июль.

Утром солнце спасётся из ночной темноты.

Do you have a girl? I don't see,

A ring on your finger.

Well that's interesting, have you

Ever thought of dating a singer?

Утром в машине заиграет очередной трек, виолетта малышенко напряжённо ведёт машину, катастрофически превышая скорость, пока рони спит на соседнем сиденье и смеет улыбаться во сне. Спящая рони — красивая. Бледная кожа, светлые волосы спадают на лицо, рот чуть приоткрыт, а виолетта фыркает, глядя на неё. Не отвлекаться от дороги, лучше вслушаться в радио, сонно передающее что-то о новостях и погоде на завтра, завтра будет жаркий солнечный день, о да, будет жаркий солнечный день. Июльский полдень будет раскалять мостовые в городе, где они остановятся, и дай бог, чтобы там оказалось хоть какое-нибудь захудалое казино, потому что рони никогда не проигрывает в покер. Если казино не окажется — что же, придётся подбросить монетку, висящую на шее у виолетты, монетка держится на тонком вощёном шнурке, протянутом сквозь квадратную дырку внутри круглого, как блин, золотого талисмана. Этот талисман виолетта обычно снимает с шеи и резко подбрасывает в воздух, а затем подпрыгивает высоко-высоко — рони дразнит её за маленький рост, малышенко всегда огрызается — это выглядит смешно и пугающе одновременно, ловит в ладони так, чтобы монетка лежала на левой руке, поднимает правую. Одна сторона — в городе будет спокойно, они всего лишь зайдут в какой-нибудь ресторан, спокойно поедят, оставив яркую машину неподалёку, а уедут уже на другой, позаимствовав у кого-нибудь невезучего. Это значит — спокойствие. Другая сторона — очередной ювелирный магазин или ломбард останется без прибыли, потому что Виолетте нравится угрожать людям револьвером, потому что обе девушки смеются в лицо опасности, потому что их давно разыскивает доблестная полиция но, ха-ха, угадайте, кому наплевать? А после малышенко выкурит дорогую сигарету, стряхивая пепел на мостовую, и на миг прикроет глаза, получив лёгкий поцелуй от рони, и ветер будет трепать короткие темные волосы. Это значит — ярость. Будет жаркий солнечный день, виолетта вдавливает педаль газа в пол, разгоняясь до какой-то немыслимой скорости, ещё немного — и вырвиглазно-красная машина взлетит куда-то в небо, отталкиваясь от шоссе. Юные и пригожие, они не подчиняются никаким запретам. Хотя они ни разу никого не убивали — но слава абсолютно безбашенных девушек летит вперёд них. Впрочем, малышенко думает, что рано или поздно им кто-то сядет на хвост и тогда придётся действовать другими методами, а не простым запугиванием. Впрочем, ни смерть, ни убийство её не пугают, ведь малышенко — дикая, а Вербицкая хоть и кажется милой и ласковой, но в карих глазах её пляшут демоны. Утром рони проснётся, скажет, что рассвет сегодня красивый, потягиваясь, как только что проснувшаяся кошка, а виолетта остановит машину, фыркнет что-то и протянет Вербицкой оставшийся с очередного города сэндвич, он слегка почерствел, но всё равно вкусный. рони что-то промурлычет, приластиться к виолетте, обнимая её, а малышенко фыркнет, но обнимает в ответ. Рассвет будет оранжевый, как апельсин, потом солнце поднимется, и настанет пора снова ехать, все дороги им открыты, Лас-Вегас, Нью-Йорк, Лос-Анджелес, всё для них, этот мир принадлежит им, только им. Свобода — вот о чём они обе всегда мечтали. Лишь бесконечная, пьянящая, безумная свобода, когда ты можешь делать что хочешь и как хочешь, нарушать любые запреты и вдыхать утренний воздух, пропитанный свежестью. У них в душе вечный июль.