Сильвана. Земля обетованная

Баталия в руинах ЗМЗ у башни «Сурик Футуристик» завершилась фактически ничьей. «Стервятники» отступили, оценив дальнейшие потери как экономически нецелесообразные. Представители CyberHex оперативно вышли на контакт с авторитетами группировки и предложили компенсационный пакет за «причинённые неудобства». Формулировка была стандартной — без признания вины и с оговоркой о форс-мажоре. В ответ «Стервятники» обязались передать треть личного состава, техники и логистических каналов в распоряжение корпорации. С точки зрения корпоративной математики сделка была выгодна обеим сторонам. К тому же главарь группировки прекрасно понимал: в грядущем переделе влияния разумнее заранее числиться среди партнёров победителя. Единственным пунктом, который Двенадцатипалый настоял внести в отдельное приложение к соглашению, было требование передать ему остроухую синекожую тварь, уничтожившую его людей. Корпорация обещала «рассмотреть запрос в рабочем порядке», не давая никаких гарантий. В Круге Кантари о ситуации с агентом Заврос знали. Отдел оперативного реагирования уже подготовил эвакуационную группу и резерв поддержки. Однако без прямой санкции руководства операция оставалась замороженной. Молчание сверху выглядело слишком демонстративным, чтобы быть случайным. Лектора Браун состояла с агентом Заврос, профессионально доверительных отношениях, почти дружеских, и не собиралась терять столь ценный актив. Она уже прикидывала, кого можно задействовать в обход стандартной цепочки согласований, и первым в списке значился агент Лемей, работавший в регионе Монолитов. Когда лифт остановился между этажами, Браун испытала редкое для себя чувство раздражения. В замкнутом пространстве корпоративных башен подобные сбои считались недопустимыми. Она активировала канал аварийной службы, но система, словно издеваясь, тут же восстановила движение. По нейросети Лектора открыла чат технического обслуживания и, не стесняясь в выражениях, зафиксировала претензию с пометкой «потенциальный риск для руководящего состава». После этого лифт безупречно доставил её на верхний этаж — туда, где располагался офис директора Круга. В приёмную Браун вошла, не удостоив секретаршу приветствием. Обычно она строго придерживалась этикета, но сейчас вежливость казалась пустой формальностью. Никто не попытался её остановить — все знали, что это бессмысленно. Единственным препятствием оставалась дверь. Лектора больно ударилась плечом, когда дверь не поддалась. Офис был заперт, причём в режиме полной изоляции. Директор Твен явно не желал принимать посетителей. Осознав бесполезность шума — звукоизоляция была идеальной — Браун подошла к стойке ассистентов. Формально Ричарду требовалась лишь одна секретарь, но объём отчётности и перекрёстных согласований вынудил его расширить штат. Все были ему за это благодарны: первая — за помощь, остальные — за рабочие места. — Как давно директор закрылся и чем занят? — спросила Лектора ровным, почти нейтральным тоном. — Мы не располагаем подобной информацией, — ответила секретарша. Остальные синхронно подтвердили её слова. Браун прекрасно знала: даже если бы они знали, приказ о неразглашении был бы строже любой лояльности. — Как только он освободится… — начала она. — Мы немедленно передадим мистеру Твену, чтобы он связался с вами, — закончила за неё секретарша. — Лично, — уточнила Браун, подчёркнуто медленно, указав пальцем. — Именно так и передайте. Ассистентки, все как одна, кивнули и тут же вернулись к своим задачам, словно разговора и не было. Лектора уже собиралась вернуться в отдел, но свернула в курилку. Одна сигарета не решит проблему, однако лучше выпустить пар, чем сорваться на подчинённых. Внутренние конфликты в Круге были недопустимой роскошью. Любая утечка — и иллюзия инкогнито рассыплется. Круг Кантари был по факту тайной организацией и обладал значительным влиянием, но при этом никогда не принимал решений по масштабным мировым вопросам единолично. Формально они оставались лишь хранителями баланса — теми, кто должен был удерживать мир от окончательного падения в хаос. Официальная же власть, или, по крайней мере, её видимость, по‑прежнему принадлежала Мировому Правительству. Само это название приводило в восторг простого обывателя. Оно звучало весомо, внушительно и обещало порядок. Но на деле Мировое Правительство представляло собой разрозненную коалицию высоких чиновников, олигархов и политических реликтов, искренне верящих, что они всё ещё контролируют судьбы континента. Реальность же давно ушла далеко вперёд. С момента окончания предыдущей глобальной войны прошло немало лет, однако память о ней оставалась болезненно живой. Мир ещё помнил, как легко государства переходили к угрозам применения оружия массового уничтожения, и как тонка была грань между дипломатией и тотальным истреблением. Некоторое время человечество действительно демонстрировало редкий для себя здравый рассудок — так начался период, позже названный Тихой войной. Но Тихая война не означала мира. Она означала затяжное напряжение, экономическое удушение регионов, тайные операции, информационные атаки и бесконечные прокси‑конфликты. Простые жители Гран Юпитера быстро устали быть пешками в чужих играх. Начались восстания. За ними — жестокие подавления, локальные геноциды и, как неизбежное следствие, новый виток мирового кризиса. Круг Кантари тогда выложился полностью, пытаясь стабилизировать ситуацию. Они выступали посредниками, гасили конфликты, устраняли наиболее радикальные угрозы. Но даже их ресурсов и влияния оказалось недостаточно. Мир требовал не баланса — он требовал простых и быстрых решений. И именно в этот момент появилась альтернатива. Та, которую человечество инстинктивно хотело избежать, но к которой его подталкивали собственные страхи и усталость. Приход корпораций к власти не был насильственным переворотом в классическом смысле. Это не были танки на улицах или расстрелы правительств в прямом эфире. Люди сами открыли им двери. Корпорации предложили то, чего больше не могли дать государства: стабильность, рабочие места, безопасность, технологии и иллюзию контроля. Сначала это выглядело как партнёрство. Корпорации брали под управление инфраструктуру, логистику, оборонные контракты. Затем — целые регионы. Мировое Правительство, ослабленное внутренними конфликтами и коррупцией, шаг за шагом передавало полномочия тем, кто демонстрировал эффективность. Вскоре стало очевидно: решения принимаются уже не в залах заседаний, а в закрытых советах директоров. И вот к какому результату это привело. На континенте Гран Юпитер власть корпораций распространилась стремительно. Появились корпоративные регионы и города‑государства, управляемые не законами, а контрактами. Наибольшая их концентрация пришлась на северо‑запад континента, где сформировалась Неофедерация Сверхштатов — крупнейшее объединение корпоративных территорий. Её столицей стал Зеро‑Сити Торжество технологического, социального научного и культурного прогресса. Одним слово — Город Мечты. Но на деле — лютый гадюшник всякого смрада и мерзости. В этом муравейнике люди как-то ещё умудрялись жить. В Зеро‑Сити не существовало понятия «конец рабочего дня» в привычном для обывателя смысле. Здесь время измерялось не часами, а циклами сделок, котировок и приказов. Когда для одних районов города наступала ночь, в других начинался очередной виток активности — смена контракторов, закрытие рынков, открытие подпольных бирж и запуск новых проектов, о которых не писали ни в одном открытом отчёте. Простой житель мегаполиса существовал внутри этой системы не как абстрактная жертва, а как часть большого механизма. Он был одновременно ресурсом, клиентом и выгодой, но при этом — защищённым элементом, за исправность которого корпорации несли прямую ответственность. Он работал на корпорации напрямую или опосредованно, потреблял их продукты, дышал воздухом, очищенным их фильтрами, и пользовался безопасностью, обеспеченной их частными армиями. Гражданство давно стало формальностью. Реальный статус человека определялся набором лицензий, кредитных рейтингов и корпоративных подписок. Корпорации в Зеро‑Сити не просто взаимодействовали с социумом — они формировали его. Они определяли, какие профессии будут востребованы через пять лет, какие районы признают перспективными, а какие спишут как нерентабельные. Массовые увольнения могли быть поданы как оптимизация, а рост цен на базовые услуги — как неизбежная корректировка рынка. Социальная этика здесь не исчезала полностью — она трансформировалась. Корпоративная целесообразность подменяла собой мораль, но взамен предлагала то, чего давно не могли дать государства: стабильность, предсказуемость и функционирующий порядок. Но куда важнее было то, как корпорации взаимодействовали друг с другом. Открытых войн между ними почти не происходило — не из-за гуманизма, а из-за понимания последствий. Полномасштабный конфликт грозил дестабилизацией города, а Зеро‑Сити слишком ценен, чтобы позволить ему утонуть в хаосе. Вместо этого велась непрерывная холодная борьба: поглощения, подставные кризисы, утечки данных, саботаж цепочек поставок и точечные операции руками наёмников и прокси‑структур. Каждый крупный игрок имел собственные теневые активы, о существовании которых знали лишь единицы. Зеро‑Сити стал ареной, где сходились интересы таких структур. Здесь располагались штаб‑квартиры, центры принятия решений и нейтральные зоны, в которых можно было вести переговоры, не опасаясь немедленного удара. Одной из таких точек влияния был Кристалл‑Центр — не просто архитектурный комплекс, а символ корпоративного консенсуса и скрытой власти. Именно здесь, в верхних уровнях города, решались вопросы, которые никогда не попадали в новостные ленты. Вопросы перераспределения сфер влияния, допустимых потерь и тех, кого можно было списать без ущерба для репутации. Корпорация CyberHex занимала в этой экосистеме особое положение. Для Зеро‑Сити она была не просто игроком, а одним из столпов системы — тем, кто вкладывался в инфраструктуру, безопасность и долгосрочную устойчивость мегаполиса. Она не была самой богатой и не владела наибольшими территориями, но обладала тем, что ценилось куда выше — гибкостью, доступом к запрещённым технологиям и главой, способным мыслить на несколько ходов вперёд, таким как Алистер. Алистер Франт стоял у панорамного окна, но его внимание было приковано вовсе не к виду Зеро-Сити. На стекле, поверх ночных огней мегаполиса, разворачивалась полупрозрачная трёхмерная проекция — данные последней операции в ЗМЗ. Тактические схемы, тепловые контуры, временные метки, телеметрия дронов и обрывки нейросвязи наслаивались друг на друга, медленно смещаясь в воздухе по движению его пальцев. В этом момент за спиной главы CyberHex активно возмущался кто-то из высокопоставленный персон корпорации, занимавшую в корпорации одну из тех должностей, которые на визитках выглядели внушительно, а на практике сводились к перераспределению чужой работы и ответственности. Таких «чиновников» Алистер Франт недолюбливал искренне и без всякой романтики — они создавали шум, но редко приносили пользу. — Ваша операция в ЗМЗ стоила корпорации неприемлемо больших средств, — продолжал чиновник, всё больше входя во вкус. — Я вынужден напомнить, что ресурсы CyberHex не являются бездонными. Иногда создаётся впечатление, что вы воспринимаете компанию как личный актив, а не как структуру, подчинённую внутренним регламентам и контролю, Алистер что-то ловил слухом, но не придавал этому большое внимание, — и я настаиваю, что подобные провалы недопустимы на таком уровне, — голос звучал громко, с нажимом. — Мы теряем ресурсы, людей, репутацию. Впечатление складывается такое, будто операцией руководили без должного контроля. Возможно, стоит пересмотреть саму модель управления… Рядом с главой, на расстоянии вытянутой руки, стояла Валка. Она не смотрела на проекцию напрямую, но знала, что именно там отображается. Её внимание было сосредоточено не на данных, а на Франте — на микродвижениях, паузах, том, как долго он задерживал взгляд на отдельных фрагментах. Для неё это и были настоящие приказы. Франт провёл ладонью сквозь проекцию. Один из слоёв увеличился: запись с тактического визора бойца, оборвавшаяся резким скачком шумов. Он задержался на этом фрагменте дольше обычного. — Вы хотите сказать, — произнёс он спокойно, не оборачиваясь, — что проблема в контроле? — Именно, — с готовностью подхватил чиновник. — И в ответственности. Когда решения принимаются кулуарно, без согласования с профильными отделами, последствия становятся… трагическими. Глава корпорации знал подобный тон слишком хорошо. За ним почти всегда следовало предложение: перераспределить полномочия, инициировать аудит, назначить ответственных — разумеется, из числа тех, кто умел вовремя оказаться рядом с рычагами власти. — Продолжайте, — спокойно сказал Франт, не отрывая взгляда от окна. — Мне важно понять, что именно вас беспокоит. Чиновник воспринял это как приглашение. Он сделал шаг вперёд, голос его стал увереннее. — Меня беспокоит отсутствие координации между отделами и самовольные решения, которые приводят к человеческим и финансовым потерям. Например, гибель моего коллеги во время сопровождения конвоя. Считаю, что данное происшествие требует тщательного расследования и пересмотра цепочки командования. В проекции всплыло имя погибшего высокопоставленного сотрудника, помеченное красным статусом: KIA. Ниже — цепочка санкций, подписей и временных отметок. — Любопытно, — сказал он мягко. — Особенно если учесть, что именно вы настаивали на расширенной интерпретации приказа и передаче командования в руки человека без соответствующего допуска. Чиновник замер на долю секунды. — Я говорю не из личных побуждений, — продолжил толстяк в пиджаке уже спокойнее, но с тщательно выверенной снисходительностью. — Я выражаю позицию части управленческого корпуса. Слишком многое в последнее время держится на ваших личных решениях. Это создаёт риски. Для компании. Для города. Для нас всех. Алистер Франт медленно свернул часть проекций. Тактические схемы и потоки данных исчезли, оставив лишь панораму Зеро-Сити — холодную, геометрически выверенную, идеально функционирующую. — Вы когда-нибудь задумывались, — произнёс он негромко, — почему этот город всё ещё стоит? Чиновник нахмурился. — Простите? — Зеро-Сити, — уточнил Франт. — Миллионы людей живут здесь. Сотни корпораций взаимодействуют в этой среде. Только за сутки происходит более тысячи конфликтов. И при этом — ни одного системного коллапса. Ни голода. Ни энергетического кризиса. Ни полномасштабной войны внутри периметра. Он повернулся. Впервые за весь разговор Алистер смотрел прямо на собеседника. — Это не следствие регламентов. И не результат работы комитетов. Чиновник хотел что-то сказать, но Франт поднял палец — не угрожающе, а почти вежливо. — Вы хороший администратор, — продолжил он. — Вы умеете читать отчёты, перераспределять бюджеты, писать письма с правильными формулировками. Такие люди необходимы. Но также обязаны знать где просто управление, а где исключительное владение. Он сделал шаг вперёд. Валка осталась на месте, но внутри возросло напряжение. Наемница не смела перечить тому, кому в действительности принадлежала корпорация и всё и вся в неё входящее. — CyberHex не принадлежит совету, — сказал Франт с холодной улыбкой. — Не принадлежит департаментам. И уж тем более не принадлежит тем, кто пытается использовать трагедии как аргумент в карьерной игре. Проекция снова ожила. На стекле вспыхнули временные метки, маршруты, подписи. В центре — цепочка командования той самой операции. — Вы говорили о гибели коллеги, — продолжил Алистер. — О провале. О безответственности. — Глава корпорации сделал едва заметный жест, и один из узлов схемы подсветился. — Это ведь ваша подпись? — указал он на трехмерную проекцию документа, от наличия которого чиновник побледнел. — ВЫ настояли на изменении маршрута конвоя, — без нажима, почти буднично сказал Франт. — ВЫ расширили трактовку приказа. ВЫ знали о рисках и всё равно приняли решение. А теперь пришли говорить мне о контроле? Наступила тишина. Тяжесть накрыла пиджака с лихвой. Он всё же рискнул посмотреть в глаза тому, кто на самом деле владел его жизнь. И хватило лишь мгновения чтобы увидеть там холодный пронзительный гнев. — Я не наказываю за ошибки, — произнёс Франт после паузы. — Я наказываю за ложь. И за попытку переложить ответственность. — Он отвернулся обратно к окну. — Вы останетесь в корпорации, — сказал он. — Пока. Однако с этого момента вы лишены доступа к оперативному управлению, — добавил Алистер. — Передайте всему руководящему составу что, все решения будут проходить через аудит. Чиновник выдохнул облегченно. В конце концов это лучшее что он смог услышать сейчас от главы CyberHex. — Вы ещё здесь? — спросил он и чуть усмехнулся. Чиновник хотел возразить, но Валка сделала шаг в сторону двери. Вопрос был закрыт. Когда за посетителем закрылась дверь, Франт ещё некоторое время смотрел на город. Зеро-Сити жил. Работал. Дышал. Как и предполагал изначальный проект. — А разве это не добавит вам проблем? — спросила Валка подойдя к своему работодателя. — Вы же знаете как бюрократия тормозит процессы. — Моё слово против подписи очередного пятколиза или уебана что решил попытаться поиметь меня, — начал прямо и красноречиво Франт. — Эти суки думают, что владеют ситуацией. Приходят на работу и пердят в креслах, думая, что они здесь всё решают. Будто они уже стали богами. Но есть один нюанс. — Франт пошёл к минибару и достал оттуда дорогущий виски. — Они лишились своей свободы, как только они поставили подпись в контракте, — продолжила Валка, прекрасно осознавая неоспоримость этих слов, потому что сама была пленницей. — И даже демоны с их договорами не так страшны, — добавила северянка. — Нашла с кем сравнивать, — усмехнулся Франт и налил в стакан напиток. — Демонов, богов и прочую нечисть, которая лишь на словах такая могучая. Но всё относительно, подруга, — он протянул руку со стаканом в сторону наёмницы. — Демон это лишь элемент своей зоны обитания. А если ты знаешь о свойстве демона всё, то обмануть его не составит труда. — Судишь по себе? — поинтересовалась Валка, поддерживая разговор. — Не совсем, — сказал Франт и достал из шкафчика ещё один стакан. — Я говорю о человеке. Истинном человеке. Ведь столкнувшись с демоном или духом, ты знаешь, чего от него, а вот человек уже совсем другое дело. — «Человек человеку волк», — вспомнила наёмница пословицу. Франт одобрительно кивнул и протянул её второй стакан с виски. — Тем более если ты имеешь в виду истинного homo sapiens, — уточнил Алистер. — И никому в нашем мире не стать чем-то подобным… Приближенные Алистера, коих было единицы, знали о чем он говорит. Для других же речи про истинного человека покажутся бредом сумасшедшего. Человечество живо. Дышит и развивается. Кто-то рождается и умирает каждый день, как обычно и происходит в природе. Вот только большая часть Гран Юпитера не знало всей той правды, которая могла в лучшем случае свести неподготовленный разум с ума. На смартфон Алистера поступил звонок, но глава CyberHex, уже догадывался кто это может быть. — Ой, — наигранно произнёс он, — погоди, мне папочка звонит. Алистер провел пальцем по экрану, приняв вызов. — Убери своих людей, сучонок, — тут же с того конца линии донёсся голос Ричарда Твена. — О чем ты? — так же наигранно проговаривал Франт. — Я ничего не знаю ни о каких людях. Хочешь, мамочку спроси. — Ты даже не представляешь, что сейчас происходит, — с нарастающим раздражением ответил Твен. — В том то и дело что отчасти я знаю, — отвечал уже Алистер с тихой злобой. — Вот и действую. — Ты нарушаешь хрупкий мир, который мы так долго создавали, — напомнил Твен. — Твои действия могут нам дорого обойтись. — Это вы построили хрупкий, держащийся на говне и соплях, мир, — едко напомнил Алистер. — И это даже не мир, а его подобие. — Мне, очевидно, надо тебе напомнить, выродок, что ты существуешь только с дозволения Матре, — напомнил Твен и у Алистера оскалились глаза. — За что я ей безмерно благодарен, — с небольшой долей искренности выразился Франт. — Но я бы хотел, чтобы меня не держали в клетке. — Мальчик, ещё раз прошу, отступи, — снова сделал попытку Твен. — У эльфийки собственное предназначение. — Она пересекла систему, что скрывает наш мир, папочка, — ответил Алистер с издевкой. — Я просто хочу узнать, почему она. Да и тем более, — он отпил виски, — я можно сказать её поклонник. Франт был безумен и амбициозен. Ни первое, ни второе качество не сулили ничего хорошего. Ричард сидел в своем кабинете и уже хотел нажать на кнопку программы отключения, но в сторонке от рабочего места лежал золотистый камешек, что сейчас светился прерывистым сиянием. Кажется, Матре не восторге от поведения мистера директора. Но сам Твен не планировал нажимать опцию «деактивации». Ведь элемент по имени Алистер Франт обеспечивал для Гран Юпитера необходимый баланс. Не стань его сейчас и последствия могут быть катастрофическими. — Давай же, — сказал глава корпорации после паузы. — Нажми на кнопку. Это ведь легче всего, да? — Ты с опасным огнём играешь, Франт, — напомнил ему Ричард. — И ты должен понимать, что у нас есть и другие санкции против тебя… После Алистеру начали поступать по нейрочату уведомления о чрезвычайных происшествиях на объектах по всему их миру. Исследовательские центры, морские суда, порты, полигоны. По присланным материалам было очевидно, что различные катаклизмы были делом рук астралов. — А, — выдохнул спокойно Алистер, — спустились наши господа. Снимаю шляпу. А вот будут ли они платить за вмешательство. — Тебе какое дело, — колко ответил Твен. — Ну что, договоримся? — И что же этим тварям надо чтобы они отстали от меня? — тоном бизнесмена спросил Алистер. Валка слушала разговор, но вмешиваться не смела. Уже важно то, что она будет знать некоторые обстоятельства соглашения, из которых будет понятно, как действовать дальше. — Хорошо, Ричард, — ответил глава корпорации выслушав директора Круга. — Я отступлю на сей раз, однако, — он с намёком посмотрел на наёмницу, — есть те, которые подписали контракт на поимку чужачки. С ними уже разбирайтесь сами. — Алистер выслушал короткий ответ Твена. — Очень досадно, — с сарказмом высказался Франт. — Ну, удачи вам. Глава корпорации завершил звонок и положил смартфон на стол. Он был максимально спокоен, будто только что не потерпел поражения. — И что дальше? — с интригой спросила Валка, понимая, что всё ещё впереди. Алистер выпил виски и вновь посмотрел в окно на Зеро-сити. Город принадлежал ему, кто бы что не говорил. Однако это место, как и весь континент были его самой страшной тюрьмой. … Вокруг простиралась спокойная равнина. Лунный месяц мягко освещал ночную землю, а по остальному небосводу звёзды рассыпали свои искры, раскрашивая бесконечную пустоту. Воздух был неподвижен, словно мир на мгновение затаил дыхание. Две беглянки находились в регионе, известном как Монолиты. Обширная территория, где по разным уголкам ютились немногочисленные поселения: где-то всё ещё пользовались конями и телегами, а в соседнем селе уже давно протянули оптоволокно и вывесили спутниковые антенны. Прогресс здесь не шёл — он накладывался слоями, как плохо счищенная краска. Сильвана осматривала местность, но не с целью разведки. Её взгляд был прикован к огням вдалеке. Они сияли — холодно и ровно. Это могли быть фонарные столбы, рекламные вывески или окна домов. А может, всё сразу. Огни мерцали почти наравне со звёздами, и если раньше казалось, что ближайшее поселение находится всего в нескольких милях, то теперь, особенно после разговора с ушастой спутницей, Сильвану поразила иная истина: до него было не меньше тридцати километров. Помимо неподвижных огней, были и те, что двигались. По дороге — той самой, что, хвала Смерти, всё ещё находилась в зоне видимости, — медленно ползли местные виды транспорта. Грузовики. Их фары рассекали тьму, оставляя за собой короткие световые шрамы. — В этом регионе куча маршрутов, — произнесла Колшари, присаживаясь у костра и вытягивая ноги. — Критически важное место. Через Монолиты связывают север и юг. Потоки грузов, топлива, людей. Всё идёт здесь. Она помолчала, затем добавила уже тише: — Хотя и тут бывает опасно. — Это ещё почему? — спросила Сильвана скорее из вежливости, чем из любопытства. — Мы на границе с ЗМЗ, — хвост Колшари едва заметно дёрнулся. — Если отсюда уйти севернее — попадёшь в Пустырную зону. Место… неприятное. — Разве правительства не обеспечивают безопасность на всей территории? — вмешалась Клея. ИИ находилась в своём физическом воплощении, и свет костра скользил по гладким линиям её корпуса. — Более того, Круг Кантари обязан поддерживать как минимум базовый уровень безопасности на Гран Юпитере. Колшари фыркнула. — А тебе твой создатель не рассказывал, машина, в каком мире ты проснулась? — Последняя воля профессора Сурика предусматривала моё длительное пребывание в режиме гибернации, — ровно ответила Клея. — Лишь недавно я получила устойчивый доступ к Сети и актуальным данным. Многие из них противоречивы. — На твоем месте я бы не доверяла машине, — обратилась Колшари к чужестранке. — Уж слишком они… ненадежные. — Понимаю, что вы не доверяете представителю синтетической жизни, — учтиво продолжила Клея. — Но я не такая как нынешние платформы. — Так это правда? — Колшари вновь осмотрела платформу с ног до головы. — Ты… экзорт? — Что ещё за экзорт? — поинтересовалась Сильвана. — Да так, древнее название таких вот роботов, — отмахнулась Колшари. — Забей. Не бери в голову. — Мне всё же лучше знать с кто, а точнее что меня сопровождает в этом неизведанном континенте, — подметила справедливо королева-банши. — А, ты ведь не отсюда, — только что вспомнила ориситка. — Ты… ну как бы… Ты из расколотого континента? — Сильвана вопросительно уставилась на спутницу. — Ну в смысле из Калимдома? Колшари не угадала место жительства Ветрокрылой во всех смыслах. — Нет. Я из Подгорода. Это мой город что находиться… — Сильвана остановилась. — Хотя тебе незачем такое знать. — А мне просто интересно, — начала Колшари заинтриговано. — Многим в Круге интересно узнать, как вы живёте на темном континенте. Ваши дрязги с космическими силами. Ну там Пылающий легион или силы Бездны. И что вообще представляют из себя ваши «Орда» и «Альянс»? — Спроси у своих хозяев, — едко ответила Ветрокрылая. — А вот это было обидно, — наигранно сказала ушастая. — Ведь мало того, что меня тут считают псиной на побегушках, так и ещё отпуска лишают. А я ведь так наслаждалась отдыхом в Ятагарасу, при чем впервые за три, сука, года. — А разве у тебя не задание меня перехватить? — поинтересовалась Сильвана. Рука уже тянулась к луку. — Так-то приказ был только наблюдать и помочь в случае чего. И оба пункта я выполнила, — совершенно искренне выразилась Колшари. — И что дальше? Ты меня отпустишь? — Да, это можно. Ответ ушастого создания совершенно поразил королеву банши. А сама кошко-дева подкинула веток в костёр чтобы тот не потух. — А разве ты не последовательница Круга? У тебя могут возникнуть проблемы если… Колшари хихикнула, когда Сильвана назвала её «последовательницей», что скорее относилось к культу нежели тайной военизированной организации. — Я что-то смешное сказала? — Послушай, дамочка- начала ориситка чуть серьёзнее. — Ты этого возможно ещё не поняла, но ты в другом мире. Да это ещё Азерот, но не тот который ты знаешь. Тут развитие намного выше того, что имеется у вас. Хотя и тут всё пошло по пизде. — Я не понимаю, — честно призналась Сильвана. — Вы находитесь на вершине технологического прогресса, а ты вот так высказываешься. — Слушай. Это у вас всё поясняется магией, демонами и богами. У нас тоже такое есть, только вот мы развились настолько что… Колшари сделала паузу, завела руку назад за плечо. В руке из вспышки электричества в руке возникла банка странной цилиндрической формы. Поддела какой-то крючок и банка пшикнула. Затем ушастая вырвала крючок и поднесла банку к губам, отпивая содержимое. — Может технически мы и развились, — продолжила Колшари, — но есть кое-какие другие элементы в жизни, которые мы здесь просрали. Кошко-дева протянула банку чужестранке. Сильвана уловила знакомый запах пива, но молча отказалась от предложения, чему ушастая была рада. — Вы сказали, что были в Ятагарасу, — вмешалась Клея. — Вы знаете, как туда попасть? — Знаю, но не хочу разочаровывать, у вас проблемы, — ответила Колшари. — Кто бы сомневался, — буркнула Ветрокрылая. — Хотя я и не ждала что будет легко. — Ну по крайней мере отсюда ты в сакураям не попадёшь, — продолжила агент Круга. — Там у них случилась трагедия, и границы теперь закрыты. Войти в Ятагарасу сейчас можно только по шелковому пути. Клея уже предсказывая вопрос Сильваны проверила информацию. — «Шелковый путь» — это древний торговый путь из Ятагарасу на юг в ахуров. — проговорила Клея. — Если тебе надо туда-то только через Аврору, — продолжила Колшари. — Иди на юг, а дальше соображай по обстоятельствам. — Ты не пойдёшь со мной? — поинтересовалась Сильвана у агента Круга. — Я в отпуске, — уверено ответила Колшари. — Свою задачу выполнила. — А то, что я чужачка в этих землях тебя не интересует? — Помимо того, что ты чужачка ты успела напиздохуевертить много дел, — усмехнулась ушастая. — Навлечь на себя гнев «Стервятников». Плюс CyberHex тобой заинтересовались. Хотя с последними думаю Твен разберётся. — И чего же ты от меня хочешь? — Сильвана пронзительно посмотрела на кошко-деву. — На вряд ли ты… — Слушай. Я хочу обратно в отпуск. Поэтому я и попрошу мне кое в чем помочь. — И в чем же? — Съебаться. Ответ бы вновь шокировал Сильвану, но она с частичным пониманием отнеслась к поведению Колшари. — Профессор Твен на вряд ли оставит это без ответа, — высказалась Клея. — Твен поручил «перехват». И я не в восторге, что этот уебан вырвал меня из отпуска. Этот директор — бумажный бог, которому важны лишь порядок и исполнительность. А от «профессора» там уже мало что осталось. — А ты не высокого мнения о своем «директоре», — подметила Сильвана. — Ой да как я могу, — с сарказмом проговорила Колшари. — Я очень его люблю и после отпуска, когда вернусь в штаб, так его буду любить что он меня ещё раз в отпуск отправит, — прошипела подобно злобному зверю ориситка. Сильване было интересно наблюдать за незнакомым созданием, и не из-за исследовательского интереса, а скорее, потому что само поведение Колшари было своеобразным для темной госпожи. Колшари внезапно отряхнулась и потянулась, как кошка после долгой охоты. — Ладно, — провозгласила она. — Ты в конце концов не из этого мира. Я подвезу вас до ближайшего поселения. Там можно будет пересидеть ночь, поесть — если ты ешь, и взять душ — если ты моешься. А если нет — то хотя бы не замерзнуть. Сильвана хмыкнула — в этой улыбке не было ни лести, ни пренебрежения, только тихое согласие с миром, который оказался сложнее, чем ей казалось. — Нежити отдых не нужен, — сухо отметила она. — Мы и так вечны. — А живым организмам, то, что я перечислила ЖИЗНЕННО необходимо, — фыркнула она. Колшари встала и пошла к машине. Но остановилась у двери. — А давай проверим, — сказала она и развернулась, — уснёшь хоть на минуту — я выложу в Клубные каналы твоё селфи во сне, — смачно заявила она. — Люди там любят такого рода «редкости». Посмотришь, как быстро найдутся поклонники. Сильвана сделала вид, что не поняла шутки, но уголок губ предательски дернулся. Клея, наблюдавшая за авантюристками провела несколько расчетов. — Состояние нежити в действительности не требует большей части жизненных потребностей. Ведь они уже не являются по сути «живыми», — сказала Клея ровным тоном. Сильвана на миг улыбнулась от такой поддержки. — Говоришь мне не победить? — с азартом спросила Колшари. — Без шансов, — категорично ответила ИИ. Колшари вздохнула, принимая заочное поражение. Она открыла дверь открыла дверь машины и вытащила сумку с оружием, положив её под капот. — Тут безопасно, но, если кто спросит — мы просто туристки. Спорт, треккинг. Пожилые. Никаких драм. — А если драме быть? — с намеком спросила Сильвана. Ушастая без слов указала на сумку с оружием. — Только против бандитов, ладно? Сильвана кивнула, соглашаясь со спутницей. Колшари вошла в салон, включила радио и поставила тихую громкость чтобы можно было заснуть под музыку и активировала печку чтобы было тепло. Спустя час она уже спала на заднем сидении, подобно кошке свернувшись калачиком. Сильвана же оставалась снаружи. Даже будь она живой то заснуть бы всё равно не смогла. Всё происходящее, казалось, нереальны. Даже структура этого мира была совсем другой и не заключалась в противостоянии противоположной фракции. Клея ещё стояла неподалёку, неподвижно словно статуя. — Раньше это место было совсем другим, — вдруг проговорила ИИ. — Тут были леса. А огней было намного больше. — А тебе так много известно о том, что здесь было? — подметила Сильвана. Клея не ответила. Она наверное и не заметила вовсе что подопечная её спросила. ИИ указала пальцем на юг. — По правде сказать лучшее прислушаться к рекомендации агента Заврос и сделать крюк через Иолашу, столицу ахуров. — продолжила Клея возвращаясь к первоначальной теме. — Но это будет стоить нам времени, — сказала с досадой темная госпожа. — Если потеряем след Лемрика, то найти его будет уже проблематичнее. — Не стоит беспокоиться об этом, — монотонно ответила Клея. — Если мальчика не найдем мы, то его найдут наши противники. — И кого же может заинтересовать простой мальчик? — с внезапным для самой себя беспокойством спросила королева-банши. — Помимо Кантари? — Например те, кто пытался нас остановить, — ответила Клея намекая на корпоратов. Сильване не нравилось, что от неё утаивали некоторые детали миссии. Но сама ИИ похоже также была не в курсе многих обстоятельств. — Я сейчас обновлю всю информацию по актуальной обстановке дел на Гран Юпитере, — отчиталась Клея. — Анализ займет время и первоначальный результат я смогу предоставить только утром. — Хорошо. Я подожду, — смирилась Сильвана и всмотрелась вдаль. Вдали всё ещё двигались огни. Тонкие, почти игрушечные точки фар скользили по линии дороги — туда и обратно, строго по своим траекториям, будто подчиняясь закону, о существовании которого Сильвана пока не знала. В этом было что‑то завораживающее и одновременно тревожное: движение без войны, порядок без битвы, структура без знамён. В её родном мире всё было иначе. Там всегда существовал враг. Альянс. Орда. Плеть. Демоны Пылающего Легиона. Шёпот Бездны. Даже боги и титаны имели лица, имена и армии. Противостояние было открытым и честным в своей жестокости: ты знал, за что умираешь и против кого поднимаешь клинок. Каждый день был борьбой — за город, за народ, за само право существовать. Здесь же врагов не называли врагами. Здесь были контракты, логистика, зоны ответственности и интересы. Были корпорации, чья власть не нуждалась в алтарях или культах. Они не требовали поклонения — лишь подписи. Они не угрожали уничтожением мира — они просто перерабатывали его под себя, слой за слоем, пока не оставалось ничего лишнего. Даже сопротивление здесь выглядело как сбой в системе, а не как вызов судьбе. Сильвана вдруг поняла, что этот мир не воюет за будущее — он уже его потерял. Победители давно определены, и битва завершилась задолго до её появления. Только кровь не смылась, а стала частью фундамента. Невидимой. Учтённой в отчётах. В мире Альянса и Орды зло приходило с рёвом, знаменами и апокалипсисом. Его можно было ненавидеть, ему можно было бросить вызов. Здесь же зло говорило вежливо. Улыбалось. Обещало безопасность и развитие. И именно поэтому казалось куда более пугающим. Сильвана смотрела на дорогу, на далёкие огни поселений, до которых было ещё много миль пути, и впервые за долгое время не чувствовала, что находится в центре войны. Она была просто частью чужой системы — ещё не сломанной, но уже замеченной. — Значит, вот какой ты, новый Азерот… — прошептала она. Где не боги решают судьбы, а те, кто научился делать это тише всех. Огни продолжали двигаться. Мир не спал. И ей предстояло научиться жить или выживать в нём заново.