Каменный город

твое имя давно стало другим глаза навсегда потеряли свой цвет пьяный врач мне сказал, тебя больше нет пожарный выдал мне справку, что дом твой сгорел но я хочу быть с тобой я хочу быть с тобой я так хочу быть с тобой я хочу быть с тобой и я буду с тобой

В каждом человеке есть изъяны. Никто из нас несовершенен. И все мы имеем кучу отрицательных качеств. Но есть люди, которые называются лицемерами. Кто же это такие и чем они могут нам навредить? Лицемер — это человек, который ведет себя неискренне. Такие люди всегда скрываются под масками, они тщательно прячут свои «лица», чтобы никто не смог понять, какой же этот человек на самом деле. Такие люди никогда не показывают своих настоящих чувств, эмоций или переживаний. Лицемерие — это противоположность такой замечательной черте характера как искренность. Искренние люди всегда открыты, всегда общительны, а лицемеры, наоборот же, скованны и скрытны. Однако, нам очень хочется верить, что вокруг все люди честны с нами, добры к нам, но это не так. Не всегда за словами и поступками даже самых близких нам людей скрываются только хорошие побуждения, не всегда эти люди готовы протянуть нам руку помощи. Часто получается так, что кто-то ищет выгоду только для себя, не учитывая чувства, эмоции других людей. В этом и заключается лицемерие. Очень часто, достигнув своей цели, лицемерный человек меняется в своём поведении и тут-то он показывает себя настоящего. И всё же, это не всегда добрый и пушистый человек. Поэтому нам часто бывает досадно, когда мы понимаем, что долгое время мы верили человеку, нестоящему ни капли нашего внимания, но в случае Белова который любил свою жену или же Пчёлкина, который тоже когда-то был влюблен в Олю, они не верили что все что сейчас происходит, дело рук женщины, которая сначала попыталась выпутаться, но засос на шеи, которого не было ещё с утра, расставил все точки. Они сидели в отдельном кабинете, который им выделил знакомый врач в больнице. — Всё, маски сняты, господа. — Саша развел руки в сторону. — Прошу на стол Ваш козырь, дама. — Не смотри на меня так, Саша! — она хищно улыбнулась. — Я знаешь чего понять не могу, — начал Пчёла, — за что? Что моя Таня тебе сделала такого, что ты решила её убить? — он сидел в самом дальнем углу комнаты. — Жаль не убила. — ядовито сказала Оля. В кабинете раздался звонкий шлепок, на щеке девушки отпечаталась маленькая ладошка Евы, которая ударила Белову, с такой силой, с которой только могла. — Ты озверела? — Оля попыталась кинуться на девочку, но Космос выставил руку с пистолетом перед лицом девушки. — Тронешь её, и даже Саша тебя не спасёт. — процедил Холмогорова. — Кос, перегибаешь. — начал Белый, — Идите лучше с Евой покушайте. Мы с Пчёлкиным сами разберёмся. Космос ничего не ответил, но убрал ствол, взял Еву за руку, и вышел из кабинета. Витя протёр глаза, и встал из кресла, он подошёл к Беловой и наклонился над ней. — Ты хоть понимаешь, как сильно я её люблю? Разве ты никогда не любила? — парень говорил чётко каждое слово. Витя ни разу не моргнул, он смотрел прямо в глаза бывшей Суриковой. — Нет. — чёткий и ясный ответ отпечатался в сознании Белого раз и навсегда. Но девушка врала бесовестно, глядя в глаза. Она любила любила сына, любила Макса, любила бабушку, и даже от части любила Белова. В дверь постучала медсестра, а потом зашла, Витя замер, он застыл как статуя на одном месте. Саша в свою очередь очень сильно напрягся, если девушка скажет что Таня не выжила, как он будет смотреть глаза своему лучшему другу, своему брату? — Пчёлкин Виктор Павлович, кто из вас? — спросила медсестра. — Я. — коротко ответил Витя, его бросило в жар, а после в холод, ладони вспотели от нервов. — Операция закончена. — сказала девушка, и слегка улыбнулась. — Состояние Татьяны Владимировны стабильное, — Витя судорожно выдохнул, а камень с души Белого спал. — она сейчас под наркозом. Никаких жизненно важных органов задето не было. — К ней можно? — спросил Пчёлкин, все так же стоя рядом с Беловой, которая поняла что это все, это конец. Медсестра отрицательно кивнула головой. — Пожалуйста! Это моя невеста, я спать не лягу если не увижу её. — Зайдёт только один, и то на пять минут. — девушка согласилась и вышла. Витя повернулся к другу и закричал от радости, парни обнялись, и оба посмотрели на Ольгу. Саша уже понял кто ей помогал, и кто оставил ей засос на шеи, он уже отправил к нему Шмидта. Оставалось лишь ждать, когда найдут Макса. — Иди, Брат. — Сказал Белов не отводят взгляда от жены. — Я сам разберусь. Но думаю что ни я, ни ты, не имеем права судить её. Судить тебя Сурикова, будет — Саша показал куда-то в стену. — Таня, а дружка твоего, начну убивать я, а закончит Пчёла. Оля ничего не ответила, лишь отвернулась от мужа, пытаясь спрятать слезы. Она очень сильно переживала за Макса, он отец её сына, он самый близкий для неё человек. Витя вышел из кабинета, оставляя пару одних, он пошёл в след за медсестрой, которая ожидала его за дверью. Самые страшные опасения не подтвердились, это радовало, это заставляло жить дальше. Он зашёл в реанимационную, Таня была похожа на труп, не хватало только гроба. Витя прикусил язык от своих мыслей. Но девушка и правда была похожа на труп тёмные волосы, были все слипшимися, в её собственной крови, хотя они должны были быть в медицинской шапочке. Таня была очень бледной, из-за потери крови, пухлые губы, которые всегда были цвета вишнёвого сока, сейчас приобрели слегка синеватый оттенок. Витя вязл стул, который стоял около стены, подвинув его ближе к койке, он сел. Кончиком пальцев Пчёлкин легонько погладил щеку девушки, на который обычно был румянец, Таня была холодной, Витя отдернул руку. — Танюшка моя. — с глаз полились горькие слезы. — Моя родная, — парень взял холодную лодонь девушки. — Я знаю, ты слышишь меня, Танечка, прости, прошу прости меня, ты говорила, что она не та кого за себя выдаёт. А я не верил, — Пчёлкин стёр слезы с лица, и притянул к губам пальцы Тани. — Танюша, ты должна жить! Слышишь меня? Ты обязана жить! — его руки тряслись, и не только руки, он сам трясся — Ева не выдержит ещё и твою смерть я не выдержу, ты самое дорогое что у меня есть, я клянусь! Клянусь, Танюшка моя, я отомщу, отомщу за тебя, а потом ты очнешься и мы поженимся, обязательно поженимся! Поры бы уже, столько живём вместе. — он закрыл глаза продолжая все так же держать лодонь девушки около своих губ. Витя плакал, целуя ледяную лодонь Тани, но девушка как лежала мертвенно бледной, так и лежала. Её глаза были закрыты, а на лице была безмятежность, в реанимационную постучала медсестра. — Мне пора идти, Танюш, — он встал и наклонился к ней, — Я приду очень скоро, не успеешь даже соскучиться. — Витя поцеловал в бледную щеку девушку. Парень поставил стул обратно и вышел, — Спасибо вам большое! — Пчёла достал из кармана брюк кошелёк, и протянул несколько купюр медсестре. — Берите! Не отказывайтесь, время трудное, медсестры мало зарабатывают. — Спасибо большое. — девушка взяла купюры и быстро положила в карман. В коридоре Витя увидел Космоса и Еву. Холмагоров сидел на корточках напротив девочке, и что-то ей говорил, а та лишь кивала, после он её обнял, девочка заплакала ему в плечо пиджака. Пчёлкин вытер слезы и подошёл к ним. — Хвостик, я у Тани был. — он сел рядом, и положил руку на спину девочке. — Операция закончилась, все будет хорошо, Танюшка наша сильная, выкорабкается. — Правда? — Ева отстранилась от Космоса и Витя увидел заплаканое лицо девочки. — Правда. — он кивнул, и отвернулся, стараясь не показывать слабости. Из кабинета в самом начале коридора, выскочил Саша, держа за одежду Олю, чтобы та не сбежала. — Кос! — Саня обратился к другу. — С крестницей тебя! Томка родила! — Белый был очень рад, хоть какой-то хорошей новости за сегодняшний день. — Девочка! — Видишь Малая, не все так уж и плохо. — хмыкнул Холмагоров, и потрепал белокурую макушку Евы. — Сань, как назвали? — Пчёла знает. — он подмигнул другу. А Космоса в непонятках посмотрел на Белого, а после и на Пчёлу. — Таня. — Пчёлкин натянул улыбку. Тома по другому не могла, слишком сильно она любила Таню, но не сильнее чем он.

***

Таня гуляла на Патриарших прудах, она видела как Берлиоз спорил о существовании бога с Воландом, ещё она видела чёрного кота который ходил на задних лапах, кот называл себя Бегемотом, девушка видела как познакомилась Маргарита с мастером. Видела как Маргарита вылетала из своей квартиры. Картинки менялись одна за другой, не давая долго засматриваться, или что-то понять. Вдруг все прекратилось, и она оказалась в своей старой квартире, она выглядела точно так же как и до смерти мамы. Только мусора не было, не было зловонного запаха алкоголя. Таня прошлась на кухню, и увидела обоих родителей, мать жарила картошку, а отец сидел подперев подбородок рукой и любовался женой. Пара не была похожа на алкоголиков или наркоманов, наоборот, они выглядили очень хорошо, Алевтина такая же красивая как и на фотографиях в свои двадцать, да и Вовка, тоже молодой, здоровый мужчина. — Танечка, проходи доченька! — сказал мужчина, искренне улыбаясь дочери. — Ну рассказывай, как Ева поживает? — Я что умерла? — девушка по настоящему была удивлена. — Дочь, садись, чего стоишь? — мама перекинула себе на плечо вафельное полотенце и села за стол. Таня послушала маму, но она ничего не понимала, что здесь происходит? Где она? Девушка села в самый дальний угол от родителей, Владимир улыбнулся дочке, и закурил сигарету. — Ну чего молчишь? Как там моя младшая дочь? — отец посмотрел на неё, и повернулся к жене. — Всё хорошо, — честно ответила Таня. — В первый класс пошла. — Эх Вовка, что ж мы при жизни такие дурные то были? — Алевтина тяжело вздохнула, и встала к сковороде. — Таньке нормального детства не дали, а теперь не увидим как младшая растёт. — Да Аль, согласен, молодые были дурные, ты дочур не сердчай, — мужчина посмотрел на Таню. — Прости, не путевых. Таня молча встала, еле сдержавая слезы и обняла отца, вдруг она поняла что по настоящему, искренне простила его, за все свое ужасное детство, за нехватку внимания, за постоянные попойки. Девушка стояла обнимая отца и плакала, плакала от того что чувствует его объятия. Таня увидела как её отец плачет, так же как и она, он раскаевается. К ним присоединилась мать, женщина обняла свою семью, и тоже начала плакать. — Мам, извини! — не сдержавая слез Таня попросила прощения. — Извини, за то что нормально не похоронила тебя. — Танька, я не обижалась на тебя, просто напросто не на что, мы с Вовой умерли, оставили вас одних, это мы просим прощения. Тем более, ты живая, ты не должна цепляться за нас. — Алевтина держала дочь за голову, смотря прямо в глаза. — И сейчас тебе рано умирать, у тебя там сестра, и он. Держись за него, он тебя по настоящему любит, ты даже не представляешь как он сейчас сходит с ума. — Да, доченька, — отец обнимал Таню со спины. — Такому мужчине я доверяю своих маленьких Жучков. — Ты меня так в детстве называл. — Таня улыбнулась сквозь слезы. — Потому что когда тебе было два годика, ты ходила в беленьких трусиках, и постоянно говорила " Жу, Жу, жу» — мужчина засмеялся. — Тань, не гоните от Евы Космоса, — попросила мать. — Он никогда не сделает ей больно, во всех отношениях, они должны быть вместе, сам будет страдать, искать женщин, менять их. Но по настоящему счастлив он будет только с ней. — Мам, так у них разница в возрасте, аж восемнадцать лет! — возмутилась Таня. — Я тебе говорю, он не обидет её! — Алевтина сделала голос чуть строже. — Ну все, тебе пора, он уже ждёт тебя. Передай сестре что мы её безумно любим, Передашь? — Что значит пора? — удивилась девушка. — Наше время прошло, а твоё ещё нет, передай Еве обязательно! — Женщина ещё раз обняла дочь. — И зятькам привет! — Владимир обнял Таню. — Я люблю вас! — Таня начала плакать. — А мы тебя! — в один голос сказали родители. Они начали развеваться, как дымка, а потом и во все исчезли. Таня осталась одна, просто в темноте. Не было не тепло, не холодно, она ничего не чувствовала, лишь слышала где-то на фоне, очень знакомый голос мужчины, он звал её, девушка начала идти на голос. Шла, и шла, а звук становился все чётче и чётче. Не было сомнений, она знала этот голос, знала каждую интонацию каждый оттенок голоса. Таня узнала кому он принадлежит, это человек которому она будет благодарна всю свою жизнь, это человек которого она будет любить всю жизнь, это человек которого она полюбила ещё в девяносто первом, осенью, когда в неё стреляли, когда она очнулась в офисе на столе. Это человек, который раз и навсегда изменил её жизнь, и без которого она вряд-ли захочет жить. Он звал её, в голосе слышалась вся нежность, которую он мог бы ей дать, когда она подошла так близко, чтобы чётко слышать что он ей говорит то услышала «Моя Танюшка» он всегда её так называет, ласкового, нежно, любя, по домашнему. — Витя. — прошептала девушка и открыла глаза. Перед ней сидел Пчёлкин, он внимательно смотрел на неё, в его глазах читала дикая радость, дикий восторг, но единственное что он сделал, это мягко улыбнулся, привстал со стула и поцеловал её в лоб, а после сел обратно. — Я очень сильно люблю тебя, я так рад что ты пришла в себя. — он сказал это очень тихо, но для неё это был чуть ли не крик. - Я тоже тебя очень сильно люблю. - она слабо улыбнулась ему. - Знаю, Танюшка моя. - Витя погладил по тёмным волосам рукой, и остановился на щеке. Это был тот самый момент, когда не хотелось что-то говорить, да и это особо и не нужно. Все было и так понятно, он просидит ещё несколько часов над её койкой, и промолчит. Запоминая каждый миллиметр её лица, запоминая цвет изумрудных глаз, запоминая контур губ.