноги, даже сидя. —С пятнадцати? - его голос сорвался чуть ли не на фальцет, —Вы оба... вы оба просто ходячие катастрофы. Мама меня убьёт. Если мы, конечно, до дома доживём. —Эй, не драматизируй! - Хан попытался сохранить браваду, но голос выдал его, —Я же аккуратно... —Аккуратно? - Феликс с горькой усмешкой покачал головой, —Ладно... просто... езжай помедленнее, а? Ради моего седого сердца, - он откинулся на сиденье, смирившись с судьбой. Хван тем временем ворочался в постели. Сон никак не шел. Он спустился на кухню, выпил молока и начал подниматься обратно в комнату, но тут его остановила мама, с просьбой полить клумбы на их участке. Парень не отказал. Надел обувь и взял шланг. Так как была весна, на улице было уже тепло, но всё ещё было темно. Ну, как сказать темно, лучше сказать начало темнеть. Сумерки. Воздух был свежий и чистый, слышалось, как стрекочут сверчки. Была очень хорошая атмосфера, парню очень нравились такие моменты. Прям как в детстве. Он тогда часто с мамой выходил так по поздним вечерам весной. Та поливала цветы, а парень, как неугомонный, носился с сочком за бабочками. После поливки, он присел на ту самую качель, которую так обожал в детстве. Недолго думая, как на автомате, он вытащил из кармана пачку сигарет. Его распущенные волосы трепал ветер, от чего тот хмурился. Мимолётные секунды и серое облако дыма развеялось в воздухе. Внутри ему становилось легче, спокойнее. Где то в глубине своего разума он понимал насколько это вредно, но моменты блаженного успокоения не давали забросить курить. Это было единственное, что правда избавляло от непрошеных тревог и мыслей. Сигареты помогали бороться со всем, что переодически накатывало. Но, естественно, никому никогда не высказывался. Считал это ненужным. Показателем слабости — что привил ему отец с детства. Дым крутился в легких и сквозь горечь внезапно проступил другой вкус — воспоминание. Феликс. Его настойчивое "выкинь", его глаза, полные непонятной тревоги за чужое здоровье. Хёнджин фыркнул, выпуская дым струйкой в прохладный воздух. —«Бесится, как наседка, из-за одной сигареты» - с усмешкой подумал он. Хёнджин сделал новую затяжку, теперь уже с вызовом. Дым заполнил лёгкие, и образ Феликса стал чётче. —«Пусть себе бесится», - с упрямством подумал он, но беззлобно —«У каждого свои костыли». Он сделал последнюю затяжку, медленно выпуская дым. Внезапно его мысли перенеслись к сегодняшнему вечеру — к тому моменту, когда Феликс сидел у него в комнате, объясняя алгебру. Он вспомнил, как он терпеливо переписывал решение снова и снова, пока Хёнджин не начинал хоть что-то понимать. Никакого раздражения, только упрямая настойчивость. «Он действительно верит, что из меня может выйти что-то путное» - с легкой усмешкой подумал он. Мысль была одновременно и тёплой, и неудобной. Приятно, когда кто-то в тебя верит. Сложно — когда не знаешь, сможешь ли оправдать эти ожидания. В школе, придя ко второму, он вальяжно растянулся за партой рядом с Джисоном. —Хван, надеюсь, ты хотя бы глянул параграф? - Хан нервно теребил ручку. —Бля... нет, - невозмутимо ответил Хёнджин, разглядывая себя в камеру телефона. —Ну всё, пиздец. На тебя последняя надежда была. —Расслабься, спишем. Первый раз что ли. Почти сразу, после выдачи листков с самостоятельной, у Хёнджина уже были все ответы. Звонок прозвенел, словно стартовый выстрел. В коридоре он сразу заметил Феликса, но тот был занят разговором с Чанбином. Он подошёл бесшумно, как хищник. —...я просто, наверное, заревновал тебя к Хёнджину, - Чанбин не поднимал глаз, его плечи были напряжены. Хёнджин не сдержал порыва. Хохот, резкий и громкий, разорвал воздух. Он смеялся так, что слезы выступили на глазах, держась за стену для равновесия. —Ох бля... - он выдохнул, пытаясь говорить, —Ты... ты серьёзно? Со застыл, его лицо исказилось от ярости. Прежде чем Феликс успел среагировать, кулак Чанбина со всей силы обрушился на плечо Хвана. Хёнджин пошатнулся, потирая ушибленное место. Его взгляд скользнул по побелевшему лицу Чанбина, и снова раздался тот же едкий смех. Брюнет резко развернулся и исчез в толпе. Феликс бросил на Хвана взгляд, полный немого упрёка: —Я с тобой скоро с ума сойду... Хёнджин, наконец перестав смеяться, пожал плечами и направился к своим друзьям. —Ты совсем ебнулся? - Юнхо по дружески толкнул того в плечо, —На полшколы твой ор слышно было. —Да вы не поняли... - Хёнджин, всё ещё давясь от смеха, начал пересказывать ситуацию. Вскоре вся их компания грохотала в коридоре. На английском, по всем старым традициям, Хёнджин и Хан, сидевшие рядом, начали молча пихать друг друга. Пока Джисон не выдержал и со всей силы треснул Хвана тяжёлым пеналом по голове. —Хван! Хан! - учительница в ярости врезала кулаком по столу, —Сколько можно?! Вышли вон! Оба! И больше не приходите на мои уроки, раз вести себя нормально не умеете! Парни лениво поднялись, сгребли рюкзаки и вывалились в коридор. Проходя мимо парт, Хёнджин заметил пустые места Феликса и Чанбина. В туалете Джисон сразу достал сигареты. Хёнджин, закурив, спросил сквозь дым: —Ты не в курсе, где Феликс? —Хз, ушёл куда-то с кудрявым. В этот момент из дальней кабинки донёсся приглушённый плач и шёпот. Дверь без защёлки легко поддалась. Внутри на крышке унитаза сидел Чанбин, с лицом, искажённым от слёз, а Феликс стоял над ним, гладя его по волосам. Увидев их, Со разрыдался ещё сильнее. Феликс резко вытолкал обоих оттуда: —Вы совсем охринели? - прошипел он. —Да чё мы сделали то? - Хёнджин развёл руками с наигранным непониманием. —Да достали его ваши насмешки, не видишь что ли? - блондин сжал кулаки. Хёнджин фыркнул, выпуская дым в сторону: —Ой, да ладно тебе драматизировать. Мы просто немного подкалываем. Не надо делать из мухи слона. —Шутки — это когда всем смешно. А он сейчас рыдает в туалете, Хван. —Ну может, он просто слишком чувствительный? - Хёнджин наклонился ближе, —Мы же не бьём его, не обзываем по-настоящему. Чё он как маленький? —Чувствительный? - Феликс сжал губы, его голос стал твёрже, —Хёнджин, хватит. —Да что Хенджин то? Он ещё с началки презирал нас. Для всего класса мы нормальные, а для него — хер знает кто. Он хотел видеть нас плохими? Видит. Все честно. —И что? - в его голосе слышалась усталость, —Может, просто покажете ему, что вы не такие плохие, какими он вас считает? —А с хера ли мы должны под него подстраиваться? - Хван резко затянулся, выпуская дым, —Мы не обязаны ему что то доказывать. —Мы должны бегать за ним и доказывать, что мы хорошие? Серьёзно? - вмешался Джисон, —Может, ещё и извинимся за то, что дышим неправильно? —Я не знаю, что между вами происходило все эти годы, - Феликс смотрел то на Хёнджина, то на Джисона, —И не буду делать вид, что понимаю вашу историю. Но то, что происходит сейчас... — он кивнул в сторону закрытой кабинки, откуда доносились приглушённые всхлипы, —Просто остановитесь. —Ладно, - его голос прозвучал резко,—Идём, Джи. Нахуй это нужно — выслушивать нотации. Чанбин, сорян, реально не хотели. И они ушли, заставляя Ли устало выдохнуть. После уроков Феликс поймал Хёнджина у раздевалки: —Эй, постой на секунду! Он обернулся с натянутой ухмылкой: —Н-е-е-т, опять мораль читать будешь! Может, сразу в психологии подашься? —Я серьёзно, - блондин попытался поймать его взгляд. —Ой, какие мы серьёзные! - Хёнджин игриво подмигнул. —Хёнджин... —Слушай, я вообще-то на важную встречу опаздываю, - он сделал вид, что смотрит на несуществующие часы, —Моя прекрасная кровать ждать долго не будет. Феликс вздохнул, понимая, что сегодня разговора не получится. Хёнджин уже пятился к выходу, продолжая шутить: —Не грусти, Ликси! Завтра приду в школу с плакатом «Прости меня, Со Чанбин». Попрошу своих организовать флешмоб всей нашей компанией. Сам лично станцую ему танец с бубном! Он выскочил за дверь, оставив Феликса стоять с полуулыбкой и чувством лёгкого раздражения. Уклоняться от серьёзных разговоров Хёнджин мастерски умел — это была его лучшая защита. Хёнджин вполз в дом, швырнул рюкзак в угол и залёг в ванну. Десять минут под почти кипятком — и он вынырнул, как обновлённый. —«Бля, скучища смертная» - мелькнуло в голове. Телефон в руках зажёгся сам собой, открывая групповой чат. —«го гулять. не хочу в кровати гнить» —«пас, свидание» - сразу пришло сообщение от Аран. —«с кем? с тем типом мутным опять?» —«заткнись))» —«чё тут происходит?» - вмешался синеволосый. —«Джисончик, родной, выручай, гулять надо» —«не, только не сегодня. завтра пошли» —«да вы ахуели????» —«мы тебя любим, зайка, в другой раз» - написала девушка. —«а Юнхо где, блять?» Словно по сигналу, в чате всплыло сообщение: —«сплю. пока» Строчка «онлайн» погасла. —«Чхве, ты мне всю жизнь испортил, козлина» —«поддерживаю. мудила» - ответил Джисон, и следом вышел из сети. Хван швырнул телефон на стол и уткнулся лицом в подушку. —«Суа звать вообще не вариант, спит сейчас» - подумал он, но мысли разрезала вибрация. Экран светился именем «Ликс». —«Привет, не мешаю?» —«нотации — мешают, ты — нет))» —«Боже. Погулять не хочешь?» Хёнджин чуть не продырявил экран пальцем, отвечая: —«Ликс, спасибо, что существуешь. я как раз на улицу рвался. подойдешь ко мне через час?» Феликс смотрел на экран, и по его лицу медленно расползалась улыбка. «Ликс, спасибо, что существуешь» Он перечитал эти слова еще раз и усмехнулся. —Дурной, - пробормотал он, вставая с кровати, —Наверное, от скуки умирает, раз он аж так радуется. Феликс замер перед шкафом, критически оглядывая свои вещи. Его взгляд скользнул по привычным худи и джинсам. «Блин, - мелькнула мысль, —А ведь Хёнджин всегда выглядит... с иголочки». Феликс подошёл к месту встречи на две минуты раньше и замер, увидев Хёнджина. Тот прислонился к фонарному столбу в чёрной косухе, под которой виднелась идеально белая футболка, и с невозмутимым видом листал ленту в телефоне. Даже в полумраке вечера он выглядел так, будто только что сошёл со съёмочной площадки. —Наконец-то, - Хван поднял взгляд, убирая телефон в карман. Его глаза оценивающе скользнули по Феликсу, и в уголках губ дрогнула тень улыбки, —Нарядился, что ли. Для меня специально? Феликс почувствовал, как кровь приливает к щекам, и пожалел, что не остался в обычном худи. —А ты как всегда... - он сделал жест в сторону его образа, — ...при полном параде. —Привычка, - Хёнджин пожал плечами, отталкиваясь от столба, —Не могу же я разочаровывать своих фанатов, - он подмигнул и тронулся в путь. Тишина длилась ровно столько, чтобы стало неловко. Хёнджин вдруг развернулся к Феликсу с хищной ухмылкой. —Л-и-и-кс, - протянул он, —Мы идём на заброшку. Сейчас. —Ты в своем уме, Хван? - он назмурился, —Какая заброшка? —А че, ссышь что ль? - усмехнулся старший. —Честно — да, - признался Ли. —Мда, - Хван фыркнул, но в его взгляде не было насмешки, —Расслабься. Ты ведь со мной, - он произнёс это так просто, словно это было универсальной защитой от всех опасностей мира. Феликс сглотнул, чувствуя, как странное спокойствие наполняет его, но все еще упрямился: —Вот скажи мне, ты издеваешься? Я полчаса перед зеркалом торчал, чтобы в грязи по заброшкам ползать? Хёнджин расхохотался, похлопывая его по спине: —Ой, прости-прости, - он комично поклонился, —Не думал, что ради меня устроишь показ мод. —Заткнись, - Феликс сгоряча попытался отряхнуть несуществующую пыль с рукава, —Просто... смотри, если я испачкаюсь, ты мне новую одежду покупаешь. —Без базара, - он подмигнул, —Будет сделано. Заброшенный отель возвышался перед ними, выбеленные стены покрытые граффити и гниющими подтёками. Хёнджин без колебаний переступил через вывороченную дверь, исчезнув в чреве здания. —Феликс, шевели булками! - его голос эхом разнёсся по пустому холлу. Ли замер на пороге, вцепившись в косяк. —Хёнджин... - его голос сорвался на шёпот, —Там точно нет... ну... обитателей? Из темноты донёсся хриплый смех: —Брось. Иди сюда, трусишка, - Хван протянул руку. Феликс, в свою очередь, вцепился в нее как утопающий. Хёнджин потянул блондина за собой вглубь зала, его пальцы всё ещё сжаты вокруг запястья блондина. —Смотри-ка, - он внезапно остановился перед стеной, исписанной граффити, и ткнул пальцем в одну из надписей, —Наше старое творчество. На штукатурке кривыми буквами было выведено: «Хан Джисон еблан». Снизу помельче приписали: «Сам такой, сволочь» —Это вы...? - Феликс недоверчиво провёл пальцем по потрескавшейся краске. —Ага, - Хёнджин усмехнулся, с гордостью глядя на вандальное искусство, —Год назад тут ебланили. Он озорно подмигнул: —Говорю же, место проверенное. Даже наши автографы на память остались. Они шли по помойке под ногами. Земля была усыпана осколками от бутылок, смятыми банками, шприцами. Повсюду валялись обглоданные собаками кости, белея на грязной земле. Блондин вцепился в руку Хёнджина. Не просто взял — схватил так, что пальцы побелели. Это была не просьба, а железная хватка, не оставлявшая выбора. Он не давал старшему ни малейшего шанса отпустить его. Позже, миновав третий этаж, они выбрались на крышу. Их встретил вечер. Небо пылало багрово-золотым закатом. Лёгкий ветер качал верхушки деревьев, словно проводя по ним невидимой рукой. —Здесь красиво. Очень, - выдохнул блондин, и его голос прозвучал неестественно громко в наступающей тишине. —Ага, - коротко бросил старший, его взгляд скользнул по лицу друга, задерживаясь на его широко открытых глазах. Феликс сделал несколько неуверенных шагов по гравию крыши, подошвы скрипели по мелким камням. Он подошёл к краю, и любопытство пересилило страх. Он посмотрел вниз. —Хёнджин... - имя сорвалось с его губ шёпотом, в котором не было ничего, кроме леденящего ужаса. —Чё такое? - он обернулся. —Тут полицейские... Воздух застыл.